Депрессивный эпизод тяжелой степени с психотическими симптомами

      Блондин оказался в привычном для себя месте. Ноги стояли в воде по щиколотку, кругом царила тьма. Было холодно, но Узумаки даже не поежился. Он находился в своем подсознании. С момента начала депрессии его сюда не закидывало. Рядом не было клетки девятихвостого лиса, а это означало, что он находится где-то далеко.       Наруто не пользовался силой Курамы на заданиях, поэтому и заметить, что он не может его призвать, было невозможно. Конечно, ему казалось странным, что лис внезапно замолк и больше не вставлял свои комментарии в привычные будни. Но и сам парень Кураму не звал. Он просто считал, что девятихвостый в какой-нибудь медитации или спит. А потом и вовсе стало не до него.       — Курама! — крикнув имя своего сожителя, Наруто и не особо рассчитывал на ответ. Он понимал, что находится в той части сознания, где зов может не дойти до лиса. Не смотря на это, блондин решил попробовать. Конечно же, он не услышал ответа.       Повертев головой, Узумаки понял, что в сознании не то, чтобы темно, а скорее вокруг пустота. Именно поэтому не было ничего видно.       Сделав единственный шаг, Наруто провалился в воду. Она была приятной температуры. Он бы сказал, «летней». Удивительно, но в воде Узумаки не чувствовал привычной головной боли, тяжести в груди, боли в теле от порезов и усталости. Парень закатал рукав ветровки и не увидел ничего. Не было ни порезов, ни натертостей от мочалки.       Наруто не знал, был ли этот эффект всегда или же раны прошли впервые в подсознании. Он никогда не обращал внимания на подобные вещи. Курама всегда залечивал его раны довольно быстро, но последние три месяца все было по-другому. Раны, полученные Узумаки от самого себя, не проходили очень долго. Может, хитрый лис таким образом решил проучить своего джинчурики?       Отвлекшись от запястья, блондин посмотрел наверх. Виднелась водная гладь, хоть вокруг и была сплошная тьма.       Наруто вспомнил, что всего пару дней назад он пытался утопиться. Это была его первая суицидальная попытка. И то все испортил Саске. Он всегда был таким — лучшим в академии, лучшим в команде, лучшим среди мальчишек. Саске всегда мешал ему в детстве своим заносчивым поведением, но не смотря на это, благодаря соперничеству с Учихой, Наруто добился много.       Наруто Узумаки всегда считал, что все его достижения — это не его заслуги. Он считал, что стал Наруто Узумаки лишь благодаря другим. Соперничество, попытка доказать свою значимость, вера в него. Все это толкало блондина на подвиги. Сам он бы не достиг ничего.       Пока Наруто размышлял обо всем, в тени поверхности воды появился лучик света. Медленно распространяясь под водой, он достиг небесной радужки блондина. Парень закрыл глаз от яркого света. В какой-то момент лучей становилось все больше и Узумаки пришлось прикрыть лицо руками. Жмурившись от боли, джинчурики почувствовал тепло на своих руках. Чьи-то нежные пальцы обвили его холодные ладони. Он ощущал давление на свои руки и решил отстранить их от лица. Перед Наруто предстал образ молодой женщины. Ее волосы были цвета белой камелии, что он недавно видел на поле вместе с Сио. Она вся светилась от впившихся в ее спину лучей. У нее были яркие зеленые глаза. Шелковистое на вид платье немного колыхалось. Она легонько улыбалась ему.       Тонув в глазах беловолосой, Наруто чувствовал, как от нее исходила теплая аура. Узумаки чувствовал ауру по цветам. У кого-то она была темно-фиолетовая, кто-то обладал нежным розовым оттенком. У этой персоны аура была золотистого цвета. Она струилась из нее, заполняя все воды вокруг себя, обволакивая и его целиком. Он почувствовал себя под защитой.       Наруто открыл рот, собираясь спросить кто она такая, но женщина не дала сказать и слова, прислонив палец к его губам и тсыкнув. Узумаки немного покраснел от такого контакта.       Светловолосая сократила дистанцию между ними. Приблизившись к уху блондина, она шепнула тихое «смотри внимательно». Наруто начал замечать, как после сказанного ее длинные волосы потянулись к его телу и начали обвивать торс, сжимая в тисках. Он пытался вырваться, но локоны только сильнее его сжимали. Беловолосая так и не шелохнулась. Когда волосы окончательно закрыли обзор, Узумаки на секунду поглотила тьма. Но только на секунду.       Внезапно Наруто ощутил острую боль в голове и начал видеть картинки, а после и весь окружающий мир окрасился в событие.       Блондин видел себя маленьким. Локации одним за другим сменялись, он наблюдал моменты из своей жизни. Вот его обижают дети, далее первый день в академии, самостоятельные тренировки, встреча с первым сенсеем, первая серьезная миссия. Наруто видел самые важные картины жизни, в которых он участвовал. Все, до момента вчерашнего дня.       Локация остановилась на дне, когда война закончилась. Воскрешенного отца запечатали, стали строить планы как жить дальше.       Образ женщины, вторгшейся в его сознание, появился перед ним.       — Ты думаешь, всего этого ты добился не сам? Думаешь, это все незначительные вещи, сделанные тобой? — Голос незнакомки был мягким и мелодичным. Она еле-еле улыбалась, сощурив глаза.       Наруто действительно думал, что все, что он сделал для мира, для людей, было мелочью. Не нашелся бы он — нашелся бы другой герой. Все очень просто.       — Я бы так не сказала. — Женщина слегка наклонила голову вбок, не сводя глаза с джинчурики.       — Ты умеешь читать мысли? — Блондин напрягся. Главной целью сейчас было не подумать о чем-то постыдном. То, что она увидит что-то сокровенное отчего-то не волновало.       — Знаешь, предсказание жабы на горе Мьябоку, возможно, было о тебе. А может быть, оно было о Ногато, побежденного тобой? Как там говорилось? «Он станет спасением этого мира или его концом?» Джирайя слышал это предсказание еще в те годы, когда обучал Ногато. Ногато не стал концом или спасением мира. Он умер. Умер, искупив часть своих грехов. Продолжил жить именно ты. Именно ты победил его и убедил воскресить мертвых по его же вине. Так не думаешь ли ты, что предсказание было именно про тебя? — Женщина искусно проигнорировала вопрос Узумаки. Рассказывая ему истинную картину дела, беловолосая наблюдала за тем, как блондин увел взгляд от нее и заломил пальцы на руках.       — Даже если и так, то это все благодаря тем, кто верил в меня. Кто обучал меня, давал мне силу. В конце концов, благодаря Кураме. Он часто давал мне свои способности, когда я не мог победить. — Наруто чувствовал себя оправдывающимся мальчишкой и немного краснел, высказывая свои мысли.       — Каждый добивается благодаря чему-то. Цель, мотивация, люди. У каждого что-то свое. Ты мог бы пойти по другому пути и не спасать этот мир. Но ты каждый раз выбирал именно эту развилку, а не другую. В тебе много силы. И я сейчас имею ввиду не физическую, а моральную. Тебе кажется, что ты не добился всего того, что есть у других. Но сейчас не время. Твой час еще не пришел. — К концу речи женщина шла под водой, будто ступала на твердую землю ногами. Как они говорили под водой — это его не волновало вовсе.       Дойдя до Узумаки, она дотронулась до макушки его головы и легонько толкнула. Все озарило белым светом, а после и сменяющимися красками, уступив в конце черному.       Наруто проснулся в поту, быстро сев на кровать. Дыхание было резким и глубоким. Из головы не выходила женщина с прекрасными зелеными глазами. Вещи, которые она сказала. Вещи, о которых он боялся думать. Он боялся, потому что считал стыдным называть себя мессией. Стыдился признавать, что именно он добился всего, что у него есть.       Кто она такая? Беседа с ней понравилась Узумаки. Она была спокойна, приятна на вид и успокаивала его.       Совесть, произнесся ласковый голос в голове. Сообразить кому он принадлежал было нетрудно.       — Совесть? — Узумаки немного удивился названному имени. Решив, как обычно в последнее время он делал, отложить думы на потом, Наруто встал и ушел в ванную. Обнаружив, что он снова не вытащил белье из стиральной машины, парень взвыл, закрыв глаза ладонями.       Горсть порошка в отсек, нажатие на кнопку «старт» и белье в который раз стирается.       Наруто, повернувшись к раковине, облокотился рукой о нее. Шикнув, он быстро отпрянул. Запястье обдало болью. Он совсем забыл о порезах.       Аккуратно умывшись, Узумаки решил выйти из дома. Снова без завтрака. На часах стояло пять утра, улицы не были заполнены людьми. Парень решил направиться на головы Хокаге.       Прыгнув по привычке на крышу, отведя руки назад, Наруто помчался в своем направлении. Глаза слезились от песка — на улице отчего-то было весьма пыльно. Чихнув на ходу, блондин чуть не упал с крыши, споткнувшись.       Путь до скалы не занял больше восьми минут. Он добрался весьма быстро.       Встав ногами на поверхность, Наруто продолжил путь к головам уже в вертикальном положении.       Забравшись на Третьего Хокаге, блондин почувствовал дуновения ветра, и раскинул руки ему на встречу.       Наруто хотелось однажды взлететь в синее небо и никогда не вернуться. Он не мог передать всю свою боль словами. Его взгляд говорил о муке, как ему казалось по собственному отражению в зеркале.       Глубоко вдохнув, Наруто решил сделать шаг вперед. Он не выдыхал до тех пор, пока не ступил ногой на поверхность в последний раз. Следующее действие было уже отличающимся от поступи блондина. Момент. Раз, два. Он полетел. Не вверх, как всегда мечтал. Не в даль. Не к синему-синему небу. Не к солнцу. Вниз, на землю.       Приближаясь к земле, Узумаки считал. Один, два, три. Когда земля была уже в паре метров, он закрыл глаза и расслабился. Он ждал этого.       Глотнув теплого воздуха, Наруто в этот раз проснулся окончательно. Ощупав себя, он обнаружил, что цел. Старые раны остались на своих местах, а вот новых от падения не было.       Ха-ха. Глупый мальчишка, у тебя даже умереть не получается. Что из тебя выйдет. Даже твое подсознание говорит тебе кончать со всем этим, а ты все медлишь.       Голос как обычно говорил всякие гадости. Это скоро станет привычным, как думал Наруто, успокаивая себя.       Не пугай мальчишку, Презрение, тебе лишь бы поглумиться. У судьбы на него еще остались планы.       Наруто не шелохнулся, услышав второй голос. Это была Совесть. Она назвала голос, появляющийся в голове, Презрение. Защитила его. Теперь он будет слышать и ее?       Сонным и немного ошеломленным взглядом, Наруто перевел глаза на часы. Семь тридцать две.       — Черт, мне же в восемь надо быть у Ёшины! — Мигом встав, Узумаки побежал в ванную комнату, споткнувшись о мусор на полу. Когда-то надо уже его убрать.       Стиральная машина не была запущена. Убедившись, что события были сном, по привычке насыпал порошок и поставил на сорок минут стирки. Создав клона, чтобы в этот раз точно вытащить белье, Наруто принялся умываться в быстром темпе.       Выбежал из ванны, начал одеваться на ходу, также на ходу засунул холодные овощи из холодильника в рот. Надев сандалии, выбежал из квартиры, даже не закрыв ее на ключ.       Как хорошо, что ниндзя обучены быстро бегать — через три минуты он уже был у отеля Сио. Забежав внутрь, он увидел Ёшину, которая разговаривала с симпатичным парнем.       — Ёшина, доброе утро! Какие на сегодня планы? Куда тебя надо сводить? — сильно запыхавшийся Наруто говорил на последнем издыхании. Все-таки он очень спешил и бежал быстрее обычного.       Молодой парень и Сио синхронно обернулись.       — Ой, Наруто! Я совсем забыла тебя предупредить! Сегодня я договорилась с Куро-куном, что он отведет меня на рынок, где продают отличный бисер. Весь день мы будем плести и придумывать дизайн платья, на материал которого вышьем рисунок бисером. — Сио сначала прикрыла широко раскрытый рот ладонями, удивляясь своей забывчивости, а после и вовсе принялась мило улыбаться от представления проделанной работы.       — Приятно познакомиться, я Куро Накамура, дизайнер женских нарядов Конохи. — Молодой парень представился, слегка поклонившись.       — Наруто Узумаки, сопровождающий ниндзя Сио. — Блондин также вежливо поклонился, переключившись с Ёшины на Куро.       — Прости меня, Наруто, сегодня у тебя выходной. Стоило об этом сказать вчера… — Девушка робко посмотрела на Узумаки самым щенячьим взглядом в мире.       — Ладно, не страшно. Тогда хорошо вам провести время. — Наруто поднял руку в жесте прощания и направился к выходу из отеля.       Сегодня был вторник и предложение Саске прийти познакомиться с малышкой Сарадой он не отклонял. Было ли нормальным прийти так рано? Наруто подумал, что нет. Решив наконец-то поесть и принять душ, парень направился домой.       Эй, Курама, ты слышишь меня?       Наруто задал лишь один вопрос в подсознание, который остался проигнорирован. Немного отойдя от прохожей части, джинчурики закрыл глаза и попытался войти в в отсек, где сидел Курама.       Обычных решеток между Наруто и Курамой не было. Также, как и не было привычной воды под ногами и темного пространства вокруг. Блондин стоял на траве, что окрасилась в красный цвет. Наверху и по бокам виднелось темно-синее небо с грозными тучами. Курама лежал в самом темном месте и спал. Наруто видел, как вздымается его грудь от дыхания.       Решив подойти ближе, чтобы растормошить лиса, блондина выкинуло из собственной головы.       Наруто не знал, что делать. Локация его подсознания сменилась, к Кураме не подойти, а тот и вовсе все это время словно спит.       Не буди его. Это для вашей же защиты. Твоя психика не выдержит, если Курама будет бодрствовать. С ним все будет хорошо, он скоро очнется.       Будто пропела, сказала Совесть.       Но.. было начал Наруто, когда Совесть прервала его, сказав идти. Он почувствовал толчок в спину и двинулся вперед.       Курама, потерпи немного, я тебя спасу. Наруто сжал кулаки в решительности. Он не мог доверять новому голосу, хоть она и была на его стороне, по всей видимости.       Чтобы кого-то спасти, нужно самому быть спасенным, проговорил Презрение.       Наруто подумал о том, что это может быть подсказкой. Курама замолчал именно тогда, когда Узумаки начал самоуничтожение. В этом определенно была связь.       На улице по обычаю стояла жара даже в такое время. Девушки шли, обмахиваясь веером. Детям такая температура была ни по чем — они бегали, как в последний раз в своей жизни. Мужчины стойко терпели и шли с невозмутимым лицом.       Добравшись до дома, Наруто развеял клона, получив информацию, что стирать осталось двадцать три минуты.       Лениво разувшись, блондин двинулся по направлению на кухню. Он уже решил, что сегодня никакого рамена не будет.       Достав три яйца, Узумаки умело разбил их и бросил содержимое на сковородку. Зажег конфорку, принялся вытаскивать овощи из холодильника и аккуратно класть их на белок. Он не любил добавлять масло, предпочитал быстро перемешивать еду и жарить так. Естественно, продукты часто пригорали, но Наруто считал это лучшим, чем вся масленная пища.       Орудуя деревянным кухонным прибором, парень быстро переворачивал яичницу. Запах жаренной еды разнесся по всему дому.       Он решил не пачкать тарелки и поесть прямо со сковородки.       Удобно разместившись за столом, парень взял палочки. Дуя на кусочек, Наруто положил его в рот. Тщательно пережевывая, он совсем не почувствовал вкуса яиц или брокколи. Попробовав еще один кусок, ситуация не изменилась. Он чувствовал консистенцию, температуру, но не вкус.       Джинчурики очень любил еду. Самую разную — острую, соленую, сладкую, кислую. Поэтому факт того, что он не распробовал какую-то яичницу, стал удручать его. Расстроившись окончательно, Узумаки доел порцию уже с меньшим желанием и направился в ванную.       Несчастное белье постиралось и в кои-то веки Наруто решил развесить его.       Скинув всю одежду на пол, блондин включил теплую воду в лейке.       Стоя в душе, парень думал о том, как появится в доме Учихи. Что он будет говорить? Как ему реагировать? Саске не будет задавать глупых вопросов по поводу дня, когда нашел его в воде. Но появляться перед ним было стыдно. Стыдно, что хоть кто-то видел его таким. Даже если это был лучший друг. С Сакурой они не виделись уже около месяца и он безумно по ней скучал. По ее розовым волосам, цветом лепестков великого дерева, по зеленым глазам. Зеленый стал его любимым цветом после оранжевого. Он очень сильно хотел сказать ей многое. Как любит все эти года, как она прекрасна. Он сомневался, что Саске говорил все эти вещи ей. А он бы повторял каждый день какая она красивая, носил бы на руках и дарил букеты ее любимых цветов каждый день.       В груди было пусто и тяжело. Ноша, которую он носит. Она давит.       Наруто подставил лицо слабым струйкам воды, что лились с лейки душа. Он представлял, как она смывала всю его накопившуюся печаль, уносила плохие мысли и давала успокоение.       Закончив водные процедуры, Узумаки даже стал гордиться собой. Он не лег в кровать, когда пришел, а поел, вывесил белье и принял душ. Это уже много для него. В сравнении с последними неделями или даже месяцами, он приходил домой, заливал душевную рану саке и напившись, ложился спать. Иногда наносил себе увечья. Мог не мыться по три дня и не стирать неделю одежду. Так что для него это определенно был подвиг.       Выйдя из дома, Наруто направился к дому бывших сокомандников.       Внутри себя он жутко волновался. Ладони потели, сердце бешено стучало. Он боялся увидеть их дочь.       Солнце поднималось по небу, облака плыли, иногда закрывая ему обзор. Детишки бежали в академию, а кто-то и вовсе прогуливал, осматривая с другом лавку с масками, прямо как он когда-то.       Наруто шел ссутулившись, засунув по привычке руки в карманы. На нем был повседневный оранжево-черный костюм.       Какая-то девочка с разбегу врезалась в него и извинившись, убежала в своем направлении. Он даже не взглянул на нее.       Продавцы зазывали к себе за покупкой товара.       Миновав все улицы, Наруто оказался у дома Учих. Легонько постучавшись, Узумаки опустил руку вдоль тела.       Через некоторое время дверь открыл Саске.       — Йо, надеюсь, я пришел не слишком рано. — Наруто махнул рукой, пройдя в дом мимо друга, который отошел с прохода. Было неловко и хотелось скорее скрыться от взгляда Учихи.       В доме пахло какими-то цитрусами и слышалось, как Сакура что-то весело наговаривала.       Сняв сандалии и пройдя в комнату, Наруто увидел ее.       — Я отойду ненадолго. — Саске закрыл выдвижную дверь снаружи.       Сакура повернулась лицом к Наруто, улыбаясь. В руках она держала Сараду. Девушка была одета в нежно-зеленого цвета платье. Наверное, она подбирала к своим глазам. В прочем, ей шла любая одежда — так думал Наруто.       — Подойди к нам, не бойся, — Сакура произнесла это очень трепетно, укачивая на руках малышку.       Подойдя к матери и ребенку, Наруто взглянул на младенца. У нее были черные волосы. Прям как у Саске. И точно такого же цвета глаза.       Наруто проглотил подступивший ком к горлу.       — Она очень похожа на Саске, — с наигранным безразличием сказал Узумаки. Он удивился, как так хорошо у него получилось это сыграть.       — Она прелесть, правда? — Сакура с нежностью взглянула на дочь. Сарада широко зевнула и потерла маленькими кулачками глаза, изъявляя желание спать. — Я сейчас уложу ее, подожди меня на диване. — Девушка принялась петь колыбельную малютке.       Наруто сел и замер от того, насколько нежно и с какой любовью был наполнен этот жест. Она слегка убаюкивала ребенка, проговаривая вполголоса слова. Узумаки хотел, чтобы она пела когда-нибудь и ему так. Смотрела и на него также, как смотрит на свою дочь. Укол в сердце Наруто образумил его. Сильно сжав кулаки и впившись ногтями в ладони, блондин успокаивал себя отсчетом в голове. Девять, восемь, семь… На каждом выдохе новая цифра.       Положив в кроватку Сараду, Сакура присела рядом с Узумаки.       — Слушай, Наруто, я хотела с тобой поговорить… — Сакура начала и немного замялась. Она не знала, как продолжить. Обратив внимание, что Наруто немного отвлечен, она положила ладони ему на руки. Это словно отрезвило блондина. — Я слышала от Саске, что он был у тебя дома в тот день, чтобы сообщить о том, что я родила. Он рассказал мне, что увидел. Наруто, что с тобой происходит? У тебя все хорошо? Мы переживаем за тебя. — Сакура обеспокоено заглянула в глаза Узумаки.       Наруто почувствовал себя окрыленным. Ее нежные руки касались его грубых. Она беспокоилась о нем. Может, это тот шанс, о котором говорила Совесть? Может, не все потеряно?       — Сакура, я так давно хотел тебе сказать… — Наруто перехватил ее ладони. Прижав к себе, он начал приближаться к девушке.       Дверь открылась и на пороге появился Саске. Оба на диване замерли на мгновенье. Сакура отпрянула от Наруто и прижала руки к груди. Она была в смешанных чувствах. Что пытался сделать Наруто? Не поцеловать же ее? Нет, он же знает, что она любит Саске. Они расписаны. У них есть дочь. Наруто бы так не поступил.       Блондин был расстроен и зол на прервавшего их Саске. Он был уверен, что если бы тот не зашел, все пошло бы по варианту, который устроил бы самого Узумаки. Только вот о Сакуре он не подумал.       Саске же не понравилась данная сцена. Он был собственником и отдавать свое не собирался никому. Даже лучшему другу.       — Что здесь происходит? — Саске нахмурившись смотрел то на Сакуру, то на Наруто, ждав объяснений.       — Саске, я просто говорила с Наруто, ничего более. — Сакура пыталась оправдаться перед любимым мужем.       — Почему вы держались за руки и Наруто был так близко к тебе? — Саске все еще ждал развернутый ответ хотя бы от одного из них.       — Хочешь сказать, ты ее ревнуешь? — Наруто решил высказаться. Его зависть и гнев на Учиху дошли своей апогеи.       — Даже если так, что с того? Она моя. — Саске предчувствовал к какому выводу ведет Наруто и понимал, к чему приведет этот разговор.       — Я тебе не верю. Ты не любишь Сакуру. Еще во время побега из деревни ты пытался убить ее, всю жизнь плевал на ее чувства, а тут вдруг, когда понадобилось возродить хоть какую-то часть клана, прибежал к ней? Я уверен: ты даже ни разу не сказал, что любишь ее. Ты не достоин ее. Она столько из-за тебя страдала! — В конце Наруто и не заметил, как перешел на крик.       Сакура испуганно стояла и смотрела на него.       Саске молча подошел к Наруто и, занеся руку, ударил со всей силы лучшего друга.       Наруто немного пошатнулся и хотел было ответить на этот выпад со стороны Учихи, уже принялся поднимать руку, зажатую в кулак, как услышал слова от Сакуры.       — Наруто, тебе лучше уйти. — Всего одно предложение, а в душе уже тысячи разбитых осколков. Она была не за него. Она была на стороне Саске. На какой там шанс он рассчитывал?       На самом деле, не было ничего удивительного, что Сакура защищала Саске. Он ее любовь все-таки. Наруто почувствовал леденящий холод в душе.       Ха-ха-ха, пацан, а она тебя отшила. Ты даже девчонке понравиться не можешь, за которой столько лет уже бегаешь. Смирись, ты слишком низко пал. Ты никогда не будешь Учихой Саске. В ее глазах ты обычный дурачок.       Наруто опустил руку и направился в сторону двери, задев плечом Саске. Все молчали. Напряжение так и витало в воздухе. Больше Узумаки нечего было делать в их квартире.       Выйдя из дома, блондин почувствовал что-то соленое и теплое на губах. Прикоснувшись пальцами, он увидел кровь.       Взглянув на небо, Наруто понял лишь одно: он потерял самых близких для него людей.