Коюки замерла. Внезапно она поняла, что осталась с парнем наедине. Больше некого не было, только они вдвоём. Она занервничала, но попыталась не подавать вида. Коюки пока не думала об этой их стадии отношений. Они же совсем недавно начали встречаться, даже ещё не целовались. А тут она его гости позвала. Он же ничего такого не подумал, да? Это всего лишь неудачное стечение обстоятельств.

— Я верю, что в тебе есть доброта, что ты можешь кого-то любить и о ком-то заботиться. — девушка замолчала на секунду, а потом продолжила: — Но наверное, не меня. Ты был ко мне лоялен, давал иллюзию любви, ослепил меня своей харизмой, но многого мне недоговаривал, такое я простить не могу, как и принять твою злость. Прямо сейчас мне очень больно, Тэ Хи. И даже не руке, а сердцу. Может быть это у всех такая первая любовь? — На Ри горько усмехнулась.

— Кая, я не хочу уходить. Я всегда буду с тобой. — «Всегда» слишком долгий для меня срок, Зено. Я могу уже завтра умереть. Сказав это Кая отвела глаза. Ей было стыдно, что она эгоистично захотела быть с ним рядом. Наверняка есть много красивых, здоровых женщин, которые смогут разделить с ним счастье, создать семью. А она из-за этой болезни даже на это не способна. Глупая Кая. Жалкая Кая. — Тогда я проведу с тобой столько времени, сколько тебе отведено судьбой. Я ведь твой муж!

Джереми по-своему ценил девушку. Он запер её в комнате, чтобы больше никто из его членов семьи не смел её обижать, осыпал дорогими вещами. Блестящие украшения, самые модные и новые платья, изящные туфли. Всё, что душа пожелает. Но ничего из этого она не принимала, как и его любовь. Это его ужасно бесило и раздражало. Такая благодарность была ему не по душе.

Пол был твердым, а дети в углу комнаты дрожали. Шото кричал на Энджи, Энджи кричал на Шото. Какофония звуков и боли. Мужчина схватил её грубо за тёплую кофту, прокричал прямо в лицо, что это она виновата. Его бирюзовые глаза смотрели на неё зло. Казалось, он мог убить её. Рей было в одно и то же время страшно и омерзительно. Она вышла за него замуж. Родила ему детей. Слезы текли с её серых глаз. Ненависть к нему заполнило её тело и душу.