Галстук военных лет

      Тимур открыл глаза и осмотрелся. Он не понимал, где он. Всë вокруг было серое и тëмное.       — Эл? — позвал Гараев, пытаясь вглядеться в темноту. — Виктор Иванович? Вы здесь?       В ответ тишина. Пугающая тишина. Единственное, с чем ассоциировалась у парня эта атмосфера — оккупированная деревня. Тимур помнил, что таит в себе такая тишина. Страх, горе, смерть…       Неожиданно Тимур услышал немецкую речь, а затем он заметил, как к нему тянуться тëмные костлявые руки с острыми, как когти хищной птицы, ногтями. Они начали хватать Тимура за руки, ноги и одежду.       — Что вы делайте?! — вскрикнул он и принялся вырываться. — Отпустите!       Стоило Гараеву вырваться из этих рук, как к нему начали тянуться новые, да ещë и в двое больше по количеству. Тимуру ничего не оставалось, кроме как отбиваться от них. Руки если и успевали его схватить, то обязательно оставляли на коже парня глубокие царапины или рвали одежду.       — Прекратите! — кричал Тимур. — Не позволю! Вы не посмеете ничего со мной сделать! Гады!       Неожиданно одна из рук сильно дëрнула Тимура за ноги, и тот упал на спину. Он зажмурил глаза, боясь представить, что его ждëт.       — Ненавижу… — с дрожью в голосе процедил он.       И именно в этот момент появилось что-то яркое и тëплое. Тëмные руки тут же отступали. Тимур открыл глаза. Свет сделал это место белым.       Гараев обратил внимание на фигуру, которая отпугнула те злые руки. Вроде бы силует знаком, но лицо не было видно. Тем временем фигура подошла ближе и присела рядом с Тимуром.       — Как ты, мой мальчик?       Голос. Услышав его у Тимура возник ком в горле. Это же…       — М-мама?.. — тихо спросил он.       — Ты угадал, родимый, — лаского продолжила мама.       Тимур подскочил и обнял женщину. Он уже не обращал внимание ни на что. Даже на то, что из его глаз льются слëзы.       — Мама, а так скучаю о тебе, — шептал парень.       — Я тоже, Тимочка…       Гараев чувствовал, как рука женщины лаского гладит его по волосам.       — Я рада, что ты жив, — тихо продолжала она. — Я ни за что бы не простила себя, если бы ты умер на моих руках…       — Мам?       — Видимо, так решила судьба.       — Мам, что с тобой случилось? — Тимур поднял взгляд.       — Ты сам скоро всë узнаешь, мой мальчик.       Тимуру показалось, что мама улыбнулась. Но он всë ещë не видел еë лица.       — Твой глаз…       — Знаю, мам, — парень виновато отвëл взгляд в сторону. — Я постродал там, в деревни.       — Это они с тобой это сделали?       Тимур кивнул, а женщина снова прижала его к себе.       — Прости, — прошептала она. — Я должна была быть рядом.       — Мам, не вини себя. Ты же понимаешь: время сейчас такое…       — Военное… Говоришь те же слова, что и твой папа.       Женщина продолжала гладить сына по голове.       — Мам… Что случилось с тобой? И с дядей тоже?       — Ты скоро всë узнаешь, сынок. А сейчас отдохни. Ты очень устал на последнее время.       Тимур снова взглянул на маму.       — Почему ты недоговариваешь? Ты же всегда говорила всë, как есть. Что случилось, мам?       — Я не смею тебе сказать, Тима. Ты должен узнать всë сам. Тем более, если я начну рассказывать тебе всë, то нам просто не хватит времени.       — Но… У нас же вся ночь впереди.       — Ты спишь, родимый. А во сне время идëт быстрее, чем в реальном мире. Не переживай. Со временем ты всë узнаешь… Кстати о времени, мне пора идти.       Женщина встала, Тимур вместе с ней. Они держали друг друга за руки.       — Мам… Не уходи…       — Прости, милый. Я бы хотела побыть с тобой подольше, но… Уже скоро ты проснëшся. Да и время почти утреннее.       Женщина отпустила руку сына.       — Мам…       — Будь аккуратнее, Тима. Я знаю, что ты у меня любишь игнорировать проблемы с самочувствием.       — Постой…       — Помни, я всегда буду любить тебя, мой мальчик.       — Подожди…       Тимур заметил, что его мама начала медленно растворяться.       — Ты так похож на отца, Тимочка, — прошептала она. — Даже внешне… Пожалуйста, оставайся таким же…       Женщина развеялась, оставив Гараева совершенно одного в этом пустом месте.       — МАМА!..       Тимур подскочил с кровати, при этом он тяжело дышал. Парень взглянул на комнату. За окном уже светило солнце.       — «Это действительно был сон…»       Парень обхватил колени руками, продолжая тяжело дышать. Дурные мысли не давали покоя.       — «Они же не могли еë убить, верно? Они же не дошли до Москвы… А до Ленинграда? Чëрт! Я не хочу думать об этом!»       — Тимур?       Гараев посмотрел в сторону двери. Элек, видимо, только что проводил профессора на работу и теперь вернулся в комнату. Тимур заметил, что Эл был обеспокоен.       — Что случилось? — блондин подбежал к кровати. — На тебе лица нет.       — Я в порядке, — Тимур отвëл взгляд в сторону.       — Но ты кричал, — Электроник сел рядом с ним. — Тебе приснился кошмар?       — Я… Я не знаю, что это… — проговорил Гараев, поправив повязку на глазу. — Сначало вроде как кошмар, что-то хотела схватить меня. А потом… Я увидел маму…       После этого Тимур уткнулся носом в свои колени. Элек положил свою руку на плечо парня.       — Как думаешь, она могла… Не выжить? — тихо спросил шатен.       — Всë возможно, — ответил Элек. — Может она жива, а может…       — Я не хочу думать ни о чëм плохом, — ответил Тимур, закрыв глаза. Элу показалось, что на уголке глаза появилась слеза. — Я за минуту уже столько страшных вещей себе навыдумывал… Не хочу, чтобы мама кончила именно так…       — Ну тише, — блондин аккуратно убрал слезинку с глаза. — Мы не знаем, что произошло с ней, но…       Тимур открыл глаза и вопросительно посмотрел на Электроника.       — Может, Женя что-то знает?       — Ты так думаешь? — шатен поднял голову.       Элек кивнул.       — Тем более, она позвала тебя к себе. Значит, это что-то связано с твоей семьëй.       — Значит, я отправляюсь к ней. Прямо сейчас.       Тимур встал с кровати и начал одеваться.       — Ты позавтракать не забудь, — сказал Эл. — А то снова в обморок упадëшь. Но на этот раз от голода.       — Хорошо, Эл.