Глава 37
12 апреля 2025 г., 17:31
Десять лет... Пропасть или мгновение?
Для одних — целая эпоха. Десять лет — достаточно, чтобы пройти путь от школьной скамьи до первых карьерных успехов. Для других — лишь краткий миг, эфемерный, как взмах крыльев бабочки в летнем мареве.
В моём случае — нечто зыбкое, балансирующее между двумя крайностями. Время то тянулось, словно патока, обволакивая рутиной, то неслось, подобно бешеной скачке, оставляя за собой лишь шлейф свершений и упущенных возможностей.
За это десятилетие мой гранд-батальон разросся до внушительных десяти тысяч — немалое достижение для Пятого легиона. В моих руках сосредоточилась почти половина его мощи, и я мог бы приумножить это влияние. Но обстоятельства диктовали свои условия: нередко силы Легиона были незаменимы в роли разведчиков, и отзыв их мог повлечь за собой непредсказуемые последствия.
Другой проблемой столь стремительного роста стал кадровый голод. Вечная дилемма, знакомая мне не понаслышке: мучительный процесс обучения и подготовки командиров в спешке формирования гранд-батальона. Не обошлось и без дуэлей, хотя, к счастью, их было меньше, чем я ожидал. Моя репутация и признание усмиряли самых горячих. Впрочем, не все мои новые подчиненные были родом из Урша или даже с самой Терры. Были и те, кого приняли в ряды Пятого после покорения планет, осколков человеческих государств, уцелевших после Темной Ночи.
Но культура Урша и Терры доминировала среди моих людей, и иномирцам приходилось адаптироваться. Моё поведение можно счесть шовинистическим, но я сомневался, что все они разделяют видение Императора и его Империума, будущего галактики. Проксимо и другие мятежи служили мрачным напоминанием о том, как легко даются клятвы и как быстро они забываются, стоит лишь появиться возможности сбросить оковы. Несколько планет я лично усмирял, обагряя их кровью.
Помимо Астартес, я укрепил Ауксилию, рекрутировав десятки полков с самой Терры. Годы мира и процветания привели к небывалому росту населения Урша, и далеко не всем находилось место под солнцем. Многие стремились к большему, и, благодаря воинственным традициям, набрать новобранцев не составило труда. Ветераны и элита Ауксилии, прошедшие со мной огонь и воду, стали тем фундаментом, который позволил в кратчайшие сроки подтянуть новобранцев до необходимого уровня, закалив их в боях с ксеносами и подавлении мятежей. Теперь это была не просто пушечное мясо, а сила, способная захватывать планеты и достойно встречать даже Ваагх орков.
Ещё одной моей головной болью была техника и экипировка. Тяжёлую технику и штурмовое снаряжение приходилось буквально выбивать с боем. Мой легион, за редким исключением, предпочитал лёгкую технику, более подходящую для разведки. Пришлось менять представление Муниториума о том, что Пятому легиону действительно нужно. Более того, пришлось поработать с Адептус Механикус, чтобы ускорить получение новых силовых доспехов. Mk.III «Железный» были куда эффективнее и надёжнее старых Mk.II, на которые мы лепили дополнительные пластины. Новые доспехи значительно повышали выживаемость моих воинов, что не раз подтверждалось в городских боях и масштабных столкновениях, где укрытия были в дефиците.
Ещё одним приятным плодом моих трудов стала мощная авиационная поддержка ближнего действия. Пусть пилотов Астартес и специализированных машин для них было немного, но хватало пилотов и аппаратов из Ауксилии. Теперь, помимо «Полярной Звезды» и кораблей 76-го экспедиционного флота, которые не всегда было уместно использовать, у меня появилась собственная ударная сила.
Были и менее радужные моменты. Дредноуты. Эти машины позволяли даже смертельно раненым Космодесантникам продолжать сражаться во имя Империума. За эти годы в моём гранд-батальоне их стало больше. Жизнь внутри этих машин нельзя было назвать лёгкой, и большую часть времени Астартес проводили в стазисе. Но никто не жаловался; многие считали это честью и возможностью послужить своим братьям.
Ещё одной проблемой была координация с силами Брэнниуса. Формально они не входили в структуру моего гранд-батальона или легиона, но мы не раз сражались плечом к плечу и доверяли друг другу. Когда требовалось мастерство в осадах, Брэнниус брал инициативу на себя. В случае штурма или глубоких рейдов он подчинялся мне без вопросов. Благодаря поддержке Малкадора удалось предотвратить попытки высокопоставленных чиновников забросить Брэнниуса и его людей в какую-нибудь дыру, где их перемололи бы из-за чьей-то ошибки или упрямства. Увы, многим братьям Брэнниуса уготована была участь расходного материала, вроде снарядов. Судя по донесениям, потери у них были огромными, а враги — смертельно опасными. И даже после побед их ждала лишь устная благодарность и новая порция ада.
Причин такого пренебрежительного отношения я не понимал. Может, дело в личной неприязни? Или же особенности их геносемени, позволяющие быстро восполнять потери, создали им репутацию неисчерпаемого ресурса, способного выполнить любую задачу, невзирая ни на что? Вопросы без ответов...
Были и другие проблемы, но менее значимые, отложенные на потом. А сейчас мы выдвигались к Хорусу, которому доверили один из флангов наступления, возглавляемого самим Императором.
Примарх встретил меня в своём командном центре, где шла оживлённая дискуссия о стратегии битвы за планету, некогда населённую людьми, а теперь превращённую в питомник и скотобойню для расы Хравов.
Хравы — древняя и зловещая раса ксеносов, о которой шепчутся в самых тёмных уголках космоса. Подобно кошмарам, они ускользают от взгляда, превращая процветающие миры в безжизненные руины, пропитанные смертельной тишиной и гнилью.
Их облик чужд и отвратителен: дряблая, полупрозрачная кожа обтягивает их истощённые тела, напоминающие помесь грызуна и насекомого. За этой плотью скрывается нечто древнее и тёмное, непостижимое для человеческого разума. Их движения быстры и скользящи, а форма едва различима в полумраке, словно тени служат им укрытием.
Хравы не просто выживают в заброшенных туннелях и мрачных руинах — они превращают их в свои владения, источающие смерть и разложение. Там, где они обитают, само время становится их оружием. Постройки трескаются и обрушаются, машины ржавеют за считанные дни, а живые существа стареют и умирают, словно сама жизнь отступает перед их присутствием.
Хравы живут в огромных колониях, погребённых глубоко под землёй или скрытых в неизведанных уголках космоса, куда не проникает свет Империума. Их технологии — извращённое чудо: ветхие, но смертоносные, они используют аномалии времени и энергии для уничтожения врагов. Лучи их оружия способны превратить плоть в пепел, а металл — в труху.
Их культура — это культ выживания в вечной тени. Хравы избегают открытого конфликта, предпочитая скрытность и внезапные атаки. Те немногие знания, что сохранились со времён Великой Ночи, гласят, что они ведут войны, словно призраки, уничтожая врага прежде, чем он осознает их присутствие. Хравы редко оставляют следы. Там, где они побывали, остаются лишь руины и зловещая тишина. Империум знает о них лишь обрывки, но этого достаточно, чтобы признать их одной из самых коварных угроз. Ведь Хравы — не просто враги, это воплощение энтропии, разрушения и самой смерти.
Опасные противники, и только мы, Астартес, можем им противостоять. Остальные рискуют лишь погибнуть или стать пищей для этих тварей.
— А, гранд-капитан Бури, вы прибыли, – улыбнулся Хорус и жестом отпустил остальных.
— Моё почтение, примарх. Первый гранд-батальон прибыл и готов к действию. Я слышал, что на планете Хравы оказывают ожесточённое сопротивление, — я указал взглядом на гололит с изображением планеты, испещрённый красными и зелёными точками.
— Да, ксеносы оказались непростым противником. Днём мы тесним их, а ночью они отбивают позиции. Переломить ход сражения не удаётся, и всё зашло в тупик. Вы прибыли как нельзя вовремя. Надеюсь, теперь мы сможем переломить ситуацию. Особенно если верить докладам, в которых говорится, что вы — мастер широкомасштабных наступлений и штурмов, включая осады, — Хорус улыбнулся, изображая радость.
— У вас уже есть план дислокации? Куда высаживаться и где наносить удар?
— Именно для этого, а также для более личного знакомства я и пригласил вас в свой стратегиум. Давайте обсудим всё с глазу на глаз, а затем я позову своих советников и адъютантов. Вы можете сделать то же самое. Тогда мы сможем выработать эффективную стратегию. Как вам такая идея? — Хорус озвучил своё предложение, которое показалось мне разумным.
— Полностью поддерживаю, — ответил я, слегка улыбаясь.
— Тогда приступим, — Хорус указал на гололит.
Тот день был интересным для нас обоих. Хорус и я пытались лучше узнать и понять друг друга. Встреча закончилась на приятной ноте. Хотя кое-что заметил, видимо, только я.
Хорус, несмотря на всю свою внутреннюю мощь, был далек от харизмы и благоговейной ауры своего отца. Сравнение напрашивалось само собой: свеча, робко мерцающая в тени, против ослепительного, всепоглощающего пламени очага. Возможно, со временем он возмужает, обретет силу, но сейчас он был лишь слабым птенцом, пытающимся подражать полету могучего орла.
И теперь я ощущал себя не просто телохранителем, но и незримым наставником, опекуном, чья задача — помочь Хорусу расправить крылья и взмыть ввысь.
Но внутри себя я сохранял бдительность. Вдруг за маской приветливого примарха скрывается чудовище? Урок, преподанный Девятым, был выжжен в моей памяти, и я никогда не позволю себе его забыть.
