Ночь - это не время для сна

Летняя ночь. — Главное, чтобы мои родители не пошли меня проверять посреди ночи, — хихикнул Ромео, идя хвостиком за парнем. — Не придут. — Ты та-ак в этом уверен? А они ведь могут~ — Абсолютно. Кареглазый тихонько вздохнул, уже еле плетясь где-то сзади. Ну почему они не могли просто у его дома остаться? Безопаснее, да и ближе, что уж там. Однако, не суть. Решили идти, так надо дойти и расслабиться, чтобы потом ни о чём не думать. Вот показалась и многоэтажка. Парни лихо взобрались с лавочек до первой крыши, оттуда по пожарной лестнице уже на самый вверх. Те уселись около края, свесив вниз ноги и в унисон облегченно вздыхая. Долго им пришлось идти ради этого места. — Ну мы не могли посидеть около меня, что ли? Что ж ты за романтик такой, что заставляет свою принцессу идти пешком так далеко, — седьмой обиженно дует губки, отворачивает голову и всеми силами старается не улыбаться. — Не сдох же. Пик смотрит вдаль. Свет в окнах, шум листвы от ветра, звук проносящихся мимо байкеров. Хотел бы он сейчас также прокатиться на мотоцикле, дабы почувствовать этот адреналин и удовольствие от развевающихся по сторонам волос на быстрой скорости. Не привык к простым разговорам, что поделать. — Пик, — Рома переводит взгляд на юношу, мимолетно оценивая его вид в профиль. Так сурово и неприступно выглядит, если честно. — М? — А на кого ты хочешь пойти? Завтра ведь выпускной. — На кондитера. — Мм, тортики?~ — Типо. — Кондитеры приветливые и улыбчивые, а ты какой? — длинноволосый на это промолчал, продолжая что-то выглядывать в чужом окне с горящим светом. — А я вот хочу дизайном одежды заниматься и стать самым-самым известным модельером! Слава, деньги, внимание! — Круто. — Ну ты обиделся? Кондитер из тебя выйдет очень даже хороший. — Наверное. Ромео вздохнул и, аккуратно уложив голову на чужое плечо, руками обвил свои колени. Хотелось, конечно, пообщаться, но только о чём? Он и сам не знает, а потому просто прикрыл глаза. Не обязательно разговаривать, можно ведь и помолчать. Тот уже привык к замкнутости и излишней молчаливости своего парня, хоть и не до конца понимает причину подобного поведения. Возможно, дело в родителях, ибо эту тему восьмой ой как не любит. Ну, или просто он ещё не раскрыл себя настоящего. Но юноша обязательно дождется этого момента. Дождется ведь? Пик мягко приобнял партнёра за плечо, все также продолжая что-то высматривать вдали. Будто там было что-то такое, что обязательно приведет его к разгадке. Но каждый раз одинаковый, и каждый раз там ничего не было. Лишь маленькая лампочка, которая на сей раз была тускнее, чем обычно. Интересно, что означает эта лампочка. — Знаешь, почему я покрасился? Потому что покрасился тыы! — смеясь, кучерявый спустился головой на коленки любимого. Глупенький и болтливый даже здесь. — А знаешь, я всё чаще слышу от родителей просьбы познакомить их со своей девушкой. Но о какой девушке идёт речь? У меня тут целый рыцарь так-то! — и вновь засмеялся. Пиковый легко усмехнулся. Тучи начали сгущаться. Казалось бы, намёк к дождю, но не тут-то было. Тёмные облака тут же разъединились, а между ними встало яркое солнышко со своими детишками-лучиками. Те светили только на них двоих, словно прожектор в театре на действующее лицо. Их было двое. Двое на всем белом свете. Мечта, которой никогда не осуществиться. — А знаешь, почему я глотал без остановки? — «Почему? Зачем ты так сделал? Что случилось? Ты дурак. Я тебя обидел? Проблемы в семье? Проблемы в школе?» Пора бы сказать новую фразу, дабы услышать новый на неё ответ. Лучики сместились в сторону Пика. — И знать не хочу. Но ответ всегда один и тот же. — Я и сам не знаю. Прогремел гром. Пошёл дождь. Однако, это больше походило на слёзы, чем на воду естественных дождей на улице. Интересно, чьи же это слезы капают с неба, да ещё и в таком большом количестве. — Киса, — Ромео улыбается, смотря снизу вверх на названного. А Пик смотрит в ответ, пока в голове прокручивались не самые приятные взору картинки. Он знает наперёд. Знает, что сейчас тот начнет кашлять кровью, как будет пытаться изо всех сил что-то сказать, как скатится с его колен, как упадет с крыши, как приземлится на асфальт, а кровь будет идти лишь изо рта. И это происходит. В то же мгновение слышится кашель и попытки сказать. — Зачем ты это сделал? Кашель усиливается. — На выпускном не хватало тебя. Коленям заметно становится легче. — Тебя любили все. Грохот. — Тебя любил я. Зрелище не для слабонервных. — Какого хуя?! Почему ты покончил с собой, ебаный в рот! Почему?! — юноша буквально вскакивает, начиная яростно кричать на лучезарное солнышко на тёмном небе. — Все ведь было хорошо! Так какого тогда хуя?!! Молния громыхает сильнее. Звон будильника. Звон. Звон. Звон. Телефон был откинут в стену. Пик не понимает, не знает, не может понять. Не может ничего изменить или сделать. Любящая семья, понимающие друзья, престижная школа, благоприятный город — что не так? Возможно, у него были свои проблемы? Ибо юноша не в таких условиях, а потому, оказавшись в них, он бы был счастливее. В чём тогда заключалось счастье Ромы? Спрыгнув с постели, тот стал быстро собираться. Он хотел знать, хотел понять, хотел покончить с этой тайной. Обувшись, рука уже потянулась к ручке двери. И остановилась. Та просто задрожала сама по себе. Тело охватило невидимыми железными цепями, из которых не так уж и легко выбраться. Но даже самый искусный в этом деле инструмент ничем не поможет. Да и что он сделает, придя на то самое место? Ничего. Причины совершить суицид есть, но банальный страх мешает. Страх, что он попадет в пустоту и будет там совсем один. Уж лучше видеть каждую ночь сны с однотипным сюжетом, чем совершать ошибку. Надежда, что однажды какой-нибудь из снов все расскажет была, но с каждым пробуждением угасала. Прямо как лампочка во сне, что виднеется вдали. Тоже угасает с каждым прибытием туда. Пик садится на пол. Его парень так и не дождался выпускного, который ещё и являлся праздником в их отношениях — уже как год встречаются. Встречались, если точнее. Его кучерявая макушка, карие глаза, светлая улыбка, постоянная смена настроения, стремление к цели, элегантность. Всё его. Нет. Блять. Восьмой встаёт. Набирается смелости, открывает дверь, выходит из дома, идёт. Идёт на кладбище. И там остановится навсегда, как и хотел. Могила Ромео. 08.03.2001 - 28.05.2018 Стоит напротив с карманным ножиком в руке. С первого раза не получится, придется хорошо постараться. Как только кисть руки оказалась на уровне груди, запястье схватили. Не человеческая рука, а словно ветер. По коже чувствовался холодок. Нет, призраков не существует, умершие не могут быть здесь. Хотелось так думать до этого момента. — Зачем ты это сделал? Глухая тишина. На щеке почувствовалась явная влага, по которой также пронесся ветер. Может, это тоже часть сна. А если ещё тогда он решился сброситься, а сейчас неупокоенная душа переживает все свои страхи и волнение? Может и так. Но, в первую очередь, хотелось думать о том, что он живой. Ибо, кто знает, закончатся ли вообще эти сны. Но без них будет не так, как раньше. Будет скучно и мрачно. Будет так, как не любит Рома. Парень поднимает голову. — Надеюсь, это не из-за меня, — и улыбнулся. А после заплакал.