Красавчик

Сонхва сложил руки на груди, откидываясь на спинку своего кресла: — И кто ты такой? Мужчина перед ним усмехается, поправляя воротник пиджака, усаживаясь на кресло перед столом Сонхва. Он по-свойски оглядел кабинет, удобно сложив ногу на ногу и только после этого ответил: — Чхве Сан. И ехидно улыбнулся, будто насквозь прожигая взглядом, заглядывая в самую душу. Сонхва, не выдержав, вздрогнул. Он предпочел рассматривать поблескивающие в свете лампы кольца на чужих пальцах, чем держать зрительный контакт. Конечно он знал, кто этот, сидящий перед ним мужчина. Будучи лидером одной из преступных группировок, невозможно не знать того, одно упоминание имени которого приводит всех в ужас. Интересно, что такому, как этот безжалостный убийца, понадобилось от скрытного и ведущего игру из тени Сонхва. — Чхве Сан, значит, — лучший способ узнать больше о замыслах такого, как он — сделать вид, что Сонхва плохо знает о нём. Обычно те, кто тряслись в страхе перед ним, были найдены в собственных офисах с перерезанным горлом. Не хотелось бы повторять их судьбу. — И что же привело вас ко мне? — Хотел предложить тебе союзничество, красавчик, — Сан начал в заискивающе-сладком тоне. — Птичка напела мне, что вы планируете что-то крупное. Негоже оставлять вас беззащитными, особенно с таким делом. — Птичка напела? Сонхва не удержал порыва недоуменно приподнять бровь в немом вопросе. Да, они действительно уже несколько месяцев собирали силы и ресурсы на дело, которое могло бы принести немалую сумму и значительно расширить влияние, но он лично убедился что эта информация не просочится вне группировки. Особенно информация о заказчиках и важные подробности, для всех непричастных это было обставлено как обычное ограбление ювелирного. Что ж, это всё явно не просто так, и человек, сидящий перед ним, далеко не так прост. Наверное, со стороны Сонхва было опрометчиво думать, что информация останется в строжайшем секрете и кто-нибудь вроде Чхве Сана не придёт за ним. И все же, интересно, что ему нужно. Он точно не выглядит как тот, кто пришел запугивать его. А может, ему просто захотелось развлечься… — А что, думаешь, я не слежу за тобой? — Голос Сана вывел его из мучительных раздумий. — Давненько наблюдаю, Пак Сонхва, уж очень интересно ты ведешь дела. Так что насчет сотрудничества? — Ты думаешь, мне это нужно? Моя территория достаточно защищена и у меня хватает ресурсов на всё. Мне не нужна ничья помощь. Сонхва все-таки поднял глаза на собеседника, анализируя его. Сан выглядел так, будто уже был уверен, что все будет так, как хочет он. Хотя, учитывая все слухи, гуляющие в их кругах, так всё и происходило, все, кто не подчинялись ему, оказывались ликвидированы лично им в кратчайшие сроки. Но Сонхва не из тех, кого легко запугать подобным, иначе в лидерском кресле он бы долго не продержался. Кем бы не был Чхве Сан, он не станет играть по его правилам. — Я могу поднять всю «твою территорию» на воздух в считанные мгновения, красавчик, так что твоя защищенность совсем не показатель, — Сан заявил об этом настолько спокойным тоном, что Сонхва показалось, что он и правда не блефует. — Но мне это не нужно. — А что тебе нужно? Сонхва начинал терять терпение. Он был далеко не самым спокойным человеком, а такое намеренное вывождение его из себя очень давило на нервы. Не один Сан из них двоих мог перерезать горло тем, кто ему не нравился. — Объединиться с тобой. — С чего бы мне делать это? — Сонхва наклонился ближе к столу, опираясь на сложенные руки, — Ты не вызываешь никакого доверия, с чего бы мне с тобой союзничать? — Доверие? — Сан усмехнулся. — И что мне сделать, чтобы ты мне доверял? Нам вообще нужно какое-то доверие? Чем чаще на лице перед ним появлялись усмешки и эти хитрые, будто кошачьи, ухмылки, тем больше Сонхва раздражался. Казалось бы, стоит расслабиться и разбираться с проблемой спокойно, но что-то в самом Сане было такое, что буквально выводило из себя. — Ты никогда не заслужишь и капли моего доверия, пока не можешь сказать даже о своих истинных мотивах. С чего тебе я? Даже если бы ты захотел использовать меня в своих целях, тебе это ничего не принесет, ты намного влиятельнее меня. Может, завтра ты перережешь мне глотку во сне? Опять эта раздражающе хитрая улыбка. — Ты красавчик. Намного интереснее и привлекательнее старпёров, сидящих в креслах лидеров других группировок. — Сан галантно проигнорировал вопрос о перерезании глотки. И правда, это нынче уже не в моде. Вот, например, яд, подброшенный в дорогое вино, уже другое дело… Сонхва усмехнулся. Насчёт старперов, его собеседник был очевидно неправ, потому что, как минимум, по пальцам двух рук можно было посчитать лидеров — их с Саном ровесников. Он выдумывал аргументы на ходу? — А ты прямолинеен, я смотрю? — Сонхва подпер голову рукой, чересчур внимательно рассматривая струящийся шёлк чужой рубашки, — То есть твой главный мотив это только мой возраст и привлекательность, а не сила или территории. Сан сложил руки на груди. — У меня уже есть и сила и территории. Теперь мне нужен… только ты. По спине Сонхва пробежали мурашки от того, с каким тоном он это заявил. Так, будто с полной уверенностью заявлял свои права, а сейчас просто пришел получить то, что ему принадлежит. Было опасно поддаваться его очарованию, даже если Сан не был похож ни на кого-либо, встреченного им раньше. В нем чувствовалась уверенность и полная готовность ответить за все свои слова. А еще опасность. Смертельная. Это одновременно притягивало и нервировало. Но Сонхва вообще-то был не безвольной куклой, а таким же, искупавшим руки по локоть в крови, и мог постоять за себя. — Думаешь, что можешь вот так ввалиться сюда и заявлять, что я тебе нужен? — Он резко встал, обходя стол и присаживаясь на самый край, смотря глаза в глаза. — По твоему все так просто, Чхве Сан? Сан, в свою очередь, наклонился вперед, хоть и смотря снизу вверх, но все равно гипнотизируя одним лишь взглядом. Что-то было в этих омутах раскосых глаз такое, что заставляло тонуть в них. Сонхва мог только надеяться, что умеет плавать. — Да, могу. Может раньше, может позже, но я получу то, что мне нужно. Что бы это ни было: люди, территория, власть… Или ты. Последние слова он прошептал, шевеля лишь губами, но даже этого было достаточно Сонхва, чтобы невольно вздрогнуть. Как же раздражало, этот мужчина, который парой слов мог заставить его сомневаться в своих силах, не входил в тщательно выстраиваемые планы и губительно действовал на его собственную гордость. Но он не мог отрицать, что в Сане было что-то такое, что вызывало бурлящий интерес где-то глубоко внутри. — А ты дерзкий, — Сонхва приподнял бровь с намеком на улыбку в уголках рта. — Думаешь, мне это интересно? — Я вижу это в твоих глазах, Сонхва. Даже отсюда. Ты прячешь это любопытство глубоко внутри, но оно постепенно просачивается наружу. Ресницы Сонхва затрепетали. Сан настолько хорошо читал его? Раздражало. Все умения контролировать собственные эмоции, тренированные многими годами, пали прахом перед каким-то, да, привлекательным, да, интересным, но рушащим все его планы мужчиной. Он быстро взял себя в руки, оставив все размышления и рефлексию на потом, возвращая на лицо уверенную усмешку. — Думаешь, умеешь читать мои мысли? Узнавать о моих эмоциях по глазам? — Тебе не обязательно делать вид, что ты совершенно не заинтересован во мне, — Сан с наигранно-задумчивым видом поправил галстук. — Я хорош в чтении чужих эмоций, красавчик. Сонхва снова усмехнулся, пытаясь этой усмешкой скрыть неуверенность, сквозившую в голосе. Он ненавидел чувствовать себя уязвимым, особенно перед тем, кого он совсем не знает. Особенно когда это последний человек в мире, которому стоит доверять. Особенно Чхве Сану с его хитрой кошачьей улыбкой, которую так и хотелось любыми способами стереть с лица. — Послушай-ка, — он начал, с угрожающими нотками в дрожащем от напряжения голосе. — Не буду отрицать что ты привлекателен, Сан. Но не смей думать, что я буду союзничать с тобой только из-за этого. Сонхва встает, чтобы подойти чуть ближе, глядя в чужие глаза с вызовом: — Думай, что знаешь о чем я думаю сколько хочешь, но на самом деле ты совершенно меня не знаешь. Можешь найти себе другую жертву, над которой издеваться будет попроще. Развлечешься, а потом пристрелишь. — Я обязательно узнаю о тебе больше, это вопрос времени. И зачем мне кто-то еще, если мне интересен ты. Сан отступать не собирается, но и Сонхва не такой беззащитный, как тому, наверное, могло показаться. Его пистолет лежит в верхнем ящике стола, припасенный на экстренные случаи и, кажется сейчас намного более эффективным средством, чем запрятанные в ящике стола ножи, чтобы показать, кто здесь главный. Спиной к врагу становиться нельзя, это главное правило выживания, но Сонхва опрометчиво забывает про это, совершая рискованную попытку повернуться, чтобы добраться до заветного ящика, как поясницу пронзнает резкая боль, а он сам оказывается зажатым у столешницы. Сан оказывается слишком близко в считанные мгновения. — Может всё-таки доверяешь, если так необдуманно открыл мне спину, м, красавчик? — Горячий шепот пускает мурашки по спине, пока рука, внезапно оказавшаяся в опасной близости к шее, медленно ослабляет его галстук. Сонхва молчит, стараясь успокоить за секунду ускорившееся сердцебиение и скрыть, что ему нравится это чуть больше, чем должно на самом деле. Настолько, что он не предпринимает новых попыток дотянуться до оружия. Ему внезапно становится интересно, что, пока что еще живой Сан, собирается делать. Сонхва пытается делать вид, что еще не понял. Сонхва делает вид, что ему не нравится, что Чхве Сан, один из влиятельнейших криминальных лидеров, чьи руки по локоть в крови, сейчас прижимает его к столу в его собственном кабинете. Но это именно он сейчас молча сглатывает, цепляясь ногтями за лакированную столешницу, не предпринимая никаких попыток к сопротивлению. Сонхва успокаивает себя, что до ящика с пистолетом он может дойти в любой момент, а вот узнать что же хочет от него Чхве, если прострелит ему череп, он не сможет. Мозг его понимает, что оправдание до ужаса бредовое, но тело почему-то совсем не хочет двигаться, хотя он спокойно мог бы, и Сан знает это. Он специально держит его так, чтобы Сонхва мог освободиться в любой момент, приложив совсем немного усилий. — Все ещё хочешь воспользоваться штучкой из своего ящика, красавчик? — Заискивающий шепот на ухо посылает по телу мурашки. — Черт, ты… Чхве… Что тебе нужно? Да, абсолютно бредовый вопрос сейчас, но Сонхва слишком горд чтобы сдаться просто так. Однако, когда мягкие губы касаются его шеи, кажется, будто гордость куда-то исчезает, ускользает сквозь пальцы, отчаянно цепляющиеся за столешницу, будто утопающий за спасительную соломинку. Сонхва рад, что не видит сейчас глаза Сана, в которых утонул бы еще быстрее. А может, у него просто давно никого не было, вот такая решительная хватка на его теле и поднимает глубоко внутри толпу мурашек. — Один поцелуй, — Сан, не чувствуя сопротивления, медленно обвивает рукой его талию. — Начнем с этого. — Начнем? — Сонхва усмехается. — Тогда, что будет дальше? — Уже хочешь большего? — Хитрая ухмылка, с которой Сан произносит это, почти физически ощущается спиной. Сонхва хмурится, кажется, в тысячный раз за этот вечер, разворачиваясь лицом к Сану, чтобы схватить его за воротник, заглядывая в глаза. А действительно, зачем ему выгонять такого интересного и, что скрывать, очень привлекательного мужчину? От одного раза никому хуже не будет, к тому же пристрелить его после оргазма будет гораздо проще, минимум сопротивления. — Да, хочу, одного поцелуя мне недостаточно, — Сонхва прошептал в дюйме от губ Сана перед собой. — Мне нужно всё, на что ты способен. Если не только глотки врагам резать. — Так просто сдался? Мне стоит ждать внезапный нож в печень? — Сан не двигается, шепча в ответ. Сонхва нахмурился от дерзости, сквозящей в его хрипловатом голосе. Его буквально сводило с ума то, как пара слов могла заставить его настолько терять контроль над собой. И что это за раздразнивание его? Он мазохист? — Заткнись, — прорычал он, в мгновение сокращая расстояние, грубо вжимаясь губами в его губы. Поцелуй начался неаккуратно и хаотично, набирая обороты страсти с каждой секундой. Губы Сана скользили по его обветренным, покусывая и цепляясь зубами, соревнуясь, кто прикусит нижнюю губу сильнее. Сонхва потянул за воротник, прижимая Сана ближе к себе, целуя так, будто его губы были единственным источником кислорода в комнате. Он прекрасно знал к чему все шло, особенно когда Сан оттолкнулся рукой от стола, пятясь назад, не отрываясь от его губ, жестко и совсем не церемонясь, впечатывая Сонхва в близлежащую стенку. Казалось бы, куда еще, но поцелуй становился все более влажным и беспорядочным, подкрепляемый пламенным желанием с обеих сторон. Чувство губ Сана на своих собственных опьяняло. Сонхва дрожаще выдохнул в поцелуй, ощущая ушибленной спиной холод стены. Контраст с жаром тела, прижимающегося спереди, посылал мурашки по телу. Он разорвал поцелуй для того, чтобы отдышаться, откидывая голову назад, чувствуя туман в голове, затмевающий все здравые мысли, но не позволяя ему хоть на секунду дать потерять контроль. — Я тебя ненавижу, — выдохнул Сонхва, приподнимая уголки губ в ухмылке, пока грудь часто поднималась и опускалась, восстанавливая дыхание. — От ненависти до любви всего один шаг, красавчик, — Сан одной рукой снял болтающийся на шее Сонхва галстук, расстегивая верхние пуговицы рубашки и оттягивая ворот водолазки, чтобы получить доступ к нежной коже его шеи, впиваясь кусачими поцелуями по всей ее длине, начиная с линии челюсти. Сонхва прерывисто выдохнул, наклоняя голову в сторону, чтобы Сану было удобнее. Он закусил покрасневшую нижнюю губу, чтобы не дать вырваться тем редким полустонам, которые грозились выдать его слабое место. — Чем я, черт возьми, занимаюсь, — он пробормотал, цепляясь пальцем в короткие темные волосы Сана. Шея горела от каждого укуса и оставленного следа, которые, он уже понимал, что придется прятать под высокими воротниками. — Ммм, хочешь сказать, тебе не нравится? Может быть, мне перестать? — Глаза Сана хитро блеснули в полутьме, когда он больно куснул его в опасной близости от бьющейся под кожей вены. Сонхва пробрала резкая дрожь и он шумно выдохнул. — Только посмей, Чхве, — он спустился пальцами по волосам Сана, цепляясь за затылок, чтобы притянуть его еще ближе. — И мой любимый ковер, на котором ты стоишь, придется выкинуть. Не думаю, что твоя кровь с него отмоется. — Я смотрю, тебя лучше не злить, да? — он прошептал, опаляя горячим дыханием ухо — Ты быстро схватываешь, — Сонхва процедил сквозь зубы. Раздражение плескалось в нем, смешанное с чистым возбуждением, образуя опасную смесь, бурлящую в венах. Сан только ухмыльнулся, цепляя зубами мочку его уха, свободной рукой скидывая пиджак с Сонхва и расстегивая жилет, уверенными движениями проходясь по его телу. То, с каким мастерством он управлялся даже с самыми неудобными пуговицами одежды, поистине впечатляло. Гуляющая вверх и вниз по его спине рука, невольно заставляла Сонхва выгибаться навстречу прикосновениям и прикусывать губу, грозящуюся лопнуть от того, с какой силой он впивался в нее зубами. В ответ на лишение себя одежды, он тоже поднапрягся, чтобы скинуть с увлеченного его телом Сана пальто и расстегнуть несколько пуговиц его рубашки. То, как шелк на ней переливался на свету его настольной лампы, конечно, было очень красиво, но находящееся под рубашкой сейчас интересовало его больше. Новая дорожка влажных поцелуев на шее, блуждающая по его телу ладонь, и протяжный стон всё-таки сорвался с его опухших и раскрасневшихся губ. — Давай уже, хватит мучать меня — Ох, тебе что-то нужно, красавчик? — Глаза Сана лукаво блестели в сумерках, так же как и манящие губы, которые он то и дело дразняще облизывал. — Ты так любишь вызовы, да? — Сонхва выдохнул, хмуря тонкие брови. — Заставь меня молить тебя о большем, — Он клюнул его быстрым поцелуем, прикусив губу. — Справишься? Он охнул, когда Сан резко схватил его под бедра, прижимая к стене, заставив обхватить его ногами за талию. — Всегда хотел сделать это в воздухе, — Он заискивающе прошептал. — Что ты сказал, я должен сделать? У Сонхва перехватило дыхание, когда он внезапно оказался поднятым в воздух. Это ощущалось даже большей потерей контроля, чем добровольно отдаться в руки неизвестности в лице Чхве Сана. Он обхватил ногами его талию, чувствуя всем телом напрягшиеся мышцы, держащие его на весу. По спине пробежала дрожь, и Сонхва еще не понял, это от холодной стены, к которой он был прижат, или от чистого и опьяняющего желания, огнем растекшегося по венам. Горячее дыхание Сана вызвало приятную дрожь в спине. Сонхва смотрел на него взглядом из-под полуприкрытых ресниц, рассматривая то же тёмное и возбуждающее в глубине его глаз, что уже пряталось в его собственных. Крепче сжав его бедра, Сан сильнее прижал Сонхва к стене, дразняще приблизив губы к его уху, горячим языком едва касаясь кожи. — Знаешь, красавчик, — Он продолжил шепотом. — Ты выглядишь невероятно горячо прямо сейчас. Сонхва приподнял уголок губ, прикусывая их, уже раскрасневшиеся и припухшие. — Что, правда? Сан, вместо ответа, потянул его за галстук, ослабляя узел и обнажая все больше и больше бледной кожи перед собой. Сонхва неосознанно прогнулся в спине, когда на его шее один за другим расцветали алые следы под губами Сана. С губ срывались вздохи, которые он не успевал заглушить. Сонхва запустил пальцы в волосы Сана, чтобы притянуть ближе, даже не замечая, насколько сильной была его хватка. Тот в ответ резко укусил чувствительное место, где сходятся плечо и шея, достаточно сильно, чтобы сорвать громкий стон с губ Сонхва. Самодовольно улыбаясь, Сан слегка отстранился, любуясь своей работой и тем, как на чужой коже проявляются следы, будто бутоны алых цветов. Сонхва и сам не оставлял его без внимания. Оттянув в сторону воротник Сана, который и до его рук был совершенно бесстыдно расстегнут, он оставил на его шее достаточно укусов, которые останутся слишком заметными, для того чтобы носить рубашки с *такими* вырезами. Он, почему-то с невероятным удовлетворением, слушал стоны Сана в ответ на свои действия. Тот совсем не сдерживался. Всего лишь крепче вцепился в бедра Сонхва, сжимая не менее крепко, чем тот до этого стискивал его волосы в руках. Бросив быстрый взгляд на темные глаза Сана, пальцы Сонхва начали медленно расстегивать его рубашку, специально замедляясь настолько, чтобы услышать разочарованный стон Сана, требующий большего внимания и поспешности. Он только тихо, почти насмешливо усмехнулся, продолжая медленно расстегивать пуговицу за пуговицей. Как назло, они почти не поддавались и заставляли Сонхва только хмурить брови, а потом резким движением, игнорируя жалобный хруст рвущихся ниток, сдернуть рубашку с Сана. Сан стиснул зубы, наслаждаясь тем, как руки Сонхва медленно скользят по его груди, оставляя обжигающий след. Его пальцы еще сильнее впились в кожу бедер, скорее всего, оставляя новые отметины. Сонхва провел пальцами по его мускулистым плечам, а затем ниже, по груди, восхищаясь рельефными мышцами. Он оставил несколько поцелуев, наслаждаясь горячей кожей под своими губами. В какой-то момент его губы скользнули по ключице, заставив Сана запрокинуть голову с протяжным стоном. Руки Сана на его бедрах задрожали, и Сонхва хитро ухмыльнулся. — Смотри не урони — Не могу обещать… Сан пробормотал голосом, немного более хриплым и низким, чем обычно. Прежде чем Сонхва успел ответить, он шагнул вперед, прижимая его к столу. Дыхание перехватило от резкого соприкосновения спины с твердой столешницей. Прежде чем Сонхва успел что-либо сообразить, сильные пальцы за считанные секунды расстегнули его рубашку, несколькими быстрыми движениями отстегнув пуговицы, и теплые губы заскользили по обнажившейся коже. Тело выгнулось дугой, когда с него резко сняли рубашку и отшвырнули куда-то в угол комнаты, а вместе с ней штаны и все остальное. Он не успевал задуматься, как новый элемент одежды улетал куда-то подальше. Сан прижался к Сонхва, его руки были одновременно повсюду. Прежде, чем он успел задуматься еще и об этом, губы Сана снова встретились с его губами, на этот раз с еще большей силой и пылом. Язык скользнул ему в рот, тщательно исследуя каждый его сантиметр, пока пышащее жаром тело прижимало его к столу еще сильнее. Сонхва только вздохнул, когда пару минут спустя, пролетевших будто мгновение, губы снова опустились на его шею. Он никогда не чувствовал себя таким уязвимым перед кем-то, как сейчас, когда обнажал хрупкую шею перед Саном. Сильные руки рисовали узоры по всему телу, пока Сонхва задыхался из-за новых укусов, расцветающих не шее. Пальцы запутались в тёмных волосах, и он не сдержал внезапное желание двинуть бедрами навтречу, сгорая от растущего внутри напряжения. — Давай ближе к делу, — Сонхва протянул сквозь сжатые зубы. — Ты куда-то торопишься, красавчик? — Сан ответил ему откуда-то снизу, уже добравшись в район его живота. У Сонхва снова перехватило дыхание. — Тороплюсь пристрелить тех, кто заставляет меня ждать, — он шумно выдохнул Сан тихо рассмеялся, поднимая голову, чтобы посмотреть Сонхва прямо в глаза. Темные глаза были почти что черными от желания, а грудь широко вздымалась, но этот ублюдок все еще ухмылялся и делал вид, что он не был так же на взводе, как и сам Сонхва. — Немного терпения, — Сан хихикнул, резко отодвинувшись от него, чтобы встать на ноги и потягуться к ремню на своих брюках. Сонхва откинулся назад, опираясь на руки. Мышцы напряглись, а полуприкрытый взгляд не отрывался от Сана. Он с трудом сглотнул — открывшееся перед ним зрелище возбудило его еще больше, чем он думал. У Сана было какое-то совственное неземное очарование, иначе Сонхва не мог объяснить ни одно чувство, распускающееся глубоко внутри. С ремнем было быстро покончено и Сан приступил к брюкам, ухмыляясь, заметив внимательно осматривающий его взгляд — Нравится то, что ты видишь? — штаны отлетели куда-то далеко в сторону. — Мне нравится как ты хмуришься, но почти что пускаешь слюни, смотря на меня. Сонхва приподнимает бровь, когда Сан снова наклоняется ближе, проводя пальцем по линии его подбородка. — Но ведь это именно ты почти задыхался подо мной, стоило мне лишь прикоснуться к тебе. — Слова нежно льются из его рта Сан щелкнул языком в ответ на слова Сонхва, но в его действиях не было ни злости, ни угрозы. — Ты же знаешь, что я могу убить тебя меньше чем за секунду, да? — он наклонился к Сонхва еще ближе, почти прижимаясь своим телом к его. — Ты знаешь, что я могу сделать то же самое? Сан только усмехнулся, опускаясь губами к бьющейся на шее жилке, прикусывая её, опускаясь ниже и ниже, оставляя все больше и больше красных отметин. Краем сознания, Сонхва уже прикидывает, что в водолазках ходить придётся не меньше месяца после такого активного внимания к его шее. — Хочешь поспорить, кто сделает это быстрее? Хоть дыхание Сонхва и становилось все более прерывистым, давая вырываться наружу тихим стонам, он все же нашелся с ответом: — Боже, я действительно пристрелю тебя, если ты не будешь двигаться быстрее Сан тихо рассмеялся, прижавшись губами к его линии челюсти. — У тебя здесь есть- — Второй ящик стола. — Сонхва моментально ответил, даже не дослушав вопрос. Сан отступил на шаг, поторопившись потянуться к упомянутому ящику и достал наполовину использованный флакон смазки и упаковку презервативов. — Интересный выбор предметов в ящике стола в офисе. — Я думаю, всем нравится хотя бы иногда повеселиться на рабочем месте, — Сонхва усмехнулся, когда Сан вернулся обратно — Ммм, и как часто ты развлекаешься здесь, красавчик? Сан хрипло протянул, щедро смазывая пальцы, отчего Сонхва невольно вздрогнул, наблюдая за происходящим прямо перед своими глазами. — Не так часто, как хотелось бы, — он ответил, сглатывая Сан усмехнулся, мягко проталкивая в него один из своих пальцев, и Сонхва не смог сдержать стона, резко прогибаясь в спине, откидывая голову назад на столешницу. — Это очень плохо. Ты слишком красив, чтобы проводить здесь время в одиночестве. Сан горячо прошептал, аккуратно двигая пальцем, чтобы качественно растянуть любовника. Дыхание Сонхва все чаще сбивалось и ему пришлось найти в себе некоторые силы, чтобы сдавленно пробормотать, но сосредоточиться, когда длинные пальцы Сана были внутри него, становилось все труднее. — Ммм… и кто сказал… что мне нужен… кто-то еще? Сан тихо рассмеялся и добавил второй палец, двигаясь немного грубее, чем раньше, не дожидаясь, пока Сонхва привыкнет, но всё же так, чтобы не причинять никакой боли. Наблюдать за реакцией Сонхва на все его действия было просто восхитительно. В таком виде, с полузакрытыми глазами и закушенной нижней губой, он выглядел невероятно привлекательно, особенно когда все еще старался не издавать никаких звуков. Сонхва непроизвольно попытался двинуться в сторону Сана, двигая бедрами так, чтобы доставить себе еще больше удовольствия. Его бледная кожа раскраснелась, а темные волосы слегка прилипли ко лбу из-за пота. — Боже, ты такой медлительный… — Он сердито простонал сквозь стиснутые зубы. Сан согнул пальцы, проникая глубже в него и находя нужное место, заставляя Сонхва непроизвольно выгнуться, едва сдерживая громкий стон. Он добавил третий палец, посмотрев на мужчину под собой с довольным выражением на лице. — Ты такой нетерпеливый, хм, красавчик? — Заткнись и занимайся делом, — Сонхва хрипло выдохнул Сан хитро улыбнулся и, наконец, вытащил пальцы, заставив Сонхва издать слегка разочарованный вздох из-за резкой потери контакта. Он взял упаковку презервативов и, быстро развернув один, раскатал его по всей длине, не прерывая зрительного контакта с Сонхва. — Не только нетерпеливый, но еще и требовательный. — А ты раздражающий и медлительный Сан хихикнул и наклонился над Сонхва, обхватив его за бедра и закинув его ноги себе на плечи. Сонхва еле успел ухватиться за деревянную поверхность стола для поддержки. Новая поза позволяла смотреть ему прямо в глаза, и Сан не смог удержаться от того, чтобы не оставить несколько ленивых поцелуев на коленях и бедрах перед собой. — Вот это уже другое дело, — он почти мурлыкнул. — Ты готов, красавчик? Сонхва прерывисто выдохнул, глядя на Сана потемневшими глазами. Он был нетерпелив и почти на грани перевозбуждения, даже не будучи уверенным в том, что сможет долго продержаться. Но он был слишком горд, чтобы начать умолять, вместо этого просто бормоча слегка охрипшим голосом: — Просто двигайся уже, черт возьми. Сан усмехнулся, но больше не стал поддразнивать. Его хватка на бедрах Сонхва усилилась, и, наконец, он вошел в него так глубоко, как только мог, одним долгим, медленным движением. Сонхва издал протяжный стон, выгибаясь дугой от внезапного действия, но это было не неприятным ощущением, а скорее необходимым и долгожданным чувством наполненности и удовлетворения, пронзившим все тело насквозь. Сан низко простонал, и ему потребовалось время, чтобы прийти в себя, дав Сонхва привыкнуть, прежде чем начать двигаться. Он начал медленно, постепенно набирая темп, пока не достиг устойчивого ритма, от которого прочный деревяный стол слегка поскрипывал под их весом. Сан не мог отвести глаз от лица Сонхва: его волосы были взъерошены, губы приоткрыты и покраснели, зрачки расширены и расфокусированы, выражение лица было наполнено неподдельным удовольствием, скрывать которое он больше не мог. К этому моменту Сонхва не мог сдерживать звуков — смесь тихих стонов, вздохов и слабых возгласов «о Боже», когда Сан попадал в определенную точку. Единственное, на чем он мог сосредоточиться, это на ритмичном трении их тел и волнах удовольствия, которые охватывали его с головой. Сан чувствовал себя ненамного лучше. Ему потребовалась вся сила воли, чтобы не начать двигаться быстро и необузданно, без всякой мягкости, просто в погоне за собственным удовольствием, и ему пришлось приложить все имеющиеся усилия, чтобы продолжать двигаться мягко и терпеливо. То, как тело Сонхва реагировало на каждое прикосновение, каждый толчок, буквально сводило его с ума. Сан внезапно наклонился, согнув ноги Сонхва, и захватил его губы в глубоком, беспорядочном поцелуе. Новый угол позволил ему проникнуть еще глубже, и это было почти чересчур для них обоих. Сонхва еще крепче обхватил ногами бедра Сана, прижимая его как можно ближе. Все, что они могли чувствовать и слышать, — это друг друга, и в этот момент все остальное потеряло значение. По мере того, как ритм становился все быстрее и неистовее, оба понял, что они приближаются к своему пределу. И если Сан пытался сдержаться и заставить Сонхва кончить первым, то было очевидно, что у другого мужчины были другие планы, потому что, внезапно, он сжался вокруг него, и Сан застонал, почувствовав, что мир вокруг вдруг закружился. Из-за этого неожиданного действия Сану стало почти невозможно продолжать в прежнем темпе, и его движения становились все более неровными и беспорядочными. Он скользнул вниз между их телами, обхватил член Сонхва и быстро провел по нему в том же беспорядочном темпе своих толчков. Сонхва издал еще один стон от дополнительной стимуляции, выгибаясь в спине уже, наверное, тысячный раз за последние минуты. Воздух в комнате становился все более горячим и густым, наполняясь звуками и запахами их действий, и единственное, чем были заполнены их мысли, — ошеломляющее удовольствие, которое они оба испытывали. И затем, наконец, отчаянный звук сорвался с губ Сонхва, когда он кончил, и Сан последовал за ним несколько мгновений спустя, чувствуя, что почти что задыхается. На несколько мгновений в комнате воцарилась тишина, нарушаемая только звуками их попыток скорее восстановить дыхание. Сан осторожно опустил ноги Сонхва и вышел, вновь склонившись над ним и лениво целуя его в шею. Сонхва молча лежал, его грудь широко вздымалась, пока он восстанавливал дыхание, чувствуя как каждая клеточка тела наполняется приятной усталостью. Сан, оставив еще несколько поцелуев на его коже, с тихим вздохом сел и начал искать свою одежду, разбросанную по разным сторонам офиса. Сонхва смог только хрипло пробормотать: — Что, черт возьми, это было? Сан усмехнулся, с улыбкой глядя на него в ответ. — Думаю, это было всего лишь хорошим средством снятия стресса для нас обоих. — Он протянул, надевая брюки. Затем Сан отправился на поиски своей рубашки, на которой из-за кое-чьей нетерпеливовсти не хватало нескольких пуговиц. — Да, похоже, тебе это действительно было нужно. — Сонхва приподнял бровь и сам издал тихий смешок. Он сел, слегка поморщившись от пронзившей его боли в бедрах и ощущения липкости между ними. Взяв со стола салфетку из упаковки, Сонхва начал вытирать липкую влагу со своего живота. Сан, наконец, нашел свою рубашку на полу и надел ее, даже не пытаясь застегнуть, оставив грудь почти полностью открытой, прежде чем посмотреть на Сонхва с лукавой ухмылкой. — Ты и сам сейчас не выглядишь таким уж холодным и невозмутимым. Сонхва взглянул на него из-под нахмуренных бровей — Я все еще хочу пристрелить тебя Сан рассмеялся и полез в карман за пачкой сигарет, закуривая одну — Тебе следовало сделать это до того, как начинать стонать подо мной так отчаянно — Я обязательно пристрелю тебя в следующий раз Он протянул руку, намекая, что Сан должен дать ему сигарету тоже. Сан усмехнулся и зажег вторую сигарету, зажав ее между двумя пальцами Сонхва. Он облокотился на стол рядом с ним и выпустил облако дыма в воздух, глядя на Сонхва с довольным выражением лица. — Значит, следующий раз все-таки будет, красавчик? — Если ты еще раз покажешься на пороге моего кабинета, отсюда вынесут твой труп, да, — Сонхва раздраженно ответил, выпуская дым изо рта Сан усмехнулся, запрокинув голову, и выдохнул еще одно облако дыма, прежде чем насмешливо посмотреть на собеседника. — Звучит как приглашение — Что ж, если тебе такое нравится… Сонхва затушил сигарету и встал из-за стола, чтобы одеться. Сан некоторое время наблюдал, как он одевается, с легкой и странно довольной улыбкой на губах. Он сделал еще одну затяжку и медленно выпустил дым изо рта, его глаза следили за каждым движением рук Сонхва. — Эй, можно задать тебе вопрос? — Хм? — Сонхва ответил не разворачиваясь Сан затушил сигарету прежде, чем сделать шаг ближе. — Пистолет, которым ты застрелишь меня, если я еще раз приду сюда, точно будет заряжен?