Кумиры, отношения и споры

— Уважаемые господа и прекрасные дамы. Сегодня наступил весьма знаменательный день. Ведь настоящая праздничная атмосфера царит в воздухе в связи с пятилетним юбилеем королевы Рапунцель и её верного советника Юджина. Уже целых пять лет эти два выдающихся правителя управляют Короной с таким мастерством, что процветание страны стало неотъемлемой частью её реальности. И неудивительно, ведь как не процветать государству, где технологический прогресс находится на высочайшем уровне, а научное сообщество Семи Королевств стало воплощением знаний и мудрости. А во главе этого великого Союза стоят молодые, но уже столь мудрые лидеры — Вэриан и Хьюго Радмиццер. Давайте окунёмся в их мир, который... — Стоп, Нуру и Йонг, стоп. Я думаю, что «Вэриан и Хьюго Радмиццер» – это немного не то, что хотят узнать гости в первую очередь. Помните: нам важно подчеркнуть нашу индивидуальность и то, что в Короне есть уникальные и талантливые инженеры. А не то что мы, эм, ну… — Трахаемся официально. — грубо говорит Хьюго. Вэриан глупо заливается краской и закрывает лицо ладонями, согнувшись пополам и злостно прошипев имя парня. — Нет, ну, а чем не правда? — Я думаю, это неверно тем, что вы не женаты и пока встречаетесь, парни, — говорит Квирин, гладя смущённого сына по спине. — Вэриан, не переживай. Всё будет нормально. — Встречаются пять лет? Так у них тоже свой юбилей и я считаю, есть смысл упомянуть, что вы встречаетесь. Так что Йонг и Нуру не допустили ошибки! — бодро говорит Рапунцель, подняв указательный палец вверх. Юджин проморгался, осознавая всю абсурдность происходящего, и решил вставить свои пять копеек: — Конфетка, я думаю, что всё же, несмотря на этот факт, в приоритете должен стоять наш пятилетний юбилей. Такая дата ведь последний раз в жизни бывает и нам надо как можно лучше и отчётливее запечатлеть её на стенах истории. Безусловно, я рад за молодняк и за то, что они не растеряли чувство любви к людям. Хотя среди них это очень редкое чувство. — Ммм, Юджин, ты намекаешь о ребёнке, который плюнул в твоё лицо и унёсся хохоча? Но это было уже месяц назад! — Да, я продолжу намекать и помнить об этом засранце до конца жизни. А теперь я предлагаю вернуться в сценарию предстоящей Юбилейной недели. — Юджин немного подумал над следующей фразы и добавил: — И я всё ещё не понимаю проблемы того, чтобы воздвигнуть памятник в мою честь. — Я же говорю, все эти королевские особы из высших сливок общества – безалаберные хмыри, способные говорить лишь о том, как они восхитительны и умопомрачительны при том, что без прислуги они – лишняя пыль под ногами. — шепчет Хьюго Вэриану, который кое-как отошёл от такой горячей любви Хьюго к нему и к прямолинейности. — Хьюго, скажи, ты хоть иногда думаешь о том, что безумно сильно раздражаешь окружающих, или, как минимум задеваешь их? — Вэриан выпрямляется и в упор смотрит на своего очаровательного, но абсолютно глухого к чувствам других людей, парня. Вэриан набирает воздуха в лёгкие и говорит: — Мне доводилось множество раз понимать, как тебе было плохо в твоём королевстве и как ты из-за этого ты относишься к дворянам. Но прошу, хватит. Я сделал очень много ужасных вещей для Короны, в особенности для семьи Рапунцель, но тем не менее, они меня простили. Я должен быть благодарен, понимаешь? — Ты прекрасно знаешь, кого я считаю во всём этом виноватым. Мы обсуждали это очень долго и каждый остался при своём. — Хьюго подчёркивает последние слова, не смотря на Вэриана. Последний прискорбно вздыхает и пододвигает свой стул к Хьюго. Неуверенные объятья, поглаживание по тёмным волосам и тихие вздохи. Хьюго улыбается, а потом понимает, что его парень заснул. Тогда в комнате звучат следующие слова: — Друзья, предлагаю вам закончить своё очень скучное обсуждение и разойтись, ибо наш дорогой маленький учёный заснул. Йонг, вы очень плохо… — Хьюго! Ммм, — Вэриан ощутимо толкает Хьюго в грудь и тот затыкается, простонав от боли. Нуру и Йонг хихикают на это действие. — Нельзя доверять людям, которые во время сна выглядят слишком милыми, приятель, — с укоризной говорит Юджин, вспоминая, как прошлой ночью Рапунцель с перепугу ударила его сковородкой. Квирин качает головой и первым встаёт из-за стола. Он желает выступающим ребятам удачи, кивает правителям, а сына треплет по волосам и берёт на руки. Хьюго выходит за мужчиной, указывая тому комнату Вэриана. С этого момента зал начинает пустеть. Йонг и Нуру отправляются в свои гостиницы, Рапунцель спрашивает придворных о народных предложениях, просит записать и занести к ней и уходит спать. Юджин делает очередной обход дворца и отправляется вслед за женой, перед этим отправив двух служащих проводить отца Вэриана до дома на карете. И где-то через час задумывается. *** — Малышка, слушай, может, нам стоит переселить Квирина во дворец? Он уже давно живёт на свою законную пенсию и символические пожертвования иностранных гостей. И вообще, я думаю, это странно и неудобно: вместо того, чтобы Вэриану продолжать свои проекты, а Квирину спокойно жить, каждый из них тратит несколько дней на то, чтобы прийти к друг другу и побыть вместе. — О, ты тоже об этом думал, Юджин? Это отличная идея, на самом деле. — К моменту юбилея всё должно быть так? — И никак иначе. — Юджин кивает и ложится спать с Рапунцель. *** — То есть, вы хотите сказать, что теперь мой отец будет жить во дворце? — Рапунцель отвечает, что да, так и есть. — И мы должны ему об этом сообщить, потратив некоторое время на путь в Старую Корону? — Полагаю, это правда. Вэриан, поверь, я могла бы отправить соответствующих людей, но… — Но твой отец слишком остро реагирует на нашу стражу. И у нас сейчас очень уязвимое положение, потому охрана усилена. — договаривает за неё Юджин. — Оу, я понимаю это. Во время моего срока его регулярно навещали. — как бы невзначай говорит Вэриан. — Думаю, нет смысла больше ждать. Хьюго, идём. — Удачи, парни! *** — Вэриан, ты правда собираешься в Старую Корону? — Хьюго, даже не начинай. Я знаю, что ты не любитель долгих прогулок, потому что большую часть жизни прожил на улице, а деньги уходили на финансирование твоих опытов. Но нам надо ко мне домой. Надо, понимаешь? — Очечи, иногда ты ведёшь себя очень глупо и ищешь этому оправдания, — колко подмечает Хьюго. — Хей, дурашка, это всё ещё мой отец. И на самом деле, ты должен признать, что должен с ним считаться. — Я не думаю, что если я начну это отрицать, то что-то измениться. — Ладно, тогда давай мы просто воспримем это как свидание. — Свидание? Ты, должно быть, спятил. Свидание – это милый ужин на двоих и, максимум, ночное небо из окна. Но никак не прогулка на несколько часов. — Нет, правда. Мне кажется это достаточно романтично. Типа, отцы алхимии расхаживают по всему королевству, чтобы передать весть отцу одного из них. — Отцом алхимии в Короне является Масатинни Дисье, а в моём королевстве какой-то богатый чувак с усами, который конечно же украл идею такой науки, как алхимия, у бедного раба Шорта Дина. — уточняет Хьюго, явно выпендриваясь своими знаниями в истории. — Ты очень умный, Хьюго, правда, но я думаю, есть смысл со мной согласиться. А ещё мы уже прошли через королевские ворота. Хьюго замолчал и остановился. Постоял, подул на свои руки, посмотрел на идущего впереди Вэриана. Пошёл с ним дальше. — Чтобы ты без меня делал, а, Очечи? — Не знаю, Хьюго, не знаю. Парочка зашла в магазин сладостей, где купила немного поесть в дорогу. Хьюго высказал своё обязательно отрицательное мнение про то, что булки в Короне стоят слишком дорого и вообще. Вэриан, вспомнив, что вообще-то, за столько лет проживания в Короне, Хьюго так и не попробовал выпечку талантливой Лидии и предложил Хью сразу съесть булку. — А я не отравлюсь, случаем? — Зачем мне твои проблемы желудочно-кишечного тракта? — Ну, а вдруг… — А вдруг нет? В ответ на это Хьюго раскрывает упаковку, внимательно смотря на Вэриана и выжидая в нём частицу кислого злорадства. Вэриан лишь улыбается, поняв ход мыслей другого парня. И потому держит нейтральные оттенки на лице. — Ммм, ладно, в этом что-то есть, — говорить Хьюго, быстро запихивая хлебобулочное изделие обратно в сумку, скрывая тающее блаженство от вкуса. Но Вэриан и так всё понимает. И Хьюго лишь морщится на глупую-глупую улыбку Вэриана. — Ты забавный, Хью. По крайней мере сейчас. — А ты вредный. Всегда. — По-моему, мы что-то перепутали. Из нас двоих вредный точно не я, ведь… — Нет, ты вредный. Слишком сладкий и потому вызывающий желание тратить на тебя приличное количество времени. Вэриан краснеет, будто его щёки натёрли необычным фруктом, который описывала королева, когда путешествовала по миру будучи принцессой. Это был очень глупый комплимент, но именно он почему-то вызвал такую красочную реакцию. Хьюго прижимает своего парня к себе и целует в лоб. — Кажется, у кого-то поднялось… — Желание пойти домой. —…настроение. Но я рад, что у тебя хоть что-то поднялось. — и Вэриан замолкает. А Хьюго пускает едкий смешок, который превращается в ядовитую смесь серной кислоты и воды. — Ладно, это свидание, определённо стоит того, чтобы его продолжить, раз уж мы так начали. Очечи, выходи из мозгового бункера. Вэриан, перечислив все междометия, взял Хьюго за руку и сказал, что им надо спешить в Старую Корону.