Брокенчип

— Да, я однопроцентник. Аутлаер. Незапрошенные, нежеланные апгрейды во мне сложновато приживаются. А после того, как сломали меня, я вообще ломаю всё, к чему прикоснусь, — «мехов тоже, но вам не скажу». — Да, я ломаю. Особенно, если оно меня раздражает, пугает, злит. Извините, меня напугала бомба в моей голове. Хотя, знали б вы, как остоквинтела такая жизнь! Глитч патетически воздел клешни, едва не засадив когти в ближайшего функционера, тот отшатнулся. — Если вас что-то не устраивает, пристрелите меня, и закончим на этом. — Во наглый глюк! — рассмеялся функционер. Несмотря на когти, маленький эмпуратник не казался ему достаточной угрозой, чтобы активировать оружие. Глитч пока не решил, заслуживает ли наказания такая беспечность? — Нет, одноглазый, не пристрелим. Не велено, — ухмыльнулся второй функционер, просматривая досье. — На тебе метка Совета. Должен жить и мучиться. Пшёл вон отсюда, битый чип! Если бы у Глитча было лицо, функционеры увидели бы нахальную ухмылку и подрихтовали ему лицевую кулаками. А так — нет. — «Битый чип», говорите? Звучит лучше, чем «Глюк». Если соберусь менять позывной… — Чего ты там бормочешь? Иди, иди, пока мне лень возиться с запросом в Совет... — Эй, не туда! К медикам, на повторную установку. Апгрейд новый, не отлаженный. Надо же, аутлаер! Он сломал тогда подряд три чипа, из чистого упрямства, не выходя из медцентра. После третьего функционеры его всё-таки побили и закинули к медикам в четвёртый раз. Четвёртый апгрейд он, так и быть, вынес в себе на улицу. Сломал уже там. А вечером трясся и лил омыватель в дружеских объятиях Скидза. Кураж отпустил, и развезло. Накрыло ужасом, пополам с безнадёгой. — Мерзость, какая мерзость! Зовут на бесплатный техосмотр с ремонтом. И ремонтируют. Правда, хорошо ремонтируют. Но всем, всем суют под шлем эти клятые чипы. Чтобы функционер мог нажать кнопочку, и вжух — ты без головы. В любой момент, понимаешь? Им даже бластеры не понадобятся! — Глитч, погоди! Ты хочешь сказать, у меня тоже установлен такой чип? — А ты ходил бесплатно чиниться? Отключали тебя при ремонте? — Ну, да… Вот же фраговина! А ты точно знаешь? — Что? — Про чипы. Что их ставят всем? И что они для этого? — Точно. Медики обсуждали, когда рылись у меня под шлемом. А я был не совсем офф, со мной бывает. И не говори, что приглючилось! Функционеры, когда я их достал, тоже подтвердили. Они бы и показали, как работает. Ты бы видел, как я их разозлил! Только им не выдали кнопок. Есть одна: на центральном пульте. У Совета. Но это не важно: раз сделали кнопку, значит нажмут. Рано или поздно. Мы все теперь смертники, Скидз. Вот так. — Глитч, но ты же говоришь, сломал свой чип? Глитч для наглядности растопырил три когтя правой клешни и приставил к ним коготь левой. — Четыре. Четыре штуки. Ещё воткнут, ещё сломаю. — Глитч, а мне, мне ты можешь его сломать? — и сияет оптикой, улыбается до краев шлема. Аутлаер разом перестал трястись, аккуратно высвободился из кольца рук. Померил бы кварту шагами, да мерить нечего, у зарядной платформы вдвоём не разойдёшься. Сел бочком, ухватил Скидза за плечи, развернул лицом к себе. — Скидз, ты это серьезно? А если я поврежу тебе проц? Или загашу искру? Или чип перемкнёт и рванёт? — У тебя же не рванул. Все четыре. Может, на себе тебе проще, я не знаю. Но лучше я рискну активом в твоих руках… Оговорился? Издевается? Нет, мягко перехватил дрогнувшие клешни, переплёл свои пальцы с когтями Глитча. Наклонился вперёд – упёрся шлемом в шлем. — Ты правильно сказал: мерзко. Не должно быть в кибертронских головах взрывчатки! Просто не должно! Глитч пригасил единственную линзу: не должно, кто бы спорил. — Взрывчатку я не удалю, это к медику. Но взрыватель деактивирую. Постараюсь. — Я готов. Давай! Ну же? Глитч прогоняет цикл вентиляции и решается. — Погоди, не так. Клади голову ко мне на колени и постарайся не дёргаться. Даже если будет больно. Скидз сверкнул оптикой и лёг, устраиваясь рядом на слишком узкой и короткой платформе. Ни секунды заминки! От такого безграничного доверия зелёная искра разгорается ярче, и веришь, что всё удастся… Повозился и замер, как сказано. Глитч осторожно обхватил когтями шлем друга и тихонько запел без слов. Голос или волна, как лучше? Испытать бы на ком-то, кого не жалко? На функционере каком-нибудь? Они ведь такие же смертнички, только их, наверное, «отзовут» последними… — Серво немеют. Так надо? — спросил Скидз, глуховато, заторможено растягивая слова. Он не жаловался, не боялся — почувствовал себя странно, сообщил об этом, как на испытаниях в Академии. — Да, друг. Говори вслух, не молчи, не уходи офф, так мне проще нащупать… Ага, вот оно, кажется… А ищу я, чтоб ты знал, слабину. Точку разрушения, которую ты учил меня находить в любой системе, в любой конструкции, живой или неживой. Твоя главная слабина сейчас — клятый взрыватель. Я уже почти нащупал, да… Почти понял, как разрушить именно его, а тебе не навредить. Ты прав, Скидз, на себе это быстро и просто. Нашёл лишнюю деталь — сломал. На другом, дорогом — сложнее. Но мы же справимся, правда?.. Ага, вот и всё. Можно было не бояться. — Я не боялся. Я в тебя верил, — шепчет Скидз. Холодок близкого дезактива коснулся его искры едва-едва. Да заметил ли он, в своём тёплом, уютном коконе доверия? — И сосем не больно. А ты говорил… — Я боялся, Скидз, — теперь уже Глитч еле тянет слова. Просто слова, безобидные звуковые колебания. — Зря боялся. У нас всё получилось. И мне тоже не больно, этой шлаковине много не надо было. Включай зарядный контур, подвинься, и офф. На тесной платформе вдвоём — только головой к ногам, поэтому обычно они занимают её по очереди. Но сейчас нужно обоим. Глитч лежит пластом, а перегретый процессор никак не уходит в оффлайн. Он мог бы… Готов отключать чипы не только себе и другу, а любому меха. Любому, кто попросит. Но он же понимает: хоть занимайся этим непрерывно, а медцентры работают эффективнее. Одиночка не вытянет против «конвейера». Да рискнёт ли он ещё раз встать на пути Совета? Он подумает об этом завтра.