О создании проблем с доверием

– У меня с прошлых отношений травма, – Итер пожимает плечами, рассеянно поглаживая Альбедо по волосам. – Не очень хочу о них говорить. Но знай, что довериться тебе было ужасно сложно. Альбедо не очень понимает, что это за зверь такой «прошлые отношения», поэтому слова Итера кажутся туманными. Нет, очевидно, что у человека могли быть люди в прошлом, которые плохо с ним поступали, и теперь страшно обжечься. Но Альбедо ведь другой человек. – Я это ценю, – отвечает он через десяток секунд задумчивого молчания. – Правда. – А я тебе доверяю, – Итер улыбается коротко, стаскивая с косичек Альбедо резинку для волос и пропуская через пальцы светлые пряди. – Конечно, я сам эти отношения начал и не мне что-то требовать и просить, но… не предавай это доверие, пожалуйста. Звучит уязвимо и откровенно, произнесено тихим голосом, и Альбедо понимает, что Итер где-то внутри – маленький зашуганный мальчик. Не хочется такого обидеть, это ведь… как котёнка беззащитного ударить. Альбедо толком чувство внутри не понимает, но ему сердце щемит от мысли о том, чтобы Итеру как-то навредить. Он не заслужил. Он уже напарывался на плохих людей в прошлом. А Альбедо не хочет быть плохим. – Не буду, – обещает он честно и искренне. – А ты… – он мнётся немного, подбирая слова, – у меня это первые отношения, и я многое, наверное, не понимаю, поэтому… – Говорить тебе, если что-то будет не так? – уточняет Итер, когда Альбедо растерянно затихает в его руках. – Наверное, – он не очень понимает, как толком сформировать то, что чувствует. Не дикая любовь, но интерес, желание попробовать, желание ощутить комфорт, о котором все говорят. Альбедо давно хотелось кого-то рядом, а Итер кажется надёжным, кажется тем, кто действительно очень любит и всегда будет рядом. – И не… не причиняй мне вреда, пожалуйста, – он неловко улыбается. – Я тоже не хочу потом травмы какие-то получить. – Да как такого можно обидеть? – Итер смеётся мягко и обхватывает лицо Альбедо за щёки, вынуждая его забавно надуть губы. – Тебя только гладить и тискать, вот серьёзно. – Я вообще-то серьёзный взрослый парень, – бурчит Альбедо невнятно, и Итер снова смеётся. – Серьёзный взрослый парень, который час назад удивлялся с того, что Сяо сальто сделал, – фыркает он тихонько, вспоминая, как Альбедо от удивления воздухом подавился и с нетерпеливым «ты посмотри» тряс его за руку, чтобы видео показать. – Ну правда! – Альбедо всё же выворачивается из не очень крепкой хватки. – Я такое вживую только в детстве видел в цирке. – Ага, Сяо дорога в цирк, так и запишем, – Итер снова фыркает. Пренебрежительно, как Альбедо кажется на секунду, но Сяо с Итером ведь друзья, поэтому наверняка показалось. – Да я не об этом, – он коротко закатывает глаза и подбирается ближе, сообщая доверительно. – Я никогда такой ловкости не видел, как у него. Просто взял… и так легко! У него вообще движения все очень красивые, я не могу. – Вот так ты при живом парне другим восторгаешься, да? – Итер кривится немного и вздыхает театрально. – Эх, Альбедо, а я тебя любил… – Так я ведь просто… люди бывают красивыми, но это не значит, что я в них влюблён или что-то такое, – тянет Альбедо озадаченно, потому что Итер, кажется, всерьёз немного задет. – Ты чего? – Да нет, всё в порядке, я понимаю, – он тянет Альбедо ближе к себе и обнимает вдруг крепко. Даже очень крепко. – Просто потерять тебя боюсь. – Никуда я не денусь, – бормочет Альбедо смущённо. Немного не ожидал, что его вдруг ревновать начнут, он ведь просто чужие движения похвалил, потому что они его привели в неподдельный восторг. А восхищением чисто эстетическим хочется поделиться. – Очень на это надеюсь, – говорит вдруг Итер снова тем тихим уязвимо-искренним тоном. – Я тебя люблю, Альбедо. Очень. Ты себе не представляешь, как сильно. – Примерно представляю, – Альбедо неловко отшучивается, потому что смущает это – слышать, что кому-то он нравится так сильно. Потому что сам Альбедо таких чувств не испытывает, и ему неловко. Но приятно тоже, стоит признать. *** – Меня Скар заставил всё это сделать. В первый момент Альбедо ничего не понимает. Моргает пару раз, склоняет голову набок. Открывает рот и тут же закрывает его. Удивление настолько сильное и яркое, что пробивается через ледяное спокойствие, вытекает через трещинки в маске, и Альбедо понять не может, как… как вообще можно… Как можно считать, что он в это поверит? У Итера адекватные оправдания кончились, да? Цирк пошёл? – Попытка не засчитана, – говорит он наконец, когда справляется с шоком. – И она довольно плохая. – Пожалуйста, Альбедо, – Итер вцепляется в отвороты его пальто, подползая ближе и глядя снизу вверх с отчаянием. Наигранным или же реальным? Скорее всего второе, потому что Итер явно понимает, что его загнали в угол. – Это был его план. – Ты мне в прошлый раз совсем другое говорил, – Альбедо с подозрением щурит глаза, пытаясь понять, к чему весь этот нелепый цирк. Вряд ли Итер хочет всё вернуть. Вряд ли думает, что Альбедо ему действительно поверит. Люди вокруг косо поглядывают, кто-то достал телефон и… ясно. Играет на публику, чтобы попытаться вернуть утраченное достоинство, ничего нового. Вот только сейчас надо внимательно следить за словами, продумывать каждое, чтобы Итер не смог в итоге выйти сухим из воды. Иначе всё будет зря. Возможно, Альбедо репутацию восстановит, но Итер останется безнаказанным, начнёт строить новые козни, и вся эта война затянется до бесконечности. Жить так дальше уже невозможно. Нельзя Скарамуччу подставлять под удар и допустить, чтобы его и так не самая лучшая репутация канула на дно. Это просто недопустимо. К тому же, после всего совершённого Итер обязан расплатиться за грехи. – Это всё было по его плану, – Альбедо боится, что его всё-таки стошнит, но на этот раз от отвращения. Даже тревога почти стихла от того, что враг стоит перед ним на коленях и предпринимает последнюю жалкую попытку выйти из битвы победителем. – Ты правда думал, что я сам составил весь этот план? Что я бы стал подсылать к тебе психопата? – И чем же Скар тебя заставил? – спрашивает Альбедо с неподдельным интересом. – Он меня шантажировал, – да ты что. – Сказал, что иначе сольёт… – он осекается и обводит взглядом зрителей, словно вдруг вспомнил о них. – У него есть на меня кое-что. Как удобно. Делает вид, что на людях о таком сказать не может. А на деле просто не успел придумать. – Предположим, – Альбедо делает вид, что объяснение проглатывает. – И зачем ему тогда было играть со мной в любовь? Это он меня уничтожить хотел, я правильно понимаю? – Правильно, – Итер потерянно кивает, а потом просит Альбедо склониться чуть ниже, чтобы сказать доверительно. Правда получается всё равно довольно громко, его прекрасно слышно всем рядом. – Он в меня влюблён был. Альбедо чудом давит зарождающийся внутри хохот, потому что это настолько нелепо, что тянет несдержанно ржать. Нет, как вообще можно было до такого додуматься? Итер, возможно, театрал хороший, но вот сочиняет пока даже не на троечку, а на нулевой балл. – Ты мне не веришь, да? – спрашивает Итер раздосадовано. – Он сказал, что надо тебя устранить, тогда мы сможем быть вместе. Совсем устранить. А ещё ненавидел тебя за то, что мы с тобой были вместе. Какой же цирк. – Предположим, – повторяет Альбедо снова и маскирует смешок под покашливание. – И ты решил, что надо пойти у него на поводу? – А что я мог сделать против шантажа? – Итер судорожно вздыхает, сглатывая тревожно и отыгрывая полное отчаяние. Хотя он правда в отчаянии. – Альбедо умоляю тебя, поверь мне. Я всё ещё люблю тебя… На последних словах желудок простреливает чем-то острым. Вспоминается, как когда-то Итер говорил эти слова точно таким же тоном, с такой же преданностью глядя в глаза, и на мгновение Альбедо кажется, что он не врёт. Но всего лишь на жалкое мгновение, потому что Альбедо мыслить здраво умеет и прекрасно осознаёт, что происходящее сейчас – всего лишь жалкий театр одного актёра. Ничего более. – Любящий человек так бы никогда не поступил, – Альбедо озирается по сторонам и слышит шепотки. – А может правда?.. – Скар ведь тот ещё ублюдок… – Мало ли, что он мог сотворить… Плохо дело. Остальные не настолько хорошо знают детали, а ещё долгое время были уверены, что Итер тут главное солнышко. Репутация Скары сейчас играет против него. – Мне правда жаль, Альбедо, – Итер продолжает разводить драму. – Я просто не мог иначе… – И почему же ты сейчас вдруг решил всё рассказать? – задаёт Альбедо справедливый вопрос. Он в этой кривой легенде должен все слабые точки отыскать, чтобы Итеру ничего не оставалось, кроме как запутаться в паутине собственной лжи и признать поражение. Альбедо обязательно выиграет. Непроходимых боссов не бывает. Главное найти подход. – Потому что после нападения на тебя я решился ему отказать, так не могло дальше продолжаться, – ах, вот оно как. – Я не хотел к тебе приближаться, но… это видео. Я теперь понимаю, каким ублюдком ты меня видел всё это время. Вот только у босса отвратительно хорошая регенерация. Это как-то так ощущается. Альбедо его бьёт, а Итер тут же придумывает кривую отговорку, которая пахнет очевидным враньём, да вот только общество её всё равно проглотит. Противный босс. Надо ему щит снять, чтобы потом разгромить, как обычного моба нулевого уровня. Возможно, не надо было весь день сегодня на игрушки отвлекаться, а то у Альбедо немного крыша после тревоги едет, и он над головой Итера на секунду видит полоску здоровья. Пора с этим заканчивать. Какое самое очевидное слабое место во всей этой несуразице? – Предположим, – Альбедо деловито поправляет очки на носу. – А зачем ты тогда на сестру кинулся и обвинял её в том, что она со мной спала? – Что? – Итер удивлённо моргает. – Кто тебе такое сказал? …ясно. – Она сама. – Может… – он растерянно потирает губы пальцами, делая вид, что очень думает. Вот только после нанесённого удара Итер подумать не успел, как следует, поэтому сейчас выдумывает нелепицу за нелепицей. – Может, она в сговоре с ним? Альбедо, это он во всём виноват, я тебе клянусь. Ага, Альбедо клятве от Итера сразу же поверит, конечно. Впрочем, уже заметно, что вырисовывается нехилая такая проблема. Альбедо видит прекрасно, что Итер ему нагло врёт в лицо, но вот люди вокруг шепчутся с сомнениями. Не знают, кому верить. Потому что с одной стороны стоит солнышко Итер, а с другой – ублюдок Скарамучча. Такое у всех сложилось впечатление. Альбедо перебирает в голове аргументы, но как-то не находит их. Ставить на то, что в любви Скарамуччи уверен и такую нельзя было отыграть? Итер парирует тем, что он замечательный актёр. Напомнить о том, как сам Итер говорил о ненависти и как закапывал Альбедо всё глубже и глубже, хотя при любви делал бы минимум требуемого? Скажет, что Скарамучча заставил, чтобы Альбедо стало хуже. Нет, тут надо вынудить Итера маску сорвать с лица и показать истинную натуру. Надо разрушить актёрскую игру. Надо блефовать и давить на больное, чтобы показал, как он на самом деле Альбедо «любит». Он сейчас явно может выдумать идиотское оправдание на любой довод, даже сестрой пожертвовал, лишь бы свою шкуру спасти. Хотя он считает её предательницей, так что невелика потеря, да? Альбедо вздыхает и опускается перед Итером на колено, чтобы быть с ним на одном уровне. Замечает в толпе Скарамуччу, которого крепко держит за локоть Кадзуха, чтобы не кинулся на Итера. Замечает Лини, который лихорадочно печатает что-то в телефоне. Замечает Люмин, которая просто молча смотрит пустым взглядом и становится ясно – она слышала то, что Итер о ней сказал. Альбедо лишь на крохотную долю может представить, каково ей сейчас. – А теперь поговорим с глазу на глаз, я ненавижу разборки делать достоянием общественности, – Альбедо коротко улыбается и склоняется к Итеру ближе, говоря тихо и вкрадчиво. – Мы оба знаем, что ты врёшь. – Я не вру, – тут же пытается продолжить гнуть своё Итер, но Альбедо останавливает его жестом. Надо его сейчас как следует выбесить. Возможно, Альбедо сломают нос, но оно того стоит. Главное, чтобы у Итера ножа при себе не было, но Альбедо уже этого клоуна не боится после того, что он только что устроил. – Ты врёшь, – повторяет Альбедо и наконец видит мелькнувший в глазах Итера гнев. Как бы не пытался сдерживаться и играть в сожаление – сильные эмоции спрятать сложно. – А теперь подумай вот о чём. Выставишь ты себя сейчас бедной жертвой, получишь утешающих тебя людей и дальше что? Ты понимаешь, что сам всё это дерьмо начал? – он с показной досадой качает головой. – Бедный Итер так запутался, так своей ненавистью захлёбывался, что в итоге пришлось унижаться на коленях перед ненавистным Альбедо. – Заткнись, – шипит Итер едва слышно, осознавая, что люди до сих пор смотрят. Но его выдержка по швам трещит и этот треск ласкает Альбедо слух самой изысканной симфонией. – Твой новый ёбырь всё равно на дно полетит. Хрен вам, а не счастье. – Как это? – Альбедо мило улыбается. Что-то он сильно перешёл на провокации и откровенный блеф, но иначе с Итером никак. Раз превратил их конфликт в бой на языке театральщины, то Альбедо сыграет по правилам. – Ну станут к нему относиться хуже. Его и так многие ненавидят, привык давно. Отчислить его без каких-то доказательств не смогут, а вот на тебя их полно, дорогой, – он кладёт руку Итеру на плечо. – Твоя репутация сильно упала, чтобы люди тебе верили и дальше на слово. – Многие всё равно поверят, – Итер едва заметно кивает в сторону толпы. – Уже на дружка твоего косо смотрят. – На него всегда косо смотрят, – Альбедо хмыкает, преисполненный какой-то бешеной уверенностью в том, что он близок к победе. Дрожащий разгневанный Итер наполняет решимостью, потому что читается легко, все его слабые места видны, как на ладони. Почти никакой тревоги не ощущается, потому что маска врага пошла ощутимыми трещинами, осталось надавить ещё немного, и она разлетится на куски. – И в принципе смотрят. Красивый, харизматичный… спасибо тебе, кстати. – Чего? – Это ведь ты нас свёл, – Альбедо нащупывает наконец идеальную слабую точку, потому что тело Итера под его рукой начинает заметно трясти. – Да, Итер. Ты хотел меня уничтожить, а в итоге самолично толкнул в новые замечательные отношения, – не такие уж замечательные, если вспомнить сколько было фонового стресса и проблем с доверием, но Альбедо отношения всё равно искренне считает очень хорошими. – Я наконец-то узнал, что такое любовь. Раньше думал, что тебя любил, а теперь вот понял, как оно действительно бывает. Я счастлив, и даже если ты сейчас нам подгадишь, то я всё равно останусь счастлив с ним. И всё это благодаря тебе. – Я тебя ненавижу, – цедит Итер сквозь зубы. Пелена ненависти и гнева настолько застилает ему разум, что виднеется в глазах. – Не сомневаюсь, – Альбедо спокойно кивает и приближается сильнее, начиная уже не говорить, а вкрадчиво шептать елейным тоном. Он ощущает себя злодеем, но как же ему это нравится. – Помнишь, ты спросил, до сих пор ли я умоляю дать мне кончить? – Итер на этих словах застывает и бледнеет. – Не умоляю, потому что я не хочу заканчивать. Мне нравится. А с тобой всё хотелось поскорее до финала довести, – откровенный блеф, но Итер ведётся. Альбедо безошибочно выявил его уязвимость, потому что Итеру явно не хотелось узнать, что отношения с ним были какой-то пыткой. Он ведь искренне считал, что для Альбедо старается. Искренне любил. Больше нужного любил. – А знаешь, что ещё? – Я тебя убью. Вас обоих. – У него член больше. Кажется, что щелчок, с которым Итера перемкнуло, действительно раздаётся на всё помещение. А потом Альбедо слышит его отчаянный рёв, ощущает давление, мир перед глазами переворачивается, но на душе ликование – показал всё-таки истинное лицо, сволочь. Правда в следующий момент Альбедо чувствует сжавшиеся на шее руки, и становится уже не очень весело. – Чтоб ты сдох, блять! – Альбедо вцепляется в руки Итера, но тот его шею сжимает на запале чистейшей ярости. – Как же я тебя ненавижу! Буквально через секунду хватка пропадает, и Альбедо тут же приподнимается, начиная откашливаться. Фух, это было крайне опасно. Но Альбедо прекрасно понимал, что если Итер на него кинется, то его остановят люди рядом в ту же секунду. Он, в каком-то смысле, именно этого открытого нападения и добивался, потому что с этим клоуном иначе никак – надо было, чтобы он наглядно всем продемонстрировал истинную натуру. Шея только болит и затылок, которым Альбедо о пол ударился, но чем-то пришлось бы ради победы пожертвовать. Обошлось малой кровью. – Вы арестованы, – Альбедо вскидывает взгляд и видит, как Ризли заводит руки беснующемуся Итеру за спину, сковывая их наручниками. – Имеете право хранить молчание… – Всё, что вы скажете, может быть использовано против вас, – к ним подскакивает довольный Лини и усмехается Итеру прямо в лицо, а Альбедо кто-то помогает встать. – Лини, не придуривайся. Иди лучше обратно на репетицию, – Ризли коротко и строго на Лини зыркает, а потом тащит Итера за собой в сторону выхода из корпуса, пока тот пытается вырваться и кричит в сторону Альбедо проклятья вместе с весьма опрометчивым «надо было нож взять и зарезать тебя, суку». М-да, сухим из воды он теперь точно не выйдет. – Ты как? – Скарамучча поворачивает Альбедо к себе и осматривает его шею, вынуждая задрать подбородок. – Синяки останутся… – Всё… – Альбедо осекается на полуслове. Говорить немного сложно и удаётся выдавить из себя только какие-то сиплые звуки, потому что горло дерёт кашель. – Понятно, молчи лучше, – Скар осуждающе качает головой и оборачивается, замечая небольшую толпу вокруг, которая всё ещё с интересом наблюдает за происходящим. – Шоу окончено, можете расходиться! Альбедо неловко отряхивает пальто, продолжая покашливать. Люди расходятся. Одна только Люмин стоит на месте и остекленевшим взглядом смотрит в ту сторону, куда Ризли утащил Итера. Альбедо снова пытается примерно представить, каково ей сейчас, и сердце щемит сочувствием. Родной брат сначала посчитал предательницей и шлюхой, ударил, а потом ещё и при всех начал говорить, что Люмин была в сговоре со злодеем, хотя она всё это время пыталась ему помочь. Неудивительно, что, когда Альбедо и Скар идут к ней, Люмин вдруг отмирает, моргает пару раз, а потом машет рукой и шаркающими шагами плетётся на выход из корпуса. – Надо бы другу её написать… – осторожно и тихо говорит Альбедо, боясь тревожить горло. – Чтобы присмотрел. – Я напишу, – Скар вздыхает и идёт к гардеробу, вытаскивая из кармана своих дурацких шортиков номерок, чтобы сразу же получить свою куртку. – Нам надо в административный корпус. Тебе тоже написали, да? Альбедо только осторожно кивает, морщась из-за боли в шее. По пути он думает начать ворчать на Скару за то, что с голыми коленками на улицу выполз, но идти до администрации всего минуту, а говорить сейчас нормально не выходит, да и дышать сложновато из-за неприятных ощущений в горле. На шее наверняка останутся синяки, как Скар сказал. Альбедо думает об этом всём отстранённо, до сих пор произошедшее не осознавая в полной мере, потому что всё случилось слишком быстро. Слишком странно. Слишком нелепо. Единственное, что хорошо осознаётся, – Итер просто дебильный отчаявшийся ребёнок, который жалкой попыткой обернуть ситуацию в свою пользу только глубже зарыл себя в могилу. Нелепый и грустный конец, но ему подходящий. А вот собственного счастливого финала Альбедо пока не ощущает. – Просто поинтересоваться хотел, действительно ли в том видео приведены реальные доказательства, – говорит им секретарь в ректорате, когда Альбедо и Скар неловко туда заходят, усаживаясь на красивый диванчик. Аль-Хайтам оказался… высоким. И большим. Такому бы фитнес-тренером быть, а не в ректорате бумажки перебирать. – Реальные, – Скар кивает, говоря за двоих, и Альбедо ему за это благодарен, потому что у него самого с разговорами сейчас мелкие проблемы. – Запись признания в шантаже сделана нами лично. Записи с камер есть у владельца бара рядом с универом. А насчёт нападения вы можете в полиции удостовериться. – Понятно, – аль-Хайтам кивает с бесстрастным лицом. – Я должен сделать выговор за то, что вы не предоставили всё сразу администрации или полиции, а устроили этот скандал. Репутации университета это на пользу не пойдёт. – Иначе он мог бы избежать наказания, – тихо говорит Альбедо. – Но в итоге пойман с поличным. – Поэтому выговора не будет, да и мне не хочется нотации читать и искать ваши личные дела, – какой он ленивый, оказывается. – К тому же, – аль-Хайтам смотрит на Альбедо, цепляясь взглядом за его шею, – вам и так досталось, как я вижу. – Что с ним будет теперь? – Скарамучча не сдерживает интереса. – Отчислят точно, а дальше пусть правоохранительные органы разбираются, – он пожимает плечами и машет рукой на выход, словно говоря, что разговор окончен, все свободны. И этот разговор оказался каким-то сумбурным. Альбедо ощущает себя так, словно не поспевает за развитием событий. Всё как-то слишком быстро. Вроде час назад он тревожился и боялся, а теперь вот выходит из кабинета секретаря, Итера отчисляют, Итера ждёт реальное наказание, Итера… Больше не будет. В жизни Альбедо, во всяком случае. Уже на улице он пытается осознать, но никак не может. Не понимает даже, что чувствует. Словно ничего не изменилось, жизнь продолжается, надо сейчас Скарамуччу загнать в тёплое помещение, чтобы коленки свои красивые не морозил, а потом пойти домой, там кошка ждёт. Надо картину доработать. Надо купить Гань Юй мешок чая в благодарность за то, что давала Альбедо выходные в последние недели, чтобы он со всем разобрался. Надо созвониться с родными, давно с ними не говорил. Рутина, повседневные дела. Словно не было войны. Возможно, потом всё осознается, но сейчас Альбедо чувствует себя довольно обычно. Разве что облегчение и усталость где-то над головой висят, но всё никак не могут накатить полностью. – Ты связался с Киничем? – Альбедо вырывается из раздумий, когда они заходят обратно в театральный корпус. – Ещё когда мы к секретарю шли, – отчитывается Скар. – Пока ты в землю смотрел. – Извини, я… – как обычно, на автомате. – Мелочек, драгоценный мой, – Скар обхватывает щёки Альбедо и смотрит на него с какой-то отчаянной нежностью. – Не извиняйся, пожалуйста. Всё в полном порядке. Ты сегодня вообще герой, жди вечером с тортом и шампанским, – он думает немного и добавляет насмешливо, но устало. – Желательно голый и с розой в зубах. Альбедо тихонько усмехается, ощущая, что на большее сил нет. Вот и усталость. Пока лёгкая и привычная, но Альбедо подозревает, что дома она его придавит к полу, вынуждая просто лежать и откисать после всего случившегося. А ещё надо на всякий случай забежать в аптеку за успокоительными. И в принципе к врачу сходить, нервишки проверить. – Я бы приготовил к твоему возвращению ужин, но… – Альбедо вздрагивает от того, как его окликает какой-то парень в обтягивающем трико и шутовской шляпе, заливисто присвистывая и выкрикивая «туда этого Итера!». Приходится прерваться, чтобы неловко ему улыбнуться и кивнуть. – Но не уверен, что у меня силы найдутся. – Я бы предложил у нас ещё пару часов посидеть, но дома кошка, – Скарамучча вздыхает. – Надо будет всех собрать и закатить праздник. Даже не верится… – Мне тоже, – Альбедо кивает тихонько. – Как будто… как будто ничего не поменялось. – Слишком привыкли к этой тревоге, скоро, возможно, ощутим изменения. Просто уже не можем расслабиться, а то вдруг опять пиздец, – Скар бережно целует Альбедо в лоб, аккуратно приобнимая одной рукой на секунду, а потом снова оглядывает его шею. – Убил бы подонка. Всё ещё интересно, что ты ему там такого сказал. – Начал провоцировать и глумиться над ним, – Альбедо поводит плечами. – Надо было, чтобы он сорвался. – То есть ты намеренно себя под удар подставил? – Скарамучча хмурится. – Альбедо, это было глупо. – Ситуация слишком обострилась, ему могли поверить и сожрать любое кривое оправдание всем его грехам, – Альбедо сам не замечает, как пропускает сталь в голос. Всё ещё не очень удобно говорить, но уже ощутимо легче, чем в первые минуты. – Он сестрой пожертвовал, лишь бы остаться безнаказанным. Пришлось давить на больное и провоцировать на срыв. В тот момент это единственное, что мне в голову пришло. – Хорошо, что он не додумался нож взять, – Скарамучча содрогается от мыслей. – Пиздец. – Не матерись, – одёргивает его Альбедо на автомате, хотя от картинки в голове ему тоже становится тревожно. Слава богу, что Итер просто в край отчаялся и не думал над планом больше нужного. Иначе всё кончилось бы весьма плачевно. А так он, похоже, кинулся воплощать первую пришедшую на ум идею с мыслью «терять нечего, надо попробовать». Вот только совершенно не учёл свою бешеную ненависть. Наверное, так и не осознал, насколько она ему разум проела и как сильно влияет на его действия. Итер действительно запутался в край, как говорила Люмин. Наделал ошибок, причинил вред близким и посторонним. Он заслужил такой финал. Домой Альбедо идёт в задумчивости и забывает тревожно озираться по сторонам. Итера, конечно, забрали, но сейчас он пылает серьёзным опасным гневом и может опять решиться организовать нападение. Видимо, до конца учёбы так и придётся ходить и оглядываться. Да и потом тоже. Возможно, когда-нибудь тревога стихнет, но явно не в ближайшее время. К тому же пока неизвестно, что в итоге с Итером будет. Уже в квартире Альбедо обнаруживает неприятный сюрприз – кошка промахнулась мимо лотка и теперь придётся за ней убирать. Впрочем, с питомцами такие ситуации неизбежны, всегда случаются какие-то казусы. И это так странно. Совсем недавно Альбедо опасался, что может домой не вернуться больше никогда, а сейчас убирает за Тофу, кормит её, всё-таки решается организовать подобие ужина. Как же странно. Как будто Альбедо потерял сознание и лежит сейчас в отключке, а это всё – бред его разума. Или скорее он уснул и видит сон. Сон, где всё вполне спокойно, где он ждёт возвращения своего парня с репетиции, где он наконец заживёт теперь относительно обычной жизнью. Счастливый сладкий сон. Если бы не усталость и болезненные ощущения в шее, то Альбедо действительно бы думал, что просто спит. – Охренеть… – выдаёт вдруг за ужином Скарамучча, который просто пришёл домой и рассеянно молчал. Шампанское и торт только отдал, но это решили отложить на потом, даже не сговариваясь. – Охренеть… – вторит ему Альбедо, так до сих пор и не уложивший в голове весь произошедший сумбур. Будь он в книге, то ликовал бы, устроил бы праздник. Хоть что-нибудь бы сделал. А вместо этого Альбедо ощущает себя моллюском, от которого наконец отвязались и разрешили дальше валяться на дне моря. До этого пытались панцирь вскрыть, навредить как-то, а сейчас вот можно дальше продолжать существовать. – Ощущаю себя овощем, которого птицы клевали, а теперь их наконец садовник выгнал, – сознаётся Скарамучча, и Альбедо как никогда ощущает с ним душевное родство, потому что метафоры у них похожие. В той же растерянности ужинают, пытаются смотреть фильм, но в итоге просто бездумно пялятся в экран. Альбедо уже думает, что надо просто спать лечь, завтра будет легче, но Скарамучча вдруг спрашивает: – Ты ему поверил хоть на секунду? Альбедо даже не сразу осознаёт суть вопроса. – Один единственный раз проскользнула мысль, что он всё ещё может меня как-то извращённо по-своему любить, но тут же ушла, – признаётся он честно. – А так нет. Я же не дебил. – Не дебил, но мне ведь до сих пор не доверяешь, – Скарамучча вздыхает коротко, становясь вдруг каким-то мягким и открытым. Видимо, на него произошедшее слишком сильно повлияло. – Я бы, наверное, на твоём месте задумался ненадолго, а не правду ли он говорит. – Я доверяю тебе, – говорит Альбедо мягко, и эти слова ему самому кажутся более громкими, чем признание в любви. – Не до конца, возможно, потому что по мне как будто катком проехались, но доверяю больше, чем кому-либо. Уж точно больше, чем Итеру. – Правда? – Скарамучча сам на себя не похож. Смотрит на Альбедо с надеждой, в глазах – голая искренность. Становится ясно, что сам он доверяет едва ли меньше. Скорее, даже больше. Если мысленно прикинуть… Нет, мериться доверием как-то глупо – всё равно, что размер членов сравнивать, поэтому Альбедо прекращает анализировать и составлять мысленные графики. – Правда, – он спокойно и уверенно кивает. Казалось бы, после такой истории с бывшим доверять кому-то – чистый идиотизм, но Альбедо в человечество веры не потерял. А в Скарамуччу он тем более верит после того, как он был рядом всё это время и поддерживал. – Я так тебе благодарен. – Да? – Скарамучча чуть смещается, позволяя Альбедо прильнуть к себе, и настроение его неуловимо меняется. Сейчас опять придуриваться будет, чтобы скрыть смущение. – Можешь отблагодарить. – Это как? – У меня из головы те твои тёплые чулки не уходят, – ясно. – Давай теперь блядские проститутские наденешь? Кстати, ты почему не голый и с розой в зубах? – Какой же ты придурочный, – вздыхает Альбедо, вспоминая, что Скар всё ещё бывает дебильным. Понятно, что обстановку пытается разрядить и отвлечься, но почему опять пошлятские шутки? Благо, дальше он тему не развивает, лениво поглаживая Альбедо по волосам и снова задумываясь. – У тебя есть ощущение, что всё кончилось и можно выдохнуть? – задаёт вдруг Скар вопрос. – Не думаю, – Альбедо прислушивается к себе, но облегчения и ликования так и не находит. Только всё ту же перманентную усталость. – Такое чувство, что это вообще не со мной было. – Вот и у меня так же, – соглашается Скар едва слышно. – Надеюсь, это скоро пройдёт. Не хочу с этим осадком годами жить. – Думаю, станет легче, если он понесёт наказание. От такого он не отмажется. – А нам пока лучше не расслабляться? – Наверное, – Альбедо поводит плечами и приподнимает голову, ощущая, как шея отозвалась неприятными ощущениями. – Но я уверен, что всё в итоге кончится хорошо. Самое страшное теперь действительно позади. – Поверю тебе на слово, – Скарамучча улыбается вдруг. Какая же у него красивая улыбка. Усталая и отдающая горечью, но искренняя. Такая редкость, что Альбедо момент мысленно фотографирует и сохраняет в памяти, а потом приближается, чтобы улыбку сцеловать с непередаваемой щемящей нежностью. Он счастлив. И, вероятнее всего, теперь всё будет хорошо. Во всяком случае, на это вполне можно надеяться.