Я все исправлю, в этот раз

Бекка и Райан ещё вчера были перевезены в другое убежище, не так далеко отсюда. Бутчер сказал, что так будет лучше — Хоумлендер не подумает, что их перепрятали так близко. На самом деле, это было на случай, если он сам предаст Войт, и в отместку они не решат спрятать Бекку с Райаном ещё и от него.Бутчер сам не понимал что делал, его штрурмовало из стороны в сторону, а его состояние оставляет желать лучшего. Войт же все делали быстро, с как можно меньшим количеством свидетелей. Билли крепко обнял и поцеловал их на прощание, сказав, что даст знак, когда можно будет возвращаться. А если нет, то лучше не возвращаться и бежать как можно дальше. Билли выпил стакан виски и решил вынести на крыльцо стул. Сел ждать супера. Может, сейчас, а может, через час или два, но Хоумлендер обязательно появится. Он размышлял, что Хоум может приступить сразу к драке, как только узнает, что их тут нет. Этот вариант устраивал даже больше, чем тот, в котором им придётся разговаривать. Выпив ещё глоток, он думал, что вполне готов и умереть, ведь он хоть и недолго, но прожил счастливую жизнь. Но сдаваться он не имел права. Поэтому, взяв себя в руки, он начал прокручивать в голове план, одна мысль о котором вызывала у него тошноту. Билли клялся себе, что если даст слабину, то увидит вчерашний завтрак. Но чёрт возьми, из всех планов этот имел наибольший шанс на успех. Избавив свою голову от чувства последнего достоинства, Билли всё ещё не мог успокоиться. Он даже подумывал принять какие-то таблетки, чтобы быть более расслабленным, ведь Хоумлендер сразу поймёт, что что-то не так. Бутчер глубоко вздохнул, пытаясь собрать свои мысли. Он знал, что каждая минута ожидания приближает момент истины. Вдали послышался лёгкий шум, и Билли напрягся, зная, что скоро всё решится. И вот, в воздухе раздался знакомый гул, и перед ним приземлился Хоумлендер. Его глаза светились красным огнём, а на лице была усмешка, которая не предвещала ничего хорошего. — Бутчер, — протянул он, подходя ближе. — А ты разве не отправил мне смс и не ждешь в другом месте? Где Мэдлин? Билли поднялся со стула, стараясь не показывать своего недовольства его появой. — Они не здесь, а Мэдлин с другим Бутчером, ждёт тебя и подождёт. Ты ведь всё равно её убьёшь, — ответил он, глядя прямо в глаза Хоумлендеру. — Но я здесь, чтобы поговорить. Хоумлендер засмеялся, но в его смехе не было веселья. — Говорить? Ты хочешь говорить со мной? — Да, хочу, — твёрдо сказал Билли. — Мы оба знаем, что драка ничего не решит. Я бы с радостью приукрасил твоё личико, но давай попробуем решить это на словах. Хоумлендер прищурился, явно не ожидая такого поворота. Он подошёл ближе, его взгляд стал ещё более угрожающим. — У тебя есть пять минут, Бутчер, включая объяснение, что ты тут делаешь, — пригрозил он. — И лучше тебе выбрать слова очень осторожно, у меня выдался плохой день. Билли знал, что это его единственный шанс. Он собрал все свои силы и начал говорить, зная, что каждое слово может стать для него триггером. Впрочем, в этом и был план… Бутчер пригласив Хоумлендера в дом, в прочем, после того как супер без спроса зашёл и начал разглядывать фотографии дружной семьи. Билли не знал, что в голове в гостя, но от того, как его усмешка предательски хмурилась, ничего хорошего не ожидалось. — Начнём с того, что я — это Бутчер из будущего, точнее уже не особо далёкого будущего. Однажды, когда я дрался с одним могучим супером… пока не буду называть его имя, но не с тобой, хоть и не стану врать, хотел тебя убить, но не повезло, не фортануло, и мне пришлось защищать Раяна. Да, так зовут твоего биологического сына. А потом вспышка света, и я оказался на десять лет назад. Так что формально в этом мире есть два Бутчера: я, который предложит тебе план поинтересней, и другой Бутчер, желающий отомстить и готовый убивать любой ценой. В качестве подтверждения искренности моих намерений я… — Бутчер перешел на шёпот. — расскажу ещё кое-что, что от тебя прячет Войт, но когда ты вернёшься. А пока отправляйся в дом Мэдлин, не заставляй другого меня ждать, и попытайся того меня не убить и не рассказать обо мне раньше времени. Тогда ты не узнаешь своего ближайшего будущего и упустишь шанс встретиться с сыном и услышать ещё одно интересное предложение. А я буду ждать тебя тут. Хоумлендер молчал, смотря Билли в глаза, пытаясь уловить стёб или шутку, но всё больше понимал, что тот не шутит. Но его волновал другой момент. — Твоё сердце… оно бьётся по-другому. И кровь… в тебе что, Ви?! — Хоумлендер напрягся на секунду и удивился. — Бинго, дружок, — произнёс Бутчер, усмехнувшись, его глаза засветились. — Но это не та тайна, которую я хотел рассказать. У меня есть кое-что поинтересней, но сначала слетай туда и вернись. Хоумлендер внимательно смотрел на него, оценивая каждое слово. Его лицо всё ещё выражало недоверие, но любопытство пересилило. Он медленно отошёл на шаг назад, затем, не сказав ни слова, взмыл в воздух и стремительно улетел в сторону дома Мэдлин. Бутчер оставался на крыльце, напряжённо выдыхая. Время тянулось медленно, каждая минута ожидания казалась вечностью. Он знал, что сейчас решается всё — будущее, жизнь Раяна и Бекки, его собственная судьба. Прошло около 20 минут, прежде чем знакомый гул вернулся, и Хоумлендер снова появился перед ним. Его лицо было каменным, а глаза светились опасным огнём, сам же он нервно дёргался. — Ты не солгал, — сказал он, приземлившись перед Бутчером. — Я нашёл другого тебя. А ещё Мэдлин… она получила по заслугам. Что касается того Бутчера, я отнес его под ближайший бар. Бутчер кивнул.— Отлично, подходит. Теперь послушай меня внимательно. У меня есть план, который может удовлетворить интересы всех. Хоумлендер прищурился, его взгляд стал ещё более проницательным. — Говори. Бутчер сделал глубокий вдох и начал объяснять свой план, зная, что это его единственный шанс спасти тех, кого он любит, и, возможно, изменить ход истории. — Как ты уже понял, я знаю о том, что может быть в будущем, — начал Бутчер. — и это мне не нравится, и я более чем уверен, что это не понравится и тебе. Я также читал о тебе и о том, как Войт манипулируют тобой и используют тебя в своих целях. Хоумлендер не перебивал, слушая каждое слово. Его лицо не выражало никаких эмоций, но в глазах горел интерес. — Но ты ведь просто ребёнок, который хочет, чтобы его… — нервно сглотнув, Бутчер продолжил, — … любили, чтобы о нём заботились. Ты ведь узнав о сыне, пришёл только для того, чтобы попытаться дать ему то, чего у тебя не было, вот только это я уже дал ему: я играл с ним в футбол, я был рядом, когда ему было страшно, праздновал его дни рождения, говорил какой он чудесный мальчик, я см… Хоумлендер, который до этого молчал, обдумывая услышанное, резко перебил его: — Хватит! Пока ты только бесишь меня, — со злобой и красными огоньками в глазах произнёс тот. Бутчер продолжил уже мягче, подойдя ближе: — Послушай, я не хотел тебя задеть, — мысленно обрадовался, так как немного хотел, но спокойно продолжил дальше. — Я только веду к тому, что твой сын уже получил отцовскую любовь, в которой нуждался… и теперь я хочу поделиться ею с тобой. Я хочу подарить тебе другое детство. Ты можешь баловаться, вести себя как ребенок, как человеческий ребёнок, которым ты являешься глубоко внутри. Часть твоей души ещё жаждет одобрения и любви мамочки и папочки. И, не знаю, как мамочка, но папочка может тебе всё устроить по высшему разряду. Я научу тебя хорошему, пообещаю не врать тебе и заботиться,защищать. Хотя я знаю, что с твоим прошлым это больно,снова начать доверать, и мне тоже больно осознавать, как обходились с маленьким Джоном. — Билли подошел ближе и провел рукой по щеке Хоумлендера. Услышав это имя, Хоумлендер вздрогнул. — Не называй меня так, — он отдернул голову от руки Бутчера. — Меня зовут Хоумлендер, и я не нуждаюсь в чьей-то заботе. — Да? А твой участившийся пульс говорит об обратном, или ты думал, что только ты видишь насквозь? — Билли снова провел рукой по щеке, а после начал гладить волосы, обнял его крепко, прижав к себе. — Послушай, я понимаю, что ты строишь из себя всего такого могучего и сильного только потому, что боишься, что если дашь слабину, то снова вернёшься в детство, где тебя унижали и обижали. Но не нужно. Мне не нужна вся эта игра. Я вижу какой ты на самом деле, и что не менее важно, я готов тебя принять. А ты готов себя принять? Готов наконец сделать маленького Джона счастливым? Хоумлендер просто молча продолжал дышать ему в плечо, ничего не говоря. Прошло несколько минут, прежде чем тот заговорил, но как Бутчер и предполагал, ему нужно будет время, чтобы дозреть. Поэтому он просто сменил тему, но Билли знал, что они ещё вернутся к этому разговору. — Ты обещал рассказать секрет Войт, — оторвавшись от Билли и сделав шаг назад, произнёс Хоумлендер. — Да… Вообще, довольно много чего могу рассказать. Например, то, что твой биологический отец… Солдатик. Ты можешь узнать подробней, если надавишь на Войт. Глаза Хоумлендера раскрылись от удивления так широко, что казалось, они сейчас полезут на лоб. — Что? Но… как? Он же умер очень давно… — Думаю, тебе стоит спросить у Войт. У них больше информации. А если они соврут… то ты придёшь к папочке Билли, и тот сравнит с той версией, которую знает сам. И если это будет ложью, то я разрешу тебе кого-то убить. — Разве ты не собирался учить меня чему-то хорошему? — нервно хихикнул Хоумлендер. — Собирался, но ещё я собирался сделать… ещё одного мальчика счастливым. Поэтому не буду сразу забирать его любимые игрушки, но всё же ему стоит запомнить хорошее отношение и быть более послушным. Не то чтобы я буду относиться к тебе хуже, нет. Ты вправе делать что хочешь, но сомневаюсь, что ты хочешь делать больно своей семье, полный состав которой даже не успел увидеть.