О создании проблем с доверием

Рука сама собой поднимается вверх, Альбедо её совершенно не контролирует. В голове остаётся только бешеное желание влепить пустоголовой Барбаре пощёчину, потому что нельзя быть такой непроходимой идиоткой. Никогда раньше он не поднимал руку на девушек, да и вообще на кого-либо, но этой дуре хочется оставить унизительное напоминание о том, какой она была глупой. На чистейшем гневе Альбедо почти срывается, уже готовится нанести удар, но руку перехватывают за запястье. – Успокойся, – говорит Скар рядом. – Не нужно рукоприкладства. Альбедо один единственный раз дёргает рукой, отчаянно желая разнести тут всё. Очень хочется кого-нибудь ударить. Ужасно. Задолбали все просто в край. Итер, Барбара, Альберт – они все уже просто отчаянно надоели, чтоб их поездом сбило, чтоб у них какое-нибудь противное заболевание нашли, чтоб их всех… Скарамучча мягко гладит большим пальцем кожу запястья и снова повторяет тихое «успокойся», и Альбедо ощущает себя так, словно это прикосновение иголкой проткнуло накачанный до предела воздушный шарик. Он сдувается. Нет смысла сейчас срывать злость, но Барбару он всё равно считает крайней идиоткой, о чём сообщает ей холодно, а потом разворачивается и идёт на кухню. Надо налить гостье чай и успеть туда плюнуть, пока она не заметила. А ещё надо бы гнев присмирить, а то действительно кого-нибудь ударит. – Альбедо, мне действительно… он мне сказал, что просто поговорит, клянусь, – Барбара продолжает лепетать извинения. – Ну поговорили бы мы и дальше что? – спрашивает Альбедо строго. – Тебе от этого какая польза? – Он мне уже надоел! – её голос ломается, и она в отчаянии всплёскивает руками. – Постоянно просил описать тебя, чтобы можно было найти. Говорил, что это всё для моей безопасности, что просто заставит обидчика ответить за его слова. – И ты вот даже ни разу не задумалась, что он может на меня кинуться? – Альбедо переходит на любимые едкость и язвительность, которых от Скарамуччи нахватался. – Ты совсем тупая? – Я думала об этом и решила проследить, чтобы всё прошло нормально… Итер сказал… – Барбара не договаривает, потому что Альбедо разворачивается и бьётся лбом о столешницу, давя громкий крик. Идиотка. Ей Итер сказал, и она тут же ему поверила. Вот Альбедо нутром чуял, что без него не обошлось. – Альбедо, спокойнее, – говорит Скар, и Альбедо едва сдерживается, чтобы не швырнуть в него кружкой. Ладно. Ладно. Надо успокоиться. Вдох, выдох, нет, нельзя убивать людей, это неэтично, вдох, выдох. Итер после такого точно не останется безнаказанным – о, Альбедо позаботится об этом. Сейчас надо просто спокойно поговорить с этой дурой, узнать от неё всю информацию и надавить на чувство вины, чтобы отдала доказательства причастности Итера. Всё. У Альбедо кончилось терпение. Понимающим он больше не будет, хватит с него. – По порядку, – просит он, ощущая чувство дежавю. Когда-то этими же словами просил Скарамуччу выложить всю правду. – С самого начала. – Я… он… – Барбара мнётся, пытаясь подобрать слова для начала рассказа. Оглядывает всех неуверенно, потому что в обществе трёх враждебно настроенных парней ей явно неуютно, пускай один из них флегматично изображает спокойствие, попивая чай, а второй гладит кота на коленях, делая вид, что всё мирское его не касается. Ладно, тут один Альбедо открыто враждебен. Потому что задолбался. Видимо, Барбаре этого хватает, чтобы напрячься. – Сядь и говори, – он указывает на оставшийся свободный стул, и Барбара неуверенно присаживается на самый краешек. – Альберт после того инцидента писал мне с просьбами выдать о тебе хоть какую-то информацию. Я не хотела конфликт обострять ещё сильнее, – для этого надо было с самого начала думать головой, а не выставлять Альбедо грязной распутной сволочью перед сестрой просто потому, что Итер сказал, будто он такой. – Но Итер как-то предложил от Альберта избавиться самым простым путём – дать ему то, что он хочет. И у тебя бы появились проблемы от его докучливости, но я совершенно не думала, что он… – она вздыхает и коротко всхлипывает, что Альбедо в данный момент бесит лишь сильнее. Вот только слезливых истерик пустоголовой Барбары ему и не хватало. Но она всё же берёт себя в руки и продолжает каяться в грехах. – Я узнала, что Скар сегодня на репетиции задержится. Случайно услышала, как он пытался отпроситься, когда мимо актового зала проходила. А твоё расписание мне Итер уже давно дал, поэтому я решила, что Альберт может сегодня свой разговор устроить, но он… – Какая ты молодец, всё продумала, – язвит Альбедо несдержанно. – Только вот я в любом бы случае один домой не пошёл. И теперь, видимо, вообще на улицу выходить не буду, – Альбедо ощущает себя немного истеричкой, когда после этих слов дёргано хватает свой чай и делает взбешенный глоток. – Я понимаю… мне страшно представить, что бы было, если бы ты был один, и я осознаю, что очень виновата, – она снова всхлипывает. – Но он… он мне самой надоел, я не знала, как от него избавиться! К тому же, тебе хотелось досадить, и я просто… – она всё же срывается на рыдания, закрывая лицо руками. В череде сопливых шмыганий и всхлипов слышится жалостливое «мне жаль, простите», и Альбедо давит порыв закатить глаза. Нет, какая же всё-таки дура. Даже если бы Альберт просто поговорить пошёл, то сливать ему личные данные Альбедо – гнусная дрянь, мало ли, что человек с ними сделает. Глупость Барбары едва не стоила Альбедо жизни, поэтому он считает, что имеет полное право злиться и звать её идиоткой. – Ты ведь всё равно подозревала, что он может что-то сделать? – спрашивает он мрачно, игнорируя всхлипы и слёзы. Лини и Скар в разговоре почему-то даже не пытаются участвовать. Первый слишком занят котом и своим телефоном, наверняка упрашивая Ризли побыстрее его забрать из этого дурдома, а второй… ну, это Скарамучча, чёрт знает, что у него на уме иногда происходит. – Иначе зачем следить пошла? – Я опасалась… что он мог что-то… – выдавливает Барбара сквозь слёзы. – На всякий случай пошла. Но я была почти уверена, что он только поговорит, просто опасалась, что во время разговора вспылить может, а он сразу… – И что ты сделала, когда он на меня кинулся? – Спряталась. – Гениально, – подаёт вдруг голос Скарамучча, тихо фыркая. – Натворила дел, пошла проверить, как бы всё не вышло из-под контроля, а когда всё из-под него вышло, то просто спряталась? – он насмешливо выгибает бровь. – Полицию даже вызвать не додумалась? – Я слишком испугалась… – глухо говорит Барбара. – Мне правда очень жаль, но, пожалуйста, не говорите, что он из-за меня… Альбедо начинает смеяться. Сначала тихо, но с каждой секундой смех его становится всё громче и громче, перерастая в полноценный хохот. Какая эта Барбара смешная. Ну вы посмотрите на неё. Маленькая напуганная девочка-дурочка. – Ты серьёзно? – голос от нервов взлетает на октаву. – Меня могли покалечить и убить, а ты предлагаешь промолчать о том, кто в этом виноват? Даже если это просто глупость, то твоя вина слишком велика, чтобы закрыть на это глаза. Я тебе не Итер, чтобы всех прощать и любить. Тем более, даже Итер такое бы не простил и поступил бы с тобой куда хуже. – Пожалуйста, Альбедо, – она поднимается со стула и всерьёз собирается упасть на колени, судя по тому, как те подгибаются, но Альбедо останавливает жестом этот цирк. – Сядь обратно, – тон такой стальной, каким никогда не был. Альбедо даже не знал, что умеет так говорить. Прощать Барбару он, разумеется, не собирается. Но её идиотизм может сыграть на руку. Сейчас главное грамотно составить просьбу и вытянуть всю правду, но Альбедо слишком на нервах, чтобы быть рассудительным. Он кидает беспомощный взгляд на Скару и тот, к счастью, понимает всё без слов. – Если так подумать… – Скарамучча снова включается в разговор, лениво растягивая буквы. – То это ведь не твоя идея, верно? Похоже, он думает о том же, о чём и Альбедо. А ещё кажется, будто они поменялись местами – сегодня Скар строит из себя само спокойствие, несмотря на сжатый под столом кулак, а Альбедо стоит и бесится. Когда-то всё было наоборот. Такое чувство, что вечность назад, хотя даже недели не прошло. – Не совсем, – кивает Барбара. – Я как-то Итеру жаловалась, он и предложил данные Альбедо отдать Альберту, – она поводит плечами. – Сказал, что так мне будет спокойнее. – Что конкретно он говорил? – уточняет Скар. – Можешь даже открыть и прочитать. – Там не текст, а голосовое… сейчас… – она дрожащей рукой лезет в карман куртки и достаёт телефон, на чехле которого куча вырвиглазных стразиков. Странные у некоторых вкусы, конечно. – Нет, ну слушай, – у Альбедо от знакомого голоса по телу проходит дрожь из-за омерзения. Не верится, что он когда-то с этим человеком встречался. – Тебя достаёт Альберт и ты хочешь Аль… моему бывшему подгадить, так? – как он смешно споткнулся на имени Альбедо. Так, словно едва не сматерился. Впрочем, Альбедо в курсе, что в чате Итера его имя пишут со звёздочками вместо некоторых букв, будто это какая-то нецензурщина. – Просто дай Альберту его данные, да и всё. Пусть этого придурка бесит, а не тебя, всем лучше будет. Считай, и Альберт отстанет, и этот урод хоть немного помучается от его назойливости. Было бы славно, если бы он его вообще убил нахер, но это вряд ли, Альберт же не настолько придурок, – театральный вздох и напускная жалость. – Надеюсь, хотя бы вмажет ему разок, это будет так здорово. Я тебе скину его новый адрес, а ты сама решай, что с этим делать. Ненадолго повисает тишина. Скар сжимает кружку в руке так сильно, что она скоро треснет. Лини молча хлопает глазами, протягивая многозначительное «ну и дела». Барбара кусает губы и мнёт край толстовки в пальцах. А Альбедо думает. Если соединить это с доказательствами того, что нападение было совершено, то это Итера окончательно уничтожит. Его репутацию, как минимум, потому что теперь он будет ублюдком, который едва не убил человека. Не своими руками, но намеренно и незаслуженно, что в глазах общества точно сделает его злодеем. Вернее, не сделает, а просто откроет правду на истинную суть вещей. Ублюдок с художественного… Нет, скарино прозвище как-то лучше звучало. Красивее и зловещее. – Я ему говорила, что это опасно, вдруг правда накинется на тебя, – тихо говорит Барбара. – А он сказал, что просто пошутил, не будет ничего такого. Просто от ненависти к тебе лишнее ляпнул. – Ты ему поверила? – спрашивает Альбедо, ощущая, что на замену бешенству пришла долгожданная холодная рассудительность. – Тогда да, а сейчас не знаю… возможно, он именно такого исхода и хотел. Не возможно, а точно. Альбедо Итера знает достаточно, чтобы понимать, что он на это всё и рассчитывал. Правда наследил с этим голосовым, что кажется грубой ошибкой, поэтому может правда только «спокойный разговор» ожидал? Или же не думал, что Барбара кинется к Альбедо с повинной? Вот это уже похоже на правду, но всё же является глупой ошибкой со стороны Итера. А Итер, вроде как, не глуп. – Когда он это записал? – спрашивает Альбедо, задумчиво хмурясь. – В понедельник утром, – то есть, после разговора с Люмин. Мог ли Итер настолько взбеситься со всего происходящего, что допустил ошибку? В любом случае, голосовое нужно срочно получить. Надо сказать Барбаре его переслать, но как? Надавить на чувство вины? А она вообще чувствует себя виноватой или просто пытается свою шкуру спасти? – Это он виноват, – Скар берёт руку Барбары в свои ладони и вынуждает посмотреть на себя. – Это он тебя к этому подтолкнул. – Да… – Барбара растерянно соглашается. – Ты не знаешь, может, успела ему чем-то не угодить? – Скарамучча задумчиво хмурится, и Альбедо молча за всем наблюдает, потому что если дело доходит до театра во имя получения информации, то тут Скаре стоит довериться. – Он ведь тебя так подставил. Ты могла сегодня стать сообщницей убийцы. Представляешь, какой кошмар? – Я не хотела… – Барбара снова начинает всхлипывать и пускает слезу. Альбедо коротко переглядывается с Лини, который с молчаливым интересом наблюдает за всем происходящим. – Пожалуйста, прошу вас, не говорите о том, что я причастна… – Не станем, ты ведь нам рассказала, что это не твоя вина, – Скар утешающе поглаживает её по руке, делая тон голоса мягким и вкрадчивым. – Это Итер во всём виноват. Ты ничего не знала. – Не знала, – повторяет Барбара, доверчиво глядя на Скарамуччу. – Это правда он виноват. Обманул меня и подставил. – Именно, – Скар растягивается в ласковой улыбке. – Но надо его привлечь к ответу, не думаешь? Вот только сейчас всё указывает только на тебя одну. – Но никто ведь не знает… Альберт ведь на самом деле не глава фанклуба. У меня такого вообще нет, – она хмурится, задумываясь. – Он до случая с Альбедо только со мной общался, потому что других любителей моего творчества считает недостойными. Если я удалю с ним переписку, то… – она вдруг затихает, осознавая всё и бледнея. Наверняка поняла, что смысла сюда идти и извиняться никакого не было, потому что если бы она снесла переписку, то с неудавшимся убийцей её могли бы связать только Альбедо и Скар, которые знают, главой чьего фанклуба Альберт себя провозгласил. Альбедо обдумывает варианты, которые смогут вернуть разговор в нужное русло, но Скарамучча вполне справляется сам, качая головой с лёгкой досадой и сочувствием. – Ты прости, но он идиот, – говорит он жалостливо. – Он на весь подъезд кричал, во имя кого хочет Альбедо убить. Полицейские всё слышали. Он слишком помешан на тебе, поэтому будет настаивать на том, что не совершал зла – просто хотел поддержать свою богиню. – Да он не настолько… – Он сегодня за тебя готов был убить, поэтому настолько, – перебивает Скарамучча. – Ты теперь понимаешь, как он опасен? А если бы он в какой-то момент решил бы тебя похитить? Такие ублюдки на многое ради своей нездоровой любви способны. – Теперь понимаю, – тянет Барбара озадаченно, переваривая всё услышанное. – Но раньше не знала, что он настолько опасный. – Вот именно, – Скарамучча снова жестом поддержки сжимает тонкую руку Барбары в своих ладонях. – Ты не знала ничего, а вот Итер догадывался и подставил тебя. Вынудил переслать адрес. Он ведь, наверное, давил на тебя, чтобы побыстрее с этим разобралась? Говорил, что тебе так будет спокойнее. – Да, – заметно, что она врёт, но в словах Скары явно видит спасение. – Это всё из-за него. Получается, вы меня не сдадите? – Твоя ошибка всё ещё довольно серьёзная, но мы с Альбедо, наверное, сможем её простить? – Скарамучча с намёком поворачивается к Альбедо. – Мы ведь теперь знаем, кто истинный виновник всего этого. – Да, – Альбедо сдержанно кивает. – Я думал, ты сама хотела, чтобы меня покалечили, но если всё иначе… – он вздыхает коротко. – Ладно, я всё ещё должен тебе за то оскорбление. – Это было правда грубо, – бормочет Барбара с лёгкой обидой. Быстро она про свой косяк забыла. – Тогда будем считать, что мы в расчёте, – предлагает Альбедо и едва не забывает сделать маленькое дополнение. – Но вот Итер действительно меня убить хотел и такое я уж точно прощать не буду. А ты, наверное, хочешь, чтобы он получил по заслугам за то, что подставил тебя? – Я… – она неуверенно мнётся. – Но он был так добр ко мне… – Из-за него ты едва не стала сообщницей убийцы, – Скар снова привлекает её внимание. – Всё равно, что сама чуть не стала убийцей. Он тебя подставил. И совершил преступление, а преступники должны получить по заслугам, верно? Ты же не станешь покрывать убийцу? – Нет, – она качает головой и закусывает губу. – Тогда… – Скар кивает на её телефон. – Нужно предоставить доказательство его причастности. – Мне это в полицию отнести? – уточняет Барбара. – Но я ведь себя таким образом выдам, меня тоже… – Нет, в полицию не нужно, – Скарамучча усмехается и качает головой. – Отправишь это мне? Просто у меня тоже есть голосовые Итера, я могу обрезать и склеить всё так, словно это он напрямую Альберту дал адрес Альбедо. Или через другого человека. Ты останешься не при чём, словно вообще не знала, что Альберт хочет с Альбедо поговорить. Как тебе такая идея? Барбара затихает и задумывается. Идея остаться безнаказанной ей явно по душе, это все понимают. Но вот на Скарамуччу она косится с опаской, подозревая его в том, что сейчас обманывает её. Альбедо это видит. Видит мечущиеся в этой пустой голове вопросы и сомнения, видит, что Барбара теперь искренне Итера считает виноватым во всём, потому что в этом её Скар так вкрадчиво убеждал, что даже сам Альбедо почти поверил. Она долго думает. А может просто нещадно тупит, тут точно не сказать. Альбедо снова косится на Лини, но на этот раз чтобы проверить кота на его коленях и отвлечься на секунду от гнетущего ожидания. – Ты правда это сделаешь? – спрашивает Барбара в итоге, и Альбедо едва сдерживает облегчённый выдох. Сдалась. – Не обманываешь? – А какой мне смысл тебя обманывать? – уточняет Скар с недоумением. – Я ведь только что сказал, что ты не виновата ни в чём. Зачем мне вредить тому, кто не виноват? Я просто хочу, чтобы истинный преступник поплатился за всё. У меня сегодня любимого человека едва не убили, я очень хочу наказать виновного. В последних словах Альбедо наконец-то слышит искренность. Не то чтобы до этого Скар переигрывал, но Альбедо всё равно на подсознательном уровне ощущает теперь его враньё, да и изначально было ясно, к чему все эти речи про «не ты виновата, а Итер». А вот на словах про «наказать виновного» Скарамучча едва заметно сощурился, и стало понятно – он с трудом сохраняет спокойствие и ведёт всю эту игру. Не один Альбедо тут хочет разрушать. – Ладно, – Барбара сдаётся и тут же берётся за телефон, быстро стуча пальцами по экрану. – Отправила. Телефон Скары тренькает оповещением, и он берётся за него, быстро проверяя пришедшее сообщение и тут же кивая. – Отлично. Тогда вопрос улажен? – Наверное, да, – она встаёт и неуверенно обводит всех взглядом. – Котёнок красивый, кстати, – кивает и идёт в сторону коридора, но останавливается в дверях. – Альбедо, может, это выглядит так, будто я себя пытаюсь спасти, но мне правда жаль. Прости, если сможешь. В её голосе сквозит твёрдая уверенность, которой Альбедо почему-то верит. Не надо, наверное, но он всё равно верит. Поэтому коротко кивает, а потом Барбара уходит, и Скарамучча отлучается на минуту, чтобы её проводить. – Ты серьёзно собрался склеивать голосовые? – спрашивает Альбедо, когда он возвращается на кухню. – Нет, конечно, – фыркает Скар. – Не собираюсь я эту идиотку спасать. Пусть сама расхлёбывает последствия своей тупости. – Обманул бедную милую девочку, – Лини наконец подаёт голос и осуждающе качает головой. – Ай, как нехорошо. – А ты почему ещё здесь? – Скарамучча к нему подходит и забирает вдруг кота с колен, чтобы прижать к себе и вернуться на своё место за столом. – Кота моего сидит гладит, чай мой пьёт… – Парня твоего спас, – напоминает Лини ехидно. – Мелок, я из-за тебя теперь у него в долгу, – Скарамучча смотрит на Альбедо наигранно осуждающе. – Вот как ты за это расплатишься? – Мы оба у него в долгу, что поделать, – Альбедо отстранённо усаживается на освободившийся стул, обдумывая засевшую в голове мысль. – Кот вообще мой, кстати, – подмечает так же отстранённо и дальше думает. – Да ну вас, серьёзные слишком, – бухтит Скар обиженно и обращает всё свое внимание к зевающему котёнку в руках, чей мирный сон на коленках Лини нагло прервали. Альбедо продолжает думать. Обманывать Барбару кажется неправильным, но не из-за того, что Альбедо вдруг проникся к ней сочувствием. Просто Барбара может побежать жаловаться Итеру, если её обмануть. Расскажет о том, что было сегодня, скажет, как злые Альбедо и Скарамучча запудрили ей мозги и обманом вынудили отправить голосовое… да может вообще сказать, что они её силой заставили, когда она пришла извиниться. Три парня против одной маленькой девушки, тут легко будет поверить. А если Итер узнает о том, что Альбедо собирает на него что-то, то может догадаться, подготовиться и тогда вряд ли удастся провернуть план с разоблачением. – Нельзя про неё завтра в участке говорить, – делает Альбедо в итоге вывод. – Поче–… – начинает Скарамучча, но осекается и затихает, приходя к аналогичным выводам, судя по всему. – А. – Собираетесь препятствовать следствию? – спрашивает Лини, и Альбедо вспоминает, что он близок с полицейским. – Барбара может Итера предупредить, когда поймёт, что её обманули, – поясняет он, чтобы убедить Лини умолчать о произошедшем разговоре. – А тот сможет подготовиться, выдумать легенды на каждое из доказательств и никакой неожиданности не получится. Тут надо резко и внезапно, чтобы он не смог никак оправдаться. – Ладно, сделаем вид, что никакой Барбары тут не было, – Лини беззаботно пожимает плечами. – Но от этого голосового мало толку, как мне кажется. Как вообще вы собираетесь всё это опубликовать? Просто на своих страницах выложить? – У меня в голове это выглядит, как выпуск новостей, – сознаётся Альбедо чуть смущённо. – Что-то вроде «Срочные новости! Всеми любимый парень с художественного факультета оказался конченным мудаком, и в сегодняшнем выпуске мы раскроем его преступления!» – Да тебе надо на криминальный канал ведущим идти, – усмехается Скарамучча, и Альбедо тут же становится стыдно за свою идею, потому что она показалась парням нелепой, ну конечно. Но. – Но это привлечёт внимание и в таком виде людям будет интересно узнать информацию. Такой ролик многие досмотрят до конца. – Правда? – Альбедо удивлённо распахивает глаза. – Правда, я тоже так думаю, – подтверждает Лини, а Скар просто молча кивает. – Но остаётся вопрос с распространением. Вы простите, но у вас обоих подписчиков недостаточно, чтобы новость разлетелась по всему университету. У меня их тоже маловато. Альбедо и Скарамучча переглядываются с молчаливыми вопросами. Неизвестно, как они в итоге друг друга понимают, но Альбедо такое вот взаимопонимание всё равно очень нравится. Правда в какой-то момент он всё же решает перейти на обычный человеческий способ общения, а то Лини на них косится с ужасом. – Она брата не станет так подставлять. – Можно убедить её в том, что это для его блага. – Она не такая глупая, как Барбара. – Мне кажется, попытаться стоит. – Она может рассказать ему о нашем плане. – Да блять… – Скар раздосадовано вздыхает, потому что об этом пункте опять не подумал сразу. – Ну и как мы втроём всё это реализуем? – Я пока не знаю, – говорит Альбедо устало и сжимает слабо повреждённую руку, тут же ощущая противную боль. Немного отрезвляет. – Можно надеяться на то, что Люмин сегодняшний случай убедит посодействовать, но я не уверен. Придётся выкладывать у себя и призывать распространить всё. Если новость достаточно шокирующая, то быстро разлетится. – Ну, на Итера многим не плевать, поэтому информацией о нём заинтересуются, – Скарамучча устало стукается лбом о стол и вдруг заявляет совершенно внезапно. – Давайте это на завтра отложим, умоляю! У меня скоро голова треснет. – Думать полезно, – флегматично отзывается Альбедо, но и сам ощущает себя ужасно уставшим после всего случившегося. – Но у меня уже извилины не шевелятся. – А я голодный, – Лини встаёт с места и бесцеремонно идёт к холодильнику. – У вас есть еда? Альбедо честно старается абстрагироваться от всех плохих мыслей. Хватит на сегодня переживаний и стресса. Альберта в итоге поймали, с Итером они разберутся, дурочка Барбара наконец-то утихомирится. На сегодня всё. Повреждённая рука снова сжимается сама собой, и Альбедо совершенно не понимает, почему ему ощущение боли в ней доставляет какое-то облегчение вперемешку с удовлетворением. Всё ещё живой. Относительно целый. Решительно настроенный вырвать зубами шанс на спокойную жизнь, который у него пару месяцев пытаются отобрать. Он обязательно справится. Но на сегодня хватит, надо поесть и отдохнуть после такого жуткого дня. Лини успевает с ними поужинать, а потом звонит его телефон и приходится попрощаться. Он просит держать его в курсе происходящего и пригласить на следующую встречу «клуба хейтеров Итера», а Альбедо вдруг не выдерживает и мягко Лини обнимает, на что тот замирает в глубочайшем шоке. Просто благодарность в душе слишком тёплая и яркая, а сил на слова нет, вот Альбедо и выражает признательность таким странным образом. Шепчет тихое «спасибо» и отпускает опешившего Лини. Тот настолько сильно краснеет и смущается, что булькает невнятное «пока» и убегает, едва не врезаясь лбом в дверь. – Ты его сломал, – подмечает Скарамучча весело. – Я случайно, честно, – лепечет Альбедо устало и вздыхает так тяжело, как только умеет. – Хочу лежать и ничего не делать остаток вечера. – Звучит, как замечательный план. Привести его в исполнение не составляет особого труда, и спустя какие-то минут пятнадцать они уже валяются у Скары на кровати. Шумит тихонько ноутбук включенным сериалом, Скарамучча бухтит себе под нос, жалуясь на кривую актёрскую игру главного героя, кот лежит где-то на краю кровати. И Альбедо ощущает умиротворение, ощущает спокойствие и надежду на лучшее, но. Зачем-то опять сжимает и разжимает повреждённую руку. Понятия не имеет, зачем намеренно причиняет себе боль, но это приносит какое-то совершенно ненормальное удовлетворение. Возможно, он сходит с ума. Возможно, это ему помогает понять тот факт, что произошедший кошмар окончился благополучно, Альбедо в итоге живой и относительно здоровый. Возможно… Возможно, он до сих пор ощущает вину за всю эту отвратительную ситуацию и чувствует, что должен как-то наказать себя, поэтому делает это хотя бы через такие мелочи. Он себя вообще не понимает. Не понимает, откуда вдруг в голове возникает какая-то насквозь нездоровая мысль забыться странным образом. Сказать Скаре, чтобы не сдерживал себя, чтобы кусался, не заботился совершенно о комфорте Альбедо. Чтобы трахнул так, словно просто хочет воспользоваться и вышвырнуть. Чтобы было плохо-плохо-плохо морально и физически, чтобы хотелось рыдать от унижения и боли, чтобы… получить по заслугам? Какой же это идиотизм. Альбедо прикрывает глаза, стараясь выкинуть весь этот бред из головы, но он вьётся навязчивой нездоровой идеей. Всё-таки сошёл с ума. Нервы напор стресса уже не выдерживают, и в голове появляются насквозь безумные идеи. Он отчаянно не понимает, почему ему хочется быть раздавленным, почему хочется страдать ещё больше, недавно ведь только думал, что мечтает о дне, когда всё прекратится и успокоится. Как будто вся эта череда неудач говорит о том, что Альбедо только кошмаров и заслуживает. Как будто он должен понести наказание и подсознание требует ещё дополнительно себя истязать. В голове творится что-то совершенно непонятное, болезненная усталость мешает в невнятное нечто мысли и чувства, и в этом хаосе Альбедо плавится, желая закричать в агонии. Поэтому неудивительно, что на сериал он обращает мало внимания, а потом вдруг решает претворить одну из идей в жизнь, потому что вдруг полегчает? – Ты ведь уставшим был, – тянет Скар недоумённо, когда Альбедо вдруг взбирается на него с очевидным намёком на неприличное. – Альбедо? Я, конечно, тебя обожаю, но даже мне после всего этого пиздеца хочется просто мешком лежать, а потом спокойно поспать. – Я… – Альбедо вздыхает и убирает руки, которые успел запустить Скарамучче под футболку. О том, что он задолбался, мысль в голову как-то не пришла. – Мне хочется… – Серьёзно? Прямо сейчас? – Скар скептически выгибает бровь, потому что прекрасно видит, насколько Альбедо устал. – И чего именно хочется? – Не знаю… – он поводит неуютно плечами. – Чтобы ты не сдерживался. Чтобы мне было плохо, возможно. – Так, Мелок, – Скар ставит на паузу сериал и усаживается поудобнее, чтобы к Альбедо приблизиться и заглянуть ему в глаза. – Что за внезапная тяга к мазохизму? – Я понятия не имею, – сознаётся Альбедо честно, а потом отползает в сторону, запоздало стыдясь своих внезапных порывов. – Не важно. Это от стресса, наверное, прости. – Это важно, – Скар качает головой, перелезает через Альбедо и свешивается с кровати, чтобы найти что-то под ней. А потом возвращается в прежнее положение и цепляет на нос бутафорские очки, открывая на ноутбуке текстовый документ и делая вид, что сейчас будет записывать. Серьёзно? Решил в психолога и пациента поиграть? Альбедо думал, что до ролевых игр им ещё далеко. – Расскажите, что вы сегодня почувствовали. Какой же придурок. – Не смешно, – говорит Альбедо, но уголки его губ дёргаются в слабой улыбке. По крайней мере Скарамучче удалось разрядить обстановку. – Ну серьёзно, попытайся выговориться. Я поддерживаю, конечно, хреново, но ты хотя бы сам разберёшься в том, что на душе творится. Звучит даже вроде разумно. Альбедо задумывается ненадолго, закусывая губу и неосознанно снова сжимая левую руку, что Скарамучча впервые замечает. – Почему ты хочешь себе навредить? – спрашивает он неожиданно мягко, перехватывая руку Альбедо и утешающе её поглаживая. – Тебе лучше разобраться с этим, пока не дошло крайностей. Люди себе ожоги жуткие оставляют на всю жизнь, кости ломают… Альбедо думает об этом и в голову приходит нездоровая навязчивая идея засунуть руку в кипяток, но он её отметает усилием воли. И вот откуда это взялось? В голове ни единой идеи о том, откуда могли взяться эти саморазрушительные порывы. Или всё же… – Люди ненавидят меня настолько, что всерьёз хотят убить, – говорит он в итоге севшим голосом, начиная немного осознавать. – Мне начинает казаться, что я этого заслужил, – он затихает ненадолго, опасаясь поднимать на Скарамуччу взгляд. – А ещё я сильно выпадаю из реальности и много думаю об этом всём, поэтому приходится отвлекаться. Скар в ответ молчит, рассеянно поглаживая запястье Альбедо возле бинта. Кажется, что он там в голове готовит какую-то невероятно поддерживающую речь, сейчас рот откроет и у Альбедо сразу же вся тараканы из головы сбегут, но нет, Скар молчит. – Скажешь что-нибудь? – спрашивает Альбедо в итоге. – Ну… – всё-таки будет крутая жизнеутверждающая речь? – Лучше гладь кота, ладно? Или меня. М-да, поддерживает Скарамучча действительно не всегда удачно, похоже, сильно устал, чтобы голова нормально работала для вдохновенных речей. Но он был прав – в голове всё немного уложилось, и теперь ясно, что это за сосущее неприятное ощущение внутри, призывающее причинить себе боль. Когда тебя так ненавидят сложно не начать делать этого тоже. Сложно не начать думать, что являешься ужасным человеком, который заслужил всю эту ненависть. Потому что люди не ненавидят просто так. Впрочем… – Извини, что меняю тему, но мне идут очки? – Скар сдвигает очки в круглой оправе к переносице, делая важный вид. – Только честно. – Ты похож на мальчика-ботаника, который очень любит математику и которого девочки обижают, – говорит Альбедо совершенно честно, а потом смеётся, когда Скар обиженно пытается спихнуть его с кровати с ворчливым «да ну тебя». …любят обычно тоже не просто так. Значит что-то хорошее в Альбедо ещё осталось, и это утешает.