What's It Worth to You?

В это же время на прошлой неделе Сугуру сидел за столиком в кафе, заваленный книгами и разными страницами из его рабочей диссертации. У него был неопрятный вид: очки съехали набок, волосы растрепаны, а толстовка дырявая. Теперь же он оказался на вечеринке, где гремела музыка, но не танцевал ни один человек. Сегодня он в рубашке, подаренной ему Манами: настолько тонкой, что чувствуется прохладный воздух на коже. — На этом все, — сказала Манами, глядя на него так, как художник смотрит на свою итоговую работу. — Когда будешь на вечеринке, сними рубашку. Слишком очевидно, что тебя там быть не должно. Вечеринка проходила на крыше небоскреба в глубине города. Он пережил поездку на автобусе и двух поездах, чтобы добраться сюда. Место, где у всех счастьем блестели глаза, а Сугуру только и чувствовал ноющую усталость в мышцах. Одёргивая подол своей рубашки и оглядывая этих симпатичных, вычурных людей, Сугуру в очередной раз осознал то, насколько не вписывается в здешнюю обстановку. У каждого в руках дорогой телефон, чтобы фотографироваться, снимать видео с выставленными сладостями или вести прямую трансляцию. Голоса смешиваются, и от музыки у Сугуру начинает пульсировать голова. Он не спал уже почти девятнадцать часов и чувствовал это в каждом своем вдохе. — О, великолепно! Совершенно сногсшибательно! Красивая женщина взвизгнула, заметив фигуру Сугуру, притаившегося у края комнаты. Он вспомнил слова Манами и улыбнулся приближающейся незнакомке. В голове всплыли имена влиятельных людей, которые Манами заставила его выучить. Сугуру был уверен, что смутно узнает женщину по очкам в толстой оправе и милой улыбке. Она казалась великолепной, ее наряд представлял собой неразборчивую мешанину слоев и узоров, которые Сугуру никогда бы не подумал сочетать друг с другом. Но что он знал? Манами завела для него аккаунт в Instagram на прошлых выходных, но он все еще учился. — Как тебя зовут, красавчик? — спросил какой-то мужчина. Такой же симпатичный. — Гето, — проворчал он. — Скажешь свой ник? — спросила женщина, уже начиная поиск в своем телефоне. Сугуру не был уверен, что она имела в виду, но переспрашивать не стал. Вместо этого он неопределенно махнул рукой в сторону. И прежде чем кто-то из присутствующих успел что-либо сказать, Сугуру ускользнул. Манами говорила о привлечении внимания, хотя на самом деле она занижала цену. Помимо чудовищно короткой майки, Манами умудрилась раздобыть такие узкие брюки, что Сугуру решил, что в некоторых странах они должны быть запрещены. Она также заплела его волосы в очень свободную и неаккуратную косу, спускающуюся по спине. Прежде чем покинуть квартиру, которую он делил с Манами, Сугуру постоял перед ее высоким зеркалом, хмуро разглядывая себя. Из-под его обнаженного живота виднелись пряди волос ниже пупка, брюки были достаточно тесными, чтобы не оставлять места для воображения, а майка, которую Манами заставила его надеть, была, по сути, сделана из ажурной сетки. — Лучше бы мне не одеваться так все время, иначе ничего не получится, — сказал он, встретившись взглядом с Манами в зеркале. — Это зависит от Годжо, не так ли? — поддразнила Манами. Она лежала на своей кровати, листая Instagram вышеупомянутого мужчины. — Все люди, с которыми он тусуется, одеваются так. Сугуру потянул себя за рубашку. — Это плохая идея. — Это могла бы быть лучшая идея, Сугу-чан. Нам нужны деньги, и ты согласился, так что теперь твоя очередь творить эпатаж. Возмутительный поступок, который совершила Манами, — устроилась на работу. Сугуру уже работал, но стипендии в аспирантуре было недостаточно. Это не те цены на аренду и еду, с которыми аспиранты сталкивались двадцать лет назад. Неприятно, но Сугуру был человеком слова. Проходя через просторную гостиную вечеринки, он чувствовал на себе почти голодное внимание. Его глаза горели как от непрерывно пульсирующего света, так и от недостатка сна, но он просто обязан был встретиться с виновником торжества. С тем, кто, по словам Манами, будет их находкой. Годжо Сатору. Или Honoredone89. Он снимает видео, у него популярные аккаунты в Instagram, TikTok и других платформах, о которых Сугуру не знает. Манами сказала ему, что у Годжо даже был посредственный подкаст, который он все еще пытался запустить. Этот человек казался воплощением богатства и власти, обернутых в красивую внешность. Легкие скандалы преследовали парня по всей социальной медиа-сфере. По идее, он должен был быть недосягаем, но вмешалась судьба. Сестра двоюродного брата одного из друзей Манами поссорилась с помощником Годжо, каким-то нервным парнем по имени Иджичи, и получила приглашение на эту эксклюзивную вечеринку. Ходили слухи, что Годжо расстался со своей девушкой и ищет кого-то нового. И, как обычно бывает со слухами, они крутились по Интернету, пока не согласовалось что-то искаженное и, возможно, не совсем правдивое. Годжо Сатору был холост и искал сладкую крошку. Это было похоже на открытие сезона для отчаявшихся. Кто-то хотел финансовой помощи, кто-то влияния. Но все они нуждались в нем. Сугуру пошел на это только потому, что Манами была слишком занята своей работой. А ещё у него был пунктик по поводу парней с красивыми улыбками. По присутствующим было ясно, что Сугуру, возможно, предстоит посоревноваться. Его не слишком напугало тощее создание, позирующее у задней двери, держащее фирменную бутылку с водой и поэтично рассказывающее о том, какая восхитительно чистая вода на вкус. Сугуру оглядывался в поисках главной достопримечательности вечеринки, когда увидел группу женщин, одетых в яркие летние платья. Сосредоточиться помогало то, что Сугуру не слишком заботился о том, как закончится этот вечер. В лучшем случае, он найдет себе папочку, а в худшем — у него будет забавная история, которой можно поделиться на званых обедах. Стеклянные окна с этой стороны пентхауса были дверями, выходящими на широкий балкон. Сугуру выскользнул в теплую ночь. В дальнем правом углу балкона пара молодых людей шептались между собой. Сугуру держался левого края, вытащив сигарету. Его сообщение для Манами было коротким. Еще не видел его. Ее ответ был быстрым, как будто она, затаив дыхание, ждала этого. Он только что выложил пост из бассейна. Иди туда. Сугуру вздохнул. Он не заметил и намека на бассейн. Может, попал не на ту вечеринку? Взвешивая все за и против того, чтобы просто пропустить это торжество, Сугуру закурил сигарету. Возможно, ему следовало больше думать о поиске бассейна, но он обнаружил, что его мысли вернулись туда, где они были последние полтора месяца. Он начал свой последний год в школе с диссертацией. Годы работы и почти все его двадцатилетие привели к этому. Деньги, отношения, энергия; он сжег все в погоне за этим. И вот он, 28-летний, изо всех сил затягивается сигаретой и тратит свое ограниченное время на вечеринке у какого-то влиятельного человека. Ему не было стыдно, он просто устал. Дверь на балкон открылась, и вместе с ней в ночи распространились звуки разговоров, сладкие запахи дорогих духов и одеколонов. Сугуру не обернулся, просто предположив, что другие люди на балконе вернулись внутрь. — Тебе не следует здесь курить, — сказал кто-то. Говоривший был мужчиной, а его голос звучал лишь слегка раздраженно. — Да, мне, наверное, вообще не стоит курить, — спокойно ответил Сугуру. Встряхнул сигарету и посмотрел, как пепел уносится ветром. Он услышал шаги; мягкое постукивание тапочек по бетону становилось громче по мере его приближения. — Я имею в виду, владелец запрещает курить, — в голосе легкость, которая заставила Сугуру обернуться. Возможно, это его усталость или наслаждение редкой удачей, но Сугуру мог только ухмыльнуться, увидев Годжо Сатору, стоящего рядом с ним. Кажется, заметив взгляд Сугуру в относительной темноте балкона, Годжо расслабился. — Хотя я согласен. Тебе вообще следует бросить курить. Это вредно для здоровья. — Не знал, что разговариваю с самим владельцем, — пробормотал Сугуру. Он снова поднес сигарету к губам, чтобы сделать еще одну затяжку. Годжо прислонился спиной к перилам. Его локти были положены на металлическую перекладину. — Я арендую. Сугуру снова перевел на него взгляд. Годжо выглядел так, словно с трудом сдерживает ухмылку. — Если ты всего лишь арендуешь, то у нас с тобой нету шансов. Несмотря на замечание, Годжо больше ничего не сказал о сигарете. Внимательно смотрел на вечеринку по другую сторону стекла прищуренными глазами. Сугуру воспользовался тем, что он отвел взгляд, чтобы оценить его внешность. Годжо Сатору был высок в разных аспектах: длинные руки, еще более длинные ноги и широкая, яркая улыбка, которой он владел с точностью тренированного убийцы. Его волосы казались темными в тени балкона и мокрыми после неизвестного бассейна. Плавки облегали мускулистые бедра, которые Сугуру оценил, а его тонкая рубашка намекала на пресс, вероятно, скрывающийся под ней. Когда взгляд Сугуру добрался до лица Годжо, он не был слишком удивлен, обнаружив, что тот ухмыляется ему сверху вниз. — Мне нравится твой образ, — сказал Годжо. Сугуру не мог знать, издевается ли тот над ним или говорит это искренне, но обнаружил, что ему в любом случае все равно. — По крайней мере, хоть кому-то. — Как тебя зовут? — улыбка на его лице, вероятно, действовала на большинство людей. Милая, с морщинками в уголках его глаз, будто бы говорящими о том, что так улыбался он только ему. — Гето. Но если ты хочешь знать, какой у меня ник, мне придется уточнить, — он снова вытащил телефон из кармана и открыл Instagram. Улыбка Годжо на мгновение погасла, но Сугуру этого не заметил. — Если ты ищешь подписчиков, то я подарю тебе одного за то, что ты такой милый. — Думаешь, я милый? — спросил Сугуру, выгнув бровь. Он был много кем. Иногда мудаком, иногда нет; для некоторых красивым, но быть милым в новинку. Годжо хихикнул, пожав плечами. Он наклонился вперед, чтобы заглянуть в телефон Сугуру. — Обалдеть. Не думаю, что когда-либо видел, чтобы количество подписчиков было таким маленьким, — усмехнулся он. — Я даже не знаю, как это проверить. Годжо уставился на него, как на мифическое существо. Сугуру снова затянулся сигаретой. Он почувствовал взгляд Годжо на своих губах. Дверь на балкон снова открылась. Сугуру не смог прочитать сложное выражение лица Годжо. — Мы искали тебя повсюду, — раздался раздраженный голос. Сугуру оглянулся через плечо и увидел тощего парня в строгом костюме и очках. Он выглядел так, словно был на деловой встрече, а не на вечеринке влиятельных людей. Его настойчивый тон оказался адресован Годжо. — Люди ищут тебя у бассейна. Улыбка Годжо выглядела натянутой, и Сугуру разглядел усталость, которая отражала его собственную. — Он просто лично поприветствовал меня на вечеринке. Не злитесь на него слишком сильно, — Сугуру сказал это, гася сигарету, после чего дружелюбно улыбнулся Годжо. — Гето собирается присоединиться ко мне в бассейне, Иджичи. Найди ему подходящую одежду, — сказал Годжо, кладя ладонь на руку Сугуру. Его прикосновение приятно контрастировало с ранним летним вечером. Менеджер Годжо кивнул после небольшого колебания и поспешил обратно. Дверь за ним закрылась. — Уверен, что у тебя найдется что-нибудь моего размера? — спросил Сугуру с небрежной ухмылкой. Годжо усмехнулся, его пальцы легонько коснулись бицепса Сугуру. — Надеюсь, что нет. Сугуру и раньше имел дело с дерзкими людьми. Он никогда не искал ничего большего, чем быстрый секс или интенсивные ласки в ванной. Сугуру не утверждал, что он романтик. — Ты поможешь мне? — спросил Годжо. Мелодичность в его голосе привлекла внимание Сугуру, а гордый взгляд сказал ему, что это был человек, который редко не получает желаемое. Хотя Сугуру и был склонен отказать ему, он медленно кивнул. — Положись на меня. — Я не уверен почему, но люди, кажется, думают, что я ищу сладкую крошку, — начал Годжо. — Не хочешь поучаствовать в поисках? Будет весело. Годжо убрал руку с плеча Сугуру. Он выглядел самодовольным, как будто не нуждался в согласии, потому что заранее знал, что тот не откажет. У Сугуру возникло внезапное и яркое желание унизить этого человека. Заставлять его умолять только для того, чтобы отказать снова и снова. Сугуру задумчиво наклонил голову. — Кого именно ты ищешь? — Я узнаю, когда увижу, — быстро сказал Годжо, его глаза игриво заблестели. Медленно кивнув, Сугуру подошел ближе к Годжо, не останавливаясь, пока тот снова не прислонился спиной к перилам. Фальшивая улыбка исчезла, когда он посмотрел Сугуру в глаза. — Я помогу тебе. Но если ты не найдешь то, что хочешь, ты возьмешь меня, — это была не просьба. Но у Годжо не было возможности что-либо ответить, потому что вернулся Иджичи. Сугуру не хотел возвращаться внутрь, но ему нужно было избавиться от конкурентов. — Займи мне место в бассейне. Он не оглянулся на Годжо, когда последовал за Иджичи в пентхаус. Менеджер Годжо нервно улыбался Сугуру, когда вел его сквозь толпу. Влиятельные лица и контентмейкеры наблюдали и перешептывались между собой, пока он следовал за Иджичи на следующий этаж. — Ты можешь переодеться здесь, — сказал Иджичи с осторожностью, прерывисто дыша и указывая на пустую гостевую спальню. Сугуру медленно кивнул, прежде чем его лицо расплылось в зевке. — После того, как переоденешься, иди по этому коридору, бассейн находится за дверью в конце. — Ты… в порядке? — с запинкой спросил Сугуру, заметив темные мешки под его глазами. Иджичи слабо улыбнулся. — Я в порядке. Спасибо, что спросил, — некоторое время Сугуру наблюдал за тем, как он спускается по лестнице. Если такое будущее было уготовано ему во время работы с Годжо, Сугуру уйдет прямо сейчас. Тем не менее, он вошел в комнату для гостей. Из-за закрытой двери он слышал приглушенные звуки снизу. Кровать здесь была широкой и выглядела более удобной, чем старый двуспальный матрас, который Сугуру задвинул в угол своей комнаты. На широкой постели разложено несколько пар плавок на выбор. Они варьируются от смехотворно ярких до слишком узких, чтобы даже не думать их надевать. Он выбрал пару бледно-голубых, что едва доходили до середины бедра. Сугуру ухмыльнулся, подумав, что выполнил пожелание Годжо. Они оказались слишком малы. Помимо того, что у Годжо был огромный пентхаус, казалось бы, в полном его распоряжении, на крыше нашёлся достаточно большой бассейн, чтобы поместить в себе полдюжины человек. Как и на тухлой вечеринке внизу, здесь, у бассейна, было устрашающе тихо. Некоторые из самых красивых людей, которых Сугуру когда-либо видел, одеты в то, что назвать купальником сложно, однако никто не плавал и не развлекался в воде. К большому удовольствию жадных глаз Сугуру вышел в сетчатой майке. На другом конце бассейна мелькнул Годжо в окружении моделей. Их белые зубы ярко блестели, а купальные костюмы были по-прежнему сухими. Сугуру задумался, к какому типу относится Годжо. Он привлекательный мужчина, вероятно, около тридцати лет. Здесь достаточно юных девушек и парней, но Сугуру тяжело представить Годжо с кем-то намного моложе его. Фактически, он ничего не знал о нем, но был способен чувствовать нутром, что Годжо нуждается в твердой руке. В ком-то, кто закалит его, окажет поддерживающее влияние. И никто младше двадцати шести, скорее всего, не смог бы этого сделать. Однако это всё ещё могли быть просто его додумки. Он никогда раньше не пытался повиснуть на шее у кого бы то ни было — это была область компетенции Манами. Когда Сугуру был моложе, он думал, что быть избалованным ребенком — проще простого. Но, узнав в мельчайших подробностях от Манами, это серьезная работа. Сугуру здесь наполовину из шутки, наполовину из мимолетного интереса, желая посмотреть, к чему эта затея может его привести. Он видел, как Манами прошла путь от крайней нищеты до получения такого количества денег и подарков, будто она балуется с законом. Кто-то скользнул по руке Годжо, и Сугуру не уверен, что ему это понравилось. С уверенностью и большей энергией, чем в нем была, он неторопливо обогнул бассейн, направившись к Годжо в окружении фанатов. Пока Сугуру шел, он чувствовал на себе его пристальный взгляд. Тот все еще смеялся над чем-то, что говорила женщина, державшая его за руку, но его внимание уже было приковано к Сугуру. — Гето! — Годжо восторженно закричал, протискиваясь между окружавшими его людьми, чтобы броситься к Сугуру. Его рубашка исчезла, обнажив ухоженные грудь и живот, о которых ранее думал Сугуру. Тело стройное, кожа гладкая, есть намёк на пресс, что заставило Сугуру невольно улыбнуться. Ему нравились мужчины, у которых было за что подержаться. Когда Годжо подошел ближе, его глаза впились в хорошо подогнанные плавки. — Удобно? Сугуру фыркнул. — Немного тесновато, но достаточно удобно. Уже нашел свою сладкую крошку? — Хм, — Годжо медленно оглядел его с ног до головы, кривая усмешка, зацепившая Сугуру, застыла на месте. — Не совсем. Сугуру встретился с ним взглядом. — У тебя есть с собой телефон? — мгновенное удивление отразилось на лице Годжо, прежде чем он покачал головой. — Хорошо. Сугуру ухмыльнулся, положив руку на живот Годжо. Его кожа была приятно прохладной под теплым прикосновением. Годжо выглядел так, словно собирался что-то сказать, но Сугуру не позволил ему. Он мягко, но намеренно толкнул Годжо, и тот упал спиной в бассейн. Падая, Годжо умудрился пропищать, что не соответствовало его прежнему образу. Всплеск оказался сильным, вода разлилась повсюду. Сугуру присел на корточки у бассейна, посмеиваясь, когда люди начали шарахаться от воды. Вели себя так, словно были сделаны из сахара. Годжо вынырнул, резко откинув назад свои белые волосы. Он протёр ладонями глаза, прежде чем оглядеться. Его голубые радужки, казалось, светились, паря над водой. Годжо подплыл к краю бассейна, его пальцы вцепились в бортик, когда он уставился на дразнящее лицо Сугуру. — Ты же не собираешься плакать, правда? — насмешливо спросил Сугуру. Годжо приподнялся ровно настолько, чтобы просунуть пальцы в прорехи сетки, из которой состояла нелепая рубашка Сугуру. Сугуру не сопротивлялся, когда он дернул его вперед. Их тела представляли собой переплетение конечностей в теплом бассейне. Рука Сугуру нашла бедро Годжо под водой, в то время как Годжо не разжал пальцы от майки. — Ты не спросил, есть ли у меня мой телефон, — заметил Сугуру, когда они оба вынырнули. Годжо рассмеялся. Его свободная рука скользнула вниз, чтобы пробежаться по карманам на верхней части бедра Сугуру и его заднице. Прикосновение быстрое, почти вежливое, если бы не голодный блеск в его глазах. — Я бы купил тебе новый телефон, в таком случае. Сказав это, он подмигнул, прежде чем отплыть. Сугуру последовал за ним, сдерживая усмешку. Он пришел на эту вечеринку, едва держась на ногах от усталости, а теперь флиртовал в бассейне с мужчиной, который мог бы стать его ключом к стабильному и обеспеченному будущему. На дальней стороне бассейна Сугуру сел на ступеньку под водой рядом с Годжо. Он вытащил резинку из своей косы. — Ты спросил, что я ищу, — размыто начал Годжо. Сугуру кивнул. — Допустим. Продолжай. — Кого-то внимательного и верного, — заявил Годжо. У него было такое легкое, беспечное выражение лица, будто ему было наплевать на весь мир. Сугуру задумался, были ли правдивы другие слухи, которые он слышал — те, что о девушке Годжо, изменяющей ему. Он оглядел людей, слоняющихся возле бассейна. Теперь, когда Годжо был в воде, некоторые оказались достаточно храбрыми, чтобы присоединиться. — Какие-то важные пожелания во внешности? — спросил Сугуру, проводя пальцами по волосам, чтобы высвободить пряди из закрепленной Манами косы. — Я не поверхностный, — фыркнул Годжо, в ответ на что Сугуру иронично хмыкнул. — Не веришь мне? — он звучал обиженным, и когда Сугуру взглянул в его сторону, то увидел надутую нижнюю губу. Сугуру пожал плечами, а после принялся завязывать свой пучок. — Я не знаю тебя, Годжо. Ты можешь быть наименее поверхностным человеком из когда-либо живших, но я не знаю об этом, — они оба были в курсе, что это неправда, конечно, по тому, как глаза Годжо открыто восхищались формой рук и груди Сугуру. Он не ненавидел его внимание лишь потому, что пытался стать его сладкой крошкой, не более. Он также не испытывал неприязни, когда кожа Годжо скользнула по его коже под водой там, где их бедра соприкасались. — Внешность для меня ничего не значит, — смело сказал Годжо, с видимым усилием отрывая взгляд от тела Сугуру. — Так вот почему ты оказываешь влияние на красоту? Годжо мгновенно уставился на него в ответ, его рот сжался в недовольстве. — Я не оказываю влияние на красоту! — Хорошо, — пробормотал Сугуру. Его не слишком волновало, кто такой Годжо. В конце концов, то, как человек получил свои деньги, мало что значило. — Тогда чем ты занимаешься? Прежде чем Годжо успел заговорить, вода сдвинулась с места. Они были слишком заняты разговором, чтобы заметить, что другие соскользнули в воду. Сугуру удивлен, что не только не заметил остальных в бассейне, но и был слишком увлечен Годжо, чтобы заметить, что кто-то приближается. — Годжо превосходит необходимость категоризации, — сказал новоприбывший с почти восторженным вздохом. Высокий, красивый мужчина с рельефным прессом и таким потрясающим лицом, будто высеченным из мрамора. Сугуру мелочно гадал, сколько он заплатил за проделанную работу пластическому хирургу. — Он многогранен, и попытки загнать его в рамки подавляют его вдохновение, — даже Годжо, казалось, был немного ошарашен похвалой, но быстро улыбнулся в знак благодарности. Сугуру наклонился к Годжо и тихо прошептал ему на ухо: — Этот парень кажется внимательным. Думаешь, он может быть тем, кого ты ищешь? Потребовалось немало усилий, чтобы не прикоснуться к Годжо. От одного его шепота того бросило в дрожь, несмотря на теплый бассейн, в котором они сидели. — Я не уверен… — тихо ответил Годжо. Он осмотрел высокого мужчину, стоявшего в нескольких метрах от него. Выражение лица было достаточно приятным, хотя Сугуру заметил скуку в его глазах. — Ты можешь идти, — сказал Сугуру, поднимая руку над краем бассейна. Он не коснулся Годжо, но движение было достаточно территориальным, чтобы фанат понял намек. Сугуру смотрел, как он удрученно уходит вброд, с немного большим удовлетворением, чем ожидалось. На другой стороне две женщины игриво плескались. Показательно, сдержанно, с камерой наготове, поскольку рядом стояла третья с поднятым телефоном, чтобы заснять их обеих. Сугуру думал, что это Манами пристрастилась запечатлевать каждую часть своей жизни, но у нее ничего не было общего с этими людьми. Его изматывала мысль о постоянной необходимости быть «онлайн», чтобы непрерывно генерировать «контент». — Я хочу, чтобы он также был настойчив в том, чего он хочет. Слова Годжо привлекли внимание Сугуру. Его голубые глаза такие яркие и говорящие, что желудок Сугуру сжался от волнения. — Итак, ты решил, что хочешь мужчину? Это шаг вперед, — поддразнил Сугуру. Теперь они танцевали вокруг этого. Годжо мог прервать прелюдию и сделать свое предложение, но было ясно, что в этот момент ему было слишком весело. Женщины, игравшие в воде, теперь визжали для видео. Усталость снова обрушилась на Сугуру, как грузовик, и он не смог удержаться от зевоты. — Как ты попал на эту вечеринку, Гето? — спросил Годжо, оттолкнувшись от подводной ступеньки. В то время как Сугуру был в нескольких шагах от обморока, энергия Годжо казалась безграничной. — Здесь вход в виде порога количества подписчиков, которых у тебя нет, — он поддразнивал, но в его голосе не было злобы. — Я пришел сюда, чтобы увидеть тебя, — сказал Сугуру. — Как и большинство людей. В том, как он это сказал, не было ни капли самодовольства. Это был просто факт, и Сугуру не мог винить его за это. — Чего ты от меня хочешь? — Годжо заплыл подальше, на глубину. Опять же, ему не нужно было просить, потому что Сугуру беспрекословно последовал за ним. Сугуру не был влиятельным человеком, создателем контента или подкастером, он был просто уставшим парнем, пришедшим сюда за кем-то, кто изменит его жизнь к лучшему. Если Годжо собирается валять дурака, Сугуру сделает первый шаг сам. Годжо позволил Сугуру загнать себя в угол в тихой части бассейна, где не было других гостей. — Ты знаешь, чего я хочу. Друг моей подруги прислал мне приглашение, поэтому я пришел сюда, чтобы получить то, о чем мечтаю, — Годжо погрузился глубже в воду, так что отчетливо были видны только его голова и плечи. Он поднял глаза на Сугуру, его губы заинтригованно изогнулись. — Это правда, что ты ищешь себе кого-то, или просто слухи? Годжо на мгновение выглядел ошеломленным, словно не ожидал, что Сугуру вот так просто скажет это. Слабый румянец окрасил его щеки. — Это действительно был слух. — Был? Годжо поднял руку, чтобы убрать волосы с лица, и на мгновение нахмурился, глядя на воду. Потемневшие белые пряди тут же упали обратно ему на лоб. — Моя команда раздувала пламя слухов. Это забавно, понимаешь? Я — папочка. Хa-хa. И эти смешные издания… А помолвка означает деньги, — Годжо не смотрел на Сугуру, его голубые глаза казались темными и подавленными. Сугуру это совсем не понравилось. — Итак, они организовали эту вечеринку, пообещав другим влиятельным людям, что они смогут поучаствовать во всем этом дерьме. И вечеринка сделала то, что должна была. Я в тренде. Сугуру подумал, что это должно было быть хорошо, но Годжо выглядел опечаленным. Именно потому, что он хватался за соломинку в надежде не дать умереть мечте о деньгах, без какой-либо другой причины, Сугуру придвинулся к нему еще ближе. Вода плескалась о голую грудь Годжо. Сугуру хотел, чтобы он поднял глаза; он хотел, чтобы эти глаза смотрели на него. — Я не думаю, что это забавно, — тихо сказал Сугуру. Он имел в виду именно это. Не только из-за того, что он мог получить от такого соглашения, но маленькая, незначительная, неважная часть его задавалась вопросом, что он сам мог бы дать Годжо. Он показался Сугуру одиноким, и даже если бы они просто трахались, или ходили на свидания, или делали еще какую-нибудь странную херню, которую хотел Годжо, он бы не возражал. Годжо усмехнулся. — Я никогда раньше этим не занимался. Я не оправдаю твоих ожиданий. Это было немного неожиданно, но Сугуру это не волновало. Поэтому он так и сказал. — Мне все равно, девственник ты или нет. — Чего?! — Годжо зашипел, его легкий румянец залил все лицо ярко-красным. — Я не девственник! Сугуру пожал плечами. — Ладно. В любом случае, кого это волнует? Это могло бы быть весело. Он подумывал сказать Годжо, что никогда раньше не был тем, кого содержат, но решил, что Годжо это может не понравиться. Не говоря уже о том, что Сугуру чертовски хорошо блефовал. — Я люблю веселье, — Годжо, наконец, поднял глаза. Румянец исчез. Вместо этого на его губах играла дерзкая ухмылка, глаза снова приобрели прежний напрягающий блеск. Это был просто момент слабости, и… пальцы Годжо играли с сеткой его майки под водой. — Оставь свою информацию Иджичи, когда уйдешь. Намёк на уход задел, но Сугуру не показал этого. Если он собирался стать игрушкой Годжо Сатору, его не могло беспокоить подобное обращение. Сугуру сохранял легкую улыбку на лице, отплывая на некоторое расстояние от него. Однако, прежде чем он успел уйти слишком далеко, рука Годжо взметнулась и обхватила его запястье под водой. — Я уверен, ты оправдаешь каждый цент. Сугуру громко рассмеялся. Он стоил бы каждого цента, каждого подарка и каждого прикосновения. Сугуру бы свёл с ума этого человека и разбогател в процессе.