Love & Crime

Не прошло и получаса, как нелепая идея прогуляться пешком показалась не такой уж и замечательной — встала поперёк горла. Погода испортилась прямо на глазах: резко похолодало, и, пока Шерон шла вдоль длинных проспектов, успела изрядно замёрзнуть. Вздрагивала от сильных порывов ветра, безжалостно проникавших под одежду, как бы ни прятала ладони в рукава куртки, а нос — под воротник. Не к месту и совсем не вовремя девушка вспомнила, как днём, когда была у Хвана, за окном бушевал яростный ливень. Казалось, что тот только и ждал, чтобы вновь обрушиться на город, выбрав для этого самый неподходящий момент — сейчас. Не заметила, как небо шустро затянулось тучами, скрывая россыпь неярких в мегаполисе звёзд. Однако на стену из воды перед собой сложно не обратить внимания. Раскаты грома не сулили ничего хорошего, как и кристально понятный прогноз погоды. Смысла медлить нет, и следовало уносить ноги как можно скорее. Без оглядки, как принимала другие решения, более важные и с последствиями намного хуже, чем простуда. Именно этим Хейс и собиралась заняться. Лужи, которые не успели высохнуть, снова наполнились водой, и та не слишком грациозно поскользнулась в одной из них, едва не упав лицом вниз на асфальт. Удача — дама капризная и переменчивая. Капюшон, который Шери впопыхах натянула на голову, не спасал от проливного дождя и картину ни капли не скрашивал — никак не менял ситуацию. Мокрые пряди лезли в глаза, и она приметила козырёк ближайшего здания, чтобы спрятаться под ним. Пока судорожно вызвала такси в приложении, пальцами с трудом попадала по буквам, вбивая адрес, — стоило позаботиться об этом раньше. До последнего надеялась, что разъярённая стихия схлынет так же быстро и внезапно, как и разгневалась. К сожалению, напрасные ожидания не оправдались. Вместо водителей, которые не хотели принимать заказ, Шерон услышала знакомый шум, который сразу узнала — рёв мотоцикла. Приближающийся звук, обычно не предвещавший спокойствия, кто бы ни был за рулём, сейчас как нельзя кстати, точно судьба смилостивилась над ней в кои-то веки. В ненастную погоду предпочла бы машину с крышей, но преимущество на стороне скорости — той, которую уже проклинала сегодня. Сейчас главное — добраться до кровати или дивана, до чего угодно, лишь бы закончить этот бесконечный день. Цель оправдывала средства, да и выбора не оставалось. — Садись! — крикнул Бан и, кивнув назад, не сводил глаз с озябшей девушки. Без безрассудной отваги, которой часто прикрывалась, использовала как единственную защиту и супергеройский костюм, вмиг показалась гораздо меньше. Хейс будто попала в другой мир — комикс ужасов, где жанр менялся, и она пока не понимала, в какую сторону. Перед Крисом у Шери подкосились ноги не от холода или страха мотоциклов — сердце замерло, когда осознала, что мужчина остался подождать её, а не уехал, как собирался. Промок не меньше, и тёмные волосы, ставшие от влаги ещё более вьющимися, выглядели невероятно привлекательно. Чересчур привлекательно. Посмотрела на капли, водопадом стекавшие по чёрной кожаной куртке под непрекращавшимся ливнем, и сглотнула, резко переводя взгляд выше. Взор остановился на пухлых губах, полностью прикованный пленительным видом, и она застыла, словно магнит нашёл противоположный полюс. Наваждение завладело ею, не считаясь со здравым смыслом и даже с тем, как сильно Шерон дрожала от холода. Широкий жест, которого никак не ожидала и который отвергла из гордости и чувства самосохранения, когда тот казался обычной вежливостью, сбивал с толку. Малознакомые люди никогда не проявляли заботу, и даже от близких девушка не ждала помощи, поэтому всегда искренне благодарила, поражённая бескорыстной добротой. Долго раздумывать, когда других вариантов нет, Хейс не стала. Без промедления и лишних пререкательств решила воспользоваться свалившейся на неё удачей. Тряхнув головой, чтобы растворить дурман в воздухе, подбежала к байку, на который планировала в жизни больше не садиться. Уверенность и полная убеждённость сыграли злую шутку, вынудив нарушить данное себе обещание в тот же день. Но лучше так, чем ещё минуту простоять там. Несмотря на хлёсткий дождь и прохладу, которая сковывала всё вокруг, когда сама насквозь промокла и замёрзла, прикосновение к Чану неожиданно подарило приятное тепло. Робкое и едва заметное, которое только-только начало зарождаться внутри, лишённое смелости и силы, но всё же тепло. Как и исходящее от мужчины, который, казалось, совсем не замечал разницы температур. Прижалась к Крису, чтобы почувствовать мягкий огонь, который вдруг согрел в непогоду, и охотно прикрыла глаза в умиротворении. Запросто убедилась, что он позаботится о ней. В прошлый раз не знала, чего ожидать от его манеры вождения, но в это мгновение полностью доверилась. Про себя не переставала благодарить за джентльменские качества, от которых не сумела бы отказаться в таких обстоятельствах. Утомление подкралось незаметно, но быстро рассеяло последние сомнения как насчёт мужчины, так и насчёт средства передвижения. Положилась на Бана, который с лёгкостью взял ответственность за их безопасность. Тогда осознала, что давно нуждалась в этом, как бы ни любила независимость, жажду которой пробудил в ней Хёнджин. В спокойствии растворялась, готовая оставаться рядом с Чаном так долго, как только можно, лишь бы это ощущение не исчезало ни на минуту. Не хотела отпускать его, прижимаясь ближе, крепче обхватывая мужской торс и уже не испытывая того стеснения, которое раньше сковывало. В непривычной для себя манере поддалась соблазну, предвещавшему не грязную похоть, а надёжную защиту. В подъезде, где оказались, к счастью, довольно быстро, Шери остановилась, сполна наслаждаясь долгожданным укрытием. Слякоть и сырость остались за закрытыми дверьми, и только отдалённый шум касался слуха, напоминая о них. Чувство усталости овладело ею, словно свинцовая тяжесть. Казалось, ещё немного — и она рухнет на землю без сил, мечтая лишь о том, чтобы уснуть. Не ждала и не желала ничего сверхъестественного — просто отдых и покой для разума, который напряжён от мучительных переживаний. На несколько часов хотела остановить бесконечный поток подозрений и дать себе время собраться с мыслями перед новым днём. — Ты следил за мной? — под конец всё-таки не удержалась девушка, шагая вслед за Крисом, опередившим на пару ступеней, пока поднимались по лестнице. Голос звучал иначе, чем обычно, и даже малейшими оттенками не походил на тот, каким произносила подобные фразы. В словах часто слышался сарказм и лёгкая ирония, а иногда и вовсе явная насмешка. Раньше не задумывалась, что могла задеть человека по неосторожности. Сейчас же стремилась смягчить тон, показав всё расположение, которое объяло с головы до ног, и выразив искреннюю доброжелательность. Умела быть благодарной и запоминала хорошие вещи не хуже, чем плохие. Память у Шерон отличная, без всяких «но» и оговорок. Доброту ценила больше, чем злопамятность. Обыкновенно это выходило боком и приводило к тому, что живо забывала, что сделал Хван, и не учитывала его подлые поступки. Воспоминания о прошлом ещё свежи и постоянно преследовали по пятам. Яркой картиной стояли перед глазами, до сих пор не похороненные заживо и назойливо маячившие на периферии зрения. Несмотря на это, неожиданно для себя Хейс смогла отделить их от нынешней ситуации. От Бана, который совсем не похож на бывшего парня, чтобы думать о нём паршиво. Наоборот, когда ожидала подвоха, он показал себя намного лучше многих, кого знала и хотела забыть. — Посмотрел прогноз погоды, — покачал головой мужчина, с лёгкой неохотой повернувшись к ней. — И тебе тоже советую. Полезная привычка, — добавил тот, усмехнувшись и закусив губу. В груди смешался и живо закипел коктейль из недовольства и неведомого желания защитить девушку от её же собственных решений, необдуманных и сумасбродных, которые та принимала по глупости или из-за редкостного упрямства. Ему не должно быть до неё никакого дела, особенно если хотел поскорее вернуться домой. Только знал, что Шери встрянет по самое не могу. Возможно, остался бы в стороне и не обратил внимания, пока хорошо осознавал свою зону ответственности, в которую девушка точно не попадала. Кто он такой, чтобы вмешиваться в её жизнь? Однако ещё лучше понимал, что ему не составит труда помочь, и тогда внутри что-то щёлкнуло. Перемкнуло, словно произошло короткое замыкание в неожиданно неисправном приборе, где никакой предохранитель не помог, сколько бы надежды до последнего ни возлагал на него. Проводка неизбежно вспыхнула и быстро сгорела, когда недопустимо большой ток, к которому мужчина оказался не готов, пошёл по проводам — россыпи пульсирующих сосудов, артериям и венам в организме. Это изменило ход мыслей, и те резко свернули в противоположном направлении, устремившись вдаль без оглядки. Если и собирался извлечь из общения с Шерон какую-то пользу, то ему нужна здоровая напарница. Не позволил этому измениться, пока она простояла бы под дождём ещё дольше. Привык решать всё сам и брать в свои руки, пусть иногда даже то, что не стоило — не было никакой необходимости. Сейчас не пожалел о том, что сделал. Одно лишь затаённое удовольствие растекалось по телу, когда смотрел в благодарные и доверчивые глаза, а Хейс стояла под боком, не выпуская иголки, чтобы отпугнуть его. — Спасибо, — смущённо отозвалась та, с внезапным интересом рассматривая стены, на которых не найти ничего примечательного. Не выдержала пронизывающего до костей и глубины души взгляда, полного того же тепла, что ощутила совсем недавно и никак не могла выкинуть из головы. Понятия не имела, что выискивал Чан, но у него это прекрасно получалось. Не меньше смущал и заставлял нервничать от волнующей близости, пусть не и такой сильной, как на мотоцикле, но всё ещё поразительной и до одури манящей. Обессиленная и уставшая Шери и так не в равновесии, чтобы что угодно могло с лёгкостью сбить с толку, выбить почву из-под ног и привести в растерянность от нахлынувшего стеснения из-за пристального внимания. Рассчитывал на это мужчина или нет, она не знала, но отчётливо понимала, что достиг этого без каких-либо усилий по причинам, на которые влияния не имел. — Не бери в голову, — отмахнулся Бан, как будто это было чем-то само собой разумеющимся. Сколько бы ни перебирал вариантов, сколько бы ни думал о природе желания, которому вдруг поддался, всё равно не представлял иной исход — в упор его не видел, ведомый единственным порывом. Это лишний раз подтверждало правильность решения, в котором ещё больше убедился. Нашёл оправдания каждому действию, с какой стороны ни посмотри. После недолгих размышлений пришёл к выводу, который напрашивался сам собой. Крис хотел помочь, не задумываясь о последствиях. Плевать, когда сразу получил всё, к чему бессознательно тянулся. Если пошёл на что-то, то похвалы и банальной благодарности не ждал. Делал, потому что тщательно взвесил все «за» и «против», заранее убедившись, что выбрал то, о чём потом не пожалеет. Не допускал сомнений и всегда полагался на обоснованную уверенность, которую давно воспитал в себе. Отвернувшись, он скрыл фирменную ухмылку, которая невольно появилась на лице, когда Шерон спрятала когти и шипы — всё, чем оборонялась. Без самонадеянности и раздражающей настойчивости та выглядела настолько привлекательной, что его больше, чем просто устраивало её общество. Слабо улыбнувшись и не сдерживая эмоций, непритворных и не таящих лести, выслуги или хитрости, девушка кивнула в знак согласия. Кожей чувствовала, что Чан не просто так оказался поблизости — решил подождать, пока она сама не осознает ошибку, отказавшись поехать с ним. И только затем пришёл на помощь, пока та ничего не подозревала. Мужчина собирался сохранить красивый жест в тайне, не привлекая к нему внимания и не выставляя напоказ. Предпочёл сделать вид, что ничего не произошло. Правила игры она хорошо уяснила и перечить только ради шутливого спора не собиралась. Благодарность переполняла сердце, и Хейс крепко-накрепко запечатала её в груди. Мысленно добавила Бану несколько очков, которые значительно повысили детектива в женских глазах. Даже после разговора, который оставил неприятный осадок и терпкое послевкусие, взглянула на Криса с пониманием, представив, что тот руководствовался не только эгоистичными мотивами. Если допустить, что ему знакомо сопереживание, в чём успела убедиться, увидев воочию, то обида уменьшалась до таких незначительных размеров, что ту почти не разглядеть. Несмотря на кажущуюся холодность и безразличие в общении, которые сразу бросаются в глаза, порой Чан проявлял участие, пусть и своеобразными методами. Будь они ближе, Шери точно решила бы, что тот заботился о ней. С ходу Шерон заметила, что в квартире кто-то есть, кроме её владельца. Заприметила женскую обувь и аромат фруктовых духов — любимый аромат Одри. В нём легко угадывались ягодные нотки чёрной смородины — ту попросту невозможно спутать ни с чем другим, как и саму девушку. Насыщенный и плотный запах заполнял всё вокруг, играл томную и тягучую мелодию в середине композиции. Без излишней сладости, только густой и пленительный оттенок давно сбывшейся мечты со вкусом кислой грозди, только что сорванной с пышных кустов. Если бы Хейс почувствовала его где-нибудь в другом месте, сразу бы вспомнила о подруге. На вешалке быстро нашла твидовое пальто и с тяжелым вздохом осознала, что отдых снова откладывается на неопределенный срок. По крайней мере, до тех пор, пока Браун не уйдёт или не поймёт, что на сегодня с Шери уже достаточно общения, нравоучений и всего остального, что она могла бы охотно придумать. — Ты вернулась, — с прищуром произнесла она, выглянув в прихожую, пока Шерон и Бан раздевались. — Не одна, — вдруг добавила, смутившись своей поспешности. Легко позабыла, что дом Бина сейчас больше похож на приют для бездомных. — Наблюдательно, — хмыкнула та, искоса глянув на Криса. Чан хмурился, как и обычно, но не как пару минут назад, когда ещё источал видимое тепло. За него девушка живо ухватилась, пока они не открыли дверь и магия не испарилась, ничего после себя не оставив. Ни одного доказательства, что ей не померещилось и воображение не нарисовало причудливых картин. В присутствии посторонних мужской взгляд потерял мягкость и благосклонность, став таким, как раньше. Хейс терялась в догадках, где скрывался настоящий Крис, а что лишь обманчивое впечатление и искусная игра то ли на публику, то ли перед ней. Не раздумывая, Одри схватила её за руку и потащила в сторону кухни, где могли поговорить без лишних глаз и ушей, которые не особо жаловала. Там их встретил Чанбин, приветливо улыбнувшись. Очевидно, у него накопилось множество вопросов, как и у его подруги. — Ты вся мокрая, — поджав губы, промолвила Браун, растеряв всякий запал на допрос, которым с нетерпением собиралась заняться, когда заметила, как продрогла Шери. — Сходи в душ, потом поговорим. Не став возражать, пока сама только об одном и мечтала, Шерон тут же пошла в ванную, чтобы наконец-то смыть с себя прикосновения Хёнджина и весь этот чёртов день. Она торопливо разделась и включила воду, сделав её настолько горячей, что та едва ли не обжигала кожу. Именно то, что сейчас нужно. В тесном помещении, наполненном паром, разум освободился от лишних мыслей. В воздухе витал душистый аромат бергамота от шампуня, на котором она сосредоточилась, чтобы окончательно прийти в себя. Организм требовал отдыха, а сознание — покоя. Чего требовало сердце, Хейс даже думать не хотела. В душе зародилась слабая надежда, что сразу после принятия ванны сможет уснуть. Тело полностью расслабилось, и она с трудом собралась с силами, чтобы выйти наружу. Шери обернулась в махровое полотенце и поняла, что ей почти хотелось сдаться и остаться в тёплом месте, где никто её не трогал и не докучал с расспросами. Распахнув дверь, Шерон почувствовала, что прямо сейчас потеряет сознание. В глазах потемнело, и кислорода стало не доставать вокруг. Объятая со всех сторон внезапной прохладой, заметила, как закружилась голова, а кипяток, которым настойчиво обливала себя, расширил сосуды до ощутимой дурноты. Между отчётливым желанием и самым неудачным стечением обстоятельств — по закону подлости, мигом налетела на Чана, оказавшегося в коридоре совсем некстати. Не удержавшись на ногах, та врезалась в мужчину, чуть не упав на пол вместе с ним. Стыд охватил сразу и без промедления, избавив от физических недомоганий, но оставив неизгладимый след эмоциональных переживаний после себя. — Извини, — она опустила голову, проклиная всё подряд. В один миг залилась персиковым румянцем, предательским и не поддающимся контролю, но вполне объяснимым и закономерным. Единственное, что могло защитить её, — тонкое полотенце, которое, казалось, не выдержит столкновения с крепким корпусом. Запросто норовило упасть, не удержавшись на груди, что отнюдь не добавляло хрупкой преграде надёжности и даже намёка на неё. Зря беспокоилась, что замёрзнет, когда выйдет сюда. В критический момент от пикантной близости стало так жарко, как никогда прежде. Хейс горела каждым сантиметром кожи, которым по нелепой случайности соприкоснулась с Баном, и сгорала под испытывающими карими глазами, ненароком рассматривающими полуголое тело. Если бы знала, чем обернётся наивная беспечность, то взяла бы с собой чистую одежду и переоделась бы перед выходом. Однако время нельзя повернуть вспять, и сегодня предусмотрительностью девушка не отличилась, как ни крути. Смирившись с суровой действительностью, выдохнула и, набравшись смелости, посмотрела на Криса прямо, хотя и чертовски стеснялась. Мужчина слегка отстранил её от себя, одной рукой аккуратно обняв за талию, а другой потянувшись к краю ткани, которая прикрывала изящную фигуру. Разом Шери забыла, как дышать и вообще чем, когда всё пространство перед ней занял Чан. Создавалось впечатление, что воздух остался только у детектива, который не потерял самообладания, в отличие от неё. Несмотря на внешнюю сдержанность, Бан держался из последних сил. Окончательно убедился, что пришло время сменить место жительства. В присутствии Шерон слишком тесно — невыносимо находиться в одном доме. Считая про себя до десяти, Хейс старалась успокоиться. Сердце бешено колотилось в груди, словно без спроса собиралось вырваться наружу. Сначала проваливалось в пятки, а потом вовсе потерялось в плену карамельного взора, который словно заворожил любовным заговором и чёрной магией — запрещённый приём. Не могла не признать, что Крис — чертовски красивый мужчина. И это осознание превратилось в невыносимую пытку, когда вопреки здравому смыслу посмотрела на его мускулистые руки, которые с необъяснимой нежностью помогали ей не упасть. Мышцы под кожей, не скрытой одеждой, перекатывались от напряжения, и от захватывающего зрелища сама Шери испытывала только сексуальное напряжение. Противоречивые чувства бушевали внутри и породили ураган, в который её неумолимо засасывало. Выхода на горизонте не видно, а страх перед неожиданными эмоциями сковал и пригвоздил к земле, лишая возможности двигаться — даже прикрыть веки, чтобы ничего не видеть. Его не видеть. Телесная близость смущала, путала мысли и заставляла блуждать в идеях, где лучше спрятаться, пока совсем не провалилась под землю, не выдержав собственной нерасторопности и непростительной слабости. Уже не знала, кого обвинить, чтобы оправдать себя и избавиться от тягостной неловкости. Ей бы на улицу и на свежий воздух, чтобы прийти в себя, или хотя бы отвернуться, не продолжая испытывать свою малую выдержку. Пока, подняв к нему голову, смотрела напрямик, готова захлебнуться на месте от того, насколько всё нелепо, глупо и соблазнительно. Последнюю мысль старалась отодвинуть подальше, спрятать в глубинах души, лишь бы не признавать, что Чан её привлекал. Однако тело против воли красноречиво реагировало и выдавало с потрохами. Одна лишь едва прикрытая нагота добавляла пикантной остроты, от которой сводило челюсти. Ещё немного, и подавится слюнями, как бы абсурдно это ни звучало, когда раздета только она. Чтобы не копаться в себе, лучше предложить вину на Хвана, который сегодня раздразнил чуть ли не до полного согласия на всё, чем с упоением собирался заняться. Разгорячённая несдержанными ласками Шерон позволила себе мысли, которые иначе бы никогда не пришли в голову. Простое объяснение хоть немного успокоило воспалённый разум, всё ещё полный изощрённых картинок и непристойных образов. Только непроглядный туман не покидал и плотной пеленой до сих пор стоял перед роговицей, пока головокружение мучительно медленно сходило на нет. Решительным движением Бан запахнул полотенце потуже и, отпустив девушку, резко отошёл в сторону. Его охватило странное чувство, которому никак не мог найти объяснения. Пытался собрать воедино разрозненные ощущения, возникавшие, когда она была рядом, но это казалось бесполезным. Крис не осознавал, что двигало им каждый раз, пока неожиданные обстоятельства не подкидывали новую пищу для размышлений. Закрыв за собой дверь комнаты, где собиралась переодеться, Хейс, абсолютно растерянная, перевела дыхание. В висках стучало, а руки охватила лёгкая дрожь. Желание, стыд и страх смешались вместе, породив сложную смесь эмоций, которая вызвала прилив адреналина в кровь. Теперь никакая одежда не помогала скрыться от цепкого взора, который отчётливо запечатлелся в сознании. Не развратный или безнравственный взгляд — она в том даже влечения не рассмотрела. Лишь искреннее желание помочь, не смущать её ещё больше, чем уже произошло. Однако именно это стремление и усилило смущение пуще прежнего, вызвав его с новой силой. С большим трудом и без особого успеха выкинув из головы неловкое столкновение, Шери вышла к друзьям. Решила, что даже если сон откладывается на неопределённый срок, то, возможно, кто-нибудь сумеет отвлечь от беспокойных мыслей, покоробивших сердце. — Рассказывай, — без лишних предисловий Одри, чуть ли не подпрыгнув на месте, когда подруга наконец-то показалась в дверном проёме. — Какого чёрта, Шерон? Терзаемая кучей вопросов Браун извелась в ожидании и уже готова на стену лезть, лишь бы допытать Хейс основательно от самого начала до самого конца. Пока мучилась в неведении, имея лишь те обрывки информации, которые узнал из переписки Бин, девушка опустошила ещё пару бокалов вина. Очевидно, что интерес к разговору возрос пропорционально количеству выпитого алкоголя. — Не знаю, — она вздохнула и, присев на стул рядом с Чанбином, взглянула на него в поисках поддержки. — Давайте отложим все обсуждения на потом. Я просто хочу отдохнуть. Одного взора на Шери им хватило, чтобы понять, что наседать не стоило, как и касаться щекотливых тем. Лучше оставить их на другое время. Ничего вразумительного та всё равно не расскажет, если очень устала. Возможно, когда придёт в себя, тоже ничего не расскажет, но сейчас это в любом случае бесполезно. Составив компанию с единственным бокалом на несколько часов, Шерон наблюдала, как Одри явно переборщила с дозой — не почувствовала, когда надо остановиться. Без меры налегла на спиртное, словно стремилась забыться или заглушить душевную боль, которая её тяготила. Хейс бы последовала примеру подруги, если бы в неё хоть что-то лезло. Кусок поперёк горла встал, как и вино, которое сегодня показалось особенно противным. Шери быстро перешла на воду, которую жадно пила, пытаясь заполнить желудок. — Тебе бы поспать, — с нажимом произнёс Со, когда Браун прильнула к нему, пытаясь обнять, но скорее просто навалилась на мужчину, нежно поглаживая широкие плечи. — Нет! Всё хорошо, — возразила девушка и надула губы от нарастающего недовольства. — Ты всегда так холоден ко мне, — женское лицо сразу нахмурилось, и на мгновение показалось, что Одри вот-вот заплачет. Весёлое настроение враз сменилось на грустное — слёзы выступили на глазах, а голос задрожал. Всё, что она держала внутри, все эти мучения и неразрешимые терзания, когда расслабилась под действием алкоголя и самоконтроль ослаб, вырвалось наружу. — Ты преувеличиваешь, — вмешалась Шерон и, многозначительно посмотрев на Чанбина, открыто намекала, что нужно что-то делать, пока не стало слишком поздно. — Ой, вот не тебе говорить, — обиженно отозвалась подруга, волком глянув на Шери, которая встала с места, чтобы аккуратно взять её за руку. — Вы столько общаетесь без меня… Ещё ты переехала сюда, — с досадой неуверенно прошептала девушка, высвободившись от некрепкой хватки, с которой та пыталась поднять её с Со. Тяжёло вздохнув, Хейс попыталась изобразить улыбку, но ей это не удалось — вышло вымученно и с большой натяжкой. Она не готова к тому концерту, который собиралась устроить Браун. В памяти моментально всплыли все претензии, которые, хотя и не могла до конца понять их суть, вызвали сплошное раздражение. Подозрения не только закрадывались, а успели подтвердиться — Одри неспроста каждый раз показывала характер, обижалась и стремилась урвать внимание Бина. Как казалось Шерон, претендовала на него не больше, чем любой другой друг. Только за тем крылось нечто иное, что заставляло ту вести себя подобным образом. То ли из вредности, то ли из ревности — уже совсем не понимала. Давно пришло время поговорить откровенно и без недомолвок, которых хватало на целый снежный ком. С ловкостью Чанбин помог поднять подругу и сразу отвёл в ванную, чтобы она умылась. Надеялся, что Браун хоть немного придёт в себя от холодной воды. Способ мог сработать, но, учитывая женское состояние, не было уверенности, что он окажется эффективным. — Пусть останется, а то в такси ещё станет плохо, — разумно заметила Хейс и обратилась к мужчине, понизив голос, чтобы Одри не услышала. — Я буду работать над статьёй, поэтому не собираюсь спать. Ложитесь сами. С сочувствием Со посмотрел на неё, пытаясь понять, говорит ли правду или просто пытается сделать так, чтобы удобно оказалось всем, кроме самой Шери. Его уже клонило в сон, и предложение показалось наиболее подходящим в данный момент. Уверенный вид девушки говорил о том, что она настроена решительно, чтобы поверить на слово. — Ты уверена? — напоследок уточнил тот, осторожно опустив руку на женское плечо и слегка сжав. — Да, пусть спит на диване, — кивнула Шерон и улыбнулась, пытаясь скрыть усталость, из-за которой, скорее всего, уснёт прямо за кухонным столом. Без друзей, с которыми их разделяла всего лишь пара бетонных стен, показавшихся сейчас непреодолимой преградой, тут же напала щемящая тоска. Съедала изнутри и бессовестно грызла внутренние органы, стремясь проесть плешь или дыру в коже. В звенящей тишине и полумраке, который создавал включённый ноутбук, стоявший перед ней, Хейс осталась наедине со всем, что сделала. Решения, которые смело приняла, давили на неё, придавливая к холодной плитке на полу. Неуверенность нахлынула разом, добавив мучительных сомнений по каждому поводу. Когда Шери закрывала глаза, сонливость наваливалась с новой силой, одолевая измотанный организм и даже ту решимость, за которую упорно цеплялась. Веки смыкались сами собой, и сил противостоять этому она не находила. Никакого второго дыхания — ничего, что помогло бы взбодриться. Включив чайник, девушка застыла, словно загипнотизированная, устремив взгляд в одну точку. Мысли проносились в голове с такой скоростью, что вскоре перестала их замечать, как не замечала дома из окна автомобиля, когда тот мчался на большой скорости. Сплошная линия, полная ярких пятен, и ни одного различимого или чёткого очертания. Шаги раздались ровно за спиной, но Шерон едва не заснула на ногах, даже не заметив чужого присутствия, нарушившего её уединение. Вода закипела, и кружка с двумя ложками кофе давно ждала кипятка, который, если так пойдёт и дальше, совсем остынет. О таких мелочах та не думала, пока погрузилась в мир вязких и томительных размышлений, похожий на дремучий лес. Словно талая вода, он просачивался в сознание, смешиваясь с другими мыслями и создавая нечто неразборчивое. Плавным течением Хейс устремилась лишь ко сну, обещавшему избавить от всех проблем, когда ничто другое не помогало. — Ты в порядке? — над ухом раздался мужской голос, вырвав её из глубокой задумчивости, больше походившей на гипнотический транс. Шери испугалась, не ожидая, что кто-то подкрадётся в предрассветные часы, когда все спали. Вздрогнув от неожиданного прикосновения к запястью, она резко обернулась и мигом отшатнулась, больно ударившись о край столешницы. Место удара неприятно заныло, и вскоре наступила долгожданная бодрость. Живые воспоминания о вечернем столкновении пронеслись перед глазами, когда рассмотрела в темноте озабоченное лицо Чана. Радовалась, что кругом нет света, который вмиг выдал бы раскрасневшиеся щёки, запомнившие все оттенки красного в его присутствии. Пунцовый цвет перебил бледность вместе с любыми попытками избавиться от румянца и стряхнуть наваждение, как назло закрепившееся в памяти. — Да, просто задумалась, — тихо усмехнулась девушка и быстро проморгалась, чтобы убедиться, что мужчина ей не привиделся и что это не начало какого-то эротического сна. — Просто нужно спать ночью, а думать днём, — с недовольством произнёс Бан, покачав головой. Его даже позабавил растерянный вид Шерон, которая напоминала потерявшегося котёнка. — Наверное, ты прав, — согласилась та и подошла к окну, которое недавно открыла, чтобы хотя бы свежий воздух придавал сил. Правда, ни черта не сработало, кроме Кристофера Бана. — Только там Одри спит. Я решила, что ей нужнее. Закатив глаза, Крис хмыкнул и наполнил стакан водой, за которой сюда и пришёл. Не ожидал встретить Хейс, но эта встреча не вызвала ни капли раздражения. Напротив, вдруг осознал, что ему приятно находиться рядом с ней. Стоило лишь узнать чуть лучше и увидеть с разных сторон, когда речь даже не про соблазнительный вид в одном полотенце. И всё стало гораздо более гладким, чем казалось раньше. Возможно, он постепенно привыкал к девушке и её обществу. — Нашёл хороший вариант квартиры, — между тем обронил Чан, доставая новую пачку сигарет, которые наконец-то купил, когда разошлись у офиса Хо. — А ты пока что у Чанбина? Удивившись, что тот решил ей что-то рассказать, да и вообще поговорить, когда до этого не находили времени для праздных бесед и болтовни без дела, Шери поджала губы, размышляя, как бы ответить на его вопрос. Сейчас не чувствовала себя лучшим собеседником, но Бан того и не искал. Ему нравилось всё, как есть: их короткие взгляды, полные понимания, которое не всегда можно выразить словами, и непринуждённость, с которой стояли бок о бок, не требуя ничего друг от друга. Это подкупало и заставляло задуматься о том, что готовило будущее, если всё продолжится в таком же духе. — Пока что в поисках. Не знаю, что делала бы без Бина, — промолвила девушка, на самом деле глубоко благодарная другу, который выручил в сложной ситуации, хотя Браун тоже, если что, не осталась бы в стороне. Солнце медленно поднималось из-за горизонта, обещая новый день, а для Шерон — скорый сон. Переливающиеся лучи, пробивавшиеся сквозь тонкие занавески, замысловатыми узорами, словно кистью на холсте, украсили их лица. Надежда на лучшее зародилась в солнечном сплетении вместо тревоги, которая часто по утрам занимала грудь, тучей затмевая всякий свет. Может быть, дело в случайности, которая свела их с Крисом и заставила встречать рассвет рядом, или же мужчина сам стал для неё настоящей надеждой. Вопреки всему он позволил приблизиться к себе, и это больше, чем просто совпадение.