Больная любовь

Глава 2       Катя не понимала, куда её притащили. Не то качалка подпольная, не то логово сутенёрское. Но более всего она хотела знать, откуда эти ребята её знают.       — Я вам, конечно, чрезмерно благодарна за спасение, но зачем вы меня сюда привели? — спросила девушка, принимая из рук Зимы стакан с теплым чаем. — И откуда знаете меня? Или лучше спросить – моего папашу?        — Язык у тебя, я смотрю, дохуя острый, — раздражался потихоньку Турбо. — Мы тоже не пальцем деланные. Сказано сидеть и ждать – сиди и жди.        — А те парни кем были хоть?        — Во-первых, пацаны. Парней тут нет, — подал голос Зима.  — Во-вторых, это Новотатарские были, 111-й двор.       — Боже, да вы все здесь психи какие-то! — у Кати потихоньку сдавала психика. Одну оставили, избили, в подвал затащили, теперь ещё что-то ждётся! Вот так веселое начало учебного года. Да когда оно всё кончится!        — Адидас придёт, раскидает всё, понятнее станет, — сказал Турбо и сел в кресло напротив дивана, на котором устроились Катя и Зима.       До прихода Адидаса Катя решила играть в молчанку, которая продолжалась 30 минут.       Девчонка совсем запуталась. За короткое время её жизнь перевернулась с ног на голову. Только вчера, условно, она куролесила в Москве, не зная бед и забот, а сегодня сидит в подвале с гопотой и ждёт какого-то Адидаса, который обстановку по фактам раскидает. Адидас, Тополь… реально сборище психов, даже по именам не зовут друг друга.        Адидасом оказался приятной наружности молодой человек 22-ух лет, усатый и с выбитым зубом. Зайдя в помещение, он оглядел взглядом присутствующих и ещё какое-то время помолчал. Все уставились на него выжидающе, а Катя смотрела ещё и с тревогой.       — Вов, ну чё? — спросил пацан, сидящий на диване. Зима,кажется.       — Плохо всё. Встряли, братцы, — тяжело вздохнул Вова ака Адидас.       — А мне соизволите объяснить, что вообще происходит? — глаза девушки бегали от одного пацана к другому. Страх, непонимание, тревога сливались в один удушливый комок в горле.       — Отец тебе не говорил о своих планах на Казань? — Катя отрицательно мотнула головой. — А в целом о бизнесе, который он мутит? — реакция та же. — Понятно, совсем не доверяет. Либо обезопасить хочет. Значит так. А ну, Турбо, давай к ребятам на диван, чтобы я вас всех видел хорошо. Щас всё по полочкам раскладывать будем.       — А других звать не надо? — спросил Турбо, садясь на диван между Катей и Зимой.       — Нет. Им потом объясним проще. А вас надо ввести в курс дела. Начнём с главного, Пономарь – крупный московский авторитет. Ему дорогу перейти – себе дороже. Свою империю в Москве он намерился расширять через Казань. По долгу службы или работы он знаком с моим стариком, тот ему объяснил здешнюю политику и разболтал, что, так и так, сын старший улицей владеет, Универсамом зовутся, обратись к нему. Ну, Пономарь не постеснялся, обратился. Наркоторговля и оборот оружия, братцы, — опустил Вова голову, готовясь защищаться от агрессии ребят, которая не заставила себя долго ждать.       — Да какой, Вов?! — подскочил Валера. — Мы с оружием не связываемся, а с наркотой тем более, повяжут тут же!        — Дальше слушай, — уже на полтона ниже продолжил Адидас. — Знаю я всё. Или че ты думаешь, я так взял и сразу согласился? Не бывает здесь всё так просто. Условие он мне поставил: или мы с ним, или сидим все до единого, — он ощутил на себе непонимающе-осуждающие взгляды. — Повяжут нас всех, если не согласимся!  И ещё. Он намерен нас и наших соседей в один союз объединить.Создать крупняк, что-то похожее на Хади-Такташ, Тяп-Ляп, Жилку, ну и тому подобные союзы.       — Чтобы мы под кем-то ходили?! Хуй там. Мы сами, — опять выпалил Турбо.       — Успокойся, придурок, — осадил того Зима. — Продолжай, Вов.       — В том-то и дело, что заправлять мы всем будем. Его впечатлило, что мы Кощея отшили и сами подниматься потихоньку начали. А знакомство с моим отцом все более или менее упрощает. Оба всё-таки люди важные, уважаемые. Пусть и по-разному. Наше дело – держать дисциплину, слушаться, переправлять наркоту и оружие в Москву, ну и куда ещё скажут.        — Допустим, — подала голос Катя.  — А каким образом в этой истории я затесалась?        Слушая рассказ Вовы Адидаса, она готова была клясться, что слушает повесть о каком-то вымышленном человеке, который ну никак не может быть её отцом. Её отец же хороший и правильный. Хотя реальность заставляет посмотреть на вещи без розовых очков. Андрей Пономарь – страшный человек, который делает страшные вещи.       Вова смерил её взглядом, полным жалости.       — Тебя он здесь запер для безопасности. Ход такой: враги подумать не подумают, что Пономарь своё чадо запер в месте, куда более опасном, чем Москва. Знают же, что отец за тебя всё сделает. Потому и будут искать в местах более безопасных, а в Казань и не подумают сунуться. И, исходя из этого, он тебя нам поручил. Запомни, — он наклонился и посмотрел в глаза Кате. — Ты теперь с улицей. Не под ней. Не над ней. А с ней, вместе, наравне. Твоя безопасность на улицах – наша ответственность. Было велено к тебе ещё пацанаприставить в качестве телохранителя. Турбо, ты этим займёшься.        — Не понял, с какой радости я? — сегодня у Турбо день, полный неожиданностей.       — Сказали, надо крепкого, агрессивного и достойного.       Такая характеристика польстила Турбо, хоть виду он и не показал. Присматривать за этой мелкой шавкой последнее, о чём он мог мечтать.        — Всё, свободны. Поздравляю, Катя, теперь ты подруга Универсама, — он пожал ей руку и проводил всех ребят взглядом до двери.       На улице было свежо, ветер приятно обдувал лицо. Во время беседы Катя не проронила почти ни слова. Глаза были отрешённые, видимо, сильно впечатлилась.       — Бросил, — пробормотала она себе под нос, а затем тихо всхлипнула, — как щенка ненужного!        Почти без сил, она опустилась на корточки, закрыла лицо руками и начала рыдать. Единственный родной человек на этой грешной землеи тот оставил! Пацаны, стоявшие возле неё, не знали, как поступить. Зима быстро смекнул, что это заботы Турбо как телохранителя, потому быстро ретировался, ловя спиной агрессивные взгляды друга.       Но придумывать что-то не пришлось, так как девчонка сама взяла себя в руки довольно быстро. Поднявшись и извинившись за нюни, они пошли вместе до её дома, уже смеркалось. По пути они вели сухую беседу. Турбо, наконец представившись человеческим именем, Валерой, пояснил за здешние законы и понятия. Катя слушала его с тихим ужасом. Но он как будто старательно обходил  тему, которая, пусть и до ужаса, но интересовала Катю        — А кого у вас ебучками зовут?        — Общих девочек. Ими могут воспользоваться все, кто желает, — не смотря на Катю, говорил Валера, затягиваясь сигаретой.       — А клички у вас откуда пошли? Адидас, Турбо, Тополь, Зима…       Валера остановился.       — Стой. Тополь? Один из обидчиков был Тополем?        — По крайней мере, его приятель называл так. Ему я, кстати, нос и разбила, Тополю.       — Ну, значит, в ближайшее время будем их в гости ждать, — неоднозначно сказал Валера, продолжая маршрут. Катя не до конца поняла смысл его слов. Ну, ничего, у неё будет время об этом подумать.       Дойдя до её дома, они условились на том, что Валера будет провожать её до училища и обратно, а также водить на сборы и прочие мероприятия, если её присутствие будет необходимо.