Друзья – не любовники

Рано или поздно в сердце каждой девушки поселяется неоспоримая мечта, сродне мыслям о самом пылком и сокровенном желании, какое только может прийти в голову. Одна из главных потребностей женской натуры - мужская забота и внимание, которое порой бывает слишком трудно заполучить. Нет, женщины не слабы - они гораздо сильнее мужского общества во многих аспектах, однако даже самому выносливому существу на планете свойственен страх одиночества. Девушка, как правило, растет в мечтах о семье и о том, как со ставшим ей самым дорогим на свете человеком взростит своих детей, продолжая ветви своего семейного древа. Но, прежде чем сие чудо окажет честь осуществиться, в юношестве перед всеми, не только женской половиной населения, стоит задача - отыскать того, о ком можно будет отзываться, как о самом дорогом и любимом человеке. Просторную гостиную Гриффиндора освещает мягкий, чуть подрагивающий свет горящего в камине огня. Сидеть перед ним на ставшим за годы обучения родным красном диване, закутанной в плед и глядя на пляшущие на углях языки пламени - последнее время самое частое времяпрепровождение мисс Грейнджер по вечерам. Слушая потрескивание огня и задумчиво отведя взгляд в пустоту вечерней тьмы за окном лучше всего получалось размышлять о том, чем занята голова едва ли не каждой шестнадцатилетней девушки. Ей всегда хотелось хоть однажды побыть героиней одного из романтических магловских сериалов, кои зачастую смотрела по вечерам ее мама. Ах, эта романтика - кажется, такое простое и одновременно с тем едва не самое недостижимое понятие, так близко с которым граничит само безумие - истинная любовь. Гермиона оправила воротник своей серой рубашки, задумчиво теребя уголок красно-желтого пледа. Многие ее подруги уже имели счастье похвастаться обретенным парнером - разговор с девушками полнился одними лишь воркованиями о прекрасах найденного себе собеседницей парня. Порой от слащавых рассказов о великолепии современных джентльменов начинало тошнить, и Грейнджер полноправно могла назвать себя рекордсменом по выдумаванию отговорок для прекращения разговора. Конечно, сейчас, когда время предоставляет ей минуты спокойного одиночества в общей гостиной, самой себе она признавалась - то лишь толика зависти, а вовсе не неприязнь к чужому восхищению кем бы то ни было. Девушка перевела взгляд на огонь в камине - пламя все так же весело танцует свой незамысловатый танец. Мысли ее ныне потекли несколько в другом русле - более, скажем, практичном. Если задуматься всерьез, то кто действительно мог бы дополнить ее жизнь - стать той половинкой сердца, найти которую является целью любого порядочного человека? В ее окружении можно выделить немало хороших ребят, однако до подобных приступов жажды романтики мыслей на этот счет у мисс Грейнджер не возникало. Взять, допустим, Уизли - Рон мальчик довольно милый, искренний, однако его частая рассеянность и невежество явно никак не вязались с образом идеального партнера в голове девушки. Что уж тут говорить, если он, будучи маглом, не понимал бы разницы между средствами гигиены и мыл бы голову гелем для душа? Да и все старшие представители его семейства как ни крути обладали схожими по сути своей недостатками. Невилл, может быть? Ну, разве тут нужно что-то разъяснять? Размышления Гермионы прервались, когда за стеной на лестнице послышались звуки шагов, сопровождающиеся весьма буйным обсуждением чего-то явно весьма серьезного. Показавшиеся в проеме Гарри и Рон горячо доказывали друг другу мнения о поступке некого "его". Дебаты прервались, когда они обнаружили в гостиной присутствие девушки. - Привет, Гермиона, - привычно и с улыбкой поздоровался Гарри при виде подруги. Рон так же ее поприветствовал. - Привет, - улыбнулась в ответ Грейнджер, - О чем так яростно дискуссируете? Выясняете, какой засранец стащил у Рона из-под носа последний шоколадный кекс? - Вообще-то, не стащил, - Рон почти что гордо покрутил наполовину съеденным кексом в руке, - А мы о тебе и о твоем новом герое. - Да, и очень хотели бы узнать все лично от жертвы происшествия, - подтвердил Гарри, подсаживаясь к девушке и приобнимая ее за плечи. Уизли пристроился с другой стороны. Гермиона была изумлена дважды. Во-первых, ей самой очень хотелось бы узнать, когда она успела обзавестись неким "новым героем", а во-вторых, почему сердце странно дрогнуло, когда друг ее обнял. - О ком вы? Какой герой? - непонимающе хлопнула глазами она. Не понимать что-либо никогда не было в ее вкусе. - Это ты нам расскажи, как так вышло, что тебя спас не кто-то, а слизеринский хорёк, - откликнулся Рон, откусывая от своего лакомства внушительный кусок и продолжая уже менее внятно, пережевывая, - Щевогня, кокта ф замок попала фиферна Хагрита. - Гарри, будь добр, переведи с кексопоглащательского. - Он просит тебя рассказать, как получилось, что когда в Хогвартс сбежала маленькая виверна, которую припрятал у себя Хагрид, тебя спас от нее Малфой. Теперь Гермиона сама вспомнила о своем внезапном герое, хотя язык так и не поворачивался назвать таковым придурка Малфоя. Странно, конечно, что, ввиду последних мысленных обстоятельств Грейнджер, она не думала лишь о том, почему сам слизеринский принц помог ей сегодня уцелеть от драконьего пламени. Хагрид снова не удержался от занятий криминальной деятельностью, протащив в свой дом детеныша виверны, невесть откуда взявшегося - единственным разумным предположением было появление близ его жилища странствующего торговца, явного умельца втюхивать свой товар во что бы то ни стало. Так или иначе, особой важности в истории приобретения Хагридом детеныша виверны не столь важно, как история, которую этот самый детеныш вытворил. Великан не уследил, как дракон улизнул от него, пробрался в здание школы и устроил переполох. Попытавшаяся его обезвредить Гермиона едва ли не была подожжена его огнем - повторить судьбу сэра Кэдогана, однажды сразившегося с виверной будучи почти безоружным, ей помешал, как ни странно, Малфой, оттолкнувший ее от пламени и подставив под него свою мантию. - Вы об этом... - задумчиво протянула девушка, - Я сама не знаю, если честно. Мы пересеклись в коридоре, Драко гулял со своей компанией. Потом выбежала толпа учеников, кричащая что-то про виверну в замке, я пошла в ее сторону, хотела оглушить, но не успела - она дохнула огнем, а Малфой вдруг оказался рядом и заслонил меня. - Павазительно! - воскликнул Уизли с набитым ртом, - Ф тепя фтювился белобвысый ховёк! - Да никто в меня не втюрился! - воскликнула Грейнджер, - Не нужно мне таких, как Малфой... - О, выучила кексопоглощательский? - заметил Поттер. - Гарри! Друзья засмеялись, даже Рон, который, собственно, стал почвой для этой шутки. За этим Гермиона отметила, что у Поттера очень красивая улыбка. Да что с ней, черт возьми, такое? Почему его улыбка вдруг начала казаться ей красивой? - Ну а что? - с улыбкой спросил брюнет, - Ты ведь очень способная, не правда ли? Скулы девушки налились нежно-розовым оттенком, и, смущенно опустив глаза, она поправила упавшую на лоб прядь волос. Почему-то Гермиона сочла, что этот беспроигрышный жест соблазна любого представителя мужского пола сейчас как нельзя кстати. - Правда, - ответил за Гермиону Уизли, - За это мы тебя и любим. - В том числе за это, - подтвердил Поттер, - Так что там с Малфоем? Ты так и не рассказала, как смогла развести его на помощь тебе, когда этот папенькин сынок едва способен помочь себе самому. - Говорю - не знаю! - нахмурилась шатенка, - Спросите у Малфоя сами, меня лично беседа с ним мало привлекает. Парни засмеялись, синхронно откидываясь на спинку мягкого дивана. Гермиона поделилась с ними пледом, и трое друзей, благополучно отставив тему про странный поступок слизеринского принца и списав его на чистой воды случайность, перешли на другие актуальные темы - например, насколько далеко должен находиться молодой корень мандрагоры, чтобы Долгопупс не услышал его крик и не оглох от него. Грейнджер периодически выпадала из реальности, вдаваясь во все те же размышления о поиске партнера. Разумеется, случай с Малфоем теперь вряд ли так скоро оставит ее голову в покое, но это ведь черт-его-подери Малфой! От одного даже его имени противно, нечего и думать о том, чтобы принимать попытки построить с ним отношения. Гермиона задумчиво посмотрела на Гарри, сидящего справа от нее и что-то обсуждающего с Роном - она уже не следила за потоком их разговора. Поттер вдруг чихнул и почесал свой нос. О Мерлин, как же мило он чешет свой милый нос! Гермиона одернула себя, поймав мысль на столь неловком моменте. А какие глаза - такие проникновенно-зеленые, словно щедро освещенная солнцем лесная поляна, прикропленная темно-изумрудными жилками. Грейнджер внезапно осенило: а ведь Гарри - вполне подходящий вариант! Она достаточно хорошо его знает, чтобы без доли сомнения назвать своим лучшим другом и поистине достойным человеком. Теперь привычный мир уже никогда не будет прежним - кажется, она нашла повод влюбиться в Гарри Поттера. Но, постойте, разве для любви нужен повод, и так ли оно вообще работает? Впрочем, какая разница - брюнет и впрямь был идеальной кандидатурой. Взгляд карих глаз вновь упал на Мальчика-который-Выжил - огладил поттерово лицо, такое правильное, очаровательное. Теперь, так резко и неожиданно, брови друга уже не казались совсем обычными - они были очень правильными, густыми. Крючковатый нос, переносицу которого венчал мост круглых очков, добавлял его образу какой-то мужественности, отчего Гарри выглядел сейчас еще привлекательнее. Казалось, что Гермиона попросту резко начала возносить все достоинства друга, цепляться за что-то, пытаясь убедить себя, что он даже лучше, чем можно себе представить. Однако чего только не сделаешь, чтобы удовлетворить блудную душу в мире, где требуется сперва найти свою любовь, а уже позже позволить себе расслабиться и почувствовать настоящее нравственное удовлетворение. Решено. В один миг перед девушкой встала задача, которую по праву вместе с тем можно назвать негласной мечтой - очаровать Поттера, проявить инициативу и получить право самолично щеголять перед однокурсницами своим возлюбленным. Вот она, ее половинка сердца - всегда была рядом и просто ждала момента, когда она наконец все осознает! Вечер протек легко и незаметно, и Гермиона даже не помнила, как отключилась. Проснулась она оттого, что Гарри легонько тормошил ее за плечо. "Еще и заботливый" - с улыбкой подумала девушка. - Гермиона, проснись, тебе нужно в свою комнату, - приговаривал он, словно, несмотря на надобность, боялся испортить ее сон. Рон, очевидно, уже был в постели, тогда как Поттер остался рядом и терпеливо ждал, пока она не придет в себя и не уйдет спать туда, куда полагается. Грейнджер едва слышно промычала, потянувшись, и все же пересилила себя, встряхнув голову, чтобы прогнать остатки дрёмы. - Прости, что заставила ждать, - пролепетала она, потирая кулаком глаза и поднимаясь с дивана, утаскивая за собой плед. - Все хорошо, - улыбнулся парень, вставая следом, - Спокойной ночи! Пожелав друг другу сладких снов, друзья скрылись в лестничных проемах своих комнат. Вдохновленная последним убеждением, Грейнджер трепетала от мысли, что Поттер сам о ней позаботился. Мысли Гермионы слабо ворочались в преддверии очевидно крепкого сна, однако даже столь медленная скорость их работы не позволяла девушке отключиться. Она перебирала способы, которыми можно будет привлечь внимание Гарри и тем самым довести их до конечной цели - стать парой. В голове вдруг снова всплыла произошедшая днем ситуация... Попрощавшись с Поттером и Уизли, которые оказались зачем-то вызванными в кабинет профессора МакГонагалл, Гермиона в гордом одиночестве прошествовала в коридор за поворотом, направляясь прямиком на обед в большой зал. Солнечные лучи, попадающие внутрь сквозь стекла больших окон, расположенных вдоль стен, освещали витающую в коридоре пыль. В его конце вырос силуэт злосчастного слизернского квартета. Во главе, по обыкновению, шел всем известный как жертва Аластора Грюма хорёк Малфой. Посметь считать, что он упустит возможность постебаться - всё равно что прочесть книгу и надеяться на другой конец. - Так-так-так, кто это у нас тут? Где же твои Мальчик-который-Выжил и Мальчик-который-Рыжий, а, Грейнджер? Сочли зубрилу вроде тебя слишком скучной для своей компании? - выпевая гласные, с какой-то хищной улыбкой на губах произнес Малфой. Панси за его спиной ухмыльнулась. - Эта зубрила может легко отобрать статус лучшего ученика у твоего любимого проффесора Снейпа, - огрызнулась Гермиона, гневно сверкнув карими глазами. Драко, очевидно, хотел что-то возразить, однако за спиной девушки вдруг раздался испуганный крик: - Виверна в замке! Прячьтесь, кто может! Мимо пяти застывших в коридоре с визгами пронеслась толпа учеников, многие из которых то и дело оглядывались назад в страхе обнаружить рептилоидную бестию ближе десяти шагов от себя. Оттуда же вскоре показалась сама причина переполоха - маленький детеныш виверны, сбито взмахивающий перепончатыми крылышками и выпускающий снопы огня в разные стороны. Блейз, стоящий позади Драко, почти что лениво потянулся к своей палочке, однако Гермиона уже сорвалась с места и побежала прямиком в сторону дракончика. - Грейнджер, стой! - вдруг крикнул спокойный доселе Драко и метнулся вслед за девушкой. До взбунтовавшейся рептилии оставалось всего пара шагов, и шатенка уже собиралась вытянуть из кармана мантии свою палочку, чтобы ее оглушить, как та ринулась на нее и выдохнула огонь прямо в девушку. Блейз, Теодор и даже Паркинсон испуганно охнули, когда вместо вспыхнувшей Грейнджер обнаружили пред своим взором такую картину: пулей подлетевший Малфой каким-то чудом успел оттолкнуть Гермиону от летящего в нее пламени и повернулся спиной, принимая его на себя. Черное полотно мантии, естественно, загорелось, и слизеринец завертелся на месте, размахивая руками и что-то вереща. В этом голосе угадывался привычно капризный слизеринский принц. - Агуаменти! - крикнула Гермиона, направляя на Малфоя свою палочку. В следующую секунду парня окатил поток холодной воды, и обалдевший от бури ощущений блондин остановился, молча таращась на сидящую на полу девушку. Виверна, тем временем, готовилась к новой атаке, однако на этот раз Забини, все еще стоящий на месте со своей компанией, среагировал первым - едва из его уст послышалось "Остолбеней", четкий жест руки с палочкой в ней заставил дракона без сознания упасть навзничь. Гермиона и Драко все еще ошарашенно пялились друг на друга, не замечая ни подбежавшего Хагрида, со словами извинения поднимающего своего сбежавшего питомца на руки, ни столпившихся вокруг учеников, ни скоропостижно подошедшей профессора МакГонагалл в окружении ушедших к ней Гарри и Рона. Двое врагов, поочередно спасших друг друга - теперь это наверняка станет самой актуальной темой для обсуждения в ближайшие дни. А когда было иначе? Перепалки гриффиндорского трио со слизеринской четверкой всегда заканчивались чем-то интересненьким. - Что здесь происходит? - из транса ребят вывел несколько порицающий голос Минервы, - Хагрид, это твоих рук дело? - Извините меня, профессор, - поспешил оправдаться великан, виновато опустив голову, - Этот малыш у меня совсем недавно, и я не знал, что он будет так чудить... Я кормил Клыка и... - Довольно, - остановила его профессор, - С тобой мы обсудим это позже. Ступай. Здоровяк кивнул и спешно удалился. Друзья тут же подскочили к Гермионе, и Гарри протянул руку, помогая ей подняться. - К вам у меня тоже имеются вопросы, молодые люди, - МакГонагалл приподняла брови, обращаясь к Гермионе и Драко, - Позвольте узнать, мисс Грейнджер, почему мистер Малфой полностью мокрый? - В него попал огонь виверны! - пояснила подошедшая с компанией Панси, - а Грейнджер потушила его заклинанием. Малфой все еще стоял молча, словно окаменел и превратился в омытое дождем изваяние. - Что ж, в таком случае, плюс двадцать баллов Гриффиндору за великодушный поступок мисс Грейнджер, - сказала Минерва, чем заставила Поттера, Уизли и прочих гриффиндорцев в толпе зевак радостно улыбнуться, - Тем не менее, я попрошу вас разойтись, господа, и не создавать столпотворения. Мистер Малфой, отправляйтесь к мадам Помфри, она осмотрит вас на наличие ожогов. Поттер, Уизли, жду вас в своем кабинете несколькими минутами позже. - Профессор МакГонагалл, позвольте сказать! Драко ее... - начал было Нотт, желая рассказать о героическом поступке друга, однако убийственный взгляд Малфоя, который он поймал в ту же секунду, заставил его осечься, - Ай, нет, ничего... Женщина лишь пожала плечами, и когда она удалилась, Теодор непонимающе взглянул на Драко. Но Драко смотрел не на него. Напоследок одарив Грейнджер выразительным взглядом, значение которого девушка так и не поняла, блондин молча развернулся и махнул рукой, призывая свою шайку проследовать за ним. - И что это было? - с кривой усмешкой спросил Рон, оставшись в коридоре наедине с Гарри и Гермионой. - Не знаю... - несколько отстраненно ответила девушка, положив ладонь на щеку, - Ладно, ребят, вам, кажется, нужно к профессору МакГонагалл, а я все никак не дойду до столовой, - Грейнджер усмехнулась, ощущая, как в подтверждение ее слов урчит живот, - Я, конечно, не Рон, но сейчас поесть хочу больше всего на свете. - Я бы тоже не отказался! - Нет, Рон, не сейчас, - Гарри потянул друга за локоть, - До встречи, Гермиона, приятного аппетита! Попрощавшись, друзья разошлись восвояси, и по прошествии дня, как и все другие наполненного самыми разными впечатлениями, воспоминание об удивительном поступке слизеринского принца умудрилось улетучиться в самую дальнюю кладовую воспоминаний девушки, пока вечером любопытные Гарри и Рон не напомнили ей о нем в порыве узнать все подробности. И вот, сейчас Гермиона лежит в кровати, прокручивая в памяти удивительное происшествие, и сама по-настоящему задается вопросом, почему наглый и избалованный Драко, который умел, казалось, лишь звать ее грязнокровкой в совокупности с прочими мерзкими прилагательными, отважился защитить ее потенциальной ценой собственного здоровья. Просто испугался за смерть ученицы? Но разве не было бы потешно ему и его компании наблюдать за тем, как она тщетно пытается сбить с себя пламя с криками о помощи? Или хотел так заработать своему факультету лишние баллы? Но ведь он запретил Теодору говорить об этом профессору и сам ничего не сказал! Что за чертовщина? Впрочем, эти жизненно важные размышления вполне можно отложить на завтра, поскольку сознание наконец успокоилось и стало понемногу погружаться в пучину сна. К тому же, ей нет нужды размышлять о благородии Малфоя, когда теперь у нее есть Поттер! Ну, вернее, скоро будет. Губы девушки вытянулись в улыбке, и, повернувшись на бок, Гермиона наконец задремала здоровым, крепким сном.