Хватит отрывать головы мармеладным мишкам, Хэ-сюн!

      "Рыбка моя, проверь ещё вот эти документы" и смайлик, посылающий сердечко – именно такое было содержание последнего сообщения, пришедшего на мессенджер. Хэ Сюаню даже не пришлось снимать блокировку, чтобы узнать от кого оно – он раздражённо отшвырнул телефон, длинные пальцы с новой скоростью застучали по клавиатуре.       За спиной прозвучал недовольный вздох и копошение. Босые ступни ступали по мягкому ковру практически без шума, от кровати до рабочего стола было всего несколько шагов. На напряжённые плечи опустились знакомые руки и слегка сжали их, разминая. Хэ Сюань откинул голову назад, блаженно вздыхая. - Хэ-сюн, - юноша устроил голову на плече возлюбленного, обнимая его за шею, - Тебе ещё долго? - Ещё полчаса. - Ты сказал это два часа назад, - недовольно протянул парень, медленно опуская руки ниже, - Давай немного отвлечем тебя... - Ещё полчаса, Цинсюань, - Хэ Сюань с трудом скинул любимые руки и выпрямился, снова поднимая взгляд на монитор, - Принеси лучше чего-нибудь перекусить.       Ши Цинсюань тяжело вздохнул, но послушно поплелся на кухню. Содержимое холодильника выглядело весьма печально. Ситуация в шкафчиках тоже никак не радовала. Сегодня они планировали пойти на свидание в какой-нибудь ресторанчик, а готовка в план не входила. Но увы, единственный выходной накрылся медным тазом, имя которому "Хуа Чен". То что начиналось с утра как "Проверь пару бумажек" сейчас переросло в то, что Хэ Сюань уже несколько часов сидит перед монитором и переписывает отчёты за своим непосредственным руководителем. Что сказать, даже у таких "идеальных во всем" людей случаются несколько ошибок в орфографии и пунктуации. "Несколько" читать как "практически в каждом слове".       Цинсюань снова издал тяжёлый вздох, и уже размышлял о том, что придется сейчас спускаться в магазин, когда на глаза ему попалась яркая упаковка мармеладных мишек. Такая находка даже немного удивила, ведь обычно на их кухне подобные вкусняшки надолго не задерживаются. Довольный тем, что нашел хоть что-то, Ши Цинсюань отправился с добычей обратно в спальню. Там он гордо протянул пачку мармеладок своему парню. Тот кинул вопросительный взгляд, а-ля: "И это всё?". - Не смотри так, это все что я нашёл.       Под недовольное бурчание, юноша удобно устроился на кровати, взяв в руки свой телефон. - Надо будет за продуктами сходить. В ответ он получил "Угу", перебитое шуршанием упаковки. - Может на ужин что-то закажем?       Ответом снова стало "Мгм", только теперь оно прозвучало глухо из-за забитого мармеладным медвежатами рта. Ши Цинсюань тяжело вздохнул и открыл приложение с доставкой. И в обычное время Хэ Сюань был немногословен, что уж тут говорить сейчас, когда он по уши погряз в работе. Но Цинсюань не обижался и не настаивал – прекрасно видел, как парню сейчас было непросто. Он был очень недоволен тем, что в единственный выходной опять приходиться работать, но отказать Хуа Чену не мог – долг перед ним. Вот и отрабатывает, параллельно мысленно желая руководителю "всего наилучшего".       Сам Цинсюань мог конечно избавить любимого от мучений и просто написать лучшему другу, чтобы тот поговорил со своим мужем. В обычное время это срабатывало, но сегодня особый случай – у Се Ляня и Хуа Чена годовщина. Жаль конечно, что она выпала именно на выходной Хэ Сюаня, но Цинсюань не хотел, чтобы это волшебное событие его друг провел обучая своего супруга правописанию. Так что единственное, что он мог сделать – это поддержать своего возлюбленного и, по возможности, помочь ему.       Время шло, вот уже и обещанные полчаса прошли, и даже больше, а сгорбленная фигура Хэ Сюаня по прежнему сидела перед монитором. Ши Цинсюань листал ленту в социальных сетях и отвечал на сообщения брата. Ши Уду вместе с своими друзьями уехали в Таиланд и теперь их страницы пестрили фотографиями с отдыха. Вообще Ши Уду никогда не был любителем фотографироваться, и уж тем более выставлять фотографии в сеть – в их семье главной фото-моделью был Цинсюань – так что вся общая масса фотографий обычно находилась на странице Пей Мина. Но в этот раз Ши Уду особенно постарался и каждый день выкладывал по несколько постов. И все ради того, чтобы подразнить младшего брата. Ведь его звали с собой на отдых, и Ши Цинсюань был рад полететь отдохнуть, но Хэ Сюань в ответ на предложение сказал: "Я скорее себе руку отгрызу, чем с ним куда-то поеду". А без него он ехать не хотел. Так что теперь Цинсюаню осталось грустно смотреть на лазурный берег с экрана телефона и принимать дразнилки со стороны брата.       Раздражённо откинув телефон, парень лег на спину и уставился в потолок, прислушиваясь к окружающим звукам. Доминирующим, конечно же, оказался стучание по клавишам клавиатуры и щёлканье мышки. Прошло пять минут, как раздался звук сообщения. Через секунду раздраженный вздох со стороны. Теперь, судя по звуку, пальцы забегали по клавиатуре быстрее и яростнее. Походу Хуа Чен прислал ещё пару документов...       Это ещё на час. Может чуть дольше. С такими мыслями Ши Цинсюань прикрыл глаза. Возможно удастся немного поспать. Однако, спокойствие длилось недолго. Тишину разрезал резкий стук, будто что-то кинули в металлическую решетку. Потом ещё. И ещё.       Цинсюань поднялся и посмотрел в сторону парня, чтобы обнаружить источник шума. Ещё один стук. Изящные брови медленно поползли вверх. Возле рабочего стола стояло железное мусорное ведро, в которое один за другим летели мармеладные мишки. Преимущественно красные. От удивления парень даже немного подвис.       Он встал с кровати и осторожно подошёл к столу, встав за спиной Хэ Сюаня. Тот, казалось, не заметил этого и продолжил работу, периодически доставая из пачки очередного медвежонка. Снова попался красный. Хэ Сюань безжалостно оторвал ему голову, а тело выкинул в мусорку. Цинсюань даже вздрогнул от подобного зрелища. Дело было плохо. - Хэ-сюн...       Но тот никак не отреагировал, уставившись на экран. Карие глаза быстро пробегались по тексту, а пальцы уже немного подрагивали от напряжения. - Хэ-сюн!       В этот раз он решил ответить дежурное "Ещё полчаса" или "Не сейчас", но Цинсюань не позволил. Он развернул кресло с парнем лицом к себе и опустился перед ним на колени. - Цинсюань... - предпринял попытку остановить его Хэ Сюань, вот только собственные глаза выдали загорающийся интерес и предвкушение. - Перерыв.       Без лишних слов парень, чуть привстав, поддался вперёд, накрывая губы напротив своими, дабы прервать поток возмущений. Он ласково сжал тонкие, чуть обветренные, губы, медленно провел по ним языком. К удивлению, Хэ Сюань не стал протестовать, он ответил на приятный поцелуй возлюбленного, приоткрыв губы. Цинсюань сразу же воспользовался этим, углубив поцелуй. Он не редко проявлял инициативу, что безумно кружило голову его парню, который никогда в этом не признается вслух. Но его действия, взгляды, касания всегда красноречивей любых слов. Как и сейчас – Хэ Сюань подцепил подбородок двумя пальцами, вынуждая запрокинуть голову сильнее, и полностью перенял инициативу. То, что он вытворял со своим языком, как он ощутимо кусал нижнюю губу заставило Цинсюаня блаженно застонать в поцелуй.       Хэ Сюань обладал невероятными способностями задерживать дыхание надолго, чем увы не мог похвастаться его возлюбленный, который уже начал немного задыхаться. Пришлось отпустить. Открывшийся вид того явно стоил – раскрасневшийся, растрёпанный Ши Цинсюань у его разведенных ног выглядел великолепно. Накопившиеся раздражение, злость на Хуа Чена – все это отступило на второй план. Легко погладив мягкую щеку возлюбленного, Хэ Сюань откинулся на спинку кресла.       Цинсюань, с хитрой улыбкой, потянулся к резинке домашних штанов, потянув их вниз, снимая вместе с бельем. Эрегированный член красиво качнулся, не скованный бельем и стеснением. Парень коротко облизнул губы и ласково обхватил его рукой, медленно проведя вверх и вниз. Мягкие губы прижались прямо к основанию, оставляя короткие поцелуи по всей длине, пока пальцы медленно ласкали чувствительную головку. Сверху послышался первый судорожный вздох. Хороший знак. Значит он на верном пути.       В следующий момент его губы прижались к головке, горячий язык коротко мазнул по ней, слизывая каплю смазки. Ещё один тихий стон. Мягкие губы обхватили головку полностью, он стал увереннее орудовать языком, помогая себе рукой. Прикосновения не грубые, аккуратные и ласковые дарили только приятное тепло и блаженство. Хэ Сюань не мог оторвать глаз от того, как старательно Цинсюань ласкает его член, как он издает тихие стоны, которые приятной вибрацией приносят ещё больше удовольствия.       Парень сантиметр за сантиметром брал длину, но даже так половина едва могла поместиться. На макушку опустилась бледная рука с изящными длинными пальцами, которые зарылись в мягкие волосы. Хэ Сюань не давил, не торопил, лишь нежно поглаживал. С губ срывались тихие стоны.       Цинсюань на мгновение замер, когда головка упёрлась в стенку горла. Ему надо было немного времени перевести дух. После он начал медленные движения – вверх, практически полностью выпуская член из рта, и вниз. Постепенно он ускорялся. Влажные горячие губы легко скользили по всей длине, слюна стекала тонкой струйкой вниз. Вторую руку он положил на бедро возлюбленного – ещё одну его эрогенную зону. Он взял плавный темп, не слишком быстрый, не слишком медленный. Каждый толчок сопровождался влажным хлюпающим звуком, что ещё больше раззадоривало обоих.       Хэ Сюань вцепился свободной рукой в подлокотник, сжимая его до побеления костяшек. Другая рука подрагивала от напряжения, перебирая мягкие пряди. Он очень старался не потянуть за них.       Цинсюань был ему весьма признателен за это. Его невероятно умиляло то, что его возлюбленный, будучи разозлённым, старался изо всех сил не причинить ему боли. Свою благодарность он выражал более глубокими толчками и приятными постанываниями, вибрация от которых приносила ещё больше блаженства. Он напрочь игнорировал собственное возбуждение, требующее к себе внимание и прикосновений. Не до этого было.       Хэ Сюань чувствовал, что ходил по краю, а Цинсюань старательно его подталкивал к самой пропасти наслаждения. Ещё чуть-чуть. Буквально пара толчков, особенно глубоких и тягучих, и он кончил глубоко внутрь горячего рта. Цинсюань не отстранился, пока парень не перестал подрагивать, и только после выпустил член из рта, демонстративно сглотнув. Он приподнялся и облокотился, поставив руки по обе стороны кресла. - Полегчало?       Хэ Сюань смотрел на него из-под опущенных ресниц. Его глаза сверкали, отражая блики горящего монитора. Он опустил их ниже, туда, где отчётливо проступало желание парня. - Не совсем.       Цинсюань не успел удивиться, когда оказался притянут за руку и усажен на чужие колени. Только когда рука возлюбленного ощутимо сжала его член сквозь ткань брюк он догадался. Это не могло не вызвать ещё одну улыбку. Он обвил руками шею Хэ Сюаня, ласково прижался губами к его щеке. - Я мог бы сам. - Помолчи.       Хэ Сюань, без промедления, забрался рукой под резинку домашних штанов и белья, сразу же сжав эрегированный орган под ними. Цинсюань вздрогнул и громко простонал практически ему на ухо. Он сразу же начал движение. Быстро и жёстко, ни в какое сравнение с той лаской, которую пару минут назад дарил ему сам Цинсюань. Но, судя по стонам, граничащим с криками, тот был совершенно не против. Он сжимал руками плечи возлюбленного, в перерывах между стонами оставляя влажные поцелуи на его шее. Его хватило ненадолго – потребовалось всего несколько движений, чтобы кончить.       Они пробыли без движения пару минут. Хэ Сюань, предварительно вытерев руку сухой чистой салфеткой, поглаживал парня по спине, пока тот приводил дыхание в норму после оргазма. С удивлением он обнаружил, что раздражение и злость пропали, будто их и не было. Все же Цинсюань был прав – ему и правда нужен был перерыв. - Мне нужно пять минут, я отправлю все файлы и буду свободен. Ты говорил, что надо сходить за продуктами. В ответ послышалось тихое "Угу". - Давай что-нибудь закажем на ужин. Я хочу лапши.       Ответом послужил тихий смешок и такое же тихое "Хорошо". Цинсюань, немного приподнявшись, заглянул в глаза напротив и улыбнулся. Он прижался ближе, легко целуя тонкие губы. Мысленно он сделал себе пометку – купить мармеладок с запасом.