Барнс и Сэм: война за Стива

      Наташа села рядом с Сэмом, чтобы тому было не так одиноко. Она не спрашивала, что не так и не давала советов. В общем-то, была приятным компаньоном.       Сэм бросал попкорн в рот и без интереса смотрел «Поймай меня, если сможешь». В сюжет особо не вникал. Как бы сказал Клинт, он был в «дипрессии».       — Чего один? — спросила наконец Наташа. Сэм пожал плечами.       Тони Старк закрылся с Питером в мастерской, Клинт отсыпался после плотного обедо-ужина, Брюс был в лаборатории и вообще редко показывался в чем-то, что не являлось ей, Наташа была где-то, а Стив был с Барнсом.       — Они фсе хде-то, — прокартавил он, запихивая себе жменю попкорна в рот. Романофф понимающе кивнула и полезла в ведёрко.       — Хочешь, позову? — практически робко спрашивает она. Сэм думает недолго. А что, это может быть вполне действенный маневр.       Он кивает, и Нат лезет за пейджером. Пару раз клацает.       — Стив, — говорит она и кнопочка на нем загорается, однако Кэп молчит, что для него несвойственно. Барнс просто ужасно, отвратительно влияет на Роджерса.       — Поднимайтесь с Барнсом в кинотеатр, — на том конце раздается озадаченное «эм».       — Ты же знаешь, я не люблю такое, — говорит наконец Стив запыхавшимся голосом.       — Фы на пробешке? — вставляет свои пять копеек Сэм, наклоняясь к пейджеру.       — Нет? — неуверенно отвечает Стив.       — Тогда поднимайтесь. Захвати с собой Клинта, а то он уже начал раздеваться в боках, — сказала Наташа, обрывая цепочку «а где?», «нигде».        Пару секунд на другом конце молчали, а затем последовал разочарованный и тихий писк.       — Принял, — выдавил Кэп. Перед тем, как пейджер отключили послышался глухой удар и очередной стон.       — Видишь? — спросил Сэм. — Он уже променял Барнса на меня. Не понимаю, чем этот парень лучше меня — Наташа откинулась на спинку дивана и оглядела Уилсона.       — Я оставлю ваши разборки и буду смотреть со стороны, — решает она и достает уже телефон, начиная в нем копаться. Не отрывая взгляда она говорит:       — Пятница, предложи Тони и Питеру подняться в кинотеатр.       Пару секунд ничего не происходит, потом с потолка раздается голос:       — Мистер Старк спрашивает будете ли вы смотреть чужого, — Сэм фыркает.       — Что? Нет. Зачем нам?.. — Романофф махает рукой на него.       — Передай ему что нет, — некоторое затишье вновь разрывает голос Пятницы:       — Он сказал: «ладно, я потерплю этого парня лицо-кирпич», — говорит она практически фыркающим голосом. — Полагаю, он имел ввиду мистера Барнса, — Сэм тихо стонет. Наташа косит на него глаза, потом опускает взгляд на опустевшее ведёрко с попкорном.       — Пятница, — говорит она задумчиво. — Закажи упаковки попкорна с карамелью и сыром, — Уилсон взмахивает руками.       — Нет, пусть она закажет шоколадное молоко, а попкорн еще есть, — Пятница, казалось, цокает.       — Я все еще здесь, мистер Уилсон, — Сэм закатывает глаза. Вечер обещает быть долгим.

****

      Стив заходит в зал первым. Барнс идет за ним, точно тень.       Роджерс выглядит всклоченным и растерянным. Лицо Барнса не выражает толком ничего. Откуда-то он достает нож. Сэм не находит в себе сил даже закатить глаза.       Стив садится на диван, сразу же скрещивая руки на груди. Челюсти сжаты и вообще он выглядит напряженным. Барнс ненавязчиво садится рядом с ним, натирая лезвие ножа.       — Вы разбудили Клинта? — спрашивает Наташа практически незаметно ставя на стол рядом с суперсолдатами по банке содовой.       Стив заторможенно кивает, а Барнс буквально озвучивает его мысли:       — Если считать то, что он от испуга свалился с дивана и сейчас, вероятно, вытирает кровь из разбитого пробуждением носа, то да, мы его разбудили, — Роджерс фыркает такой формулировке, а Наташа почти закатывает глаза. Садится рядом с Сэмом и закидывает ногу на ногу.       — Что мы будем смотреть? — в комнату заскакивает Старк, идя под руку с Питером.       — «Поймай меня, если сможешь», — говорит Уилсон.       — Может, лучше... Как ты говорил, Стиви? — Барнс отвлекается от натирания металла и поворачивает голову к Гранту. Тот глупо смотрит на него. Окает.       — «Пианист»,— шепчет он, потирая подбородок. Барнс кивает и вызывающе смотрит на Сэма.       — «Пианист»? — переспрашивает Тони, едва услышав, что сказал Грант.       — Пятница, коротко, — просит он рапорт, проходя к столу и забирая с него бутылку гаторейда.       — История об еврее во время оккупации Польши, — говорит Пятница, и Тони гримасничает.       — Нет, — встречает Сэм. — Пусть будет вечерняя комедия, — Барнс едва фыркает.       — Комедия это простая трата времени, — говорит он, механически засовывая один нож в ножны и доставая другой. — В ней нет абсолютно никакой исторической верности, в отличие же от... — Сэм закатывает глаза и поднимается на спинку дивана, а потом и вовсе встает, не зная куда деваться и зачем он вообще встал.       — Нет, комедия, Барнс. Мы будем смотреть комедию, — он не аппелирует аргументами, потому что, во-первых, у него их нет, во-вторых, ему просто лень.       Плечи Барнса поднимаются в недовольном, глубоком вздохе. Он смотрит на Стива, будто ища помощи, тот лишь жмет плечами, мол, какие вопросы?       — И все же я считаю, что...       — Да-да мы поняли про вашу ментальную связь, — наконец встрял Тони, заваливаясь тюленем на диван и прижимая Питера к себе. — Потому что, — он оглядывается всех. — Не будем тыкать пальцем, но у кое-кого эмоциональный диапазон, как у ореха, — Барнс некрасиво скалится и поправляет подушку под Стивом.       — Но у других, Кэп, все-таки с эмоциями и разговорами получше. Так что объясни своему «Баки», что вы будете разбирать все недостоверности показанные в фильме у себя, — Стив краснеет, что видно даже в темноте зала.       Барнс щурится, глядя на Тони изучающе, будто впервые его заметил.       — Бак... — стоит Стиву только начать говорить, как Барнс переводит все внимание на Роджерса. Сразу его останавливает.       — Комедия, так комедия, Стиви. Тебе принести чего-нибудь? — спрашивает он почти заботливо, и они перемигиваются, будто в безмолвном разговоре что-то решая.       — Я буду то, что будешь ты, — отвечает наконец Роджерс и расслабляется.       Сэм думает, что неплохо было бы сделать пару сэндвичей, чтобы набить желудок, может, он даже захватит один Стиву с его метаболизмом, поэтому идет к выходу на кухню, не до конца понимая как это все выглядит.       — Я готовлю сэндвич Стиву, — говорит Барнс, только переступив порог кухни. Сэм замирает с ломтем колбасы в руке.       Что?       — Ты не... — Уилсон хочет сказать, что Барнс неправильно понял его намерения, а потом передумывает. — ...офигел? — спрашивает и лицо Барнса практически светится от удивления.       — Я хочу приготовить Стиву сэндвич и я приготовлю и делай что хочешь, — продолжает Сэм, отходя к холодильнику.       Он слышит фырканье за своей спиной. Когда Уилсон поворачивается, то Бранс уже стоит перед досточкой с ножом в руке.       Не то, чтобы Сэм шибко испугался, увидев бесшумного и кровожадного в прошлом убийцу, но он наложил кирпичей и посторил маленький заводик. Ну, не то чтобы полноценное ИП, но так, маленькое предприятие.       — Ты, — говорит Барнс, отрезая слайс от огурца. — Не, — он сопровождает новое слово новым слайсом. — Должен, — огурец откладывают и берут хлеб. — Делать, — чик. — Стиву — еще раз чик. — Сэндвичи, — хлеб убирают и Барнс поворачивается к Сэму.       — Конечно не должен, — Уилсон никогда особо не славился инстинктом самосохранения. — Но я это делаю, — он складывает те бутерброды, что сделал на две тарелки, аккуратно размещая их, и идет к шкафчику за кружкой, чтобы налить себе немного молока.       Барнс молча следит за ним попутно собирая свои сэндвичи — Сэму кажется, что в них идет все, что только можно — сливочное масло, огурец, сыр и вареное яйцо.       Он кривит лицо от призрачного вкуса того месива, которое собрал Барнс, но ничего не говорит. Если Стиву больше понравятся бутерброды, которые приготовил Сэм, то ему же лучше.       — Он не любит помидоры, — зачем-то говорит Барнс.       — Да? — наигранно вздыхает Уилсон, уверенный у кого в руках победа. — Ну мы и посмотрим, — Барнс самодовольно хмыкает и отворачивается, а Сэм прищуривается.       Исподтишка показывает фак, но боится делать это слишком откровенно, поэтому практически полностью прикрывает палец своим телом.       Целых три секунды Уилсон стоял с ощущением победы на губах и тихого восхваления себя, а потом услышал несвойственно довольный голос Барнса:       — Красивый палец, — сказал тот, не глядя. — Сломаю — станет еще красивей, — Сэм сжал руку и встряхнул ее, будто напоминая себе «вот, все пять пальцев, все ровненькие и целенькие».       — Свело, — все, что ответил Уилсон. Барнс практически хмыкнул.       — Ампутация решит эту проблему, помочь? — Сэм бросил взгляд на нож, которым Джеймс резал сыр с дырками и подумал, какие дырки могут появиться в теле его самого, если он продолжит развивать тему, поэтому благоразумно заткнулся.       — Обойдусь.       Стив смотрит на них двоих с тарелками, как на идиотов.       Барнс сразу садится на место рядом с Грантом и ставит перед ним свою тарелку.       Сэм немного мнется, но в итоге ставит и свое блюдо.       — Чувак, я подумал... Что, — он неопрелеленно взмахивает рукой. — Ну, твой метаболизм и все такое, — Роджерс с благодарностью улыбается.       — Спасибо, Сэм, — говорит и Уилсон видит, как руки Барнса на секунду замирают, хотя до этого вполне уверенно тянулись за кофе. — Это очень мило с твоей стороны, — Сэм улыбается в ответ и идет к своему месту.       — Мне нужен больничный, — сразу заявляет Клинт, показываясь на глаза всем — нос немного опухший, но в принципе жить будет.       — Только не оплачиваемый и я могу сорвать тебя в любое время, — безразлично, кажется, даже не слыша, отвечает Тони. Бартон недовольно стонет и ложится на бедра Наташи.       — Давайте уже показывайте шедевр кинематографа, — просит он, и Пятница послушно включает фильм.              Уже на середине ленты Сэм поворачивается в сторону суперсолдатов, чтобы взглянуть на них.       Стив так и не притронулся к бутербродам, которые сделал Сэм.       И Уилсон пытается игнорировать ненавязчивую, но реальную самодовольность в короткой улыбке Барнса.