«Ты злишься?» - произносил Ромео, оглядывая свою разорванную одежду, а после и голого мужчину перед собой. Но стоит ему открыть глаза ещё раз - этот образ размывается, а перед глазами возникает совершенно другой человек, заинтересованный в нем, а не в прелестях тела. И Рома хватается за него так крепко, как за свой единственный спасательный круг.

Спустя время я вновь решился прочесть давнюю книгу. Я переосмыслил многие сцены, посмотрел на них другим взглядом, осознал то, чего не осознавал в детстве. Но дойдя до вопроса - я остановился. Он вынудил меня задуматься. Кем меня воспитывал отец: достойным или удобным?

— А у тебя есть домашние животные? Меня передергивает от внезапно наступившего короткого чувства дежавю. Я всей душой ненавижу такую манеру общения. Это звучит как насмешка, на которую я не в силах ответить, которую нельзя доказать. Но даже так мне хочется продолжать разговор с Куромаку.

Предыдущие отношения оставляют свой некий отпечаток. Будь это тело, психика, воспоминания. И с этим приходиться жить и восстанавливаться, пока виновник этого отпечатка проживает вполне себе спокойные годы. Однако всегда можно нанести новый след, несущий в себе уже приятные очертания. И этот след будет оставлен уже по взаимному желанию.

Осознание приходит очень медленно, но результат от него ужасный. И я понимаю значение этих слов, но лучше бы никогда не понимал.