Полуночные игры.

Зип в очередной раз застонала от жары и боли, когда плечо той, вновь с игривой лаской куснули. Сейчас, в её ранее всегда спокойной и уютной комнате царила очень не типичная, даже в некоторых местах тяжёлая атмосфера. За окном гремел гром с ливнем, ломая некоторые ветки юных деревьев, от чего в мозгу создавалось гнетущее предчувствие. Девушка была разгорячена, но не спокойна, и внутренний страх грома только подчёркивал это. Как бы сильно её партнёры не заботились о её комфорте, она не могла заставить себя поверить в то что всё будет хорошо. Да, они занимались развратом в своей жизни всего один раз, давным-давно, когда те только учились в школе. И тогда ситуация была похожая. Эдвард не парился по поводу репутации или о том что что-то может пойти не так. Оливер — сам же и предложил этим заняться. Ну, а Зип как самая невинная из них душа, нервничала до дрожжи в коленках. Может потому что была пассией, а может потому что её до дрожи смущала ситуация с тремя людьми в одной постели. Что не говори, общество сильно влияет на восприятие мира. Она много раз слышала рассказы знакомых о том, как романтично лежать в обнимку с парнем наедине в комнате, и как здорово заниматься любовью когда никого кроме них самих нет дома. А гибрид ящерицы с человеком слушала, и неловко отводила взгляд в сторону, слегка подавленная тем, что у неё, всё было весьма иначе. Её лучшие друзья школы, именно в тот период когда они были главными врагами всего учреждения, стали для неё самым что ни наесть главным в жизни. Она не вспомнит были ли у неё когда либо более крепкие связи чем с этими, вечно творящими беспредел балбесами. Да даже на момент просто дружбы, они всё равно всегда считали друг друга близкими, почти членами семьи. Да порой ссорились. Без этого никуда. Но довольно быстро, кто-то один выбирал подходящий момент чтобы помирить их всех, и всё мигом становилось лучше чем прежде. Фанатка пиратов, была рада каждой секунде проведённой с ними. Она по настоящему ценила всё что имела. Но вот когда речь шла про секс… Нет, она не была асексуалкой. Она спокойно смотрела и лазила по чёрным сайтам, ловя от увиденного своеобразный кайф. И точно так же, с ехидной улыбкой рисовала своих персонажей в откровенных позах или в обнажёнке, на поводке у кого-то из других, созданных ею персонажей. Скорее всего, причина могла быть в непостоянной практике. После первого раза Зип напрямую поделилась с парнями, что ей больше не хочется заниматься этим, ибо, слишком некомфортно. Так как же произошло что прямо сейчас она стояла на коленях без одежды, пока по её телу ласково проходились одни руки, в то время как другие приобнимали её за грудь?.. Причина этому, разумеется была. А именно — результат. Всё что её волновало, это результат, на который она, и все они надеялись. Она знает что ради этого результата.. Что ради её самой, её преданные любимцы непременно будут нежны́ с ней. Как бы долго не прошёл процесс подготовки к самому главному. Они как и сама хвостатая, больше не занимались сексом с того момента, ни с кем либо. И потому перед сегодняшним вечером, Оливер заставил инженера с головой покопаться в сетях, дабы вычитать всё о пригодившейся в будущем информации. В целом, это была бесполезная трата времени. Ибо в постели они действовали по большей части спонтанно. Они полагались на удачу того, что так правильно. И на реакцию возлюбленной, само собой. Ей давали перерыв, лишний раз выдохнуть от жара, когда по движениям тела, можно было понять что у неё кружится голова. Оливер выбирал только самые лёгкие точки тела, на которые ей было приятно получить засос или любовный укус. Эдвард держал её крепко, не давая если что упасть. Они не доминировали над ней, и не над кем-либо. Меньше доминантности — больше чувственности. Её половинки делали всё чтобы та чувствовала себя в комфорте. И не соперничали, как обычно бывает в фильмах про треугольники. Смахивали с её ресниц подкатившие слёзы, успокаивающе прижимаясь к ней. Лучшего, ящерка и не могла себе пожелать. Но между тем, даже тогда она не могла заставить себя чувствовать, что всё будет "окей". Слишком страшно, слишком напряжённо, слишком непривычно. По её телу проходились волны мурашек, а в животе время от времени можно было почувствовать тех самых «бабочек» что будто специально, в самый тревожный момент пытались успокоить её рассудок приятным покалыванием в нижней части живота. — Не бойся, — прямо у уха раздаётся над ней резкий голос. Оливер касается губами её лопаток, оставляя на горячей коже мокрые пятна. К её животу вновь приливает теплота от столь приятных, вызванных заботой чувств. Теперь, пришло время для самого главного. Они потратили около получаса на прелюдии и разогрев её хрупкого тела. Но всё-таки, стоило бы поскорее закончить с этим, ради всеобщего блага. Она слышит как парни перешёптываются между собой. Так тихо, что даже не смотря на близость, Зип не может расслышать план их дальнейших действий. И потому это ещё больше нагнетает. Она знает что те вероятно, специально стараются лишний раз не наводить на неё панику своими словами. Она должна расслабиться, полностью расслабиться что-бы когда она будет в полусонном состоянии, они смогли всё сделать с удвоенной осторожностью. Она съёживается, сжимает голову в плечи когда вагины касаются два пальца покрытые вязкой жидкостью. Они двигаются изучающе, общупывают поверхность тканей, и найдя головку клитора слегка потирают. Ей волнительно, и тяжело. Она жмурится, пытаясь успокоиться и вытерпеть столь непривычное действие. Пальцы слегка трясутся. Эдварду страшно совершать какие-либо действия, боясь сделать ошибку и причинить той слишком сильную боль. Красноволосый из всех сил старается вспомнить как он поступал в их первый раз.. И тут же впадает в панику. Они ведь, тогда пробовали совсем другую позу. Не классическую. Всем по большей части, тогда занимался Оливер. И рогатый не решается лишний раз спрашивать у занятого партнёра. Зип может услышать и вновь напрячься, поэтому тот только громко вздыхает, решаясь в этот раз просто довериться возбуждённому разуму. Он медленно вводит пальцы через половые губы, сразу же через объятья чувствуя как девушка начинает взбудоражено трястись. Старший из них, медленно, очень утешающе оглаживает её по спине, и что-то тихо шепчет ей на ухо. Он знает подходящие слова. Он знает пароль от её прекрасного сердца, что сейчас тревожно пульсировало в груди. Оливер целует её в волосы, оглаживая свободной рукой её плоский живот. Инженер слегка улыбается. Им повезло что и в этот раз именно Оливер решил взять на себя почти все утешения и прелюдии. Он, конечно шутник тот ещё.. Но к счастью или сожалению лучше всех умеет давать поддержку в тяжёлых ситуациях. Эдвард тоже умеет. Но его всё таки, намного легче вогнать в панику если что-то идёт слишком тяжело. Растяжку он делал очень не умело. Он не был уверен что так правильно, и не был уверен что ящерка вообще что-то испытывала кроме пульсирующих изнутри болей. Конечно, если слух не подвёл его, и стоны что она издавала были правда болезненными. Как бы то ни было, выделения всё же сумели выйти наружу. Остаётся лишь надеяться на то, что естественного природного хватит на то что-бы уменьшить дискомфорт во время соития. Хвостатая с протяжным вздохом чувствует как её тело вздрагивает от вибрации, когда тот наконец заканчивает с растягиванием. Её довольно серые из-за темноты волосы, самую малость были покрыты потом, из-за разогретого воздуха. Хотелось открыть окно, из-за слишком душной температуры в комнате. Однако раскаты грома за окном, всё так же давали о себе знать, и потому никто не смел сдёрнуть зашторенную штору. – У нас... Найдётся смазка, я надеюсь?... – В темноте её красных щёк не видно. И тревоги в глазах тоже. Но даже не смотря на это, она уже по привычке прячет глаза вниз, себе на дрожащие ноги, говоря так тихо, что до Оливера не сразу доходит смысл вопроса. Он неуверенно качает головой в боковые стороны. Он забыл. Забыл, о такой простой вещи как смазка, хотя перед этим его отправляли в аптеку за необходимыми вещами. — Смазка-смазка… — Оливер задумчиво наклонил голову вбок, бубня себе под нос. Быть честным, ему не хотелось прерывать столь уже затянувшийся процесс. – Ты уверена что природной будет мало? Глупый вопрос. Откуда она может это знать?.. В ответ, он ловит лишь смущённое молчание, пока она через силу не выдавливает из себя. – Я... Не знаю.. Он вздыхает, всё так же неуверенно обмениваясь взглядом с рогатым, будто бы ища в нём ответ на то что делать в такой ситуации. Лохмач задумчиво, вслушиваясь в морзянку дождя и думая о чём-то своём, взирает заспанные глаза вверх, на потолок.. А через какое-то мгновение томно вздыхает. – Всё будет хорошо Зип. Я... Читал, что если всё делать аккуратно то всё будет хорошо. Она мнётся, долго мнётся, но в конце концов кивает, давая своё согласие. Будет сложно вытерпеть двоих сразу, но она попытается. Попытается, ради них. Ради себя. Ради результата. Ну а те, не будут злорадствовать, и в любой момент прекратят, если ей, не дай бог вдруг станет плохо. Эдвард чуточку шире, раздвигает ей бёдра. Они прижимаются к ней паховой частью, в последний раз перед процессом причмокивая её, кто куда. Она одаривает их обоих, жалобным взглядом. Ей страшно как никогда. В прошлый раз, Оливер перестарался, и простынь что была запачкана в крови, смело улетела на помойку. Ну а парень в свою очередь, очень долго просил прощения у своих возлюбленных, даже после того как те сказали что не в обиде на него. Но в этот раз, такого не случится. В этот раз, они будут непременно аккуратны с девушкой, как с зеницей ока. Они прижимаются к ней поближе, соприкасаясь с её горячими гениталиями, и чувствуя на своей коже её вызванную дискомфортом, усиленную хватку когтей. Ящерка поджимает губы, жмурясь от накатившего страха. В этой ситуации, боль подпитывало не столько действия, сколько подсознание Зип. Она на все проценты знала и ожидала боли, и потому эта боль прошла по ней, с ещё большей силой. Её вновь гладят по спине, по талии.. А она освобождая одну руку прикрывает уста, дабы не издавать слишком много шума. Соседям это не понравится.. Пойдут сплетни, и косые взгляды старух на скамейках. Фанатка пиратов будет готова вечно сидеть в закрытой квартире, брать работу на удалёнку, лишь бы не проваливаться каждый раз со стыда под землю при столкновением взглядом с теми, кто живёт за стенкой этой комнаты. А Оливер, должно быть в очередной раз будет стебать её на эту тему, и хихикая получать в ответ на юмор лёгкий удар в затылок от демона. Что-что, но это Зип легко может предугадать. Она знает их действия наизусть. И уже может предугадать то, как часто Оливер получает от Эдварда за свои подстёбы. Она чувствует как внутри неё всё пульсирует, всё жжётся, и слегка побаливает. Чужой холодный словно какой-то червь хвост, невольно обвивает её ногу, и она слегка вздрагивает от пробежавшего по телу холодка. Проходит немного времени.. Комната наполняется всё более громкими вздохами, и даже прерывистыми вскриками. Девушка издаёт протяжные вздохи, слегка впивая ноготки в шею аловласого. Её хвост возбуждённо подрагивает. По хрупким ногам, стекает полупрозрачная, вперемешку с белой жидкость. Эдвард отстраняется от обоих, присаживаясь на край кровати, дабы освободить для них побольше места. Это играет им на руку. Оливер моментально валит младшую на разгорячённое место кровати, слегка придавливая её своим весом. Он горячо вздыхает, не смотря на слишком большой всплеск возбуждения продолжает обращаться с возлюбленной нежно, и медлительно. Всё, что-бы она чувствовала себя в порядке. Оргазм с колкой эйфорией не заставляют долго ждать. Всего несколько минут, и он так же пачкает её семенем, не спеша вставать с места. Ящерка неторопливо, с отдышкой приподнимается на локтях, пытаясь удержать свой вес. В голове всё кружится, и сделать это, является тем ещё испытанием. Она торопливо, даже не смотря на разъедавшую её усталость, расцеловала сначала Оливера что на руку ей был близок.. А уже после кое-как дотянулась и до Эдварда, покрывая его предплечья и шею всё той же горячей влагой. Зип всегда целует в спешке, подобно заводной игрушке, это её фишка. И порой даже не обращая внимания на места, в которые успевает попадать пока её с краснотой на лице не отгонят. Она плюхается носом в подушку, ощущая давление, как те садятся поодаль от неё, скорее всего готовясь чтобы почистить себя от удавшейся ночки. *** — Двадцать три третьего. Надеюсь соседи не слишком будут сплетничать про нас, –Оливер усмехнулся хватая с тумбочки расчёску, и уже тянувшись что-бы привести свои локоны в порядок, — В конце концов, сомневаюсь что мы одни, кто смогли услышать её стоны. Ящерка слышит каждое слово. Но ничего не говорит по этому поводу. Сейчас, ей не до подколов не меняемого мылоеда. Да и что она скажет ему? На правду — не обижаются. Соседям с плохой звукоизоляцией в данной ситуации можно лишь посочувствовать. Стоит ли надеяться на то, что они так легко умолчат про странные звуки за стенкой среди ночи? Изобретатель окинул на старшего скептический, слегка сощуренный от сонливости взгляд, просматривая за тем как он с кончиков начинает водить щёткой по своим длиннющим русым волосам. — И какой смысл тебе сейчас причёсываться? Мы спать будем ложиться, или как? — Саркастично выгнул бровь демон, не понимая чего тот так прихорашивается. Но Оливер, лишь посмотрел на него с всё той же, уже давно ставшей родной улыбкой дурака. — Я не ты, Эдвард. Я всегда привожу себя в порядок, особенно после такого… Такой ночи. Советую тебе поступить так же со своим гнездом, или к утру ты их не расчешешь. — Он мог бы, подольше поиграть с Эдвардом в слова, если бы не был таким усталым. С огромным удовлетворением наблюдать за его милой хмурой физиономией, и после окунать того в свои объятия, это именно то, что Оливера больше всего всегда забавляло. Эдвард не был обиженкой, и никогда не воспринимал в серьёз его шутки, но он, умел на отлично играть в маску драмы. Он мог с лёгкостью устроить истерику на ту тему, на которую на самом деле ему было глубочайше равнодушно. Но ради того чтобы Оливер верил что ему обидно, он всё равно очень зачастую любил играть в эту игру. Он бы, с удовольствием сейчас сыграл с ним в раунд, да вот только не может. У Эдварда сейчас не было сил спорить с шутником. Он был уставшим, как и все они. Ему хотелось прямо сейчас взять, и без лишних церемоний завалиться под одеяло, обнимая своих возлюбленных. Однако, он не мог не спросить о том, как чувствует себя пассия после всего проделанного. Всё ли с ней хорошо, это был вопрос не просто из вежливости. Зип трясло как не в себя, а её тяжёлый пульс что был слышен даже без прикосновений, преднамеревал не самые лучшие итоги. — Всё нормально? Ничего не болит? — Эдвард слегка нагнулся, легонько потрепав ту за плечо. Её разум, был весьма отстранён от реальности, взгляд зрачков был мутным. Она поморгала сощуренными от усталости глазами, и на автомате положительно прогудела, хоть частично это и было ложью. В её брюшной полости всё пульсировало, и немного жгло. Ей хотелось зашипеть, завыть, скрутиться калачиком от неприятных судорог проходивших по телу. Но всё-таки, она переборола это желание, и просто слегка покрепче приобняла руками подушку, зарываясь под тёплую простынь пододеяльника. Она в полудрёме наблюдала за тем как старший из них, плавно водил расчёской по своим длиннющим рапунцельским волосам, что-то тихо проговаривая своему собеседнику в ответ, и получая на это лишь щёлканье языком. — Ты умница, Зип, — Эдвард с нежностью обвёл рукой её кожу в районе набухшего живота. Голос его, звучал очень тепло и по доброму. Он осторожно прилёг рядом с ней, приобняв за талию. – Я уверен, что всё получится.. Всё будет хорошо.. — Или же, в худшем случае, нам придётся ещё раз устраивать оргию. — Ехидно добавил Оливер наблюдая как та лишь сильнее прижимается лицом к подушке. Эдвард покосил на парня мрачный взгляд. Ох уж эта улыбка. Глупая, всегда язвительная. Вроде уже давно окончил школу, а всё никак не отбросит этот стиль задиры. — Шучу. Просто глупая шутка. — Напоследок поцеловав девушку в шею, он лёг следом за рогатым, начав аккуратно водить расчёской по его спутанным патлам. Иногда, он случайно касался щёткой тонких рогов, и слыша как изобретатель шикает от боли, он шептал извинения. *** Да. Для кого-то, их отношения покажутся странными, но чужое мнение, всегда было и будет для них самым дешёвым пустяком. Оливер — любит Эдварда. Эдвард, — любит Оливера. И Зип, которую они оба, беспрекословно любят. А разве не любовь, главное в отношениях?..