Галстук военных лет

      После завтрака Тимур направился к Женьке, по указанному адресу. Элек хотел проводить его, но Гараев убедил друга в том, что сможет найти нужный дом. И он оказался прав. Почти через полчаса шатен оказался возле нужного здания.       Тем временем Женя сидела за столом и листала книгу. Она не ожидала услышать звонок в дверь. Девочка быстро побежала открывать дверь, догадываясь, кто к ней пришёл.       — Рада тебя видеть, — улыбнулась она, глядя на Тимура.       — Я тоже, — кивнул парень.       — Женечка, это кто пришёл?       В прихожую заглянула женщина средних лет. Тимуру она, почему-то, напомнила Ольгу, старшую сестру Жени.       — Это Тимур, — представила девочка своего друга. — Я вам о нëм говорила.       — Да-да. Припоминаю. Ну проходи.       Ребята прошли в комнату, и Женя быстро подбежала к книжному шкафу.       — Это та медсестра? — тихо спросил Гараев.       — Да, — кивнула Женька. — Но я тебе больше скажу: это моя племянница.       — Чт… — Тимур не успел спросить, как его перебили.       — У Оли после войны родилась дочь, Наденька, — пояснила Александрова. — Взяла она меня к себе потому что я напомнила ей одну девочку с фотографии. И мы обе удивились тому, что являемся родственницами.       Женя взяла в руки небольшую коробочку и отвела друга на диван.       — Ты должен это увидеть своими глазами.       Ребята сели и Женя открыла коробочку. Там лежали фотографии. Девочка взяла одну из них и протянула еë Тимуру.       — Узнаëшь?       Тимур взял фотографию и присмотрелся. На ней были мужчина и женщина. Оба счастливые. На мужчине была знакомая гимнастëрка. Такую же Гараев видел у…       — Это же… Мама и папа, — удивился парень. — Но… Как?       — Мама получила эти фотографии в военном госпитале ещë в 42-м, — сказала Надя, зайдя в комнату. — Она представилась другом семьи, и ей передали эти фотографии. Ведь никого не осталось.       Услышав это Тимур застыл. Он не мог в это поверить. Значит, вся его семья… Мертва?       — Это… Правда? — тихо спросил он.       — На одной из фотографий были подписаны годы жизни, — ответила Женя, перебирая фотографии. — Она должна быть где-то здесь.       — Минутку.       Надя подошла к книжному шкафу, взяла с одной из полок книгу и, немного полистав, достала из неë ту самую фотографию. Женщина протянула еë ребятам. Те взяли еë.       На фотографии были те же мужчина и женщина. Но теперь с ними были ещë один мужчина и маленький мальчик, лет 5-6. Тимур сразу вспомнил.       — Эту фотографию мама всегда носила с собой, — проговорил он. — До этого она у нас в рамочке стояла.       — А теперь вот на это посмотри, — сказала Александрова и перевернула фото.       В этот самый момент зрачки Тимура резко уменьшилось. Четыре строчки. И все идентичны друг другу: фамилия, инициалы, годы жизни. Парень начал читать эти строки.       Гараев А.А. 1906–1937г.       Гараев Т.А. 1927–1941г.       Гараев Г.А. 1902–1941г.       Гараева И.В. 1907–1942г.       — Н-нет… — прошептал Тимур. — Этого не может быть…       — Ты сам всë видишь, — ответила Женя. — Всë согласно документам.       Шатен перевернулся фотографию. Он всë ещë не мог поверить, что все, кто на ней есть, мертвы.       — Как так вышло?..       — Про своего отца ты сам всë прекрасно знаешь, — ответила Надежда. — А вот дядя и мама… Георгий Алексеевич погиб во время битвы за Москву. А твоя мама не смогла пережить зиму в Ленинграде. Как и многие в то время.       Тимур продолжа смотреть на фотографию. Он чувствовал, как к его горлу подкатывает какой-то комок, который парень быстро подавил в себе. Он не мог этого сделать.       ***       Вернувшись к Громовым Тимур продолжал молчать. Он снова и снова перематывал ту информацию, которую он узнал.       — «Их больше нет…» — думал Гараев. — «Они все мертвы… Даже мама… Я один… Почему?.. За что?.. Я понимаю, что это война, но… Зачем же так… Жестоко?..»       — Тимур, ты в порядке? — спросил Элек, сев рядом с парнем.       — Д-да, — пришëл в себя тот. — Всë в порядке. Я тоже… Буду в порядке.       Электроник понимал, что что-то случилось. Видимо, информация, которую передала парню Женя, оказалась слишком неожиданной для Тимура.       — Может ты расскажешь, что случилось? — поинтересовался Эл. — Я же вижу, что ты подавлен.       — Я в порядке, — продолжал Тимур. — С чего ты вообще взял, что я подавлен?       — Прошу заметить, я живу среди людей уже третий год, и я прекрасно вижу, когда человек пытается скрыть что-то. Так что выкладывай, что случилось.       Тимур посмотрел на Элека. Он чувствовал, что ещё немного и эмоции возьмут верх над холодным рассудком. Но… Такое действительно не стоит держать. Тем более, Эл переживает за парня. Всë же, стоит рассказать ему.       — Женя узнала, что случилось с моей семьëй, — стараясь оставаться спокойным ответил Гараев.       — И что же?       — Они… Они… Они все погибли…       Элек одновременно был и шокирован, и обеспокоен. Тимур, тяжело вздохнув и переведя взгляд в сторону, продолжил:       — Дядя погиб под Москвой… А мамы не стало в Ленинграде…       — Мне жаль, Тимур… Правда…       Тимур продолжал тяжело дышать. Он снова почувствовал ком в горле. Ещё немного, и парень не сможет сдерживать свои эмоции. Как же сейчас ему было больно…       Эл заметил состояние парня и положил свою руку на его плечо.       — Не держи в себе, — сказал блондин. — Дай своим эмоциям волю. Я же вижу, что тебе сейчас плохо. А так тебе станет легче.       Тимур посмотрел на него. Теперь он точно не мог сдерживать этот поток эмоций. Парень резко обнял Элека. Через несколько секунд блондин услышал всхлипы.       Электронику ничего не оставалось, кроме как обнять плачущего приятеля в ответ. Он аккуратно провëл по взрагивающей спине шатена рукой, словно пытался хоть немного утешить. Тот лишь уткнулся лицом в плечо робота.       Тимур сильнее прижимал к себе Эла, продолжая всхлипывать. Как же ему сейчас хотелось, чтобы всë это было страшным сном. Но то, что он услышал, было реальным. Даже… Образ мамы. Она же ему снилась сегодня. Видимо, она не хотела расстраивать сына, поэтому и промолчала о своей гибели.       — Я… Я в-всë ещë не могу в-в это пов-верить… — всхлипывал Тимур. — Я н-надеялся… Я…       — Тише, тише, — Элек продолжал гладить его по спине.       Шатен снова всхлипнул. Слëзы капали из его глаз на плечо Эла. Правда, теперь они текли не так сильно, как раньше.       Спустя время Тимур немного успокоился. Элек сходил на кухню и принëс ему стакан с водой.       — Тебе легче? — спросил блондин, сев рядом.       — Немного, — ответил Тимур, закончив пить, и вытер слезу. — Спасибо.       — Рад слышать.       Эл забрал у парня стакан и поставил его на тумбочку.       — Прости, но… Здесь точно ничего нельзя сделать. Особенно если есть документы, подтверждающие их смерть.       — Всë в порядке, Эл, — ответил Гараев. — Я всë понимаю. Похоже, всë, что мне остаëтся делать, это продолжать жить. Даже несмотря на боль.       Парни сидели молча, глядя куда-то в сторону. Рэсси, который только что зашëл в комнату, подошëл к Тимуру и снова положил свою голову на его колени. Теперь шатен погладил пса по голове.       — Слушай, Эл, — Тимур прервал тишину, — а создание машины времени точно невозможно?       — Ну… — почесал затылок Элек. — 50 на 50 точно, хотя… Стоп! — он вопросительно посмотрел на парня. — Что ты задумал?       — То же, что и изначально: вернуться в своë время.       — Но… Ты же…       — А вдруг Женя ошиблась? Вдруг я смогу повлиять на это? Я должен вернуться туда, помочь другим. Может даже… Спасти кому-то жизнь.       — Даже не знаю… — ответил блондин. — Но… Думаю, попробовать стоит. Хотя бы на теоритическом уровне.       — Спасибо, Эл, — улыбнулся Гараев. — Я надеюсь, что у нас всë получится.       Электроник грустно улыбнулся в ответ. Он сомневался в успехе создания подобной машины, но… Попытаться, видимо стоит. Тем более, это предложение хоть немного подняло Тимуру настроение после новости о его семье.