Чёрный капюшон

      Изуку, весь съёжившись, спрятал лицо под капюшоном, его уши-острия топорщились, словно маленькие радары, выискивающие опасность. Словно живые. Хоть в комнате они были одни, Мидория всё равно чувствовал, как по спине пробегает ледяной ручей страха. Он боялся, что кто-нибудь войдёт, увидит их… их…       Шото, с его мягкой, как пух, улыбкой, протянул руку к капюшону. Он хотел увидеть лицо Изуку, увидеть, как его щёки заливаются румянцем, как его зелёные глаза блестят, словно драгоценные изумруды. Но Мидория дёрнулся, словно испуганный зверёк, и упрямо удерживал капюшон на голове. Шото вздохнул, не настаивая. Он останавливается, опускает голову так, чтобы видеть лицо Мидории.       Губы Изуку плотно сжаты, его щёки пылают огнём, а глаза, зеленые, как изумруд, блестят от волнения. Сердце Шото дрогнуло от нежности. Он залез под капюшон, осторожно притянул Изуку к себе и, нежно касаясь губ, прошептал:       — Мидория, позволь мне увидеть тебя.       Деку замер, не в силах сопротивляться. Тодороки, с лёгкой настойчивостью, прижал его к себе, и, обхватив его лицо ладонями, впился в губы, поглощая его в поцелуй.       В этот момент всё вокруг растворилось, оставив только их двоих. Вкус сладкой мяты и теплого шоколада, горячие ладони Шото, прижимающие его к себе… Изуку не мог сопротивляться. Он чувствовал, как тепло, словно солнечный луч, проникает в его душу, разгоняя холод страха.       Кажется, холодная сторона Шото начинает гореть от жара поцелуя. Тодороки отстранился, но не на много. Их лбы соприкасались, носы почти касались друг друга. Он смотрел на Изуку, его серые и бирюзовые глаза, горели ярким огнём. Он видел, как Изуку дрожит, но не от страха, а от желания. И он знал, что эта жара, что бушевала в его сердце, была лишь отблеском той страсти, что пылала в душе его Деку.       Шото дышит неровно, его взгляд прикован к Изуку. В глазах читается нежность и страсть.       — Изуку, — шепчет он, голос хриплый от желания. — Не бойся.       Мидория, задыхаясь от волнения, смотрит на Шото. Он чувствует себя в безопасности, защищённым от всего мира, когда его герой рядом.       — Шото, — выдыхает он, его голос едва слышен.       Такая вольность в такие моменты умиляла до глубины души.       Шото, не отрывая взгляда, медленно тянется к губам Изуку, готовый вновь окунуться в их страстный поцелуй.