Какой спрос, такая и цена.

Люди делятся на два типа. Первый-это те, кто хотят отмотать время назад, вернуть прекрасные мгновения, когда они были счастливы и жизнь шла своим чередом. Второй же тип-это люди, которым хочется поскорее оказаться в будущем, пережить и наконец забыть о том, что их беспокоит на сегоднешний день. Ирина Алексеевна никогда не относила себя ни к первому, ни к второму типу. Но, сейчас, когда у неё неприятности в отделении и решение этой проблемы есть, но нужно время, разумеется ей хочется как можно быстрее с этим покончить. После неоднозначной ночёвки в гостинице Анатолий не давал о себе знать уже как двое суток. Затишье перед бурей? Или же всё-таки решил пощадить Ирину и отказаться от своей безумной затеи? И вновь вопросов вагон, а ответов, увы, пока ноль. Женщина не понимала, почему чиновник не оставит её в покое? Уже ведь всё решено; они расстались, год не виделись, но стоило Павловой оказаться в беде, как Анатолий почувствовал себя рыцарем на белом коне или что? Неужели хирург его тогда так сильно обидела, что мужчине просто не терпится насладиться её унижением? Внезапный стук в дверь вывел женщину из размышлений. До конца рабочего дня оставалось всего ничего и вовсе не хотелось сейчас выслушивать жалобы на врачей от Фаины, либо от какого-то пациента. Но, долг обязывает, а поэтому прочистив горло, Ирина произнесла стальным голосом. — Войдите. На пороге её кабинета оказался человек, которого она меньше всего ждала увидеть. — Добрый день, Ирина Алексеевна. Не волнуйтесь, я не отниму у вас много времени. Врач с недоверием посмотрела на гостью, которой являлась дочь умершего пациента. Девушка с улыбкой присела напротив заведующей и радушным голосом продолжила. — Вы знаете, я тут подумала и решила, что не буду подавать в суд на ваше отделение и сотрудников. Да и вообще, отныне у меня нет никаких претензий ни к врачам, ни к больнице. Павлову словно окатили ведром холодной воды; ибо в течении минуты она не могла не то что слова произнести, она с трудом верила в услышанное. Ковалёва с терпением ждала, когда хозяйка кабинета придёт в себя и наконец что-нибудь ей ответит. — Я…–единственное, что вырвалось у Ирины, которая до сих пор не отошла от шока. — Я правильно вас поняла? — Да, Ирина Алексеевна. И денег я с вас больше не требую. Кстати, вот договор в письменном виде, где указано, что я больше не имею к вам и клинике каких-либо претензий. Положив документ на стол перед Павловой, Светлана покинула склиф. Когда внезапной гостьи и след простыл, Ирина первым делом схватила бумагу, пробежавшись несколько раз глазами вдоль строк. Не веря собственному счастью, женщина для пущей убедительности ущипнула себя за руку. Нет, это не сон. Она и её отделение спасены! Минутку, это значит, что ей больше не нужно искать деньги, а значит не нужно больше видеться с Толей. Так как единственная причина, по которой она согласилась с ним спать, это острая нужда в огромной сумме. Ведь так? Она же вовсе по нему не скучала всё это время? Да и как можно скучать по человеку, который тебя избивал, унижал и продолжает издеваться?! А я вам отвечу, очень даже можно, если ты его любишь. Да, любовь зла, но как бы люди жили без этого чувства? Глубоко вздохнув, Павлова берёт в руки телефон и набирает наизусть выученный номер. Пара гудков и наконец… — Я слушаю. –как всегда спокойный голос. — Толя, привет. Это я. — Я знаю, что это ты, моя дорогая. Павлова встаёт из-за стола и начинает медленно расхаживать по кабинету, не зная как начать разговор. — Ир, если ты мне позвонила, чтобы дышать в трубку, то прошу меня простить. Блондинка резко останавливается, бросив взгляд на документ и произносит. — Нам нужно поговорить, можешь сейчас подъехать? На том конце телефона слышится недовольный вздох. — А это не может подождать до завтра? У меня был тяжёлый день. — У меня тоже. –хирург усмехается, присаживаясь на диван. — Хорошо, я подъеду. Ты на работе? — Да. — Буду через десять минут. Завершив звонок, заведующая откинулась на спинку, прикрыв глаза. Ей не терпелось рассказать Аленикову про то, что теперь их больше ничего не связывает. Но, отчего-то при упоминании данной мысли у Ирины больно кольнуло в области сердца. Приложив ладонь к груди, Павлова задумалась. Может всё-таки нужно дать их отношениям с Толей второй шанс? Он, конечно, далеко не идеальный, но и она тоже не с сахарным характером. В конце концов, как-то же они уживались вместе. Была и битая посуда, и слёзы, и крики, тем не менее душой Ирина чувствовала, что Анатолий тот, кто ей нужен. Причём таким, какой он есть. Противный, вредный, с ужасными манерами и обращением. То, что он пару раз поднял на неё руку, конечно отталкивало. Но, как он потом умело заглаживал свою вину. При одном воспоминании от тех страстных поцелуях и не только, у блондинки пробежали мурашки по всему телу. Открыть глаза и вернуться в реальность Павлову заставили сначала шаги за дверью, а затем вхождение в кабинет Анатолия Борисовича. И как всегда, без стука. — Привет. –произнёс мужчина, снимая перчатки и шарф. — Здравствуй. Спасибо, что пришёл. — Ну, по твоему голосу я понял, что разговор срочный. Чиновник кинул верхнюю одежду на стул, а сам присел на диван рядом с женщиной, почувствовав запах её духов с нотками цитрусов и мяты. Помнится, похожие он ей дарил на 8 Марта. Было приятно, что она все его подарки не выбросила на помойку. — Итак, о чём ты хотела поговорить? Собравшись с духом и мысленно подготовившись к худшему исходу диалога, женщина заговорила. — Ко мне сегодня приходила Светлана Ковалёва. Дочка пациента, который умер на операции. Она сказала, что больше не требует денежной компенсации и не собирается подавать в суд. — Я рад. Показалось, или Анатолий не был удивлён услышанной новости. Ни один мускул на его лице не дрогнул. — Толь, я это к тому, что нас теперь больше ничего не связывает. Уговор был, что я провожу с тобой ночь за деньги, а теперь они мне не нужны. Те сто тысяч я тебе верну, пачка не тронута, лежит у меня дома. С каждым словом улыбка на лице чиновника становилась всё шире, в конечном итоге мужчина коротко рассмеялся, на что получил недоумевающий взгляд собеседницы. — Иришка, твоя наивность меня поражает. Ты ведь умная женщина, неужели не догадываешься? Хирург в свою очередь ничего не понимала; почему Алеников никак не отреагировал на её слова и до чего она должна догадаться? В изумрудных глазах читались сплошные вопросы, на что гость ближе придвинулся к их обладательнице и приобнял за талию. — Хорошо, я тебе расскажу. Эта девка просто получила свои деньги, поэтому отстала от вас. — То есть как? –вымолвила врач, раскрыв рот от удивления. — А что тут непонятного? Я выплатил ей полмиллиона долларов. И по сути, она права, больше ты ей ничего не должна… –практически вплотную приблизившись к блондинке, чинуш прошептал ей на ухо. — Ты должна мне. И условия договора, милая, остаются те же. Минуту Ирина смотрела в одну точку, а затем резко встала на ноги, скрестив руки на груди. Сегодня прям день неожиданностей. — Какого чёрта ты сделал это? — А что я сделал? Свою часть уговора я выполнил в полной мере. А вот ты... — Что я?! –Ира уже срывалась на крик. — А ты, если память не изменяет, должна ещё четыре ночи. Мужчина в костюме улыбнулся во все 32 зуба, наблюдая за нервными вспышками своей бывшей. Когда она злилась-это отдельный вид исскуства. Но, когда она в ярости… Ох, как же его заводили эти жесты, подрагивания губ, эти глаза, в которых пылало пламя и голос с хрипотцой. — Да что б ты подавился, сволочь! Убирайся прочь! Видеть тебя не могу! Подняв руки в мирном жесте, Алеников встал в полный рост и посмотрел на Ирину. — Ну не злись так, дорогая. Во-первых, нервные клетки не восстанавливаются, во-вторых, морщины будут. В следующюю секунду послышался звонкий удар, а за ним тихий вздох. Глубоко дыша, женщина сперва глянула на свою ладонь, а затем на щеку мужчины, которая до сих горела красным и отдавала болью. Алеников не двинулся с места, но взгляд его серых глаз изменился и то, что Павлова в них увидела, её испугало. — Толь. Я, ты... Я не хотела. Но чиновник её не слышал. — Зря ты это сделала. Заведующая попятилась назад, но наткнулась о свой рабочий стол. Собеседник быстро сократил между ними расстояние, схватил женщину за плечи, развернул к себе спиной и заставил согнуться попалам, ухватившись за её волосы, сжав их в кулак. Вскрикнув, Ирине пришлось опереться руками о край стола, чтобы не упасть. Лишний раз Павлова старалась не дёргаться, поскольку любой поворот головы или телом сопровождался болью, так как мужчина натягивал на себя её за волосы. Решив не медлить, Толя задрал платье и разорвал тонкую ткань колготок, оголив женские бёдра. Ирина прикусила нижнюю губу до крови, представляя что будет дальше. Благо, в постельном плане Алеников был хорош, так что секс с ним-не такое уж и жёсткое наказание за пощёчину. Чиновник принялся медленно, даже ласково водить ладонью по оголённым местам блондинки, пока его пальцы не коснулись тонкой ткани женских трусиков. С пухлых губ Павловой сорвался томных вздох, стоило мужчине дотронуться до чувствительной точки сквозь кружевную ткань белья. — Да вы вся мокрая, Ирина Алексеевна. Но, придётся подождать. Сперва я вам отомщу за пощёчину. И тут раздался оглушительный шлепок по ягодицам женщины. Но крика или нечто подобного не последовало. А всё потому Ирина старалась себя максимально сдерживать. — В молчанку решила со мной сыграть? Ну, что же. Посмотрим насколько тебя хватит.