Омут памяти/Pensieve.

Гермиону охватила паника. Она ощущала, как к ней подкатывает волнение, мысли начали путаться, а слова растворяются на кончике языка. - Я… я не помню, как началась борьба. Он сказал, что кто-то умрет. Кто-то важный мне. Я должна была защитить Гарри. Даже ценой собственной жизни. Я вышла из шкафа и сразу - заклинание. Я увернулась. И он сказал, что кто-то должен умереть. Меня охватил гнев. Я должна была защитить Гарри. я не могла потерять дорогого мне человека. Гермиона замолчала, чувствуя, как подступают слезы. Нет, ей нельзя было плакать. Только не сейчас. Подняв глаза, чтоб найти хоть какую-то поддержку, она столкнулась с жестокой реальностью: все смотрели на нее с ужасом и опаской. Девушка закрыла лицо руками, пытаясь выровнять дыхание. Ни один человек не сказал ни слова, чтобы утешить ее. Вот и всё. Вот и вся правда о тех, кто назывался ее друзьями. Они все жаждут информации, забыв о ее чувствах. Гермиона в очередной раз попыталась собраться с мыслями, и, когда руки снова оказались вдоль тела, голос девушки стал холодным и безжизненным, словно робот чеканил монетки. - Потом я помню только вспышки, огни, боль, заклинания и… тишину. В безумстве, я произнесла это заклинание. Я убила его. И только после этого пришла в себя. Мне казалось, что он просто отключился. Я не могла этого сделать. Но он умер. - Что ж, Грейнджер, - медленно начал Снейп после недолгой тишины, - безумство никогда не было свойственно тебе. Но я знал, что, рано или поздно, твое самолюбие и желание быть важной и нужной, приведет тебя к такому исходу. - Что было дальше? - словно не замечая злобных усмешек Снейпа, строго спросил Грюм. - Я быстро успокоилась. Отправила весть сюда. Собрала всю информацию, в том числе из его головы. И вернулась в школу. - Где флакон? - Я его спрятала. Все, как полагается по протоколу. - Хорошо. Мне надо будет просмотреть воспоминания как можно скорее. Грозный Глаз уставился на свои бумаги, больше не задавая никаких вопросов. Видимо, он осознавал, что лучше будет дождаться уединения, чтобы подробнее узнать то, что вертелось у него на языке. - Гермиона, - удивительно спокойно начал Сириус, - кого точно он хотел убить? - Я… я не знаю. И не он должен был убить. Он сказал… «тебе придется лишиться самого важного человека… твой любимый человек умрет». А кто важнее Гарри? Никого! - Может, он говорил про твоих родителей? Или про кого-то из Ордена? - Мои родители давно мертвы, и все об этом знают! Не думаю, что близкий последователь Волдеморта был не в курсе столь важной информации. Нет-нет, это должен был быть самый важный человек. Они собирались убить Гарри. - То есть, по словам Грейнджер, она не уверена, что правильно поняла все, что ей сказали, - ядовитый голос Снейпа пронзал каждый уголок души Гермионы, - вполне возможно, что убийство было необязательным. - Не нагнетай обстановку, Снейп! - Сириус подскочил на ноги и схватил палочку. - О, великий защитник Поттеров и всех их друзей! Ты решил проверить свои силы на мне? Неужели тебе так претит мысль о том, что святая Гермиона Грейнджер могла совершить ошибку и убить человека просто так? А может быть вам, юная леди, - Снейп обернулся к девушке, - просто захотелось испробовать на вкус темную магию? На конце волшебной палочки Сириуса заискрились красные огоньки. - Я предлагаю каждому желающему высказать свое мнение, - Грюм резко ударил по столу и встал, призывая соперников успокоиться, - либо выносится какое-то наказание, либо это остается забытым. - Я… я не думаю, что Гермиона могла специально сделать что-то подобное - неуверенно и мягко произнесла Молли. - Несомненно, это преступление, - быстро сказал Сириус, - но надо помнить, что идет война. И, как бы я ни был против непростительных заклятий, я не могу осуждать Гермиону. - Конечно, ты осуждаешь только убийства, совершенные Пожирателями - иронично выпалил Снейп. - Ты вообще не должен здесь находиться! Иди к своим дружкам и к своему хозяину, подлый предатель. - Этот «подлый предатель» сделал для вашего святого Ордена больше, чем ты за много лет, - Северус встал, развернулся всем телом и направился к выходу. - Я никого не отпускал! - взревел Грюм, - если еще хоть один из вас вздумает выяснять здесь отношения, вы оба будете настолько сильно наказаны, что не сможете больше никогда принести хоть какую-то пользу волшебному миру! Снейп свирепо посмотрел сначала на Грюма, затем на Сириуса, но остался стоять в дверном проеме, облокотившись об стену. - Гермиона слишком много сделала для нас, - вернулся к теме Рон, - но мы придерживаемся своих принципов. Ее поступок ничем нельзя оправдать… Я должен был придумать план, я должен был предотвратить это! - Невозможно было сделать более четкого плана, чем у нас был - тихо сказал Грозный Глаз, - у нас была всего одна возможность попасть туда. - Я понимаю, но… - Ты ни в чем не виноват - произнес Гарри. Гермиона резко перевела на него взгляд. За столько времени Гарри не сказал ни слова, просто сидел возле Джинни и слушал, как на его подругу кидаются товарищи. Не заступился, не попытался их остановить или смягчить. - Гарри, твое мнение? - спросил Грюм. Он молчал. Было видно, что он собирается с мыслями. В его голове сейчас, несомненно, шла жестокая битва. И как же сильно Гермиона надеялась, что победит дружба, а не дебильные принципы. - Я считаю, что ничего не может оправдать проступок Гермионы, - холодно, будто речь шла о преступнике мирового масштаба, сказал Гарри, - и в этом виновата только она. Всегда, несмотря ни на что, надо идти за светом. - Я спасала тебя! - Я не просил этого, Гермиона! Если цена моей жизни - убийство, то мне такого не надо. Ты прекрасно знала, как я отношусь к этим заклинаниям. - Не смей упрекать меня в том, что я боролась за мир! - Ты убила человека, Гермиона. Кем бы ни был этот человек, ты его убила! И должна будешь предстать перед судом, когда война будет закончена, понести ответственность. - Я готова. - И ты с такой легкостью говоришь об этом?! - А что мне надо делать?! Вы отправили меня туда одну, без какого-либо четкого плана. Я была жертвой, разменной монетой, но не сказала ни слова. Лично ты мог бы пойти со мной, а не отсиживаться здесь! - Я хочу сражаться! Вы заперли меня здесь. - Нет, Гарри, ты сам выбрал сидеть здесь. Точно так же как и я выбрала идти на это опасное задание в одиночку, потому что вам плевать на мою жизнь. Вы не были уверены, вернусь ли я. И даже не позаботились о напарнике. Вы выставили меня лицом к лицу со смертью. А в моей голове крутилось только одно - надо спасти Гарри. Надо спасти человека, который, как трус, прячется в укрытии. - Гермиона… - попыталась остановить ее Джинни. - Не говори мне ничего! Вы скрываете одного человека, жертвуя сотнями других. А потом упрекаете меня в том, что я кого-то убила. В том, что я вернулась живой, выполнив задание! И теперь, когда меня, по вашим чертовым правилам, необходимо наказать, вы вдруг решаете отложить эту казнь до окончания войны! Для чего?! А я вам скажу: чтобы использовать меня и дальше, будто я не человек, а просто оружие! Вам плевать, что будет со мной после победы. Конечно, раз я не умерла, надо мной воспользоваться еще раз, и еще раз, и еще… До тех пор, пока я либо не погибну, либо не окажусь в Азкабане за гребаное убийство! Повисла оглушительная тишина. Никто не двигался. Кто-то с ужасом уставился на Гермиону, кто-то опустил глаза. Никто не встал и не обнял ее, не поддержал, не дал понять, что все ее слова - ложь. Гермиона была разбита. Она не узнавала этих людей, жаждущих расправы над нет. Нет, это не могли быть ее друзья. Она не знала этих людей. - Похоже, непростительное заклинание начало действовать - сурово прервал тишину Снейп. - Извините, - сухо сказала Гермиона, - я считаю, что сделала то, на что была способна. И, после нашей победы, я предстану перед судом. Я не собираюсь скрываться или прятаться, словно трус - она злобно посмотрела на Гарри. Тот было хотел что-то сказать, но Рон остановил его рукой. - Если больше нет вопросов, я пойду. Флакон принесу вам в кабинет, Грюм. Гермиона вышла, оставив позади себя всех, с кем больше не хотела контактировать. Где-то в глубине души она понимала, что обратно уже ничего не вернуть. Отношения трещат по швам. У нее больше нет соратников, нет друзей или родных. Она осталась одна, и единственное, чего ей хотелось - исчезнуть. Но ее беспокоило другое. Неужели, это странно чувство внутри, действительно - распространение черной магии? Почему ей так… странно? Какая-то щемящая точка внутри, какая-то болячка, которая никак не может пройти, никак не закрывается… - Что ж, пора бы нам заняться более срочными делами, - сказал Грюм ошарашенному Ордену, - на эмоциях нельзя выносить решения. Рекомендую всем вернуться к решению своих задач. - Поздравляю всех со смертью непобедимого Драко Малфоя, - восторжествовал Снейп, поднимая невидимый бокал и имитируя торжественный момент.