Тепло с ними

      — Я слышал, ты самый нормальный из них, — Сынмин, даже не беспокоясь о своём виде, расплывается на сиденье, уложив руки на столе. Альфа перед ним — Со Чанбин — выглядит достаточно комфортным, чтобы бета не заботился о своём глупом и нелепом виде. Он в рабочей форме, поверх надет халат, у него небольшие синяки под глазами из-за ночной смены, аккуратно причесанные волосы, длинные пальчики, мило выглядывающие из-под рукавов, и глазки-бусинки. Если Со Чанбин не найдет его и в половину милым от того, каким он является, то им не по пути.       Сынмин не может объяснить свою непоколебимую уверенность рядом с ним, но по крайней мере его смешит их разница в росте и телосложении. Сынмин выше, но альфа при желании загнëт его в трубочку. Чанбин весь такой серьёзный, но мягкие розовые носки, выглядывающие из-под штанов, кричат об обратном.       — Кто тебе об этом сказал? — Чанбин задумчиво хмурится, но потом широко улыбается, — Джисон, да?       — Он много о вас рассказывал, — Сынмин теребит собственные пальцы, улыбаясь в ответ. Обаятельный альфа с первых минут общения наполняет его позитивом. — Я начинаю собирать на вас компромат.       — Удачи с этим, — Чанбин хмыкает, — стоит сказать Минхо-хëну, что у него появился конкурент.       Ким ярко смеётся, предвкушая яркость и лёгкость вечера. С Чанбином правда легко — свирепый альфа внутри на самом деле мишутка, его это забавляет, поэтому он следует самому первому желанию, когда увидел его. Дразнит, дразнит и дразнит.       Это не выявляется сразу. Лишь в маленьких пометках и хитрых улыбках. Но проницательного Со этим не обманешь — он ещё с первых минут понял, что бета предпочитает общаться сарказмом, нежели словами. Совсем как один его хорошо знакомый хëн.       Альфа подыгрывает строптивому бете, к концу вечера провожает его до дома, осматривая окрестности, и делает вид, что не замечает, как тот ходит рядом с ним вприпрыжку или специально выпрямляется каждый раз, стоит ему кинуть на него мимолётный взгляд. Чанбин качает головой. Ещё один непослушный донсен в его копилку. Они договорились встречаться поближе к месту проживания стаи, но альфа всё равно провожает его до дома. Пешком, потому что бета крайне на этом настоял. Ну или решил поиздеваться.       Сынмин прощается с ним и обещает позвонить на днях. Чанбин уходит поздно вечером, проходя через улочки, открывает чат с ребятами и спрашивает, как у кого прошёл день. Тут же летят обвинительные сообщения от омег, что альфы ушли развлекаться, бросив их. Джисон пишет, что дома их никто не ждёт, а Минхо в ответ отправляет гневный улыбающийся смайлик. Хëнджин начинает какофонию звуков, записанных на голосовой, и бесконечные недовольные смайлики спамом.       Решающим фактором становится селфи Минхо с Чонином, сделанное втихую, пока тот поедал лапшичку. Со качает головой и ласково смеётся, направляясь домой. В их уютном домике может стать ещё больше жителей. Это греет душу альфы, домой он возращается в приподнятом настроении.       ------       — Что будешь, маленький альфа? — Минхо расправляет меню и внимательно смотрит на смущающегося младшего. Бан Чан рядом с ним смеётся, а Чонин всё ещё сидит в недоумении, не понимая, зачем им двоим одновременно звать его на свидание. Хотя Хëнджин и говорил, что их вожак вечно занятой человек и, возможно, Ли просто удачно его вытащил на вылазку вместе с Чонином.       В любом случае он рад, что здесь хотя бы двое альф, а не трое. Их всех на себе бедный Инни не выдержал бы.       — Я пока подумаю, — Ян разглядывает меню, стараясь скрыть красные щеки. Старшие альфы внимательно его разглядывают, а Ли Минхо даже не скрывает своего любопытства.       — Любишь самгëпсаль, прелесть? — Чан разглаживает салфетку, которую мял в руках, чтобы занять себя чем-то. Младшего альфу всё же решают засмущать, он что-то бурчит себе под нос, но так и не отвечает, слабо кивнув. Старшие воркуют над ним весь оставшийся вечер, шутят, предлагают накормить и нескончаемо флиртуют. Чан флиртует мило, каждая его реплика заставляет Чонина улыбаться до ушей. Ли же лишь вынуждает хотеть спрятаться под стол от его пытливых глаз и всех тех фразочек, что слетают с его рта.       — Хо-я, — Крис игриво шлëпает его по плечу и заливисто смеётся. Ян уткнулся в свою еду и из неё не выходит.       — Что, я не прав? — альфа ест свою еду как ни в чем ни бывало, но Инни замечает его красные-красные уши. Он улыбается где-то внутри себя, отмечая, что его хëну такие шутки навряд ли понравятся.       — С Сынмо-хëном так лучше не делать, — Чонин поднимает на них взгляд. Чан понимающе улыбается, а Минхо хитро ухмыляется.       — Этот бета не из лёгких. Джисони рассказал, что он не разрешил называть себя по-дружески до истечения какого-то срока, — Ли выразительно выгибает бровь, что вызывает улыбку на лице Чонина. Когда выяснилось, что они истинные, хëн ему тоже много чего запретил. Отчасти потому что переживал и боялся. Он не может подпустить их близко к сердцу так быстро. Ян его понимает и не осуждает.       — Мне к нему обращаться "Сынмин-хëн"? — Чан удивлённо уставился на товарища по стае. Чонин от такого поперхается едой, а затем громко-громко смеётся.       Изредка он отвлекается на сообщения от Сынмина с глупыми смайликами, что-то отвечает и возвращается к разговору. ------       — Хëн.. — Хван уворачивается от поцелуев настырного альфы, но в конце концов сдаётся, подставляясь под нежные прикосновения губ. Омега что-то бормочет под нос, смеясь, когда Минхо опускается к шее. Его торчащие в разные стороны волосы щекочут ему лицо, мелкая щетина больно колется, но мягкие поцелуи перетягивают всё внимание на себя.       — Ммм? — Минхо мычит, опираясь на локоть возле лица омеги. Хëнджин томно моргает, проводя руками по сильным предплечьям альфы.       — Снова был в спортзале? — Хван шепчет, чтобы не разрушить интимность момента, пока Минхо, не стыдясь, посасывает его шею.       — Должен же кто-то тебе позволить кататься на мне, пока я тебя держу, — Ли языком проводит вдоль челюсти, пустив в ход зубы. Нежно покусывает шею, оставляя яркие-яркие красные следы.       — Остальные с этим тоже хорошо справляются, — Хëнджин хохочет, когда альфа собственнически сгребает его к себе.       Ли нависает над ним, у них обоих ленивый выходной, когда они наконец могут насладиться друг другом. Чан устроил им марафон работы и ненадёжными клиентами, Минхо отказался выходить куда-то в свой законный выходной, а у Хëнджина заказчики в студию придут только после шести вечера.       — Ты видел руки Чонина? — омега слегка стонет, стоит альфе устроиться поудобнее. Минхо тянет его ноги обхватить свой торс, придерживая под коленями своими сильными руками.       — Видел, — Ли задумчиво мычит, — он миленький.       Они долго целуются, решив взять от свободного времени по полной, отдаются друг другу, переплетаясь конечностями и языками. Руки Хëнджина обвивают и тянут альфу поближе, пальцами впутываясь в его растрëпанные волосы.       — Ты принимал душ вчера? — шепчет альфа в самые губы. Воздух вокруг раскалённый, оба покрасневшие и запыхавшиеся. Поверх альфы накинуто лёгкое одеяло, на нём самом майка без рукавов.       — Накануне вечером, — отвечает Хëнджин, и в следующую же секунду Минхо тянется снять с него одежду.       Омега стонет и плавится под ним, ощущая всю любовь альфы на себе. Его целуют, гладят, нежно обнимают и шепчат пошлости на ухо, мягко толкаясь. Хëнджин податливый, когда Минхо обращается с ним так нежно. Придерживает под коленкой и долбится до посинения пальцев ног. Кусает и метит, нежно рыча. Альфа внутри него самый настоящий романтик и собственник, желающий взять всё своё себе. Каждый гон старшего, как скоростная американская горка, где каждый должен успеть вовремя подстроиться под темп. Даже Чан, который выдыхается без сил после секс-марафона с Минхо. Зато младший после гона ходит довольный. Смог испробовать всех своих малышей и объездить своего главного альфу. Хëнджину только и представлять, что творится внутри него, когда он смотрит на чистых и непорочних завершающих их стаю бету с альфой. Сам омега умирает от желания и нетерпения наконец связаться с ними крепкими узами и никогда не отпускать. Чан с Чанбином окунаются в работу. Старший, стараясь не думать, а младший, чтобы занять себя чем-то кроме томительного ожидания. Джисон исписывает всё своё вдохновение, пока у него кипит после встречи с Сынмином: тексты к песням пишутся один за другим неконтролируемо. Минхо остаётся спокойным, но становится зверем в постели. Хан уже пострадал от его нахлынувших чувств, а Феликс радуется своим любимым БДСМ-игрищам. Хëнджин тоже старается все свои чувства выразить на холсте, рисуя в свободное время силуэт альфы, который прочно застрял у него в голове, а Ëнбока они держат впятером, чтобы тот не набросился на бедную парочку. Если с Чонином всë понятно — один статус недоминантного альфы так и манит Феликса испробовать его на себе — то с Сынмином, бедолагой, омега может озвереть полностью. Джисоном с Чанбином было подтверждено: Ким Сынмин — милашка. А Феликс любит миленьких, сладких мальчиков.       — Чанбин сказал, что у Сынмина тоже большие ладони, — Минхо шепчет в перерывах, вызывая скулëж омеги. — Тебя же это интересует? Как хорошо маленький альфа будет брать тебя и держать в своих руках?       Хëнджин кончает с громким стоном, содрогаясь под альфой, пока тот нахально ухмыляется.       — Вау. Давно ты так эпично не заканчивал. Я всё же прав?       Хван стукает его по плечу, а Минхо заливисто смеётся, выцеловывая исчезающие родинки под глазом. Кончает следом и плюхается возле омеги, притягивая его за талию поближе к себе.       — Я согласен — они очаровательные, — альфа проводит пальцами по лицу омеги, нежно заправляя прядь за ухо. — У меня ещë не было официального свидания с бетой. Но я могу сказать, что Чонини в него безумно влюблён, — Ли гладит любимое лицо, чмокая его в губы, а затем в носик, — сколько они там вместе? Кучу лет? Когда они переписываются, он светится от счастья, хотя и старается не выглядеть, как дурак.       Минхо улыбается, утягивая омегу в удушающие объятия. Хëнджин возмущается и пыхтит, но всё равно наслаждается вниманием альфы.       — Мы думали пригласить их к нам, — Хван играется с маленькими пальцами Ли. — Я хочу устроить 00-лайнерскую вечеринку. А вы могли бы заграбастать Чонина к себе на альфью посиделку, — Хëнджин заглядывает в глаза напротив в поисках неодобрения, но в них плещется лишь искренняя нежность и понимание.       — Позже, Джинни. Пока ещё рано, — Минхо опирается на ладонь, смотря на своего приятеля сверху вниз. Теребит края одеяла и кончики его волос. — Они всё ещё относятся к нам с настороженностью. Смеются и принимают комплименты, но можно заметить их скованность. Не знаю насчёт Кима, но Чонин явно чуть сдерживает свои порывы. Он не выглядит полностью раслабленным рядом с нами.       — Может, это потому, что он не доминант?       — Может, — Ли задумывается, — думаешь нам не стоило давить на на него своими альфа-феромонами? — омега кивает. — Но он такой милый..       Хëнджин шлëпает его по груди.       — Напали на бедного мальчика. Он совсем молод, — Хван строит недовольное лицо, хмуря бровки. Минхо хочется затискать его ещё больше.       — Как будто вы сильно старше, — он снова зацеловывает всё его лицо, не давая дышать.       — Ты думаешь, им будет с нами нормально? — Хëнджин отбивается от чужих поцелуев и с беспокойством снова заглядывает в чужие глаза. Он боится. Переживает, ведь когда-то они все ошиблись, выбрав не того человека. Никто не хочет повторения подобной истории, потому хочется убедиться в иной раз.       — Конечно, — Минхо использует свой самый нежный тон и смотрит самым надёжным взглядом. — Конечно, им будет хорошо с нами. И нам тоже. Мы пошли друг другу навстречу. Если же что-то пойдёт в конечном итоге не так.. — взгляд альфы становится серьёзным, а тон жёстким. — Вибраторы никто не отменял. Придумаем что-нибудь.       Ли легко пожимает плечами, а Хëнджин взрывается негодованием.       — Хëн! — омега бьёт его подушкой по лицу и закрывает рот руками, чтобы тот больше ничего не говорил. Заткнулся и никогда не открывал свой грязный рот.       — Я понимаю, что ты мечтаешь о руках этого альфы, но разве я плохо тебя только что.. — следом в Ли летит вторая подушка, и он замолкает. — Не думаю, что всё будет так плохо. Они милые. Мне нравятся. И мы им уже нравимся. Чонини трясется, когда Чан называет его прелестью, а его зрачки увеличиваются, когда я называю его маленьким, если он встретится ещё и с Чанбином, то улетит в стратосферу. Я буквально видел, как его штырило, когда Феликс выпускал свои доминантные феромоны. И отнюдь не из-за того, что он сам не доминант, — альфа фыркает и поправляет подушку в руках. — Хотя и это тоже. Нам просто надо быть с ними вежливыми и аккуратными. Ну, вам, — Минхо хитро улыбается. — Я отвечаю за флирт и лапанье чужих задниц. Так что, думаю, мы сработаемся.       Его снова бьют по рукам и громко хохочут, окончательно успокаиваясь. Минхо укладывает голову омеги себе на плечо и не собирается вставать ещë ближайшую вечность.       Может, Джинни и прав. Стоит позвать их к себе. Показать динамику стаи на действиях, а не только на словах. Но это всё позже. Вечером еще должны вернуться Чанбин с Феликсом. Вот на них-то он и отыграется.