Секретное дело богатого детектива

      – Доброе утро и с возвращением!       Розоволосая девушка с упаковкой какой-то заморской сладости в руках приветственно помахала рукой с дальнего конца помещения. Она нагнулась пока укладывала цветастые папки в коробку.       – «Детективы возвращаются на сцену», м? – Возгласил Тэппей, откатываясь на стуле чуть назад и показываясь за перегородкой. В его руке тоже была небольшая коробка, полная шуршащих мелочей.       – О-о, всё ещё парочкой ходите? – Шинноске привычно ухмыльнулся, быстро кликая мышкой и сворачивая окна сомнительных сайтов – Давно не виделись, «лучшее дуо столичного управления».       – Всем доброго утра.       Отдел заметно опустел. Большую часть офисной мебели вынесли, столы лишились почти всех компьютеров и всякой канцелярии, ну и поредели ряды членов команды, конечно...       К счастью, улыбки на лицах коллег и их позитивный настрой даже не дали почувствовать эту пустоту. Они собрались вокруг Хару, побросав свои дела и вещи где попало, наполняя небольшой зал разговорами и смехом.       Дружная компания наконец воссоединилась с одним из её важных членов. А теперь, после произошедшего около полугода назад - ещё и лидером. Они непринужденно начали свою беседу, словно разлуки не было вовсе. Как в старые добрые.       Конечно, и распростертые объятия Махоро были, и вопросами о Лондоне засыпали, и спародировать забавный британский акцент кто-то из них точно попытался, но в остальном...       Дайске стоял подле Хару, лишь единожды поприветствовав всех тоже и далее никак в диалог не вступая. В отличие от своего напарника, к нему не лезли с болтать, чему он впрочем не был недоволен. Ему с отделом обсуждать было нечего. Да и роль молчаливого наблюдателя, тем более когда объект наблюдения - Хару, ему нравилась гораздо больше.       Махоро пару раз пыталась разговорить Камбе, задавая несложные вопросы и предложив угоститься сладостями. Она пожалуй, единственная кто могла вывести его на какой-никакой диалог. Чуткая и внимательная, девушка тоже не особо участвовала в беседе парней, по большей части из-за набитого конфетами рта.       Детектив, по привычке ли, или из вежливости, принял её предложение. В его руках тут же оказалась круглая карамелька кислотно оранжевого цвета.       – У нас тут переезд наметился. Начальство выдало помещение повыше этажом. Типа, мы теперь отдел поважнее, подвальное помещение нам не к лицу.       – Но нам придется оставить здесь диванчики. В новом отделе не нашлось для них места... – Жалобно сказала Махоро, закидывая ещё одну конфетку в рот.       – Ну, зато лампочку у стола господина Киемизду менять не придется... – Шинноске зевнул – Кстати, нам тут как раз лишних пар рук не хватает, может вы нам поможе-       – У нас с Хару есть дела поважнее – Неожиданно вмешался Дайске, прерывая Камей.       – О... вот как.       Взгляды обратились в сторону внезапно заговорившего Камбе. Хару не обделил его благодарственной улыбкой за спасение от риска быть завербованным таскать коробки. Она приободрила помощника следователя.       – Вы же у нас теперь крутые детективы! – Саэки тихонько похлопала в ладоши – Не переживайте по поводу переезда, мы и сами управимся.       – Говорю же, партнёры       Юмото пихнул Камэй локтем в бок, намекая держать язык за зубами. Подметив интонацию и смешок Шинноске, Като нахмурился, пытаясь "незаметно" прикрыть свои пунцовые щеки.       Благо, до Дайске смысл его слов не дошел.       – Ой, точно. Забыл совсем – Тэппей метнулся к своему столику. Вынырнув, он достал желтую папку – Господин Такэй просил тут передать вам материалы по делу. И помочь вам... со всяким.       – Думаю, будет лучше если ты оставишь их наедине... – Тэппей раздражённо шикнул на Шинноске. Его шутки снова были не к месту, пусть и забавными – Кхем... Кста-а-ати, к нам сегодня Рё забегал, Хару искал.       – С чего бы это вдруг? – Като, припомнив самостоятельность Хошино, насторожился.       – Да не знаю... – Камэй почесал затылок – Сказал только чтобы когда ты придёшь - попросить тебя заглянуть в комнату для допросов на третьем этаже.       – Опрос дочери семьи Хасэгава? – Тихо предположил Камбе, поглядывая на наручные часы - те пульнули солнечный зайчик в стену – Рановато для допроса, но не исключено.       – О, точняк.       Словив момент для тактического отступления от дополнительной работы, Хару, взяв папку предложенную Тэппеем и потянув за собой Дайске, быстро проговорил, прощаясь:       – Мы побежали. Тэп, ждём тебя на третьем этаже!       Помощник следователя послушно последовал на тянущим его за руку напарником, даже не обернувшись на тихие смешки Шинноске.       – Вы все равно будете нам помо-       Захлопнулась дверь, и главный следователь, прижавшись к ней спиной, расслабленно выдохнул.       – Как много болтовни... Еще пару минут разговоров и я бы прям там в лужу превратился – Он потёр переносицу – Вечно ищут на кого спихнуть работу...       Он взглянул на Камбе, который с лёгким румянцем сжимал и разжимал руку, за которую его только что вывел его Като. Почувствовав на себе взгляд напарника, он отвернул голову, кажется пытаясь найти способы выйти из неловкой ситуации.       «Умилительно».       – Нужно поспешить. Хошино ждёт нас... – Дайске попытался спрятать неловкость за привычным тоном – Хочешь конфетку?       Он протянул ярко оранжевую карамельку в шуршащей обертке главному следователю. Тот, хихикнув, принял её.

***

      – Итак, мисс Харуми, мне нужно чтобы вы ответили на хотя бы пару вопросов.       Молодой парень теребил в руках небольшой исписанный блокнот, часто в него поглядывая. Уголки страницы помялись и порвались от интенсивного трения.       – Вы можете прервать допрос в любой момент, не объясняя свое решение. Как и в прошлый раз.       В небольшую тёмную комнатку для допросов едва попадал уличный свет. На столе светила небольшая лампа, на которую опрашиваемая обратила все свое внимание. Её глаза, полные слез блестели на теплом свечении.       Пару чёрных волосинок прилипо к мокрым от слёз щекам девочки. Чуть сгорбившись, она отодвинулась от стола, сжимая край своего кардигана и теребя пуговицу на нём.       Рё взглотнул.       – Все ваши слова будут записаны и представлены в качестве улик. Прошу вас говорить правду и только правду, в противном случае нам придётся провести допрос ещё раз. Вы готовы?       Голова девочки чуть качнулась. Детектив расценил это как знак согласия.       – Хорошо... Начнём, пожалуй – Он быстро перелистнул страничку записной книжки, чуть ли не срывая её с петель – Кхм... На момент совершения преступления вы находилась в доме, так?       Харуми молчала, медленно опустив взгляд и зажмурилась, пытаясь не дать слезам выкатиться из глаз.       – Я понимаю ваши чувства, мисс. Но вам нужно ответить на вопрос – Строгий тон допрашивающего нарастал непропорционально растущему в комнате напряжению – Хотя бы на один. Вы тратите наше со мной время своим молчанием.       Густой горячий воздух наполнил комнату для опросов. То ли от волнения, то ли от жары, он никак не лез в лёгкие - Хошино делал глубокие вдохи, пытаясь унять раздражение.       – Мисс Харуми?..       – Я хочу остановить допрос.       Прозвучал тихий, безэмоциональный голос девочки. В момент, детектива обдало холодом, по коже пробежали мурашки. Он выдохнул и, всё еще глядя на допрашиваемую, медленно поднялся со стула.       – Как скажете – К нему вернулась профессиональная холодность, что заставило Харуми дёрнуться – Ожидайте здесь. Проведём повторный допрос через некоторое время.       В момент, Хошино покинул её, оставив одну в комнате для допросов. На прощание, он достаточно громко хлопнул дверью, что заставило девочку вздрогнуть ещё сильнее.       Её терпение иссякло, и она сдавлено зарыдала.       Сквозь всхлипы она с усилием выдавила:       – Мам... Пап...

~~~

      – Кофе?       Тэппей показался в дверном проёме с картонной подставкой, полной стаканчиков кофе из ближайшей к участку кофейни.       Хару и Дайске, одновременно шепнув «спасибо» потянулись за стаканом бодрящего напитка в руках коллеги, как только тот прошёл в комнату для наблюдения. Оба не отрывали взгляда от Рё и опрашиваемой по ту сторону зеркала Гизелло.       Ещё более маленькое помещение чем комната для допросов быстро наполнилось ароматом крепкого кофе и напряжением. Увы, оно здесь было не меньшим, чем в комнате с Хошино и Харуми.       Один Като, кажется, создавал половину царящего напряжения - он смотрел на Рё, мысленно поддерживая бывшего напарника. Каждое «неправильно» подобранное слово раздавалось в его теле стреляющей болью и стыдом, будто говорит не Хошино, а он сам. То ли у как более опытного в допросах полицейского, то ли просто душа болела из коллегу... Непонятно.       А Камбе... Его лицо как обычно ничего не выражало. Главный следователь толком не смог его считать. По большей части потому, что всё внимание заострил на допросе. А может и из-за того, что напарник наблюдал из тёмного угла, толком не выходя на свет.       Он лишь пару раз почувствовал, как его прожигает взглядом Дайске, когда Хару пристально глядел на Рё. Он посчитал это довольно странным, но особого внимания не обратил.        – Как то рановато для допроса, не думаете? А он уже который час идёт... – Юмото зевнул. Като шикнул ему в ответ, приложив указательный палец к своим губам.       – Для человека который в час дня только просыпается время конечно раннее, Тэп – Подметил следователь, хмылясь но не отрываясь от окошка. Тэппей хмыкнул – Ты прав. У Рё всё очень туго в допросами...       – Поэтому он тебя искал? – Раздался голос Дайске позади.       – Не знаю... На него не похоже – Он сложил руки на груди, откидываясь на спинку хлипкого офисного стула. Тот скрипнул – Он слишком горд чтобы просить помощи.       В комнате для наблюдения снова затихли разговоры. Все трое пристально прислушивались к словам Хошино и Харуми, что через колонки раздавались в небольшой комнатке.       – Я хочу остановить допрос – Слова девочки прозвучали эхом.       – Как скажете – Последовали слова Хошино, и он удалился из комнаты для допросов.       Хару выдохнул. Он зажмурился, пытаясь привести в порядок свои мысли и обдумать план действий. Он так бы и стоял, ожидая пока не придет допрашивающий, если бы не услышал всхлипов девочки.       – Мам... Пап...       Главный следователь резко поднял взгляд обратно к окну, осматривая скорчившийся на стуле силуэт девочки.       Дайске взглотнул, решив встать к Като чуть ближе. До боли знакомая картина заставила его вздрогнуть, распространив холодную дрожь по телу.        Тэппей тоже жалостным взглядом глядел в окно, изредка поглядывая на дверь в ожидании Рё и натягивая губы, предчувствуя незавидную участь полицейского.       Но никто из них не проронил ни звука.       Эти пару секунд молчания, сопровождаемые лишь тихими всхлипами Харуми в комнате для допросов всё больше и больше опустошали чашу терпения главного следователя. Он уже медленно поворачивался к сторону выхода.       Послышался скрип двери.       В комнату для наблюдения вошёл Рё. Будничным тоном он, вздохнув, заявил:       – Не получилось.       – По крайней мере ты пытался... – Попробовал разгрузить обстановку Тэппэй, стараясь не смотреть через стекло на заплаканную девочку и сохранять спокойный тон.       – С детьми нельзя пытаться – Послышался твердый, непривычно низкий голос Хару – С детьми нужно уметь разговаривать.       Все в небольшом помещении либо дрогнули, либо удивлённо уставились на него. От кого, но от главного следователя они такого замечания не ожидали.       – Простите, детектив Като... Мне не стоило начинать допрос до вашего прихода – Рё опешил, глубоко кланяясь, но в глубине души поражаясь и недоумевая серьёзности бывшего напарника – Мы можем устроить повторный допрос чуть позже, может, через час. Вы как раз меня проинструктируете, и...       – Нет уж, я не собираюсь сидеть здесь час и смотреть как она страдает.       – Это противоречит правилам – Не побоявшись выступить против него сказал Рё в строгой и не терпящей возражений манере – Между допросами должно проходить минимум...       – Я отчитаюсь перед Такэем самолично, если ты так трусишь – Следователь прошёл рядом с ним, чуть толкая плечом со своего пути – А теперь - дай мне заняться моей работой.       Не дав детективу ответить, Хару скрылся за дверным проёмом, хлопнув за собой дверью.       Рё вздохнул, с недовольным видом вставая за окошко. В комнате для допросов уже показался главный следователь.       – Никогда не видел его таким... – Тэппей взглянул на такого же недоумевающего Дайске, кажется, ожидая объяснений. В ответ Камбе лишь пожал плечами, дав знак что и сам не может понять подобный настрой своего напарника.       – Хару справится. Дайте ему время.       

~~~

      Харуми дрогнула, увидев как в темную комнату для переговоров пробирается полоска света, медленно увеличиваясь. Она поспешила вытащить из коробочки с салфетками парочку, протереть мокрое лицо и в особенности глаза - они теперь сильно болели при любом раздражителе.       На удивление, вошедшим оказался далеко не следователь Хошино.       Незнакомец улыбнулся.       – Здравствуй, Харуми. Прости что оставили тебя надолго.       Его голос звучал тепло. Если уста полицейских, которых девушка встречала ранее, казалось были покрыты инеем и морозили каждым своим словом, этот парень был их полной противоположностью.       – Здр-здравствуйте...       Он расцвёл, услышав её голос.       – Вижу, допрос прошел не очень хорошо?       Харуми сглотнула, сминая салфетки в руке.       Она согласившись покачала головой, не пытаясь выговорить ни слова. Знала, что попытка окончится новой волной плача и бурей эмоций.       – Беда... Ну и ладно.       Пройдя к ней ближе, он взял стул где некогда сидел прошлый допрашивающий и подвинул его чуть ближе к Харуми. Получилось так, что теперь небольшой стол с лампой был не между ними, а по правую сторону от парня.       Девочка чуть прижалась к спинке стула, как только следователь приблизится к ней ближе. Отвернувшись и пытаясь поменьше хныкать, она сказала:       – Я не могу представить информацию по делу... Простите...       – Дело может подождать. Не беспокойся насчёт этого.       В отличие от других полицейских в участке, вошедший вообще не носил никакой рабочей формы. Ни пиджака, ни галстука... Лишь мятая рубашка была единственным намеком на его принадлежность к правам порядка. А так он разгуливал в теплой кофте, в джинсах и кроссах - словно подросток, случайно забредший в участок. В какой-то момент, девочка даже смогла посчитать его лишь чуть старше себя.       – Меня зовут Хару – Парень доброжелательно улыбнулся – Меня назначили главным следователем по твоему делу. Во всех вопросах можешь обращаться ко мне.       – Здравствуйте, Хару...       – Ты очень вежливая, Харуми. Не теряешь манер даже в сложной ситуации.       Девушка впервые взглянула в лицо Хару, раскрыв от удивления свои красные глаза.       Его внешность была приятна глазу - на лице красовалась улыбка, а слегка растрепанные русые волосы делали из него подобие солнышка.       – Спасибо.       Каждое слово Харуми, казалось, радовало его лишь больше. Горечь в горле не ушла и слезы еще грозили выкатиться из глаз, но говорить стало легче.       – Второй следователь - мой друг, тоже хороший парень. Он постеснялся, поэтому не пришёл – Он мельком взглянул на зеркало позади, чувствуя на себе взгляд Дайске по ту сторону.       – Следователь Хошино? – Тихонько вопросила она, опуская взгляд.       – Нет-нет, не он.       – Хорошо...       Упоминание Хошино, казалось, её напрягало. Даже самой говорить о нём ей было сложно, что Като подметил.       – Тебе не нравится следователь Хошино, Харуми?       – Нет. Он хороший... – Она замотала головой, пусть по ее лицу всё уже было понятно – Просто... Просто я бесполезная.       Хару вздохнул.       – Что значит бесполезная, Харуми? Ты нисколько не бесполезная.       – Я не смогла ничего рассказать по делу... Я не сделала ничего полезного, я...       Харуми помрачнела, на глазах снова выступили слезы. Она потянулась за ещё одной салфеткой.       – Ты полезнее некоторых взрослых, Харуми... – Мягко сказал главный следователь, пытаясь не поддаваться обстановке – Ты большая молодец. Ты уже много чего рассказала.       – Но Хошино сказал...       – Забудь слова Хошино – На удивление резко, но больше с усмешкой сказал Хару – Он часто говорит глупости и совсем не умеет правильно работать. Твое присутствие здесь уже сильно облегчает дело. Не верь тому что он говорит...       Като уколол стыд. Как смеет он ругать своего бывшего напарника вот так, так еще и наверняка у него на виду?       Впрочем, если это нужно для спокойствия дитя...       – Отныне он не будет проводить с тобой допросы, хорошо?       Харуми без промедления кивнула.       – Вам не стоило брать на себя это. Я смогу и господину Хошино все рассказать... Я уже взрослая, я не должна заставлять других взрослых подстраиваться под меня...       – Мне совсем не тяжело – Хару вздохнул, слегка ошеломлённый словами девочки – И можешь на «ты».       – «Тыкать» на взрослых тоже нехорошо...       – На меня можно.       Харуми издала странный звук. Не то всхлип, не то смешок, не то смесь всего этого сразу. Как бы не было невозможно физически смешать все вместе.       – Ты разодрала свои глаза... – Белок глаз с голубыми глазами отливал алым. Капилляры полопались, оставив тоненькие красные полосы. Кожа вокруг глаз тоже покраснела – Тебе помочь их промыть, или хочешь сделать это сама?       – Я не хочу... Пока что. Я хочу только, ну...       Девочка, до недавнего старавшаяся держаться от незнакомого парня подальше, сама того не замечая подсела чуть ближе.       Единственным источником тепла в прохладной комнате казался лишь этот «солнечный парень». Своим видом и словами он грел душу.       Что-то родное, давно утерянное.       Неуверенно, Харуми привстала со стула и неловко уткнулась в плечо детектива, обхватив его двумя руками. Не почувствовал сопротивления, она сжала его сильнее, цепляясь за кофту.       – Вот как...       Като прижал девочку к себе, успокаивающе поглаживая по спине и облегчённо вздыхая. Он наконец почувствовал хотя-бы какой-то контроль над ситуацией.       – Я помогу тебе, Харуми. Сделаю все что в моих силах.       Девочка покачала головой.       Парень старался сохранять спокойствие, или хотя бы показывать это внешне. Сейчас любое мало мальское волнение может заставить Харуми волноваться тоже - дети всегда особенно чуткие к другим людям, что уж говорить о ней.       Лишней осторожности не помешало бы.             – Уже время обеда. Ты ела в больнице?       – Нет... – Пробурчала она, не отпуская парня из объятий.       – Давай остановим допрос и отвлечёмся на еду. Если ты хочешь.       – Хочу.       Хару облегчённо выдохнул, поглядывая на дверь позади себя. Однако первым прекратить объятья не спешил. Казалось, стоило только ему вздрогнуть - как Харуми ещё сильнее хваталась за него. Потому он дождался, пока она сама не решит, что с нее хватит. Лишь тогда он предложил ей покинуть злополучный кабинет.

~~~

      Наблюдающие разом облегчённо вздохнули, почти в унисон, стоило главному следователю и свидетельнице выйти из комнаты.       – Никакой полезной информации – Рё сложил руки на груди, направляясь к двери – Я мог и сам справиться.       – По крайней мере Хару не довёл её до истерики – Заметил Дайске, стоя прислонившись к стене. Он не менял положения с того момента, как вышел Като, даже голоса не подавал; неотрывно наблюдал за процессом допроса, справляясь с непонятным чувством в душе.       Юмото хохотнул, а Хошино чуть сжал кулаки. На блокноте остались следы от впившихся ногтей.       – Следователь Камбе, вам бы стоило поучиться объективности.       Тэппэй издал удивлённое «э?», но вмешиваться в словесную перепалку не осмелился. Лишь глядел то на одного, то на другого, не смея даже разок глотнуть кофе за это время.       – Грамотное ведение допроса без оказания давления на допрашиваемого - тоже «субьективный» взгляд? – Резко отрезал Дайске. Он не смог смириться с посягательством на навыки своего партнёра – Вы не справились с этой задачей.       – Тебе бы об оказании давления говорить... – Прошипел под нос Рё, но не осмелился озвучить громче – Я признаю, что не справился с задачей, что не отменяет факта; следователь Като тоже не смог добыть больше материала по делу.       Хошино оглянулся на скрытого в темном углу Камбе. Тот даже взгляда в его сторону не бросил.       – Я работаю с Хару гораздо дольше чем вы и вижу реальную картину его работы. А вам еще предстоит набраться опыта, и научиться чувству такта тоже...       Закончив со своей колкостью, Рё не быстрым шагом вышел из комнаты для наблюдателей, направившись куда-то дальше по коридорам.

***

      – Помочь?       – Я справлюсь – Хару взялся за ручки пакетов покрепче, кивая в сторону открывшихся дверей лифта – Заходи...       Дайске нажал на кнопку с цифрой «8». Машина начала движение.       В руках Като - пакеты с логотипом известной по всей Японии франшизы комбини, набитые едой быстрого приготовления и закусками. Лапша cup noodle, пару банок газировок, шоколадные батончики, цветастые пакетики драже и прочая еда, призванная хоть как-то наполнить желудок. Обычный рацион полицейских столичного управления.       – Что с Харуми? – Камбе первым решился нарушить тишину и гул работающего лифта.       – Надеюсь что все хорошо – Като хмыкнул с собственной безнадёжности – Все что я знаю; допросить её в ближайшее время мы не сможем. Она не готова. Да ты и сам понимаешь, думаю...       Дайске уж точно понимает. Свет мигалок, допрос, первые бессонные ночи в одиночестве. Ему это знакомо как никому другому.       – Она молодец.       Хару искоса взглянул на товарища. Впервые слышал, как он говорит о детях что-то хорошее.       Не то чтобы Дайске раньше выражался про них со злобой. Обычно - просто молчал, а изредка называл их слишком шумными.       – Она пытается вести себя «по взрослому»... – Като вздохнул – Боюсь, это может создать трудности. Но она правда молодец.       Лифт достиг восьмого этажа, сообщив это пикающим звуком.       – Скоро для нее найдут детский дом, или опекуна - если повезёт, на время следствия. Если не объявятся дальние родственники, она останется жить там и после.       Открылся вид на чистый и опрятный коридор со слабым запахом штукатурки и краски; как оказалось, начальство решило провести ремонт во всем отделении столичной полиции. Работу начали сверху вниз, и восьмой этаж оказался одним из первых отремонтированных.       Стоило двери открыться, как послышались разговоры и чьи-то возгласы. Бывшее отделение по предупреждению преступности при желании можно было найти чисто на звук, настолько те порой были шумные.       Пройдя по коридору и стыдливо уткнувшись глазами в пол, дабы не видеть косых взглядов из кабинетов других, действительно работающих людей, на членов «нового» шумного отдела, детективы прошли в почти самый дальний угол этажа. Хару заглянул в дверной проём офисного зала.       – Мы вернулись!       Помещение с кучей окон, открывающих вид на городской пейзаж, было залито солнечным светом. Пол просторного и по своему уютного офиса был обставлен кучей коробок. На столах тоже красовались уже полураскрытые ящики с канцелярией.       Тэппей и Камэй, о чём-то громко переговариваясь, расставляли мелкую мебель. Но первой заметила пришедших детективов Махоро; она стояла подле Харуми, что стеснительно сидела в пестром кресле-мешке посреди комнаты. Завидев главного следователя, тусклые глаза девочки загорелись.       – Вот и помощь подоспела!       Осматриваясь по сторонам, Хару и Дайске прошли к Саэки и оставили покупки на ближайшем столе.       – Как ты, Харуми? – Первым делом спросил Като.       – Ой, она такая милашка! – Махоро улыбнулась, не дав девочке ответить – Мы успели поболтать с ней, попробовали новые конфетки и стали подружками!       – Угу... – Харуми тоже натянула улыбку, вежливо согласившись с девушкой. Хотя на её лице читалось, что со словами Саэки она не очень согласна, но отрицать их она не торопилась – Тётя Махоро тоже хорошая...       – Не тётя, а старшая сестра! – Саэки хихикнула.       – Вот как... – Като уловил взгляд девочки, понимающе кивнув – Кстати, Харуми, хочу познакомить тебя со вторым следователем.       – Дайске и Харуми ещё не знакомы? – Вопросила Махоро, кладя в руки девчонки ярко красную конфетку с этикеткой «Без сахара».       – Не представлялось возможности – Молча стоявший позади своего напарника Дайске наконец заговорил, сразу переведя взгляд на свидетельницу – Здравствуй, Харуми.       – Дайске мой очень близкий друг – Сказал Хару, отступая чуть вбок для представления товарища. Где-то сзади усмехнулся Шинноске – Он не очень разговорчивый, но очень хороший и добрый. Если меня вдруг не окажется рядом, можешь обращаться и к нему.       Камбе смутился такого описания себя, а ещё больше - с представления его как второго ответственного. Не то чтобы он был против... Просто не представлял, что делать в случае если придётся помогать девочке в чем бы то ни было.       Впрочем, пока все было хорошо.       До недавнего момента, дочь Хасэгава глядела на помощника следователя без особого интереса. Но стоило Хару его представить, так она с почтительностью поприветствовала его, даже немного улыбнувшись.       – Здравствуйте, Дайске – Тихо произнесла она.       Дайске сначала взглянул на девочку, поджав уголки губ в улыбке, а затем на своего напарника. Тот выглядел очень довольным, наблюдая за взаимодействием их двоих.       – Вы чем-то даже похожи! – Воскликнула Махоро.       Хару хмыкнул. Действительно, Харуми выглядела не то дочерью, не то младшей сестрой Камбе; чёрные как смоль волосы, темно-голубые глаза и молчаливый нрав.       – Давайте есть уже! Я так устал... – Послышался возглас Шинноске из противоположного угла офиса       – Мне нужно к Такэю. Доложить кое о чём – сказал Хару, медленно пятясь к выходу – Я скоро вернусь.       – Ещё целый день впереди, а на сытый желудок думается лучше – Тэппей плюхнулся на стул, прикатываясь на нём ближе к Махоро.       – Ешьте без меня – Като улыбнулся, уже почти скрываясь за дверным проёмом. В тот же момент раздался голос Дайске.       – Я пойду с Хару.       – Э-э? – Главный следователь оторопел – А тебе зачем?       Камбе без слов направился к напарнику, уже чуть тише сказав тому:       – Нужно кое-что обсудить.       – У-у-у! Детективы решили уединиться? – Сразу завопил Камэй.       – Не неси чушь... – Буркнул главный следователь – Мы скоро.       В следующую секунду он утянул Камбе за собой, жмурясь, заслышав смешки Шинноске.       – Так, что случилось?       Темная лестничная площадка пожарного выхода здания столичной полиции. Сырой пролёт между восьмым и седьмым этажами - излюбленное место полицейских для сбора на перекуры и задушевные беседы.       Из света - потускневшая лампочка и зелёная табличка «Exit». Из удобств - заполненная до краев пепельница из жестяной банки. Короче говоря, идеальное место для важных переговоров.       – Поиск опекуна для Харуми ещё ведётся? – Дайске стоял на последней ступеньке, не желая спускаться на землю. Так он стал чуть выше Хару.       – Ну... Да – Хару положил руки в карманы; здесь довольно прохладно – Это не должно занять много времени. Бумажки заполнить, день-два подождать, да и только. Я за этим и шёл, кстати говоря.       Дайске коснулся чёрной серьги, задумчиво поглядев на товарища.       – Хотел бы стать отцом?       – Это ответственность, причем большая. Я не думаю что готов, но... – Като перевел взгляд на друга – Ты же не собираешься...       – Собираюсь.       Чёрная бусинка в мочке парня пару раз моргнула фиолетовым.       – В имении Камбе для Харуми найдется место. Она важный свидетель, у нас должна быть возможность контролировать условия её жизни - так получим больше информации о деле, а ещё...       «А ещё она делает тебя счастливым».       Дайске не посмел закончить фразу       Он не был уверен, к чьему конкретно счастью стремится.       – Ребенок это не просто дорогая игрушка – Произнёс Като нравоучительским тоном, сложив руки на груди и не сводя взгляда с напарника – А ещё я буду занят работой, и не смогу...       – Я смогу посмотреть за ней, когда ты будешь занят.       Хару огляделся вокруг. Еще чуть больше полугода назад они стояли здесь же, споря о каких-то мелочах. Тогда он даже схватил Дайске за ворот, едва не подняв над землёй. Сейчас ему тоже очень хотелось, но он бы не посмел - теперь это действие засмущало бы его гораздо больше, чем тогда. А сейчас... Обсуждают предстоящее родительство?       – Можешь не идти. Все уже готово.       Главный следователь попытался состроить на лице недовольство, но у него не вышло. Вырывающаяся радость и покраснешие щёки выдали его с потрохами.       – Дайске... нельзя же так быстро принимать важные решения...       Камбе ухмыльнулся, глядя на сдерживающего улыбку партнёра.       «Он такой милый».

~~~

      – Вы сегодня рано, м? – Раздался голос Сузуэ из экрана на панели управления машиной.       – Ребята из отдела сами разберутся с переездом, а мы заняты еще одним важным заданием, э-э...       Хару обернулся на заднее сиденье, глядя на Харуми. В ее руках была стопка документов, а сама она недоуменно проглядывала их один за другим. Почувствовав на себе взгляд главного следователя, она натянула улыбку.       – Можешь попросить приготовить какую-нибудь из комнат? Желательно ближе к Хару или моей – обратился Дайске к сестре.       – У нас гости? – заинтересованно вопросила Сузуэ, не отвлекаясь от работы и сразу же отдавая приказ горничным имения. Она слегка склонилась над столом, оттого виден на экране был ее лишь тёмный хвостик, собранный блестящей резинкой – Надолго?       – Да. Весьма...       – О как. Это кто-то из департамента?       – Это...       Харуми заинтересованно глядела на «девушку на экране». А поняв, что разговор идёт о ней, засомневалась, стоит ли ей подавать голос.       – Свидетельница из семьи Хасэгава - несовершеннолетняя. К тому же, опекунов для нее не нашлось... – Тут Дайске слукавил. Постеснялся признаться, что всё это его инициатива.       – Мы решили что она поживет у нас некоторое время – Хару, почувствовав нарастающую неловкость, решил сбавить градус.       – Вы что, просто забрали ребёнка из участка? – Сузуэ насторожилась, подняв взгляд на камеру.       – Н-нет конечно! С этим все нормально, просто...       – Мы удочерили её.       – УДОЧЕРИЛИ?       Озадаченный взгляд сестры Камбе быстро сменился обескураженным выражением лица.       – ТО ЕСТЬ ВЫ ТЕПЕРЬ ПАПЫ? С ХАРУ? ВЫ-       Дайске быстро нажал на красную кнопку окончания звонка, переводя взгляд на дорогу. Он отвернулся, дабы покрывавшиеся румянцем щёки не увидел Хару.       Только вот сам Като сидел красный как помидор; непонятно правда, от сдерживаемого смеха или от смущения.       – Я точно не приношу вам проблем? – Раздался позади голос Харуми. Ее заметно припугнуло произошедшее.       – Нет-нет, Харуми, все хорошо! – Главный следователь опомнился, мягким тоном убеждая девочку – Не обращай внимание на реакцию тёти Сузуэ. Она не против тебя, просто...       Он закусил губу, пытаясь сформулировать понятную и приличную мысль.       – Это не связано с тобой... Не волнуйся.       – Тётя Сузуэ просто очень рада видеть гостей – Дайске тоже решил попробовать себя в роли «ответственного взрослого».       – Хорошо... – Харуми в замешательстве качнула головой и отворачиваясь к окну.       Хару вздохнул, откидываясь на спинку сиденья. Он не знал, смеяться или плакать.       Его телефон, кстати говоря, жужжал уже который раз. Он поначалу не заметил, но стоило экрану включиться, как высветилось великое множество сообщений от Сузуэ. Их было штук 35, не меньше, и все за последние пару минут.       «Первые сложности родительства, да..?» Продумал он про себя, потирая переносицу.