Возвращение кембрийского периода

— Му Фэй! — взволнованно помахал рукой Цун Ся. Лесной орел, неся их на себе, направился вглубь леса. Верхняя часть тела Му Фэя, соединённая с веткой дерева, парила в воздухе, приближаясь к ним. На его лице сияла искренняя, радостная улыбка. — Му Фэй, ха-ха, тебе не холодно? Ты даже без одежды. — Разве сосны боятся холода? — засмеялся Му Фэй. Цун Ся на мгновение замер, а затем рассмеялся: — Ты уже полностью смирился с тем, что ты сосна. — Я и есть сосна, хочешь не хочешь, а пришлось смириться. — Му Фэй поднял руку, и к нему протянулась другая ветка с белой льняной одеждой, которую он надел. — Но одежду всё же стоит носить. Идём, посмотрим наш новый дом. Му Фэй повёл их вниз. Огромному лесному орлу было бы сложно пролететь сквозь густые хвойные ветви, но с Му Фэем, который прокладывал им путь, ветви сами расступались, открывая широкий проход: весь лес словно приветствовал их. — Ваш основной ствол стал ещё больше, — заметил Цун Ся. — Да. — Му Фэй, казалось, был немного озабочен этим. — Мы больше не хотим расти. Хотя после того, как мы отдали вам кукольный нефрит, мы стали расти медленнее, но всё же продолжаем увеличиваться. И, как вы знаете, сосны в этом возрасте растут очень быстро. Сейчас мы стараемся расти вширь, слишком большая высота не очень хороша для корней. Они приземлились. Основной ствол Дьявольской сосны по-прежнему был невероятно огромным: стоя у его подножия, они видели только коричневатую кору, которая простиралась до самого горизонта, а ее крона заслоняла небо. — Смотрите, — Му Фэй с энтузиазмом показывал им наверх. — Вон там моя перестроенная вилла, рядом — кабинет и чайная комната, вон там — оранжерея, а позади самая большая комната — логово Ни-Ни. Они подняли головы. На высоте шестидесяти-семидесяти метров от земли из ствола росли несколько толстых веток, диаметром не менее двадцати метров каждая. Эти ветви, равномерно распределённые по окружности ствола, поддерживали четыре больших деревянных дома. Самый большой из них был трёхэтажной виллой Му Фэя, которую они перевезли из Юньнани. Тогда, при перевозке, она выглядела так, будто вот-вот развалится, но теперь её укрепили хорошей сосновой древесиной, и она выглядела не только прочной, но и совершенно обновленной. Вторым по размеру был дом Ни-Ни — похоже, его строили с учётом размеров Абу. Кабинет и оранжерея располагались по обе стороны от виллы. Все четыре дома были соединены между собой переплетающимися ветвями сосны. Весь этот комплекс напоминал таинственное и древнее жилище лесных эльфов из фильмов — вызывающее желание взобраться на него и исследовать. — Очень красиво! — искренне восхитился Цун Ся. — Сколько времени у вас ушло на строительство? — На перестройку виллы ушёл месяц, а на остальное — четыре. Сань-эр и местные жители очень нам помогли. — А где госпожа Сосна и Ни-Ни? — Ни-Ни становится всё более застенчивым и редко выходит, — Му Фэй улыбнулся. — А госпожа Сосна… она, кажется, тоже стала стеснительной. — Он крикнул: — Ни-Ни, Сун-Сун, пришли гости, спускайтесь! Через некоторое время из дома выскочила большая чёрная кошка и быстро спустилась по стволу. Судя по её движениям, бегать по вертикальному стволу для неё было так же легко, как ходить по земле. — Это действительно чёрная пантера, — сказал Чэн Тяньби, взглянув на Ни-Ни. — Да, — рассмеялся Му Фэй. — Мы узнали об этом, только когда он вырос. Сань-эр первый это заметил. Раньше мы считали его обычной кошкой. Нам всегда казалось, что он немного дикий, но мы и подумать не могли, что он вовсе не кошка. Ни-Ни, приземлившись, облизал свои большие лапы, потёрся головой о Му Фэя и уселся на землю. Сейчас его рост достигал двух метров. Хотя по сравнению с другими мутировавшими животными он не был таким уж большим, но всё же превосходил ростом всех присутствующих людей. Му Фэй сел на Ни-Ни и вздохнул.  — Я всё ещё скучаю по тем временам, когда мог держать его на руках. — Да, — улыбнулся Цун Ся. — Я тоже мечтаю подержать Абу на руках. — А? — Му Фэй обернулся. — Сун-Сун? Ты ещё не выходишь? Ствол дерева зашевелился, и из его центра медленно появился бледный мужчина с длинными волосами, ниспадающими до земли. Внешне он был точной копией Му Фэя, но его неизменное выражение лица всегда позволяло отличить их друг от друга. — Здравствуйте, госпожа Сосна, — с улыбкой поздоровался Цун Ся. Дьявольская сосна, ступив на землю, надела одежду, которую ей подала ветка, и без обиняков сказала:  — Вы опять здесь?     Цун Ся, уже привыкший к такому приёму, ничуть не расстроился.  — Мы пришли навестить вас, и ещё мы принесли много всего хорошего, — он похлопал по большому свёртку. — Цун Ся, что ты мне привёз? — глаза Му Фэя загорелись, он вскочил на ноги. Цун Ся с энтузиазмом раскрыл свёрток и начал, как фокусник, доставать подарки один за другим.  — Это шёлк, я принёс много разных расцветок, смотри, потрогай, какой он мягкий. — А, шёлк! — Му Фэй зарылся в свёрток, прижал кусок ткани к лицу и с наслаждением потёрся об него. — Такой мягкий, такой приятный. — Здесь ещё есть очень хорошие шёлковые ткани, из них можно сшить одежду. Сун-Сун, ты обязательно должна пощупать, какая бывает одежда из шёлка, — обратился Му Фэй к Дьявольской сосне. — Этой ткани хватит и на постельное бельё. Дьявольская сосна не двинулась с места, но протянула руку. Ее тонкие белые пальцы превратились в ветви и потянулись к ткани. — Трогай человеческой кожей! — Му Фэй хлопнул по ветке. Дьявольская сосна, недовольно фыркнув, подошла ближе. Му Фэй прижал шёлк к её лицу.  — Ну как? Приятно, правда? Одежда — ещё не всё. Нужно сшить простыни и одеяла, завернуться в них и спать голышом — вот это настоящее удовольствие! — Голышом… — пробормотала Дьявольская сосна, и выражение её лица слегка изменилось, глаза заблестели. — О чём ты думаешь? — нахмурился Му Фэй. — Это не то, что ты себе представляешь. — А что тогда? — не поняла Дьявольская сосна. — В общем, это не то, — Му Фэй закрыл ему лицо шёлком. — Перестань читать мои мысли. Отнеси всё это в кабинет. Цун Ся достал ещё один свёрток: — Му Фэй, здесь семена, а это саженцы. А ещё вот это, тщательно упакованное, — чайный сервиз и кухонная утварь. Мне они очень понравились, но не знаю, совпадут ли наши вкусы. Му Фэй нетерпеливо развернул свёрток. Глядя на изящные керамические изделия, он не хотел выпускать их из рук и не переставал благодарить Цун Ся. Тот довольно улыбался, он тоже был рад. Му Фэй подозвал большого белого голубя и сказал:  — Лети за Сань-эром. — Голубь взмахнул крыльями и улетел. — Сань-эр как раз недавно вспоминал о вас, — улыбнулся Му Фэй. — Мы тоже давно его не видели. — Он повзрослел, и у него появилась девушка. Ни-Ни и несколько веток, бегая по деревьям и по земле, перенесли все вещи, которые принёс Цун Ся, в дом на дереве. — Пойдёмте наверх, в доме тепло, — сказал Му Фэй. Корни, выходящие из-под земли, обвили талии Чэн Тяньби и Цун Ся и подняли их прямо к вилле. Внутренняя планировка дома почти не изменилась, но внутри появилось много новых вещей. Му Фэй, как и подобает дизайнеру интерьеров, даже в условиях ограниченных ресурсов сумел обставить свой дом со вкусом. В каждой детали, большой или маленькой, чувствовалась продуманность и мастерство. Пожалуй, только Му Фэй, не нуждаясь в еде и не беспокоясь о безопасности, мог позволить себе тратить время и силы на такие прекрасные вещи. Му Фэй, глядя в окно, указал на каркас деревянного дома, скрытый за виллой: — Это наша будущая мастерская. У нас с Сун-Сун много идей, которые мы хотим реализовать в этом лесу. Например, увеличить урожайность сельскохозяйственных культур, создать полезные инструменты, которые помогут местным жителям улучшить свою жизнь. Ваши мутировавшие семена нам очень пригодятся. — У вас насыщенная жизнь, — улыбнулся Цун Ся. — У нас слишком много времени, нужно чем-то заниматься, — глаза Му Фэя заблестели. — Кстати, вы целый день летели, идите примите ванну. Мы построили новую ванную комнату с раздельными сухим и влажным отделениями и парилку, которую привезли из Суйхуа, она удобная. — Отлично! — Цун Ся улыбнулся. — Тяньби, давай сегодня как следует отдохнём. Му Фэй дал им свободную одежду и проводил в ванную комнату, с гордостью объясняя принцип работы водоснабжения и отопления. Надо признать, что в умении наслаждаться жизнью даже Яо Цяньцзян и Чжоу Фэнлань уступали Му Фэю. Они с удовольствием приняли горячую ванну. Когда Цун Ся, обёрнутый полотенцем, вошёл в парилку, Чэн Тяньби уже сидел там, скрестив ноги. Цун Ся с размаху упал на нагретый татами — от удовольствия ему хотелось кататься по полу. Смыв с себя усталость и оказавшись в таком тёплом месте посреди зимы, он чувствовал, как раскрываются все его поры. Мелкие капельки пота стекали по коже, унося с собой всю усталость и сонливость. Он подумал, что обязательно расскажет об этом Лю-гэ, чтобы тот точно лопнул от зависти. — Не лежи слишком долго, пол очень горячий, — сказал Чэн Тяньби, невольно улыбаясь. — Так хорошо, — лениво пробормотал Цун Ся, переворачиваясь на другой бок.  — Му Фэй действительно знает толк в удовольствиях. — Если тебе нравится, можем остаться здесь подольше, мы не спешим. — Хорошо, хорошо, — довольно промычал Цун Ся. Он поднялся с татами, подполз к Чэн Тяньби и повалил его на пол. Чэн Тяньби нежно погладил его слегка разгорячённую спину: — Ты как пьяный. — Правда? — Цун Ся прижался к нему всем телом, ища его губы, и нежно поцеловал. — Может, от недостатка кислорода? Нет, это место слишком расслабляет. Чэн Тяньби обнял Цун Ся за талию, перевернулся и накрыл его своим телом. Его горячие губы жадно впились в губы Цун Ся, наслаждаясь их свежим, нежным вкусом. Цун Ся обнял его за шею, запрокинув голову, и ответил на долгий, сладкий поцелуй. Однако вскоре от нехватки кислорода у него закружилась голова. Чэн Тяньби отпустил его, в его глазах плясали смешинки.  — Голова кружится? Говорил же, не перегревайся. — Немного… — пробормотал Цун Ся. Он погладил Чэн Тяньби по лицу и с улыбкой спросил: — Хочешь заняться этим здесь? — Ты потеряешь сознание. — Чэн Тяньби сжал его за талию. — Не такой уж я слабак, сейчас моя выносливость лучше, чем у большинства людей. Чэн Тяньби осмотрел его руку: — Хм, ты немного подкачал мышцы, действительно стал сильнее. — Я специально тренировался с Яньцю для стрельбы. Теперь я отлично стреляю по неподвижным мишеням, с движущимися немного сложнее, но ещё пара месяцев, и я буду мастером. — Неплохо, — Чэн Тяньби потёрся кончиком носа о его щёку. Цун Ся пристально посмотрел на Чэн Тяньби, в его глазах горело желание.  — Так что, мы… — Цун Ся! — раздался весёлый голос Му Фэя за дверью ванной. — А? — Цун Ся резко сел. — Вы закончили? Сань-эр пришёл, он принёс свежую косулю. — Да, мы сейчас выйдем. — Цун Ся немного пришёл в себя и смущённо посмотрел на Чэн Тяньби, собираясь встать. Чэн Тяньби протянул руку и обнял его за талию, прижавшись к его спине.  — Вечером, — прошептал он ему на ухо. Цун Ся почувствовал, как у него загорелись уши и щёки. Чэн Тяньби поднялся, потянул Цун Ся за собой и, посмотрев на него, сказал:  — Пойдём, — в его тёмных глазах читалось желание, от которого у Цун Ся подкосились ноги. Они переоделись в льняные халаты, которые им дал Му Фэй. Надо сказать, что, хотя эта одежда выглядела бесформенной, она была очень удобной, неудивительно, что Му Фэй и Дьявольская сосна, превращаясь в людей, носили её повсюду. Особенно удобно было ходить в ней по тёплой вилле. Как только они вышли из ванной, у дверей они увидели высокого молодого человека, снимающего с себя меховую одежду. Увидев их, он весь засиял: — Цун-гэ, Чэн-гэ! — Сань-эр! — радостно воскликнул Цун Ся. Последний раз он видел Сань-эра перед поездкой в Цинхай. С их первой встречи прошло больше года. Неуклюжий подросток превратился в статного крепкого юношу, ростом даже выше Цун Ся. Он выглядел совсем как взрослый. Цун Ся невольно подумал, как быстро растут дети. Сань-эр бросил мех, подбежал к ним и, схватив Цун Ся за руку, громко сказал:  — Цун-гэ, вы наконец-то приехали! Мы так по вам скучали! — Ха-ха-ха, Сань-эр, ты так вырос! — Му Фэй сказал, что у тебя появилась девушка. Сань-эр довольно захихикал.  — Скоро она станет моей женой. Смотрите, смотрите, она самая красивая девушка в нашей деревне. — Он достал из кармана фотографию и показал её Цун Ся. — Ладно тебе, ты всем её показываешь, — засмеялся Му Фэй. — Давай, разделывай косулю, сегодня вечером у нас хого. — Есть! Му Фэй и Сань-эр суетились на кухне. Дьявольская сосна неподвижно стояла у входа, наблюдая за Му Фэем. Дьявольская сосна была похожа на робота, оживая только тогда, когда её о чём-то просил Му Фэй. Цун Ся и Чэн Тяньби, наслаждаясь редким отдыхом, ничего не делали, просто сидели на диване и листали старые журналы и книги. На маленьком столе стояли изысканные сладости и горячий чай. Цун Ся вдруг подумал, что внешний мир — просто кошмарный сон, а он всего лишь пришёл в гости к другу на ужин, и ничего не изменилось. Вскоре из кухни донеслись аппетитные запахи, и Цун Ся не удержался и заглянул туда. На обеденном столе уже стояла индукционная плита, на которой булькала кастрюля с острым бульоном. Рядом стояло семь или восемь тарелок с аккуратно нарезанными и вымытыми ингредиентами для хого. Всё мясо Му Фэй предварительно обжарил. Кроме еды, на столе были соки, приправы, посуда, шумовки — всё, что нужно. Даже коробка для салфеток выглядела изысканно. — Даже до апокалипсиса мы редко так ели дома, — невольно заметил Чэн Тяньби. — Точно, — восхитился Цун Ся. — По сравнению с Му Фэем, я жил как попало. — Он считал себя аккуратным холостяком, умеющим готовить и убирать, и думал, что живёт лучше, чем 99% одиноких мужчин. Но, видимо, и в этом 1% были различия, и Му Фэй определённо принадлежал к тем, кто умел наслаждаться жизнью. — Присаживайтесь, — Му Фэй, лучезарно улыбаясь, вышел с последней тарелкой рыбного филе Они уселись вокруг стола. Сань-эр, с глазами, горящими от предвкушения, смотрел на кастрюлю, готовый вот-вот пустить слюни. Перед едой Му Фэй взял Дьявольскую сосну за руку и тихо сказал:  — Сун-Сун, после еды тебе нужно оставаться в человеческом облике 24 часа, поняла? Иначе ты не сможешь переварить еду. — Поняла. — Дьявольская сосна, очевидно, тоже была заинтересована в еде. — Ну что ж, приступим! — хлопнул в ладоши Му Фэй. Сань-эр нетерпеливо высыпал в кастрюлю половину тарелки говядины, остальные тоже добавили всего понемногу. Вскоре еда была готова, и пять пар палочек принялись за дело. Они с энтузиазмом ели, запивая кисло-сладким освежающим соком, приготовленным Му Фэем. В апокалипсисе такое удовольствие было настоящей роскошью, и они ценили каждую минуту, проведённую здесь. Му Фэй и Сань-эр с любопытством расспрашивали их о путешествии в Цинхай. Цун Ся рассказывал только интересные моменты, умалчивая о тяжёлых воспоминаниях, и слушатели были поражены его историями. — Иногда мне так хочется побывать в Пекине, — вздохнул Сань-эр. — В детстве я мечтал увидеть столицу, но моя семья была бедной, и я надеялся только на то, что поступлю в Пекинский университет. А теперь… даже если у тебя есть деньги, мало кто может позволить себе путешествовать. — Если хочешь, я могу взять тебя в Пекин, а потом вернуть обратно, — предложил Цун Ся. — Правда? — обрадовался Сань-эр. — Что тут сложного? Наш лесной орел может нести четырёх-пятерых человек. — Я… я хочу поехать! — Сань Эр в предвкушении потёр руки. — И ещё я хочу взять с собой свою девушку. — Не нужно утруждать Цун Ся, — улыбнулся Му Фэй. — Когда ты женишься на сяо Минь, я устрою для вас поездку в Пекин. Цун Ся вас там встретит. — Без проблем, — улыбнулся Цун Ся. Сань Эр радостно поблагодарил его. Му Фэй, глядя на счастливое лицо Сань-эра, вдруг помрачнел.  — Мне тоже так хочется посмотреть, — сказал он с грустной улыбкой. Цун Ся хотел было сказать: «Пойдём с нами!», но вдруг вспомнил, что Му Фэй не может покинуть этот лес. За столом повисла неловкая тишина. — Если ты хочешь в Пекин, я могу протянуть туда свои корни, — сказала Дьявольская сосна. — Нет-нет, я не хочу! — поспешно ответил Му Фэй. — Я просто так сказал. — Но ты же хочешь, — нахмурилась Дьявольская сосна. Цун Ся покрылся холодным потом. Если Дьявольская сосна действительно захочет протянуть свои корни до Пекина, то, , по оценкам Чжуан Яо, направив все свои силы в одну сторону, он сможет добраться туда всего за год. Но это будет огромной угрозой для мутантов Пекина. Не все так хорошо знают Дьявольскую сосну, как они, и даже Академия наук не останется в стороне. К тому же, корни, находящиеся так далеко от основного ствола, будут очень слабыми, и Дьявольская сосна не сможет защитить себя. Му Фэй никогда не позволит ей так поступить. — Это слишком сложно, ты же знаешь, — Му Фэй погладил её по голове. — Я просто так сказал. Ты же чувствуешь, что я и сейчас доволен. Дьявольская сосна долго смотрела ему в глаза, а затем кивнула. Му Фэй взял кусочек мяса и поднёс его ко рту Дьявольской сосны.  — Открой рот, — нежно сказал он. Дьявольская сосна послушно открыла рот и проглотила мясо. — Вы выглядите как близнецы, а ведёте себя как мама с ребёнком, — хихикнул Сань-эр. — Не говори глупостей, — притворно рассердился Му Фэй. — Сун-Сун всего восемь лет, она ещё ребёнок, конечно, я должен о ней заботиться. — Затем он усмехнулся: — Хотя, скорее, как папа с ребенком. Сань-эр расхохотался, Цун Ся тоже засмеялся, и даже лицо Чэн Тяньби смягчилось. Наконец, объевшись так, что им стало трудно двигаться, они с неохотой закончили есть. — Останьтесь на несколько дней, — сказал Му Фэй с улыбкой. — Я хочу приготовить для вас ещё много всего. Завтра будем есть кантонскую кухню или, может, европейскую? У Цун Ся потекли слюнки, а Сань-эр нагло попросился приходить на обед каждый день. Они немного походили по комнате, чтобы переварить еду.  — Хотите посмотреть на звёзды? — предложил Му Фэй. — Я могу отвести вас на верхушку сосны. — Цун-гэ, Чэн-гэ, обязательно сходите! — воскликнул Сань-эр. — Там немного холодно, но вид потрясающий! Скорее, скорее! — Давайте, — тоже заинтересовался Цун Ся. Они накинули тёплые плащи и вышли из дома. Ветки подхватили их и понесли наверх. Му Фэй и Дьявольская сосна взмыли в воздух. В темноте ветвей не было видно, и два белых силуэта с длинными волосами парили среди деревьев, как призраки, создавая странное, но завораживающее зрелище. Чем выше они поднимались, тем холоднее становилось, но воздух был чистым и свежим. Глубокий вдох наполнял лёгкие прохладой, и всё тело становилось лёгким. Вскоре они достигли вершины. Ветви, словно катапультировав их в густую крону, исчезли. Цун Ся встал, затаив дыхание от открывшегося вида. Они стояли на вершине кроны, на высоте более тысячи метров. Под ними простиралось бескрайнее море деревьев, вокруг проплывали облака, а огромная круглая луна казалась такой близкой, что до неё можно было дотронуться. Но больше всего их поразило звёздное небо: на тёмно-синем небосводе сияли бесчисленные звёзды, яркие и тусклые, мерцающие золотым светом. Перед ними раскинулась гигантская картина Млечного Пути. Такое зрелище было невозможно забыть. — Вы, наверное, забыли, что сегодня пятнадцатое число [1], — сказал Му Фэй, глядя на звёзды. — Какой прекрасный день. [1] Фраза «Сегодня пятнадцатое число» относится к 15-му числу месяца по лунному календарю. В китайской культуре 15-е число лунного месяца считается днем полнолуния. Полнолуние традиционно ассоциируется с завершенностью, красотой и является временем для праздников и особых событий. Му Фэй, вероятно, имеет в виду, что полнолуние делает этот день особенно красивым и запоминающимся, подходящим для любования звездным небом. Все легли на крону, и перед их глазами было только звёздное небо, как будто ничего больше в мире не существовало. — Какая красота, — искренне восхитился Цун Ся. — Эта планета такая красивая, но, к сожалению, она больше не рада людям, — тихо сказал Му Фэй. Цун Ся закрыл глаза, и его сердце наполнилось горечью. Эта планета такая красивая, и они хотят жить на ней вечно, из поколения в поколение.