we don't choose our destiny

Ещё одно утро с глупыми жалобами подданных, ещё один суровый обед на собрании малого совета и ещё одна ночь в объятьях очередной шлюхи. Эйгон застрял в этой веренице событий. Каждый день одно и то же, и ему это ужасно надоело. Но что он ещё ожидал родившись мальчиком? Его судьба уже была давно предопределена. Стать каролём, обзавестись наследниками и счастливо жить с женой. Женой? Он усмехнулся, пока девушка скакала на нём издавая громкие пошлые звуки. Он не знал её имени, да и не важно это было ему. Завтра он найдёт новую. А его милая сестра будет ждать его в своих покоях с детьми на руках. Эйгон яро желал, чтобы те не повторили его судьбу. Он не хотел, чтобы его милые близнецы были связанны клятвой друг с другом, как это получилось у него с Хелейной. Он не часто думал о ней, большую часть он думал лишь о том, как бы ему сбежать от всего этого. Но побег не удался, а шлюха на нём не помогала забыться. Он цикнул, когда та прикоснулась к его лицу своей умелой рукой. Стало в миг противно, а голос прозвеневший у него возле уха раздражал. У Хилейны был другой голос, более мягкий и спокойный, даже рассказывая свои глупые загадки он завораживал его, этот же заставил его лишь сморщится. — Достаточно, убирайся вон. — женщина округлила глаза от удивления, но быстро успокоилась и ретировалась. Все знали о характере нового короля и не хотели впасть ему в немилость. В покоях было душно, а ещё ужасно пахло. Пот и похоть смешались в его комнате и ему срочно нужно было её проветрить. Как жаль, что окно было и так открыто. Он оделся и выпив из кубка обжигающего вина побрел в комнату жены. Ему срочно было нужно ощутить её лавандовый запах. Он нашёл её дверь не сразу, в этом крыле он не бывал часто, служанки сами забирали его детей и вели к нему, так что про эту дверь он забыл. Так же как и пытался забыть мягкие прикосновения к щекам, шее, спине. Легкие поглаживания, что даже не дарила ему мать в детстве. Он вдохнул и выдохнул воздух. Стук в дверь и он внутри, даже не дождался её разрешения. Хелейна сидела на полу и что-то усердно под еле горящей свечкой вышивала. Так можно легко ослепнуть. Стук двери вывел её из кропотливого занятия. Она взглянула на прибывшего даже не удивившись, её фиалковые глаза встретились с его. Она встала под его внимательным взглядом. Убрала аккуратно на тумбу вышивку, Эйгон увидел длинный не понятный ему узор. Хелейна в принципе была не понятной, никто не мог точно сказать о чём она думает. Даже в детстве он считал её странной и жениться на ней он не хотел. Зачем ему странная жена? Но его мнения никто не спрашивал. Мать поженила их ещё в тринадцать лет. С тех пор он ненавидел эту цифру. Хелейна тихонько к нему подошла, протянула руку к его бледному лицу и улыбнулась так, как только она умеет. Тепло, ласково. Он выдохнул, чувствуя её теплую ладонь на своей коже. — Хелейна… — тихо произнёс Эйгон в звенящей тишине. Причудливые тени падали на холодные стены. Лицо его сестры было уставшим, с еле заметными черными кругами под макияжем. Она не спросила почему он пришёл. Знала, что тот снова ищет тепло и любовь. И не важно от кого, от родной сестры или жены. Она даст ему её, она должна дать ему её. Так велела её мать. Легкий поцелуй в губы, почти не ощутимый, но Эйгон чувствовал его намного сильнее, чем губы неизвестной ему шлюхи. На миг стало мерзко, что она такая чистая и невинная касается его оскверненных губ. Но мягкие поглаживания на спине убрали эти мысли, и он потянул её за талию ближе, чтобы она ощутила его возбуждение. И Хелейна чувствовала, поэтому немного оттокнув мужчину попыталась снять застёжку на платье, но замок не поддался ей, поэтому Эйгон решил помочь. Он встал сзади неё и взгляд его остановился на её белокурых волосах. Таких же как у него. Был ли шанс, что они бы поженились не будь братом и сестрой? Не будь потомками Таргариенов? Он не знал ответа и если честно не хотел, поэтому снял наконец её платье, оставив её в одной ночной рубашке. Хелейна повернулась к нему лицом, медленно начала снимать его рубаху и уже потянулась к его штанам, как он остановил её руку. Сестра посмотрела на него вопросительно, Эйгон отвернулся. Он и сам не понимал, почему колеблется, почему думает о том, о чём не должен. Почему вообще думает, если должен лишь поддаться чувствам и желанию. — Что случилось, Эйгон? — тихий голосок заставил его посмотреть на неё. Собственное имя причиняло ему боль в груди. Парень не ответил, поэтому Хелейна обняла его. — Всю твою боль я разделю с тобой, брат. Эйгон угукнул ей жалко в плечо. Да, именно так они и понимали друг друга. Через боль.