Скалы, берегущие родник

      …Ну, если что — оно всё само получилось.       Найв не творил никаких хитрых стратегий и не продумывал многоходовок.       Если что, вся его вина заключается лишь в том, что он поделился с Аньшеном и Мэйчи о том, что видел в реке пурпурную чешую огромной рыбы, и хотел бы взглянуть на неё ещё раз.       — Хочешь убить эту рыбу? — Лишь уточнил его Солнышко.       — Рассмотреть. — Поправил Найв. — Я такого оттенка чешуи не видел, и вообще непонятно ни какого она размера, ни какая у неё голова. Интересно. Всю позапрошлую осень на ветке проторчал.       — Интересно… — Эхом отозвался Мэйчи. И переглянулся с Аньшеном.       Ну, в принципе, Найв тогда должен был догадаться, что его супруги что-то задумали.       Просто в тот момент не придал этим взглядам значения.       …Нет, аргументы были убедительными. И до самого последнего момента Найв был свято уверен, что они едут всей семьёй на горячие источники Безночного Города.       С заездом в «пару интересных мест» на обратном пути.       …Ну откуда Найву было знать, что «одно из интересных мест» — это Пристань Лотоса с их знаменитой летней ярмаркой?       Точнее даже не она сама — а устье одной из близлежащих рек.       — Я подозреваю, что именно за рыбу ты хочешь увидеть. — Сообщил хитро Мэйчи. — Их тут часто видят. Нужно просто некоторое время подождать — и она наверняка покажется. Главное не шуметь.       …Вот как-то так и получилось.       Найв не виноват!       И не надо на него смотреть взглядом «ты всё загодя продумал!»       Ладно, ладно, по порядку.       Пока они шли к реке через лес, Аньшен заметил какую-то полянку с «ужасно редкими ягодами», и решил собрать немного для какого-то чайного сбора. Так что, оставив Найва одного, он с Мэйчи решил вернуться туда.       Технически, Найв пробыл в одиночестве не более часа.       (Если засекать, то тридцать девять минут.)       …Так что, в принципе, было понятно их синхронное возмущение, когда они вернулись и застали Найва с рыбой на руках.       Нет, не так.       Учитывая, как много часов он провисел на ветке над рекой, изображая мох, Найв не надеялся увидеть никакого фиолетового хвоста. Но внимание к его, по сути, незначительным хобби оказалось дико приятно.       Аньшен с Мэйчи не просто не забыли его случайного упоминания, но и нашли, где эти рыбы обитают, и сюрпризом устроили ему в эти места экскурсию.       Ну приятно же, ну!       Так что, в принципе, даже присутствия рыбины Найву уже было не нужно.       Подумаешь, не увидит её сегодня!       Не видел два года — и не умер же. Потом наведается ещё раз, когда мелочи подрастут…       …И аккурат в тот момент, когда Найв твёрдо решил, что рыба ему не интересна, и что в следующий раз надо будет затащить всех в реку купаться (тут был удобный спуск к воде и пологий берег с чистым песком и слабым течением), в воде показался рыбий хвост.       Фиолетовый.       С разодранным плавником на хвосте и срезанными чешуйками с бока.       …И с белой рукой.       Человеческой.       Ну вот скажите, что Найву нужно было думать?       А учитывая размеры хвоста, складывалось впечатление, что рыба вполне могла заглотить человека!       Так что он полез в воду, надеясь, что рыба его мечты (нет, если она людей жрёт, то не мечты нисколько!) не успела сожрать человека и того можно будет спасти.       …Ну и поймал рыбу.       Выволок на чистенький песок прямо за хвост.       Рыбу мечты, ага. Огромную. С гладкими блестящими чешуйками, более тёмными сверху и совсем крошечными и белыми на животике, с пурпурными плавничками…       …И с человеческим торсом, руками и головой.       Где именно была рыбья голова и человеческие ноги — Найв не представлял, так как одно перетекало в другое ровненько и без швов.       И жабр у рыбы не было.       Оказавшись же на песке, рыба не принялась дрыгаться и извиваться, а человеческая часть, откашлявшись от воды, закатила глаза и обмякла, но ровно задышала.       …А вот у самого хвоста «рыбьей» части Найв прямо на чешуйках нашёл какие-то кругленькие наросты. Будто бы под тонкую плёночку запихнули аккуратные ровные бусинки.       (Если кто-то спросит Аньшена, какие именно он испытал эмоции, вернувшись с Мэйчи и застав их супруга за бесстыдным разглядыванием вытащенной на берег бессознательной иньской твари и троганьем этой самой твари за её легендарно известный хвост — то всё очень просто.       Все его эмоции высказал увидевший это всё Мэйчи.       — А иньских тварей можно на костре пожарить и съесть? — Сузив глаза, уточнил Серебряный Бог Войны.       — Они невкусные. — Слабо возразил Аньшен.       — Это неважно. Главное — чтобы съедобной была. — Безжалостно расставил Мэйчи приоритеты.       …А когда их супруг спросил, может ли «этот вид рыб» жить в пруду, Аньшен с Мэйчи, не сговариваясь, решили — они просто возьмут больше специй, если иньская тварь будет ОЧЕНЬ невкусной.)       …Обсохнув, рыбий хвост незаметно скукожился, чешуйки уменьшились, слиплись друг с другом и, ну…       Превратились в человеческую кожу?       Это не опасно?       — Бросишь его в воду — и опять хвост отрастит. — Успокоил его Аньшен. — Это иньская тварь. Они люди наполовину.       Плавники и спинной гребень тоже исчезли, но вместо хвоста появились ноги. Обычные такие человеческие ноги.       Найв решительно стянул с себя верхний слой одежды.       Если «рыба» в себя не пришла, значит, ей нужна была помощь.       (Когда Аньшен рассказал брату о том, что именно случилось, Мушень закатил глаза.       — По крайней мере, это не сверчки в коробочке. — Непонятно почему заявил его небесный двойник. — И не собака. И не улитки… Рыбина, кстати, из диких или домашняя?       …С другой стороны, чего Аньшен хотел? Его брат любил всяких тварей.       Эта его любовь передалась и А-Цзю.)       — Есть два типа иньских тварей. — Пояснил Найву Аньшен на обратной дороге через лес. — Технически это один вид, но различия… Они, скажем так, социальные. Дикие иньские твари не помнят человеческого языка и ведут себя как звери, в то время как домашние сохраняют свой разум в полном объёме.       (– Если окажется, что дикая, то мы её съедим. — Хмуро решил Мэйчи шёпотом, глядя на прудик в саду, который экстренно делали более глубоким.       — А если домашняя? — Уточнил Аньшен.       — Пинок под зад, и пусть не смеет посягать на Найва. Это наш комок пуха.       Аньшен был с ним полностью согласен.)       — А я его знаю! — Воскликнула А-Цзю, заглянув в сад с прудом. — Это Цзян Ваньинь. Он ещё А-Чао приносил свои извинения за действия его брата, и обещал ему ноги переломать! И вообще он не приходит в себя потому, что ослаб из-за раны, которую получил в другой форме. Нужно опустить его в воду и потом обработать рану. А потом согреть.       (Мэйчи беззвучно застонал.       Аньшен был с ним полностью согласен.       Сожрать домашнюю иньскую тварину было уже нельзя.)       …Дальше…       Ну, если до этого момента Найва ещё можно было в чём-то обвинить, то все события, последовавшие дальше — уже полностью не его вина!       А-Цзю позвала в гости А-Чао, и та подтвердила, что «рыба мечты» и вправду Цзян Ваньинь.       Отобрав «рыбу» у Найва, супруг Нитайлис самолично пихнул её в воду, а потом обработал срезанные чешуйки и несколько небольших глубоких ранок на хвосте.       — Вот тут растут те самые жемчужины, — указал он на основание хвоста и те самые круглые наросты, похожие на бусины. — Но их нельзя срезать и срывать. Когда они дозреют, иньская тварь по собственному желанию их сорвёт и обменяет… Ну, и продаст, если захочет.       (Если бы кто-то спросил А-Цзю — она, как и её отец, от живой целой иньской твари была в восторге.       Если кто-то пожелает узнать мнение Аньшена и Мэйчи — они пришли к соглашению, что пусть лучше эта одна домашняя рыбина в их пруду в саду, чем провоцировать судьбу и отправлять Найва «искать каких-то других фиолетовых рыб, дабы посмотреть на их хвосты и плавники».       Если спросить Не Минцзюэ — он обиженно запыхтит, потому что всю зиму планировал поехать к той реке, дабы выловить «свою рыбу».       Мнение Дяди и Вольфа в принципе тоже сходилось — восхитительная русалка, дайте потрогать и посмотреть!       Цингэ, Котенька и совсем ещё мелкие Янмин и Неолли от фиолетового хвоста были в восторге.       …Что по этому поводу подумал сам Цзян Ваньинь, пришедший в себя на второй день и оказавшийся мало того что живым, но и в чужих землях, чужом пруду и в чужом доме?       Давайте его пощадим хоть тут.)       — У этого скромного имеется к Вам деловое предложение. — Сообщил Цзинь Гуаншань, явившись к Найву домой спустя две луны. — Моей дочери понравился один из Ваших подопечных, и этот Лорд желал бы с ним лично поговорить.       — Какой подопечный?       Лорд Цзинь посмотрел на Найва, будто тот был во всём виноват.       (Хотя вот тут Найв вообще был ни при чём!)       — Которого Вы в реке выловили.       …К слову, Аньшен с Мэйчи были категорически против перемещения «рыбы мечты» куда-то в Башню Кои.       (А потому что именно «рыба мечты» научила Цингэ плавать, и вообще оказался совсем юным заклинателем.       …Почти что ребёнком.       Их ребёнком, понятно! Руки прочь!)       Но это уже — совсем другая история.