Юрфак

Наказание, равное по силе совершённого преступления: 

— За тобой должок,— произнёс убийца и спустя мгновение перед ним пролетела машина. Кровь прилипла к отцовским остроносым туфлям.  

Фу.  

Запись восьмая: «Принцип Талиона»

🔎

      — Два трупа?        С последнего расследования прошло недели три. День в скучном третьем отделе начался со звонка свидетелей, нашедших труп прямо у себя под домом на проезжей части. Убийцы — идиоты, в чём проблема нормально прятать улики и трупы?        — Два звонка — два трупа. Девушка-подросток и взрослый мужчина. Первую нашли в лесу в импровизированной могиле, второго — на дороге. Предлагаю разделиться,— твёрдо сказал Ники, смотря на безразличного Эндрю. Он провёл столько времени, разгребая гражданские дела, что даже не верилось случившемуся. В голове оставался тот самый случай с двенадцатью детьми.       — За мужчиной поедут Ники, Рене и Кейтлин, а мы будем разбираться с могилой,— Кевин взял со стола ключи от машины и двинулся к выходу. Чёрное поло, тёмные джинсы и лёгкая куртка-форма — наряд капитана свидетельствовал о потеплении в Виндерхакене.       Эндрю отложил судоку и поплёлся вслед. Он чувствовал себя отвратительно. Шмыгнув покрасневшим носом, Миньярд еле-еле вписался в дверной проход, чуть задевая плечом вешалку. На пол повалились куртки, но на это было всё равно. Впрочем, как и на всё остальное. Безразличие накрыло с головой. Он снюхал вчера оставшийся порошок, переспал с каким-то столичным хлыщом и проснулся в чужой квартире этим утром. Помятая одежда, помятое лицо. На спинке носа прощупывалась горбинка, что раздражало.        Шоркая подошвой старых кед, которые он носил с гордостью даже в своем возрасте, он задел лежащую на полу листовку об очередной пропаже ребёнка. Глядя на ботинки Кевина, старающегося выглядеть модно, он усмехнулся, не упуская возможности подставить подножку, проводя носком кед под пяткой Дэя. Он споткнулся, четырехнувшись.       — Эндрю!— ему в ответ последовали лишь безэмоциональные глаза и застывшая усмешка. Жуткое, если не знать, зрелище. Кевин перестал хмуриться и отвернулся, чтобы выйти на парковку за участок.       — Нас ждут ебучие дела,— попытался пошутить Миньярд, неудачно.       — Может великие?       — Великие подождут.       Они прошли мимо комнаты отдыха, в которой, почему-то, стояло много людей без каких-либо разговоров. Без разговоров о нелепых детях, никудышных мужьях, рецептов печенья или обсуждений поверхностной погоды и экономики. Через открытую дверь виднелись потерянные лица с тенью скорби и тревоги. Улыбчивая Шелли присела на столешницу около кофемашины без привычной улыбки во все, такое ощущение, тридцать девять зубов. Она сняла кошечку с дерева, получила охапку благодарностей и сушит зубы в идиотском оскале — такой её запомнил Эндрю, но сейчас стояла другая история. Волосы русых волос собраны в низкий хвост, глаза налиты страхом, рот прикрыт руками. Она подрагивала от скрываемой истерики.        — Как её только взяли в полицию,— диву давался сержант, хмыкнув. Он отвернулся и шагнул на улицу за Кевином.        Комната отдыха стала комнатой плохих вестей. Человек шесть молчали после сказанного седьмым.        Они потерпели потерю. Неожиданную, резкую.        Молчали в память.

🔎

      Пахло лесом после дождя. Мокрая почва превратилась в вязь, скрывшую следы от подошвы или шин. Перед ними была отрытая неглубокая яма, воткнутая в землю лопата и труп, присыпанный сгнившей листвой с зимы.        Девушка совсем юная. Совсем знакомая. Клэр Бирман — те же золотистые волосы, собранные в хвост, те же туго завязанные кроссовки. От такого поворота событий Кевин и Эндрю были удивлены. Труп не нуждался в опознании. Сейчас она не язвила и не издевалась над мёртвым братом. Она сама — мёртвая сестра.       — Неожиданно.       — Очень даже. Хоть что-то занимательное за день.       Рядом на второй машине подъехал Аарон, которого попросту забыли взять с собой. Он недовольно зыркнул на своих коллег и скомандовал помощникам достать труп из могилы. Полицейские из других отделов всегда ездили с ними на дела, чтобы грузить трупы. Тело смог поднять один мужчина, опустившийся в яму, он передал другим двум, уложившим Клэр на носилки с чёрным заготовленным мешком.        Уже начали вовсю работать Кевин и Эндрю. Дэй вытащил крепко засевшую лопату, прикасаясь тканью перчаток к черенку. Миньярд оценивал могилу — заготовленная, ровно как те же мешки под трупы. Безусловно, это убийство. Она сама не смогла бы убить себя с такой подготовкой — отрыла ямку, удушилась и упала внутрь. Или не удушилась.        — Что там?       — На теле только гематомы от падения. Никаких других следов пока не обнаружено. Руки чисты, ноги,— близнец разрезал мокрые джинсы, испачканные в грязи,— в синяках. Шея чиста, спина тоже в синяках. Они не получены от убийцы. Все указывает на то, что она добровольно пришла сюда.       — И добровольно позволила себя убить?       — Может быть и это. Передозировка, отравление организма — как тебе угодно.       Эндрю пристально посмотрел в глаза брата. Аарон вопросительно поднял одну бровь, ожидая, что выкинет собеседник. Сержант скользнул взглядом по шее, а затем довольно ухмыльнулся.        — Ты бы прикрылся.       Он отвернулся, чтобы доложить Кевину о причине смерти. Но обнаружил лишь растерянного Капитана, приложившего телефон к уху. Ники тараторил поток информации, бессвязный и насыщенный, что перегружало полусонные мозги.        В это же время Рене вела разговор со свидетелями, перед чьим домом был обнаружен трупный сюрприз. Она косилась время от времени на эмоциональный созвон Хэммика, выкрикивающего бранное удивление, держась одной рукой за голову. У него в ногах лежал обведённый труп темнокожего мужчины, сбитого машиной. Многочисленные переломы, большая потеря крови, широкие стеклянные зрачки. Он тоже не нуждался в опознании. Чейз Льюис — старший сержант первого отдела. Неоднократно имел тёрки с Эндрю по молодости. Ники прикрыл рот рукой в осознании, понимая, что будет с его кузеном, когда тот узнает эту новость. Кевину было несмешно.       Он уверен, что так или иначе, убийство Чейза связано с баром, который они посетили чуть ли не месяц назад. А ещё с «Алиби» связан Эндрю Миньярд.       Дурное предчувствие. Недоверие.       Кевин покосился на коллегу, шагающего через грязь к нему. Увядая по колени в мокрой земле, словно в зыбучих песках, он матерился и выдёргивал полностью покрытые грязью кеды из плена. В голове нарисовалась сама собой картина увядающего в болоте Эндрю, которого решили обманывать его собственный брат и университетский друг. Он не позовёт о помощи. Потому что будет считать, что лучше справиться сам.       — Что с тобой.       Миньярд не интересовался из-за искренних переживаний, касательно внутреннего состояния Кевина. Он выплюнул этот недовопрос вместе с последними каплями адекватности. Отходняки делали его монстром. Не вылезающим из-под кровати, не выглядывающим из-за ветвей деревьев. Бесчувственным и безразличным человеком.       — Второй труп — Чейз.        — Жаль. Я бы сам не прочь отсидеть срок за его мольбы о пощаде. Может, быстренько дельце закроем, а?       — Эндрю,— со сдержанным возмущением сказал Кев, пытаясь не усмехаться.        Что может быть связанного между семнадцатилетней девушкой и взрослым мужчиной-полицейским? Рене сообщила о том, что Чейза намеренно сбили с такой скоростью, чтобы точно убить. Он отлетел на пару метров, истекающий кровью и со сломанными костями. Если не от потери, то от заражения бы точно копыта откинул. Эти два убийства стопроцентно связаны — подсказывало не сердце, а два мозга, чьи владельцы молча переглядываются уже пару минут. Слыша возмущённое «Чего встали?!», они продолжили обыскивать местность, надеясь найти хоть что-то связанное с делом.       — Может нам тоже начать придумывать дебильные названия для дел?— саркастично сказал Эндрю, вытягивая кед из грязи со слышным хлюпаньем.       — У нас хватает работы, чтобы не маяться чушью.       — Я уже начинаю.— Миньярд помедлил с продолжением предложения, чтобы придумать что-то стоящее,— Как насчёт — «Блондинка в шоколаде»? Хотя, может и шоколад в блондинке...       Он принялся дальше нести пассивно-агрессивную ересь с заумным видом. Это означало одно: Эндрю вмазанный. Сдерживая внутри огромные и нудные нотации и связанные с папкой угрозы, Кевин по-тихому смирился. Скоро коллега уедет, а все будут скучать по его бессмысленным едким разговорам и метанием степлером в Эрика.        — Ты знаешь что-то о мафии?       Миньярл замолчал. Вопрос сквозил подвохом.       — Очень много. Думаю, меня могут даже грохнуть за такое.       — Недавно поступил вопрос о контрабанде экзотических наркотиков в столице. Ты знаешь что-то?

Знаешь же, да, Эндрю? Тебе же по вкусу эта дрянь, срать ты хотел на состав, главное, чтобы башню клинило и ты мог забыть о своей ничтожности.

      Кевин не решился произнести последнее вслух. Он не боялся последующего насилия. Он боялся положительного ответа. Ныряя с головой в дерьмо юрфака и клубов бесхозных эпилептических тел, Дэй знал, на что способен его давний друг.        — Может я их даже пробовал. Что, хочешь подсидеть место нарика-копа в моём отделе? Отсоси, оно занято навеки вечные.       Он цокнул языком, не слыша, как облегчённо выдохнул Капитан.        — Вечно заставляешь людей о тебе беспокоиться,— бурча под нос произнёс Дэй, перешагивая засохшие ветки, которые уже поменял своей обувью сержант.

🔎

      — Клэр Бирман, запись номер восемь,— Аарон диктовал в аппарат, зажав кнопку,— при анализе содержимого желудка были выявлены небольшая дозировка снотворного, спирт и неизвестное вещество, подозрение на малоизвестный нейролептик. Круг сузился до людей, которые имеют к нему доступ.       Как обнаружилось при следственном эксперименте криминалистом третьего отдела, девушка упала спиной назад в яму. Сила неизвестного объекта А — убийцы — увеличила скорость и силу падения для последующих гематом в зоне спины и локтей. Клэр накачали смертоносным коктейлем, а после скинули в могилу. Никаких отпечатков или иных следов убийцы не было обнаружено.       Палец отжал кнопку. Взбешённо кинув диктофон на стол, прозвучал тихий звук загрузки. Компьютер загрузил медицинскую карточку Бирман, чтобы понять, откуда могли возникнуть таблетки для сна. Случилось ощущение дежавю.       — Где-то уже были эти снотворные.        Вспомнив последние дела, снотворное задействовалось два раза. Камилла-Карин и Акселиан Энгель. С первой понятно — нарушения психики и оттого бессонница. С отцом Энгелем обстояло иначе — просроченное снотворное давало тяжёлый эффект.       — Раствориться бы не успело. Что я упускаю?       Кожа Клэр отдавала трупной синюшностью. На подходе стыл труп старого знакомого. Перекатив тело девушки на каталку, оно быстро отправилось в камеру морга. Открыв соседний отсек, показались неестественно синие губы мёртвого сержанта.       — Он же просто был сбит. Да ну нет,— осознание пришло поздно. Оперативно переместив Чейза на рабочий стол, Аарон принялся изучать его кровь и желудок.        Чем могут быть связаны подросток и полицейский?       Наркотиками.       Смертельная дозировка была меньше, чем у Клэр, но выражалась ярче на коже. Полежав пару часов в холодильнике, вены заметно изменили оттенок и паутиной расползлись по суставу. Сердце бешено стучало. Нашёл.       В кабинете третьего отдела кипела работа. Рене созванивалась с членами семьи обоих трупов,договариваясь на беседу, Ники искал на записи с регистраторов нужный таймкод смерти Льюиса, Эрик проверял банковские счета. Эндрю мирно и тихо решал судоку, попивая кофе из любимой кружки. Один Кевин получал по шее, стоя на ковре у начальства.        Отец пристально смотрел на своё потомство, продолжение рода.       — Замешана мафия. Понимаешь, к чему я веду?       — Не лезть в это.— Вспомнил главное правило третьего отдела Дэй,— Почему же они обосновались здесь? Столица, будто бы, лучше для подобного.       — В столице эти черти как на ладони. Зная, как бессовестно работают наши коллеги, очень удобно, но создаёт лишнего шороха от мельчайших действий. Вчера случился теракт в клубе Крысолова — он сейчас находится в коме, в прошлом месяце у них случился внутренний конфликт на почве поставок и начался кровавый замес. Ни за что не лезь в это дерьмо, понял?       Кевин кивнул, пряча взгляд в полу.       В семье не пользуются именами. Клички, маски — одним словом «маскарад» или «цирк». Всё же, некоторые личности вполне известны или имеют намеки на свою известность — Крысолов, он же Кристофер Роули, сутенёр и дилер, носящий маску своего любимого помойного животного — крысы. Каждый пляшет под его дудочку — каждый заплатит жизнью, чтобы курнуть через эту дудочку и заработать зелени.       Мастер по самым чёрным контрактам продажи людей в качестве сексуальных рабов.       Пару соблазнительных нот и одна подпись. Ты уже у него на мушке.        Глава корпорации носит в закрытом обществе маску львицы. Именно её, не льва. Поскольку в прайде львы служат только для осеменения и лишнего рта для дефицитной пищи, он решил быть самкой в семье. Как и у пчёл или муравьёв — королева-матка. Как и у птиц, самцы требуются только для защиты и половых отношений, пока самка тихо строит империю. Для Рейнарда существует матриархат, но в удобном для него состоянии.        Он мерзок до самых цинковых костей. До самой плесени в крови. До гноя в мозгу. До отсутствия какой-либо эмпатии в обугленной пожаром душе.       Спикер нашёл к нему подход. На то он и носит маску лиса — везде найдёт себе выход, везде выкрутиться. Он говорит и путает, смешивает грамматику и манипуляции, оскорбления и защитную лесть. Только чтобы подобраться к Рейнарду настолько близко, что он задрожит от страха довериться.       Сломав кость так, чтобы она не срослась, у Миньярда была одна цель: убить Спикера. Без одной лапы монстр-корпорация не то что захромает — ляжет умирать вдали. Они мелкие и грязные. Они отрезают языки себе же, чтобы словами не сделать хуже. Оборвать их уязвимое сухожилие — дело жизни.       Судоку заполнилось крайней цифрой.       — Что там?       — Чейз имел дела с мафией, будучи копом. Об этом свидетельствует его счёт,— Эрик щёлкнул мышкой и стал мониторить,— пиздецки огромные суммы раз в два месяца. А ещё употреблённая доза накануне. Может, он напортачил и получил заслуженное?       — Он идиот хранить подобное буквально на виду?       — Умом не блещет, сам знаешь. Надо бы, по-хорошему, изъять не только телефон. Докажем, что месть и дело с концом.       Из семьи у набожного Чейза, который порицал всякий бесовской гомосексуализм, нежно называя Эндрю — «пидором из Ада», была только старенькая мать и утерянный младший брат, после чьего рождения отец ушёл . Иронично, а где же жена-хозяйка и с дюжину детишек? Кишка тонка соблюдать то, что пытается воспитать в других. Чейз лишь пародия на человека, на самом деле он мышь-тихушница с противным громким голосом. Прижать его короткий хвост мышеловкой — дело времени.       В отдел зашёл Кевин, кивнув Эндрю, что в допросной уже ожидают. Мать Чейза — Чарли Льюис — заплаканная сидела в одинокой серой комнате. Сделав пару шагов из кабинета отдела до допросной, Миньярд дёрнул ручку.       — Добрый день, Госпожа Льюис,— сержант отодвинул стул и поудобнее уселся. Скоро должен был подоспеть Ники с доказательствами причастности Чейза к мафии.       — Как он может быть добрым, сержант.       — Полиция лишилась злокачественной опухоли, которая связана с торговлей людьми — как тут не радоваться?        Женщина аж подкинулась с места. В злющих глазах не было и тени пощады. В них виднелись, сквозь слёзы, самые неприятные пытки со средневековья с полицейским в главной роли. Миньярд и не собирался жалеть или быть помягче с тем, кто выродил того урода, каким бы тот не был золотым телёнком в местной полиции. Дети — отражение родителей? Её лицо до ужаса исказилось в знакомой физиономии, кричащей, что убьёт Эндрю, только тому стоит моргнуть.        «Даже мысли те же, я уверен»,— подумал Миньярд и услышал шаги. Ники сложил папку и передал её в руки коллеги.       — Ваш сын, Чейз Льюис, был убит этой ночью. Он не переходил дорогу в неположенном месте, даже не смейте задумываться о несчастном случае. Его намеренно сбили с определённой скорости, чтобы он подольше мучился в агонии от быстрой потери крови. У Чейза были неприятели? Думаю, мы понимаем, что с таким характером — точно были.       — Ему очень многие завидовали. Он действительно был лучшим в своём отделе.        — Он предлагал провести ночь за повышение,— Ники вовремя закашлял, но информация всё-таки дошла до ушей. Чарли начала верещать как ужаленная, что это пересуды и наговоры. Эндрю ударил в голову тот самый лишний грамм и он по-мерзки засмеялся. Прямо с мёртвого человека. Прямо перед его матерью.        — Ближе к сути. Чейз помогал членам мафии перевозить людей заграницу. В этот раз дела обернулись к нему спиной, а именно тем, что пониже, за что, собственно, был убит. При трупе был обнаружен наркотик, который только недавно ввезли в наш округ,— читая заключение, он замедлился, вовсе переставая читать. Эндрю покосился на Ники, осознавшим тоже самое дерьмо, в которое они увязли по уши,— что также является доказательством того, что Льюис, какая ирония,снюхался с семьёй. Его счета, активное участие в перевозке, странные заграничные посиделки явно не с чаем и камином. Каждая деталь свидетельствует о его непомерной тупости.       — Тогда зачем я здесь?       — Не знаю. Сами захотели услышать, что ваш сын — наглый и толстолобый человек.— каждое слово сочилось соком сарказма,— Вы думаете, что в полиции роботы пашут? Нам на человека выйти надо, получим зарплату за это. Не замечали около своего сыночки странных людей в масках? Или с наркотиками в зиплоках с огромной табличкой «ЙОУ, МЫ МАФИЯ»?       — Я отказываюсь участвовать в этом балагане.       Она уже собралась уходить, как вдруг выкинутые в спину слова приклеивают её к полу.       — Отказываетесь сотрудничать? Препятствуете расследованию? Так и запишу в своём розовом блокнотике подозреваемых.       — Не видела я, понятно! Изверги сраные! Лишь бы поиздеваться.       — Мы не только изверги, мы ещё и люди, которые выполняют свою работу. Не могу не согласиться с «поиздеваться», вы уж извините, таков мой протокол — крутить людьми, только бы они соизволили мне в глаза взглянуть. И что вы там видите?       Вопрос звучал с неприкрытым вызовом. Чарли вернулась на место и выпрямилась, словно проглотила меч или что поровнее. Она по приказу посмотрела в карие глаза, помрачнела в лице.       — Не замечала, но,— Льюис сглотнула накопившуюся слюну и потупила рассказ,— мой младший сын сбежал из семьи в «семью», насколько я понимаю.        — С этого места поподробнее,— в выступление включился Ники. Допросная перестала быть шапито хоть на долю времени.       — Чед в подростковом возрасте стал чаще сбегать из дома. Город не сильно огромный, я думала, куда он может уйти. Как стало позже видно — на скамью в участке. Ещё, я нашла в его тайнике самодельную маску животного. Олень, кажется, вроде того. Из гипса и пластика. Жуткая. Я не придала этому значения, пока не узнала смысл. До моего осознания прошло слишком много времени. Я больше не видела Чеда. Он сказал, что поехал учиться заграницей, но никаких вестей больше не было. Пропал.       Она разревелась прямо в кабинете.       Эндрю маякнул Аарону об повторном осмотре тел. Ники стал утешать несчастную женщину.

🔎

      Интерьер с прошлого раза мало чем изменился. Те же африканские маски, то же невкусное кофе. Эндрю и Кевин будто в зацикленном дне сурка — Верена Бирман всё также рыдала, только в этот раз обошлось без внезапного вброса информации в виде проблемного кишечника самоеда. Колос грустно лежал на диване, его миски с водой и едой были полны. Мелькнула разбитая фотография семьи. Шутки сами лезли наружу. Но язык заплетался, что обнуляло юмор до кивков и составления свидетельства о смерти.       — Как такое вообще возможно?! Сначала Карл, теперь Клэр.       — Остались без бесплатной домохозяйки,— промурчал себе под нос Эндрю, за что получил пинок под столом. Слава яйцам, мать двух ангелочков — буквально — этого не услышала.       — У Клэр возникли проблемы после смерти брата?       — Безусловно. Каждый в её окружении знал о трагедии. Она не могла покончить с собой из-за этого, клянусь!       — Странно вообще, что вокруг вашей семьи витает,— Эндрю хотел сказать «смерть», но опять получил пинок. Он с нескрываемым возмущением посмотрел на невозмутимого Кевина. Миньярд чувствовал, что выйдет из дома с отбитыми голенями, поэтому решил отдать главенство на время своему капитану.       — Может, ваш муж или вы причастны к чему-то?       — Что? В каком это смысле?— она переводила глаза в ощутимом непонимании.       — Перешли дорогу кому-то, может нагрубили,— Дэй плавал около буйков, пока на берегу стояла Верена. От таких намёков хотелось влепить себе же по роже.       — Чем вообще ваш муженек занимается?— ненадолго хватило молчания в Эндрю,— Где он сейчас?       — Он на переговорах в Нью-Йорке.  Компания хочет открыть пару точек там, ну, по путешествиям.       Главное слово было скормлено в качестве наживки — «Нью-Йорк». Они переглянулись. Позадавав пару вопросов по теме, они двинулись изымать технику, собственно, зайдя в комнату Клэр.       Типичная девчачья берложка. Розовые фуксия стены, белая кровать с пушистым пледом, зайчик на пледике, трюмо в полароидных фотках и наклейках. Кевин принялся грузить в сумку ноутбук, а затем стал рыскать по шкафу, чтобы найти что-то интересное — те же флешки, как у её братца. Эндрю приблизился к туалетному столику, заваленному косметикой. Разные краски для лица, но кое-что всё-таки засмущало. Открытая помада, кинутая наспех на поверхность белого столика. При обнаружении не было какой-либо яркой косметики — пудра да и только. А тут тебе цирковой номер с конями — розовая помада, которую не успели закрыть, собираясь явно в спешке. При этом, в комнате Верены не было — она пришла только под утро, после ночной смены.       Он захватил косметику с собой.       — Что, уже не привлекаешь молодых и горячих? Тебе не поможет.       — На пластику у меня нет капитановской зарплаты, чем богаты — тем и рады,— с наигранно грустным тоном сказал Эндрю, не забыв показать язык. Временами Кевин подбешивал: временами, это в промежутке с начала их знакомства по современность.       В это же время в старом любимом баре было тихо. Людей по нулям, проводка потрескивала, Жан, как типичным бармен в клишированных фильмах, тёр стакан. Он делал вид занятости, ведь песочного возраста Конга так запрягли мыть переговорную. До блеска. Ниэль опускал стулья на чистый пол, который до сих пор отдавал небольшой сыростью от вонючей швабры.        — С хрена ли я толчки мою?        — Хочешь пальцами доставать очистки из раковины? Велком!       — Давайте вызовем службу.        — Жан, слишком много разговоров для того, кто один стакан помыл. Давайте, за работу.— он похлопал и отправил дальше по поручениям подчинённых,— Конг ты мой холодильники, Жан — проверяй камеры.       Камеры Спикера были направлены на весь город. Каждый уголок был в поле зрения. Каждый уголок был под строгим контролем. Сбой хоть одной давал о себе знать — остальные начинали барахлить. В этот раз какой-то недалёкий вандал снёс аж четыре — были бы неплохо узнать как и научить человека манерам.       — Службу хочешь? У нас тут наркоторговля цветёт и пахнет. Службу они хотят,— бормочет себе под нос Ниэль, задвигая стул. Он обнаружил, что взрослые пузатые мужики с пивом любят клеить жвачки под столы, словно они двенадцатилетние кокетки с розовым дневничком на замочке. Веснински ловко выудил шпатель из кармана фартука и стал их отколупывать прямо себе в ладонь, не брезгуя.       Он видел вещи похуже, чем пожелтевшие от старости и грязи жвачки.       Ночка выдалась бессонной. Очередной должник-пешка получил по заслугам. Натаниэль уберёт со своей чудо-командой человека, если за ним есть дерьмовый след прошлого в мафии — клининговая компания, ей Богу. Сегодняшний клиент не стал исключением. Прося у правой руки Мёрфи помощь, ожидай, что она встанет тебе клинком поперёк горла.  ))₽₽₽₽)))))))))₽₽₽₽)))₽))6))₽₽₽₽₽₽

      Аукнется.

((((((("((666((55((()(((((((???

      До сих пор в голове остались крошки того разговора с Чейзом.        — Мне нужна помощь, Нил, я,— он сильно нервничал, теряясь в пучине слов.        — Чейз, не чужие люди. Зови меня Натаниэль,— он довольно улыбнулся, намекая на некое родство. Именно Льюис в своё время помог провезти товар, мол, он же полицейский, может какая контрабанда конфискованная. И именно этот конфискат со склада лежит теперь на импровизированной подсобке-чулане.       — Нат, у меня проблемы. Моя коллега, Шелли Уолдем, засекла меня. Я передавал товар, но попал на камеру клуба, где у неё брат работает охранником. Она приехала ко мне, требуя объяснений. Махала этой злополучной флешкой, а затем выбежала из дома.        — У неё компромат на нас?— Нат поставил стакан гранатового сока и приблизился к его уху,— Отвечай, Чейз, мы же друзья. Так не поступают.       — На меня. Я передавал чужой товар,— он на середине предложения понял, как это звучит. Как измена своему дилеру. Будто Ниэль застал его в постели с другой рыжулей. Чейз нервно сглотнул и стал незаметно оглядываться,— умоляю, спаси меня. Я не могу потерять работу, сам же понимаешь, что это единственная помощь корпорации.       — Чейз, ты облажался. Пришёл бы ещё позже, когда она тебя бы сдавала и ты сидел на гниющих шконках. Мои услуги стоят необычной валюты.       — Сколько?— он спросил так, будто от этого зависела судьба человечества. В этом вопросе сияла последняя надежда. Натаниэлю хотелось улыбнуться, но не по-доброму, а как подобает настоящему злодею. Как же грациозно захлопнулась мышеловка.       — Одно убийство. У одной сучки хранится важная информация, которую насобирал её брат за время работы с корпорацией. Время сочтено.       — Я всё сделаю. Дайте срок.       — Чем быстрее, тем лучше. Успей это до начала лета.       Натаниэль достал из фартука красную пуговицу. Чейз опустошил одним присестом стакан кислого сока и протянул со скрежетом вещицу по стойке, накрывая её ладонью. Подняв глаза, Веснински увидел лишнего: капитан третьего отдела, про которого Эндрю так много трещал под таблетками, встретился взглядом с владельцем бара.       Красная пуговица — эдакий знак, что ты заодно со Спикером. Она отпугивала конкурентов и притягивала удачу. Символ преданности и того, что ты готов сложить голову, лишь бы твой господин был доволен.        Ниэль слабо улыбнулся при этом воспоминании. Входная дверь скрипнула, раздались голоса. Обернувшись, сердце почему-то забилось чаще. Появилось ощущение тошноты.        Рене удивлённо подняла брови, когда встретилась с Джостеном глазами. Она оглянулась на Жана и, будто бы ей померещилось, тряхнула головой. Ещё рядом с ней  возник старый знакомый, который к нему — Нилу — нелепо клеился. Ники лишь довольно залепетал.       — Добрый день, мы задать пару вопросов,— Хэммик мигом прилип к владельцу. Был бы у него хвост — он бы крутился как пропеллер.       На фоне мелькала небольшая, если сравнивать с двухметровой лягушкой, Рене и, собственно, лягушка. Иво давно вышел из кухни. Что-то внутри Нила подсказывало о том, что Конг прилип к холодильнику языком — такое случалось уже два раза, ведь тот хотел капельки коктейля полизать.       — Господин Джостен, помните ли вы такого посетителя, как Чейз Льюис?— он протянул фотографию с темнокожим мужчиной.        — Припоминаю,— врать было бесполезно, они были все вместе в тот вечер,— но близко с ним знаком не был.       Ну, почти бесполезно. ))))))₽₽₽))       — А если скажу, что он был завсегдатаем заведения?— тон Ники оставался таким же приятным и весёлым,— Что, совсем не помните завсегдатаев?       Внутри что-то горело. Невозмутимый разговор становился слишком намекающим.       — Я помню каждого постоянника. Чейза среди них не было,— Нил злобно сверкнул глазами, ну, или так показалось Ники. Тот аж выпрямился. Выводить было бессмысленно.       — Вас не взять на понт.— он расстроился,— Тогда, может вы видели эту девушку?       Он оперативно поменял фотографию на знакомую девушку с золотистыми волосами.       — Это же подросток. Моя политика заведения запрещает даже воду продавать несовершеннолетним. Бывают исключения, но это,— он указал на фото,— туда не входит.       — Странно. Мы изъяли ноутбук "этого",— Николас исковеркал и передразнил Нила,— и нашли целую папку, посвящённой «Алиби». Поставки, открытия, закрытия, количество людей, смены меню, расписание уборок. Это всё каким-то образом оказалось у девушки-подростка. С фотографиями.       Нила словно придавило атмосферой. Сидеть и разговаривать с обычным криминалистом ощущалось полётом в космос без скафандра. Он только и мог, что молчать и продумывать, что сказать дальше. Тут не отмажешься. Тут надо действовать радикально.       — Каюсь,— голос звучал очень тихо и жалобно. Ники наклонился поближе,— Клэр работала в баре некоторое время. Но не в ночь, а днём, на каникулах. Школы запрещают подработки, тем более в алкогольном баре, тем более по столько часов. Она хотела подзаработать быстро и легко, поэтому не официально устроилась в «Алиби». А это,— он он указал на сумку Николаса,— часть её работы.        Рука Нила ненавязчиво опустилась на бедро полицейского. Он осмотрел занятость позади — чисто.       — Вы арестуете меня, господин Хэммик? Я готов получить своё наказание по полной мере.       Слова звучали прямо над ухом Хэммика, обжигая шёпотом и страхом. Голубые глаза обжигали под стеклянной пеленой подступающих слёз, рыжие волосы добавляли образу игривости. Хоть Нил и не выглядел как худенький и невинный мальчик, но взрослый и умоляющий пощады мужчина тоже нормально так заводил.        — Простите.       Он отлучился быстрым шагом на кухню, перелезая через барную стойку. До Ники даже не сразу дошло, что это вообще было.       — Иво, вы хотите сказать, что видели этого мужчину в баре?— Рене не унималась.       — Может быть. А может и нет. Я не запоминаю.       — Пожалуйста, вспомните, это важно для дела.       Иво помотал головой. У Уокер опустились руки.

🔎

      На следующий день кабинет собрал в себе весь третий отдел. Даже Кейтлин, которая особо не посещала такие совещания, присутствовала, неловко теснясь около Рене и Кевином.       Она так и не говорила с Аароном насчёт его брата. В один из вечеров, в тёмном коридоре, она почувствовала подножку. Больно ударившись коленями, Маккензи немедленно обернулась на силуэт. Эндрю — это был именно он — стоял, оперевшись спиной к стене. Он держал диктофон у уха, нажимая вновь и вновь кнопку. Кейтлин в возмущении хотела начать уже скандалить, но тишина пустого участка помогла ей расслышать слова.        ...Проси всё, что хочешь.

Будешь моим секс-партнёром?

      Ни одно произведение искусства не могло описать ужас осознания. Ни одно произведение искусства не могло описать наслаждение и оргазм от осознания, что он подровнял брату личную жизнь.        — Аарон, ты либо крестик сними, либо трусы надень.       То, что сказал Эндрю, а затем ушёл, небрежно бросив диктофон Кейтлин, мол «поймаешь или нет — твоё дело». И она поймала. И она послушала весь диалог раз сто за ночь, пытаясь убедиться, что это не такая надёжная склейка аудиофайлов, а настоящий разговор.       После этого и началось молчание.       Она вникла в разговор только после тряски за плечо. Кевин обеспокоено посмотрел ей в глаза:       — Кейтлин, ты в порядке?       От лицемерия хотелось стошнить. Сначала он предлагает секс почти что её парню, а затем интересуется. Мерзость. В голове зрел плод с названием «Месть»: если всё уляжется — она сорвёт его, если нет — плод созреет и лопнет.       — В полном.       — Так что ты думаешь по повторному обследованию?— невтерпёж было Эрику. Он отпил чай из кружки «Сдаются только слабаки, квартиры и проститутки». Маккензи пригладила пятернёй волосы от лица и вздохнула. Что она думала, когда нихуя не понятно?       — Определённо связаны. Сначала Чейз убил Клэр, потом за Клэр укокошили Чейза.       — Надо было своими словами, а не копируя своего сержанта,— хмыкнул Эндрю, натыкаясь на ядовитый взгляд,— или тебя учили болванкой повторять за более умными?       Ники работал с пробковой доской. Кнопки держали фотографии уже знакомых жертв, старых и новых, а ещё возможно причастных людей.       — Что мы имеем?       Чейз определённо связан с торговлей наркотиков в городе. Чем провинилась Клэр? Её просто притянули за уши сюда, ощущение, но, не забываем, что её брат работал в «Вуали» с сомнительной репутацией.       — Она нашла что-то на Чейза, а тот убил её. Вот только что она нашла и нахуя её было убивать — загадка.       В дверь постучали. Этот звук был очень редким в отделе: обычно все посторонние вламывались и устраивали мясорубку, крича и браня Эндрю. Тот пожал плечами, когда понял, что на него уставилась несколько пар глаз.       — Я только приехал, сами виноваты.— он повернулся к двери и крикнул,— Можно!       Открыв дверь, высунулась сначала голова. Карие глаза девушки встретились с недоумевающими лицами. Она наконец-то вошла полностью, давая себя осмотреть. Обычная школьница: местная форма из блузки, жилетки и юбки до колен; каре из тёмных волнистых волос, заострённый, "птичий" нос, чуть загорелая кожа. Девушка закрыла дверь и сразу стала рыться в рюкзаке, что-то тараторя:       — Доброе утро, моя подруга Клэр Бирман попросила прийти к вам и отдать её некоторые личные вещи, если узнается, что она пропадёт, покалечится или что-то случится похуже, поскольку она не звонила мне уже второй день, думаю, настал мой час. Извините, что мешаю вам работать, просто у меня не было времени зайти в участок, с утра до обеда у меня школа, потом музыкалка, затем я долго еду в Вольфсбир и, вообще, пусть скажет мне спасибо, что я этим занимаюсь, а то знаю я, какая она,— её перебил Эндрю, единственный, кто не запутался в словесном взрыве и пытался выделить ключевые слова.       — Кем вы приходитесь Клэр Бирман?       Девушка остановилась и перестала рыться. Её руки со сбитыми костяшками и мозолями скрылись в глубине рюкзака.       — Я? Альма Мартин, одноклассница Клэр.       Какая ирония, что Альма Мартин вытащила недостающие флешки, секретный второй телефон, дневник с записями и накормила третий отдел деталями.       Если подытожить и собранное, и недавний разговор с Шелли Уолдем.       Чейз Льюис — старший сержант первого отряда, который состоял в небольшом ответвлении Мёрфи. Он работал в свои золотые годы охранником знаменитостей, попутно подрабатывая курьером. Затем приехал в Виндерхакен, чтобы помочь своему главному дилеру с делом, но остался, потому что тихое местечко помогло мозгам встать на место. Перевёз мать, брата. Брат, к слову, состоял в другой ветви группировки, но это другое дело. Но Чейз не бросил гнилое дело и продолжал фасовать. В итоге, его поймала за жопу Шелли Уолдем — коллега, а также угадайте кто? Здесь должна быть барабанная дробь.       Шелли — сестра отца Клэр и Карла, собственно, родная тётя. Вот и всплыли. Бирманы очень уж интересовались работой своего отца и вышли случайно на Чейза, Клэр передала своей тетке в полиции записи с видеокамер, где чётко видно его лицо и действия. Шелли решила не сразу сдавать коллегу, а заехать к нему, спросить что за дела.  Параллельно с этой ветвью, обнаружилась милая переписка во втором телефоне Бирман. Там она общается по сети с друзьями, в одной из таких групп самой последней темой поднимался вопрос о совместной встречи. Пока Шелли и Чейз разбирались что к чему, Клэр переписывалась со своим близким другом, который был с ней «и в горе, и в радости» долгих три года. Его никнейм в сети — «Питер Паркер», Боже, какой остроумный. Как узналось из истории переписок — их Ники скроллил весь вечер — на самом деле этого недобитого человека-паука звали Питер Бросски, лет семнадцать-восемнадцать, учится в Вольфсбире и всегда, подчеркиваю, ВСЕГДА мечтал посетить Виндерхакен, будто это новомодный район в Токио или местный немецкий Лос-Анджелес.       Забились сходить чисто вдвоём прогуляться по городу.

      Все же понимают, к какой срани катится мой рассказ?

      — Честно, я хотел бы верить, что этот спайдермен о-о-очень,— Эндрю долго и протяжно протянул «о», будто в процессе успел зевнуть,— умело ссыт в уши:       Встретившись в обговоренном месте, геолокация Клэр — сюрприз! — пропадает, телефон вне зоны доступа, а внутри уже смертельный коктейль. Всё бы ничего, всё было бы чисто, если не оплошность Питера. Бирман сохранила видеозвонок с близким другом, чтобы потом посмеяться или понастольгировать — из контекста не очень понятно.        — Давайте попробуем угадать, кто, нахуй, был в этом видеозвонке.       Дело было в допросной. Эндрю держал на мушке зрительного контакта убийцу, рядом стоял и составлял дело Ники, Рене помогала в последнем рывке почти закрытого дела.       Тем временем, Шелли разругалась с Чейзом и в отвратительном настроении ехала домой на машине. Вечер, восстановленные кадры видеорегистратора, подслеповатая Уолдем.        Как там закон джунглей — «око за око, зуб за зуб»? Пока Питер Паркер вкачал в Клэр убийственный коктейль — она была не против, потому что не знала действия напитка, Шелли сбила на полной скорости резко выскочившего на дорогу Чейза — тот хотел удостовериться, что она не поедет его сдавать, за это и поплатился. Видеорегистратор был сломан в результате аварии, но некоторые кадры непреднамеренного убийства остались. Правда, без звука. Утром Шелли была заплаканной не от смерти сержанта, а от того, что не смогла уберечь племянницу и убила человека. Ладно, тема с Уолдем почти закрыта: осталось только доказать, что это именно она была за рулём, дело с концом.       — Времени подумать я дал. Кто же убил Клэр Бирман?       Тот, кого мы уже могли упомянуть.

Та-дам!

      Темнокожий юнец был закован в наручники за спиной. Распрямив плечи, он с презрением смотрел на Эндрю, который уже видел, как со спокойной душой едет домой.       — Чед, как дела? Я не туго застегнул?— Миньярд невинно похлопал глазками, затем расплываясь в улыбке.       Чед был обнаружен в видеозвонке. Чед был неоднократно в нашей базе данных из-за своего буйного характера.       Каким бы буйным не был бык, на банке пишется —«тушёнка».       Чед состоял в мафии, а именно в части мальчиков на побегушках. Они — молодые, беспринципные и беспризорные — выполняют любую работу босса, даже где нужно жертвовать жизнью. Терроры, убийства, ограбления, нападения. Прочее-прочее-прочее.       У Чеда Льюиса была и переписка на руках с заказчиком убийства Клэр, и способ убийства, и что украсть надо, и как спрятать.       — Умничка, всё растрепал.       Дело «Блондинка в шоколаде» закрыто. Ба-бамс!       Эндрю изобразил судью, выносящего приговор. Опять зрачки шире глаз, опять идиотская улыбка. Ники диву даётся, как он это успевает.       — Сами с ним разбирайтесь, криминалист, моя смена окончена,— после этого сержант, насвистывая что-то под нос.

🔎

      Бар «Алиби» уже наполнялся народом после такого долгого перерыва. Воскресенье. Эндрю уже давно вошло в привычку выпивать в баре и подкалывать своего любимого — единственного — официанта. Нил, несмотря на загруженность, всё равно возвращался к барной стойке с сержантом. Он в очередной раз отправил Иво на раздачу и наконец-то присел, пытаясь отдышаться от беготни-поисков своей французской лягушки.       — Я свободен,— оповестил своего клиента Джостен, чуть ослабляя ворот рубашки. Эндрю внимательно проследил за этим жестом, но не показал виду.       — Что нового, дилер?       — Наделали, конечно, шума новым товаром. Зато прорекламировали в новостях.        — Ты там не завёл себе другого постоянника?— Миньярд не думал с каким подтекстом поинтересовался. Он не надеялся на какой-то определённый ответ. Он не знал, что будет дальше.       — Не завёл. Я буду преданным псом, если не тянуть меня за ошейник. За это тебе следует отдать должное, дождался.       Внутри что-то таяло. Капли конденсата-пота стекали по спине. В словах Нила было нечто, способное растопить холодную натуру.        — Ты сильно не показывай свою свободу перед законом, ограничу же,— он допил виски и стукнул по столу бокалом. Требуя повторить, градус ударил в голову настойчивым рыжим дятлом. Эндрю положил голову на стойку, пытаясь остыть.       — Закон сам передо мной выслуживается, вон, как его по моему бару размазало.       Нил отошёл, если судить по шагам, в сторону зала. Рядом с головой оказался железный поднос напитков, очень разномастных — пиво, пиво, пиво, пиво.        — Сержант, вы как?— раздалось на ухом. Чужое рельефное тело приятно прижималось к спине. Эндрю еле-еле распознал своего официанта.       — Херня полная. Ты что-то подсыпал, да?       — Нет. Если бы подсыпал, вы бы спали вечным сном, сержант,— игривый тон, Нил шутливо засмеялся, отходя обратно за барную стойку.       — Отсоси.       — Не будь таким грубым. Прими мои искренние издевательства с честью, Эндрю,— Джостен пригляделся к состоянию клиента,— тебе такси вызвать? Скажи адрес.       В ответ ему непонятно пробормотали. Нил думал, что делать — кидать, как в прошлый раз, в кладовку не очень.        — Только не говори, что придётся тебя тащить в кабинет. Может, позвонить твоим знакомым?       Пока Натаниэль раздумывал куда ему деть своего виндерхакенского Ромео, где-то происходил секс.       Аарон никогда не имел связей с противоположным полом, впрочем, как и Кевин. Узнавая друг друга, кому, как и что нравится, больше узнаёшь самого себя. Он был слишком занят поцелуем, чтобы заметить приходящие вновь и вновь сообщения. Аарон ощущал мягкий матрас Кевина, запах кондиционер для белья и тяжелое тело, нависающее над ним. Руки Дэя изучали каждый сантиметр кожи, будто щас Миньярда отберут и заставят восстанавливать по памяти. Целует шею.       Это оказалось не настолько противно.       Подставляясь под коллегу, он зажмурил глаза. Губы издали протяжный и глубокий стон, как только ладонь партнёра легла ниже живота. Будто Аарона покалывало током, иглы казались приятными.        Пришло ещё одно звонкое уведомление. Кейт: «Аарон, нам нужно поговорить» «Где ты сейчас?» «Я приеду к твоему дому прямо сейчас» «Напиши хоть букву, я не вижу в сети ты или нет» «Пожалуйста»       Кевин, заметив приходящие уведомления, в моменте потянулся и перевернул телефон экраном вниз. Как бы ему не было жаль Кейтлин, он ненавидел быть на втором месте. . .. ....       — Погоди, а как Клэр узнала, что её личные вещи могут помочь в деле, которое ещё не случилось?       — Ты меня, нахуй, спрашиваешь?— с недовольством ответил Эрик. Первый раз за долгое время такое активное дело, можно было хорошо утомиться и сладко спать, чему, собственно и следовал Клозе. Ники лежал у него на груди, прижавшись телом, бок к боку,— Спи давай.       — Я не засну теперь.       И Эрик тоже.