Яблочные леденцы

Начинается всё с последней лекции по экономике и голос препода звучит слишком нудно для того чтобы обращать на него внимание. Минхи слышит справа от себя тихие причмокивания и сначала сильно сомневается что это не та доставучая парочка с их группы, что встречается всего неделю. Но это Ли Феликс со своими треклятыми яблочными леденцами. И Чхве не знает что лучше в такой ситуации: чтобы та парочка шумно целовалась сзади, скрывшись за Ликсом или он сам с его леденцами щекотал её нервишки. Всё внимание девушки обращено лишь на него. Щёки поочерёдно надуваются, оттягиваемые проворным языком во рту. Тонкая веснушчатая щека сбоку от неё мешает сосредоточиться даже когда препод диктует слова для записи, уведомляя об этом. Минхи вконец решает отложить ручку и продолжает украдкой следить за невидимой ей гонкой за леденцом во рту Феликса. Феликс обожает яблочные леденцы, они ему так подходят. Феликс это то самое тёплое солнце в ненастный день; плед когда холодно до дрожи и конечно лимонад со льдом когда на улице зной. Он идеален всегда и во всём. Минхи хотела бы сказать ему об этом, но каждый раз глядя на него, особенно в такие моменты когда он задумчив и тих как сейчас, девушка почти уверена что Ликс и без неё верит в свою исключительную особенность. Он несколько резко принимает другое положение, заставив вздрогнуть девушку и вынуждено посмотреть на доску, где торопливой рукой преподавателя расписаны основные движущие силы экономики, которые сейчас для неё значат не больше информации о состоянии процентного соотношения аргона и молекулярного азота в атмосфере Марса. На её почти незаметные для остальных телодвижения поворачивается Ли, вопросительно глядя. — Ничего, всё в порядке, — тихо, почти без звука, шепчет она, на что парень кивает и вновь уходит в свои мысли, укладывая подбородок на ладонь и продолжая игру с леденцом. Кажется, будто у Феликса датчики на неё, часто он слишком внимателен к Минхи и её словам. Он заботливый, серьёзный и весёлый когда это надо. “Действительно идеальный” - с чуть слышимым вздохом думает Чхве. *** — Ынби ушла на открытие бара, — Минхи потирает веки, уставшие и смыкающиеся от бесконечных конспектов и феликсовых игр. “Чуть глаза не скосила” - пронеслось в её голове. Плитка университетского двора медленно, но верно сменяется сплошным асфальтом на пути к круглосуточному. — Её брата? — поинтересовался Ли, сминая в руках конфетные фантики. — М? — девушка пропускает момент, и только его глубокий голос отдаётся тянущей истомой внизу живота. Безобразие, разве можно так откровенно течь от своего лучшего друга? Вероятно нет. — Открытие бара её брата? — он машет проходящей мимо девушке, очевидно стрельнувшей его номерок на днях. — А… да. Но мы ведь тоже идём развлечься, — неосознанно Минхи провожает девицу не слишком приветливым взглядом, на что Феликс хрипло смеётся, — что смешного? — Вообще-то, ахах, — он утирает невидимую слезу и тепло смотрит на Чхве, что уже нашла на дороге отбившийся камушек, — ты как мой телохранитель. Так грозно. — Ты про что? — осознав свою оплошность, девушка поднимает брови и не глядя на Ли делает вид что тот сильно ошибается на этот счёт. Хотя конечно это не так. Парень не отвечает, оказываясь ближе, он обхватывает её шею одной рукой, почти вешаясь на Минхи, а вторая рука приводит её волосы в беспорядок, растирая кулаком макушку. — Ликс! Эй! — она старается увернуться, что выходит не с первого раза, а высвободившись из плена тёплых рук смеётся, поправляя взлохмаченные волосы. — А? О чём ты? — передразнивает, корча рожицу и лучезарно улыбается, заливаясь смехом. Минхи останавливается на пару шагов позади и восторженно следит за его выражением лица. Всегда ли он был так прекрасен? — Идём скорее, — Ликс ускоряется, всё так же улыбаясь, — а то около магазина полно желающих выпить всё пиво со склада. — Иду, — Минхи хитро ухмыляется прежде чем нагнать его и наброситься со спины с щекоткой. Их смех разливается по всей улице, а затем они заходят в магазин почти в обнимку. Буквально пакет пива в руках Феликса и три пачки снеков. Это определённо то, ради чего нужно было жить этот день. Оба это прекрасно понимают. — Ликс, ты ведь не пойдёшь с этой девушкой завтра никуда? Ты помнишь, что мы договорились неделю назад сходить на премьеру? — Минхи очень серьёзно глянула на парня, потирая отдавленные пакетом пальцы, хотя Феликс дал подержать его всего пол минуты пока завязывал шнурки. Он действительно очень силён, если готов тащить этот пакет до общаги в одной руке. — Какую такую премьеру? — он провожает её наигранно серьёзным взглядом, — Я уже взял билеты в кино на другой фильм… — Эй, — девушка хмурится, пихая Ли в бок локтем, — не шути так, иначе я заберу всё пиво и буду пить одна. — Лопнешь, — снова заливается смехом, хватая Минхи за руку и ускоряясь по дороге к общежитию, — конечно же я шучу. Я тоже ждал выхода этого фильма. И вообще, с чего ты взяла что я пойду на свидание с ней? — Ну… Она красивая..? — почти спотыкаясь на ходу, ответила Чхве, поймав на себе не очень довольный взгляд. Ли берёт её за руку, дабы не пришлось потом оказывать первую медицинскую помощь. — Она не в моём вкусе. — А что или кто в твоём? — она замолкает, и в летнем тёплом воздухе слышится только её тяжёлое от быстрой ходьбы дыхание. Чуть приостановившись, она вдруг восклицает, — Только не говори?! Парни? Феликс морщится и тянет её дальше уже по ступенькам здания. — Что за чушь? — за разговором они минуют входную дверь и движутся по лестнице. — Я ни разу не видела тебя рядом с девушкой. В плане, чтобы прям так с девушкой, в отношениях там… Ты даже не гуляешь ни с кем из противоположного пола. Если это не твоя сестра, конечно, — Минхи громко дышит, но несмотря на это без заминки выпаливает все свои переживания. — Да брось, зачем мне это? — Ликс всё ещё крепко держит её руку и останавливается только у комнаты девушки, — Дай-ка ключ. Я давно не был у тебя. Минхи, не услышав удовлетворительного ответа недовольно морщится, доставая ключ из сумки. — Ну ты же всё-таки парень…— девушка замолкает, думая стоит ли говорить что-то ещё по этому поводу, — Гормоны, всё такое. — Бред, секс это не что-то сверхъестественное что спасает при гормонах и “всём таком”, — он успевает щёлкнуть пальцем по носу Минхи, прежде чем зайти в её комнату, оставив в коридоре краснеть. Она ведь не совсем это имела ввиду? Сейчас Минхи остро чувствует грань, на которой находится. Одна её сторона это милый и забавный Феликс, а другая сторона это серьёзный и спокойный Феликс, готовый объяснить почему секс действительно “не что-то сверхъестественное”. Девушка тяжело сглатывает и заходит следом, запирая дверь. С её губ вот-вот сорвётся что-то компрометирующее, и Ли определённо это понимает, так как чувствует её как себя. Да и за годы совместной дружбы её несложно было изучить почти полностью, уж у него была такая возможность. Проблема лишь в том, что в ней каждый раз появляется новая неизведанная ему грань. За что она не возьмётся - у неё в той или иной степени что-то да получится. Когда-то в детстве это заставляло Феликса испытывать зависть, но взрослея, он мог лишь восхищаться и желать успехов в её начинаниях, которые безусловно почти всегда ими и оканчивались. Он ставит пакеты у столика в центре комнаты и идёт к раковине чтобы помыть руки. Минхи скидывает сумку около кровати едва не зацепив чехол с гитарой и молча оказывается рядом с ним, стараясь не ляпнуть что-то что поставит их обоих в неловкое положение. Она моет руки рядом, глядя в зеркало на своё отражение и почти видит что на одном её плече ангел, который всеми силами старается умолить не говорить ничего что касалось бы последней обсуждаемой темы. На другом плече демон, который так и развязывает её язык, чтобы сказать что похлеще. Жаль, но после четырёх тяжёлых пар, её язык готов болтать что угодно не задумываясь о последствиях и она, постучав по краю раковины, спрашивает: — Так значит ты уже занимался… Ну, сексом? — руки Феликса зависают у полотенец, пока он медленно переводит взгляд на её глаза, через отражение зеркала. Минхи сглатывает так, будто на её языке громадный кусок яблока, что при глотании определённо сделает больно. — К чему такие вопросы? — вытирая руки, интересуется Ли. — Просто… — она теряется, избегая его глаз, скорее от смущения, нежели для того, чтобы выключить кран. — Просто?.. — парень отводит взгляд, ощупывая карманы чёрных джинс в поисках конфеты, пока язык в его рту совершает кульбит, проходясь по зубам, но не ощущая привычной сладости. — …интересно, — Чхве буквально отталкивается от раковины ладонями, уже начиная злиться на своё безрассудство. “Сдурела? Разве нормально спрашивать такое у парня, тем более если это твой близкий друг?”. Она едва сдерживает ладонь, чтобы не дать себе хорошую оплеуху. — Ну, было. Пару раз, — за шелестом фантика почти не слышно его слов, но воспалённое сознание Минхи позволяет сейчас абсолютно всё слышать слишком громко, нежели хотелось бы. — Понятно, — не зная что сказать на вынужденное откровение, отвечает девушка. “Зачем, чёрт возьми, я спросила такое?”. Феликс деликатно промолчал, после чего едва слышно кашлянул. Развернулся на пятках и сел за стол, доставая купленное. Минхи села рядом, нервно поправляя одежду. Неловкое молчание прервал он же, решивший прокомментировать новую работу Минхи. — В этот раз получилось так же здорово, — он кивнул в сторону холста у стены с пейзажем. Чхве смущённо улыбнулась, присаживаясь рядом, предварительно поправив короткую юбку.  — Спасибо, — отвечает, как в первый раз рассматривая солнечные веснушки на его лице. Вообще-то она не очень любила пейзажи, но мама Феликса, побывав на Шри-Ланке, решила что её спальне очень не хватает панорамы, и под руку (как впрочем и всегда в подобных вопросах) «попалась» Чхве. — Ты рисовала что-то ещё? — звук открывающейся банки и его пальцы на крышке. Минхи сглатывает, переводя взгляд на другой холст, обращённый лицевой стороной к стене. Она забыла что не убрала его, — Вообще да, но…— Чхве вздрагивает стоит Феликсу подняться с места и двинуться к работе. — Могу ли я взглянуть? — он внимательно следит за растерянным взглядом девушки, останавливаясь в шаге от работы. Ли ведь и не догадывается, что на холсте ни кто иной как он сам. — Ну… Я его ещё не закончила…— Минхи неловко потирает затылок, судорожно перебирая в голове оправдания. А всё потому что хотелось видеть над своей кроватью хотя бы нарисованного Феликса, о большем (по её мнению) она мечтать не могла. Хотя учитывая частоту посещения её комнаты Феликсом, Минхи пришлось бы перед каждым его приходом снимать со стены холст и убирать куда подальше. — Так что? — парень в нетерпении перебирает леденец во рту, пока Чхве зависает глядя в одну точку. — А? Да, если ты так хочешь, — она краснеет с каждой секундой сильнее и её тело почти накрывает дрожь от низкого тембра. Феликс, всё так же играя конфетой, тянется к рамке, пытаясь предугадать что его ожидает. Стоит только ему увидеть что действительно оказывается на холсте, как всё его тело замирает, а Минхи наблюдает не дыша. Леденец остаётся туго зажатым между его зубами и щекой даже когда он смущённо улыбается. В этот момент сердце девушки предательски пропускает удар. — Вау… Это… Это очень красиво. Разве это похоже на меня? Это же даже лучше чем я, — совершенно искренне восхищается Ли, продолжая рассматривать картину. Минхи готова согнуться пополам, в её груди что-то настойчиво стучит, стремясь вырваться наружу. Кажется это сердце. — Она правда не закончена? — резко поворачивается, почти пугая девушку, — Ты ведь не соврала мне? — шутливо интересуется, после прочищая горло и всеми силами стараясь контролировать своё смущение. — Технически - нет, — она опускает взгляд на банку пива, — там осталась пара мазков. Мгм… — судорожно хватаясь за край собственной футболки, — Для общей выразительности. Хотя Ли Феликс определённо намного более выразительный в жизни и достаточно сложно передать в полной мере то, насколько он блистателен. А тем более убедить его самого в этом. — Правда? — парень садится обратно уже с холстом в руках и тянется к жестяной банке. Не сводя глаз с работы, он глоток за глотком выпивает половину. Его кадык движется вверх-вниз, цепляя восторженный тихий всхлип Чхве. — Это похоже на тебя, и очень сильно, — после очередной борьбы с собственными мыслями, Минхи всё же даёт себе обещание быть максимально откровенной, продолжает шутливо, — ты ведь не считаешь меня плохим художником? — закусывает нижнюю губу, — Ликс, мне было действительно сложно передать то, насколько ты идеален. Ты буквально олицетворение Солнца. И я почему-то иногда думаю, что не совсем… Хм… Достойна? — девушка с силой тянет край ткани, напряжённо сдвинув брови, — Твоего тепла… Вообще-то я не воспринимаю тебя как друга и… — Это то, что ты чувствуешь? — Ли замирает на её словах. Банка пива со стуком оказывается на столе, а холст медленно опускается на ковёр, будто это то, что можно без усилий разбить. Он не верит что это происходит в самом деле и внутри всё переворачивается, задевая органы. Кажется ему стоит вновь научиться дышать. — Да, Ликс, и если…— Минхи теряется в его бездонных тёплых как летнее солнце глазах, подняв голову, — Если ты против, ну… Против моих чувств, то я буду вести себя как и всегда. Для тебя всё что угодно. — Всё что угодно? — Ли в момент задумывается, перекатывая во рту леденец. Вкус яблока особо ярко чувствуется на языке. Феликс считает, что ему повезло. Повезло, что она чувствует то же самое. Что ей обязательно нужно знать что чувствует он. Ли резко придвигается ближе, почти невесомо цепляя подбородок Минхи. Они встречаются глазами и девушка почти стекает по его рукам, чувствуя пульсацию между ног. Усилием мужских рук девушка оказывается на бёдрах Феликса. Юбка поднимается выше настолько что видно кромку нижнего белья. Мягкие губы, о которых Чхве приходилось лишь мечтать, касаются её нервно сжатых от волнения и расслабляют их. Девушка чувствует щекочущий нёбо горячий язык и вкус яблока вперемешку с хмелем. О края подтаявшего леденца можно порезать язык и пролить кровь. Можно сожмуриться от острой боли, но продолжить смаковать. Феликс буквально этот самый леденец, и Минхи режется о него быстро и бесповоротно, даже не задумываясь. Прервав поцелуй, от которого в голове Минхи мигом стало пусто, парень заключил её обмякшее от получаемого возбуждения тело. — Ликс, — шепчет, глубоко вдыхая его аромат, — кажется, я хочу тебя. Она слегка ёрзает, случайно задевая ладонью его член через плотную ткань джинс. В ухо Минхи врезается его хриплый стон, а губы Феликса едва касаются женской шеи, вызывая ещё большее количество мурашек по спине. Парень тянется к её футболке, стаскивая и бросая куда-то в сторону. Она толкает Ли в грудь, желая опрокинуть на ковёр и сесть сверху, но её останавливают, сильнее врезаясь в промежность. Феликс определённо понимает чего она хочет, но сначала он сделает всё, чтобы ей было комфортно. — В книге...— её прерывают, накрывая поцелуем губы. И Феликсу конечно любопытно что это за книга, подробно объясняющая как правильно садиться на член, но куда важнее для него сейчас подарить ей лучший первый раз. Его горячие ладони опускаются, щекоча внутреннюю сторону бедра, отчего Чхве ёрзает. Ловкие пальцы без препятствий проникают под бельё, чуть сдвигая его в сторону. — Так влажно, — бормочет, закусив губу Феликс. Конфета, смешавшись со слюной почти растворилась в поцелуях. Его палец щекочет вход, отчего в паху у девушки до невозможности сильно тянет от перевозбуждения, а её горячая ладонь обхватывает мужское предплечье, обжигая кожу. — Пожалуйста, — со всхлипом, отрываясь от влажного поцелуя, — Ликс, пожалу... Чхве давится стоном, стоит парню надавить пальцем сильнее и скользнуть внутрь. Её голова запрокидывается с хрустом позвонков, руки беспорядочно рыщут в поисках опоры и находят шею Феликса. Обхватывает, тянет отросшие волосы назад, тянется губами к его шее, упираясь ими в кадык. Целует медленно, касаясь тонкой кожи зубами, после чего отстраняется. Внимательный взгляд следит за каждым её выражением лица, пока палец проникает глубже, размазывая естественную смазку. Чхве ёрзает, задевая эрогированный орган, в попытке привыкнуть к непривычным ощущениям. — Шшш, — второй рукой парень гладит её затылок, притягивая голову к себе и намеренно сталкивая их лбы, — тише, — смотрит в затянутые дымкой возбуждения потемневшие глаза, а сам едва сдерживает стоны от трения её ладони внизу. К первому пальцу присоединяется второй, сильнее растягивая тугие, но скользкие стенки. Раздаётся стон и с силой сжатые в её руках волосы заставляют Ли чуть откинуть голову. Большим пальцем Феликс находится головку клитора, потирая в такт толчка пальцами, из-за чего Минхи хнычет, едва совладая своим телом. Но её пальцы сильно сжимаются в мягких волосах парня, стоит ему сделать ещё пару стимуляций. В голове вмиг становится пусто, во рту сухо, тело бьёт мелкой дрожью, уходящей в пах, где пульсирует и течёт. Её голова с хрустом запрокидывается наверх, с крепко зажмуренными глазами, вторая рука на напряжённом предлечье Ли. В глазах звёзды и радужные пятна. Минхи почти сразу приходит в себя, впиваясь быстрым поцелуем в губы напротив. Женская рука медленно сползает с затылка, двигаясь к ширинке и натыкаясь на пряжку ремня. Поспешно растёгивает, ориентируясь наощупь. Пальцы с хлюпом выходят из неё. И не смотря на адскую дрожь во всём теле, девушка движется дальше. Ли помогает, одной рукой стягивая ремень и со стуком бросая его на стол. Его ладонь замирает над ковром, когда женская ладонь нетерпеливо потрепав резинку боксёров, оттягивает её, наконец касаясь вставшего органа. Неумело гладит пальцами, ощущая каждую венку. Проходится большим пальцем по головке, размазывая предэякулят. Сверху слышится шипение, парень откидывается назад, опираясь о ковёр руками. — С-стой, — такое он чувствует впервые, когда настоящая искренняя любовь смешивается с нарастающим возбуждением, более сильным чем когда либо. Минхи останавливается, сжав кольцо из пальцев на члене. Вообще-то она тоже уже в ожидании когда он окажется внутри. — Мхм… У тебя нет презерватива? — вновь возвращая руки на её тело, почти шепчет Феликс. — У меня? Откуда? — смеётся, вытаскивая ладонь из его белья под разочарованный вздох. Парень задумчиво замирает, но лишь на секунду. Он молча тянется к заднему карману джинс, нащупывая квадратную упаковку. Спешно вытаскивает, сразу подносит к губам, цепляясь зубами за край фольги. Под внимательным взглядом раскатывает по органу силикон и укладывает горячую ладонь на её поясницу. Она вновь взбирается на мужские бёдра. Их губы сталкиваются в поцелуе, пока рука парня протискивается под ней, обхватывая член. Мажет головкой по половым губам, собирая смазку и задевая клитор. Минхи ухмыляется, завидев сосредоточенно сдвинутые вместе брови. Её вторая рука ложится на его плечо, толкая на ковёр, провоцируя падение. Головка члена с силой проходится по клитору, отчего Чхве громко стонет. Феликс, не ожидавший подставы удивлённо смотрит в её горящие огнём глаза. Он смотрит ниже, где под тонкой тканью бежевого белья отчётливо виднеются вставшие соски. Женские бёдра по бокам от его тела, короткая юбка задралась, её край забрался в полуспущенное бельё, готовое вот вот покинуть тело, с чем Минхи и помогает, поспешно стаскивая его. — Это слишком, — он сглатывает, возвращаясь к её тёмным глазам. — Что конкретно? — интересуется, воюя с его рукой внизу и наконец касается горячего органа, желая попробовать самой. — Слишком горя…— ей удаётся почти с первого раза найти вход в лоно, чуть присев, — чо… Кончик едва входит, пока Минхи жмурится, прикусывая губы. Ей страшно, но если страшно, не стоило ли начать самой? — Аккуратнее, медленно — слышит над головой и поднимает обеспокоенный взгляд на парня. Передав контроль Феликсу, она немного расслабляется, ощущая цепкие ладони на талии. Он придерживает, почти не двигаясь, чтобы девушка смогла безболезненно привыкнуть. — Ликс, можно, — она с вздохом цепляет его губы и чувствует поглаживания по спине. Промежность гудит от возбуждения и непривычной заполненности. Его губы затягивают в напористый мокрый поцелуй. Уже через секунду его глаза вновь на её лице, анализируя каждую эмоцию, способную дать понять как скоро начинать двигаться. Её тёмные, полные любви глаза оглядывают веснушку за веснушкой, а губы тянутся к ним, исследуя кожу щёк, лба, подбородка, даже шеи и, наконец, уголка губ. Это кажется Феликсу настолько интимным, что с его приоткрытых в ожидании губ срывается стон, а бёдра подрагивают. Эрегированный член надавливает на стеночки изнутри, вырывая громкий восторженный стон. Пальцы Минхи с силой сжимаются на его плечах, пока тело непослушно дрожит от ощущений. — Готова? — Чхве тихо мычит в ответ в знак согласия. Ли делает первый толчок, приподнимая таз, слышит полные удовольствия всхлипы. Он полностью в ней, каждая венка на органе так отчётливо чувствуется девушкой. Со вторым толчком внутри горит сильнее и так по нарастающей. — Я-я сама, — губы расплываются в улыбке. В её голове перемешались все мысли, но тело безостановочно движется, доставляя обоим удовольствие. Ли проходится по стоящим соскам костяшками пальцев через тонкую ткань белья. Второй рукой тянется к застёжке, цепляя и расстёгивая. Лямки катятся по влажным плечам, пока девушка не избавляется от лифа вконец, откидывая на ковёр. Затуманенным взглядом встречаясь с его глазами, Минхи возбуждается ещё сильнее и чувствует как трение всё набирает силу, а орган увеличивается в размерах, надавливая в разы сильнее. — Я… Я скоро, — её глаза блестят от выступивших слёз, низ живота тянет сладкой предвкушающей истомой. — Я тоже, — торопливо сталкивает их губами, подмахивая бёдрами и глубоко стонет. Что-то быстро мелькает в глазах и их губы расходятся в восторженном совместном стоне. Одном на двоих. Внутри становится так горячо, что Минхи готова поспорить, что ещё чуть чуть и она расплавится, стечёт по его напряжённым рукам, крепко держащим её за бёдра. Ноги сводит судорогой, но это стоит того. Она смотрит на Феликса из под длинных влажных ресниц, переводя дыхание. А в его глазах вся Вселенная не спит, она мигает безграничным счастьем. В его глазах трава, деревья, громкая речка… В его глазах домик на опушке леса и яблоневый сад… Феликс на вкус сладкий и кислый одновременно. Ему подходят яблочные леденцы и он залижет порезы от них.