Гарри Поттер и Тайная комната

По итогам событий вокруг Тайной комнаты директор Малфой совершенно не пострадал. Более того, он, похоже, смог провести этих Уизли, да вообще всё британское магическое сообщество. Всё-таки роль доброго, решительного, энергичного, откровенного директора Малфой играл прекрасно, профессор Макгонагалл и та повелась. Когда Колин, Джастин и Гермиона вернулись к жизни, директор отправил письма их родителям. 14 января он получил ответное письмо от мистера и миссис Грейнджер. Те, похоже, тоже повелись, на полном серьёзе выразили директору Малфою благодарность за всё, что он сделал ради их дочери... - "Глупые магглы...", - подумал Малфой. - "По-моему, тогда, в августе, в том вшивом книжном магазине я в их же присутствии сказал, что общаться и иметь дело с магглами позорно, что ниже этого падать некуда... Видимо, они забыли об этом... Впрочем, это и к лучшему... Молодец, Люциус Малфой, ты успешно провёл всех, даже этих магглов..." С 13 по 15 января, особенно 13 января, Малфой активно убеждал Фаджа в том, что Волдеморт не погиб и что об этом надо будет публично сообщить британскому магическому сообществу. Он же и заманил Фаджа в Хогвартс, рассказал ему о событиях 12 января, а потом и взялся за лёгкое, но давление на Фаджа. Фадж поначалу и слышать не желал о том, что Волдеморт не погиб. - Он не вернулся, не вернулся... - успокаивал самого себя Фадж. - Не вернулся благодаря Гарри Поттеру... - ответил директор Малфой. Как же трудно было с этим Фаджем! Фадж всё боялся, что официальное сообщение о том, что Волдеморт не погиб, подорвёт его популярность, лишит его должности министра... Фаджу приходилось объяснять, как ребёнку, что ничего плохого не произойдёт, что ему надо успокоиться, что ему надо поступить правильно... Поступить правильно... Ну как правильно, так, как советует Люциус Малфой. Малфою приходилось советовать настойчиво, то и дело повторять всё заново, сулить Фаджу нормальную реакцию общественности, даже более прочное положение, чем раньше. В контроль Гарри Поттера над василиском Фадж поверил только когда воочию всё увидел ночью 14 января. Когда василиск после разговора с Гарри переместил всех пришедших, в том числе и Фаджа, в кабинет директора, Фадж был явно в шоке. Зато после этого министр стал проще и сговорчивее, и уже 15 января заявил в присутствии множества журналистов и репортёров в том числе и о том, что Волдеморт не погиб, что он жив, хотя не имеет постоянного тела и потому где-то скрывается. Как же тяжело было Фаджу говорить такое... Он, однако, сделал то, что ему посоветовал Малфой. Малфою Фадж поверил не зря: британское магическое сообщество, конечно, насторожилось от заявления министра 15 января, но популярность министра подорвана не была. Напротив, получило положительную оценку решение Фаджа отправить в Хогвартс мракоборцев 8 января. В общем, должности Фадж не лишился, а для него это было главное. Ну а раз должность не потеряна, можно и разрешить "Ежедневному пророку" хоть до посинения печатать об очередном геройстве Гарри Поттера, почему бы и нет? С 13 по 17 января директор Малфой много выступал перед журналистами, много чего им говорил. К 17 января они его даже достали, и он почти все 17 января отдыхал от них и от Хогвартса в поместье Малфоев, благо, 17 января было воскресеньем. - Ох, Цисси, Цисси, - вздыхал мистер Малфой, сидя в кожаном кресле и выпивая достойное его французское шампанское, - как же мне тяжко... - Но ты справился, Люциус, - ответила Нарцисса Малфой, - ты сформировал себе идеальную репутацию, теперь все эти магглы и магглолюбцы относятся к небе без опаски, ведь ты был достаточно убедителен... Теперь школа Хогвартс твоя, Люциус, и ты сможешь её изменить... Осторожно изменить... Изменить так, чтобы магглы и магглолюбцы не почуяли неладного... - Теперь ты не против того, чтобы я был директором? - Ты столько всего сделал, чтобы удержать власть над Хогвартсом... Не можешь же ты теперь просто уйти... - Конечно, не могу... Бремя, которое необходимо исполнить... - Да, Люциус... - Я не засижусь, обещаю... В моём случае вырождения не будет, как в случае с Дамблдором... - Не загони себя в могилу, Люциус... Будь директором только пока это необходимо... 18 января Малфой продолжил реализацию своего плана. Сперва он решил попиариться на реабилитации несправедливого наказанного лесника Хагрида. 18 января Малфой отправил запрос в Визенгамот о необходимости пересмотреть дело Хагрида в связи с найденными доказательствами его непричастности и ещё сообщил об этом многочисленным журналистам, дабы распиарить дело. Волокиты, слава Богу, не было: уже 20 января прошло слушание Визенгамота, на него был вызван Хагрид, под сывороткой правды он рассказал о своей непричастности к гибели Миртл Уоррен, и в связи с этим и представленными Малфоем доказательствами Визенгамот 20 января вынес Хагриду оправдательный приговор: с него были официально сняты все обвинения, также было постановлено восстановить его волшебную палочку. 23 января, в солнечную и безоблачную, хотя и холодную субботу, в хижину Хагрида явились директор Малфой, представитель Министерства магии, журналист и репортёр. Хагриду прямо в хижине вручили его новую волшебную палочку. Хагрид был безусловно рад, а оставшись с директором Малфоем наедине, даже сказал ему: - Эмм, спасибо, господин директор... Я, эмм, не ожидал от вас такого... Я уж думал, что мне всю жизнь будут припоминать то, что я, эмм, не делал... - Теперь вам это припоминать не будут, справедливость восстановлена... - ответил Малфой наигранно-вежливо и покинул хижину Хагрида. Пересмотр дела Хагрида и активное участие в нём директора Малфоя сформировали Малфою ещё более положительную репутацию в Хогвартсе, ведь Малфой покончил с многолетней несправедливостью, а бедный добрый Хагрид был наконец признан невиновным, ещё и волшебную палочку получил с извинениями. Разобравшись с делом Хагрида и успешно на нём попиарившись, директор Малфой взялся за профессора Бинса, преподавателя истории магии. 24 января Малфой сперва раскритиковал его на педсовете, успешно обозначил положение истории магии в Хогвартсе просто ужасным, как и качество преподавания этой дисциплины. Потом Малфой написал записку сначала в Совет попечителей, потом министру магии, в обоих случаях добиваясь разрешения уволить Бинса. 25 января и Совет попечителей, и министр магии разрешили Малфою уволить Бинса. Малфой, поняв, что за Бинса не вступятся даже преподаватели, уволил Бинса 26 января, поговорив с ним и убедив его оставить преподавание. Преподавание истории магии Малфой взял на себя. К счастью, профессор Макгонагалл, заместитель директора, не противилась этому, даже сказала, что "профессора Бинса в некомпетентности никто не переплюнет". Другие преподаватели тоже не препятствовали, Совет попечителей и министр магии тоже, поэтому за ужином 26 января директор Малфой объявил, что историю магии теперь преподаёт он. Пока что он говорил, что будет преподавать историю магии временно, а там уж виднее будет. Ясное дело, Малфой попросил именовать себя "профессор Малфой". Наконец, он заверил, что прекрасно знает историю магии и сможет её преподавать "прежде всего так, чтобы не клонило в сон и не было скучно". Уже 27 января Малфой, теперь уже не только директор, но и профессор, провёл несколько уроков истории магии ребятам с разных курсов. Как профессор, Малфой дебютировал хорошо. Профессор Бинс каждый урок без конца мямлил, словно заевшая пластинка патефона, рассказывал так, что не засыпали только самые стойкие, да и голос у него был ужасный. Профессор Малфой не мямлил, он именно рассказывал, причём бодрым голосом, увлекательно, интересно. Профессор Бинс в своё время у многих полностью отбил интерес к истории магии, профессор Малфой наоборот смог у многих пробудить интерес к истории магии, причём уже 27 января. Профессор Бинс только болтал ту или иную тему, почти не взаимодействовал с учащимися, а на вопросы если и отвечал, то так, что понятно не становилось, профессор Малфой не только объяснял тему, но и общался с учащимися, дабы они устно работали, спокойно и дельно отвечал на каждый поступавший ему вопрос, коих было много. С 7 января Малфой успешно играл роль хорошего директора, а с 27 января он ещё успешно играл роль хорошего преподавателя истории магии. Никакой предвзятости к полукровкам и магглорождённым, одинаково вежливое общение со всеми... В общем, уже 27 января Малфой многим понравился как профессор. Конечно, для Малфоя обязанности преподавателя стали сильной нагрузкой, очень сильной нагрузкой, но ведь он теперь был преподавателем истории магии - дисциплины, преподавание которой было настолько запущено и которое теперь точно надо было приводить в порядок. 27 января, в первый свой день как профессора, Малфой узнал о том, что Дамблдора, похоже, начали гнать отовсюду: в Визенгамоте, где Дамблдор был верховным чародеем, то есть, верховным судьёй, нашлись люди, заговорившие, что Дамблдор "фактически не исполнял собственно обязанности верховного чародея Визенгамота", "практически не участвовал в заседаниях и слушаниях Визенгамота с 1982 года", "ни разу не судил с 1983 года", и так далее. В общем, Дамблдора обвинили в некомпетентности, неисполнении судейских обязанностей, пренебрежении этими обязанностями, и так далее. Малфоя перспектива ухода Дамблдора отовсюду, в том числе и из Визенгамота, вполне устраивала, 27 января он дал интервью одному журналисту "Ежедневного пророка", в ходе которого заявил, в частности, следующее: - Визенгамоту нужен компетентный верховный чародей, такой верховный чародей, который постоянно, действительно, качественно исполняет судейские обязанности, реально работает в Визенгамоте, а не заглядывает в здание Визенгамота раз в месяц или ещё реже... Мистер Дамблдор, по мнению многих судей Визенгамота, таковым не является... Раз так, судьи Визенгамота вправе провести голосование на этот счёт, поставить вопрос о пребывании мистера Дамблдора в должности верховного чародея, вывести его из состава Визенгамота, избрать нового верховного чародея, в конце концов... - Мистер Малфой, а кто, на ваш взгляд, должен быть новым верховным чародеем? - спросил журналист. - Во-первых, мистер Дамблдор пока что по-прежнему верховный чародей, - ответил Малфой, на мгновение улыбнувшись, - а во-вторых, я работаю в совсем другой сфере, это решать не мне... Правда, я слышал высокие оценки судьи мадам Амелии Боунс... Если мадам Боунс достаточно компетентна, достаточно опытна, является примерной судьёй, то, вероятно, верховным чародеем Визенгамота следовало бы избрать именно её... Уже 28 января судьи Визенгамота подавляющим большинством голосов отстранили Дамблдора от обязанностей верховного чародея на основании прежде всего явной некомпетентности Дамблдора как судьи. Они же вообще вывели Дамблдора из Визенгамота. Новым верховным чародеем Визенгамота была избрана та самая судья Амелия Боунс, о которой положительно отозвался в интервью Малфой. Боунс, 57-летняя женщина из известной чистокровной магической семьи, имела репутацию суровой, но справедливой и беспристрастной судьи, компетентность её была безусловной, да и опыт работы судьёй у него был точно больший, чем у Дамблдора. Избрание Боунс верховным чародеем Визенгамота официально поддержали Малфой и Фадж, Фадж в интервью 28 января назвал это избрание "безусловно правильным, благим для суда Визенгамот, его функционирования, его работы". Малфой избранием Боунс был удовлетворён, ибо Боунс, в отличие от Дамблдора, точно против него ничего не имела и не стала бы использовать против него Визенгамот. Едва Малфой обрадовался тому, что в Визенгамоте за главного (ну, то есть, за главную) теперь Боунс, как он узнал о том, что Дамблдором недовольны и в Международной Конфедерации магов, причём сильно недовольны: воду против президента Конфедерации уже 28 января замутили, наверно, все, кому не лень, делегаты как многих европейских, так и азиатских, африканских, северо- и южноамериканских стран... А ведь ещё месяцем ранее они все были вполне довольны тем, что президент Конфедерации - Дамблдор. Как же всё быстро может измениться... Всё 29 января, как понял Малфой, Дамблдора громили в рамках начавшегося 28 января саммита Конфедерации: делегаты малых европейских стран сетовали на то, что Дамблдор совершенно не заботится об их нуждах, делегаты африканских стран - на имевшиеся якобы всякие дискриминации со стороны Дамблдора. Делегаты конкретно Ирландии жаловались на то, что президентом Конфедерации уже которое десятилетие подряд избирается или англичанин, или француз, делегаты Италии припоминали запрет Дамблдора на создание в Италии национальной магической школы, делегаты Литвы, Латвии и Эстонии жаловались на то, что Дамблдор принял их страны в Конфедерацию только в 1991 году, хотя они были независимы с 1990-го... В общем, против Дамблдора 29 января были чуть ли не все делегации, что были представлены в Международной Конфедерации магов. Глава британской делегации припомнил Дамблдору бездарное руководство Хогвартсом и заявил, что Дамблдор, не справившись с Тайной комнатой и утаив правду от ней от Конфедерации, "потерял всякое моральное право быть президентом Конфедерации, то есть, лидером магов всего мира". В итоге Дамблдор, у которого в ходе саммита Конфедерации чуть ли не инсульт случился, отказался от должности президента Конфедерации, о чём британская магическая общественность узнала 30 января. В тот же день делегаты Конфедерации избрали президентом Йохана Майделя, главу эстонской делегации. Майдель был фигурой компромиссной и, наверно, временной. Как бы то ни было, Дамблдор был низложен со всех должностей, в нём разочаровались как в Визенгамоте, так и в Международной Конфедерации магов, а репутация победителя Гриндевальда и лидера Ордена феникса ему теперь не особо помогала, ибо многие посчитали, что Дамблдор с тех пор выродился, пал. Неудивительно, что в Конфедерации от него избавились буквально за 2 дня, а в Визенгамоте - ещё быстрее. Малфой радовался низложению Дамблдора и с должности президента Конфедерации. Он узнал об этом из номера "Еженедельного пророка" за 30 января. 30 января началось хорошо... Вечером того же дня к Малфою пожаловали Макнейр и Генри Мальсибер, он их сам пригласил. При соответствующем разговоре в кабинете директора присутствовал и Снейп. Малфой был в хорошем настроении, выпил немного какого-то дорогого французского шампанского. Три его друга тоже маленько выпили. Шампанское все четверо закусывали яблоками, грушами и тёмным виноградом. - С Тайной комнатой покончено, шум на этой почве уже утих, в школе об этом уже начали забывать... - сказал Малфой, сидя на своём рабочем кресле. - Хотите верьте, хотите нет, а как директор и преподаватель истории магии я популярен, очень популярен... Я уже освоился, да и учащиеся с преподавателями ко мне привыкли... Ко мне привыкли даже полукровки и магглорождённые... - Хе, слыхал, Генри, каков наш Люциус? - сказал Макнейр, усмехнувшись. - Теперь, Северус, можно и за Локхарта взяться... - обратился Малфой к Снейпу. - Ты точно по своему уму и по давнишнему желанию станешь следующим преподавателем ЗОТИ... - Наконец-то ты об этом вспомнил, - ответил Снейп, - я уж было подумал, ты забыл... - Ну что ты? Как же я мог забыть? Гарантирую, Северус, к 14 февраля, Дню Святого Валентина, в Хогвартсе и духу Локхарта не будет... - К 14 февраля какого года? - спросил Макнейр в насмешку. - Этого или 94-го? - Да ну тебя! - ответил Малфой, махнув рукой. - Ты там в своей Комиссии когда в последний раз премию получал? Макнейр сразу сменил весёлое выражение лица на серьёзное, холодное. - И не надоело тебе головы рубить всяким монстрам? - задал Малфой второй вопрос. - Знаешь, работать в Комиссии - перспектива позаманчивее, чем гнить в Азкабане... - ответил Макнейр. - Отлично сказано! - сказал Генри Мальсибер. - Вот что, Уолден, я, наверно, смогу тебе подыскать преподавательское местечко и, если не возникнет проблем, сможешь с сентября работать в Хогвартсе... - сказал Малфой. - Ты сколько уже выпил? - спросил Макнейр, полагая, что Малфой говорит не всерьёз. - А я не шучу, Уолден... До 66-го года в Хогвартсе преподавали защиту от опасных магических существ, потом Дамблдор зачем-то убрал эту дисциплину из учебной программы, хотя дисциплина-то хорошая, полезная... Так вот, поскольку директор Хогвартса теперь не Дамблдор, а я, я могу эту дисциплину вернуть... С сентября, надеюсь, она уже будет в учебной программе... Кому, как не тебе с твоим богатым, 11-летним опытом ликвидации и охоты на всяких монстров преподавать столь важную дисциплину? Ты пойми, нынешнее поколение учащихся Хогвартса, они... Они ж совсем беззащитны перед всеми этими опасными магическими существами, они о них даже не знают ни черта... Им нужен кто-то, кто смог бы их научить, мне нужен кто-то, кто смог бы... Да ты знаешь обо всех этих монстрах больше, чем мы все, вместе взятые, недаром же ты 11 лет их мочил, охотился на них, даже людей спасал... При этом в Комиссии тебе платят незаслуженно мало, да и, наверно, не ценят они тебя, а я... Я и зарплатой тебя обеспечу хорошей, да и словечко за тебя замолвлю... Думаю, как преподаватель, ты будешь очень ценен и точно компетентен... - Хорош преподаватель с пожирательским прошлым... - Ну ты ж выполнял приказы Волдеморта не по своей воле, тебя признали невиновным, судимости и никакого клейма за тобой нет, так что... - А если Макгонагалл, Флитвик и прочие воспротивятся? - Говорю ж, замолвлю за тебя словечко... Ты сможешь многих научить, обезопасить, и припоминать тебе твоё прошлое никто и не подумает, ведь ты сформируешь себе хорошую репутацию, как я... Я вот хорошо преподаю историю магии... - Ты не шутишь? - Не шучу, Уолден, мне в преподавателях нужен свой человек... И свой, и компетентный, который бы не трепался о своей красоте или что-то мямлил, а реально учил, понимаешь? - Ты это всё на сентябрь запланировал? - Да... Надеюсь, с сентября этого года ты сможешь работать в Хогвартсе... - Хорошо бы... И впрямь только и делаю, что рублю бошки всяким монстрам, или охочусь на них, и так 11 лет подряд, эдак ведь и рассудком повредиться можно... В общем, я согласен, но ты это... Ты сперва добейся того, чтоб меня вообще взяли, чтоб мне доверили преподавательскую работу, а потом уж зазывай в Хогвартс... Если добьёшься, я охотно уволюсь из Комиссии и перейду к тебе... - Добьюсь... Достойную зарплату гарантирую... - Твоё здоровье, Люциус! И Макнейр встал, наполнил фужер содержимым ближайшей к нему бутылки шампанского (Малфой положил на рабочий стол одну бутылку для себя и две для своих друзей), сел на выделенный ему стул и выпил фужер из ближайшей к нему бутылки. - Ну а я, как всегда забыт... - сказал Генри Мальсибер слегка обиженным тоном. - Да как ты можешь быть забыт? - спросил Малфой, усмехнувшись. - Тебе с твоими познаниями о магглах точно быть преподавателем маггловедения... Ты много о них знаешь, но, в отличие от нынешнего преподавателя маггловедения, не станешь их идеализировать... Ты, в общем, это... Без идеализации магглов, но и не выдавай себя... И нас не выдавай... - Хе, ты сперва добейся того, чтоб мне разрешили преподавать... - Добьюсь... С сентября и ты, и Уолден наверняка сможете преподавать, я вам обоим помогу трудоустроиться... - У Хогвартса хороший новый директор... Затем Малфой вновь заговорил со Снейпом. - Эмм, Северус, если ты будешь преподавать ЗОТИ, то зельеварение надо будет вверить кому-то другому... - сказал Малфой. - Разумеется... - ответил Снейп. - Может, мне связаться со стариком Слагхорном? Я, помнится, был у него в любимчиках, в этом его Клубе, хе-хе, слизней... - Нет, Люциус... Этот Слагхорн, он... Он никогда мне не нравился... - Чем? - Тем, что обращал внимание только на богатеньких и перспективных... В фаворе у старика были только избранные... Я в этих избранных не бывал... - О, так ты обижен на него? - Дело не только в этом... Во-первых, он ушёл на пенсию по своему желанию и чёрта с два ты его убедишь вернуться... Во-вторых, староват он, какого он года рождения? - 1898-го, кажется... - Ну вот, ему лет больше, чем, хе-хе, мадам Хуч... И потом, неужто не найдётся никого моложе и лучше? - Может, ты как раз кого-то посоветуешь? - Люциан Селвин... Он вроде достаточно искусен в зельеварении, чтобы преподавать её нашим не самым умным подопечным... - Люциан Селвин? - Ну а что? Не самый старый, ему всего-то 43, при этом достаточно искусен и авторитетен, чтобы быть в Международной Конфедерации зельеваров... Селвин там вроде глава британской делегации... - Хмм, ты прав... Знаешь, если бы Люциан не был связан с Волдемортом, если бы его в 81-м не вызывали в Совет магического законодательства, если бы он, хе-хе, сидел и не высовывался и если бы он попросился преподавателем зельеварения, то Дамблдор, выбирая между им и тобой, предпочёл бы его... - Да, но Люциан был связан с Волдемортом... Ему, конечно, вынесли оправдательный приговор, но тем не менее... Да и не метил он в преподаватели зельеварения... - Ну это он при тогдашних обстоятельствах не метил, залёг на дно... Сейчас-то уже спокойно, Люциан сконцентрировался собственно на зельеварении и имеет авторитет в Конфедерации зельеваров, да и на его прошлое всем уже плевать... - Тогда он как раз тот, кто нам нужен... Как уволишь Локхарта, сразу свяжись с ним и сообщи, что местечко преподавателя зельеварения свободно... - Именно так я и сделаю... Потом Малфой ещё какое-то время говорил со Снейпом, Макнейром и Мальсибером. В один момент он радостно сказал: - Школа Хогвартс наша, мы пока что удачливы, а 1993 год начался для нас хорошо! После этого Малфой, Снейп, Макнейр и Мальсибер встали и чокнулись фужерами. - А, и за нового президента Международной Конфедерации магов! - сказал Малфой, чокнувшись фужером. - Ага, - улыбнулся Макнейр, - как там его? - Йохан Майдель из Эстонии... - За Йохана Майделя из Эстонии!