Возвращение кембрийского периода

— Это решение было принято не профессором Цуном единолично, а всей Академией наук. И все последствия мы должны нести вместе, — встал Цун Ся. — Последствия? И какие последствия мы можем понести? Убить вас, что ли? Мы были товарищами по оружию, а в итоге выяснилось, что вы отправили нас на верную смерть, скрыв правду! У нас мог быть другой выбор! Какими бы ни были ваши причины, мы сражались, не жалея жизни, разве мы не имели права знать правду?! Я больше не могу вам доверять. Что бы вы ни предложили в дальнейшем, если это хоть немного угрожает мне, я не буду участвовать! — Жаклин в ярости пнул мусорное ведро. Его красивое лицо было холодным, как лёд. Ли Даоай и Яо Цяньцзян молчали. Всё-таки они были в хороших отношениях с Цун Ся и остальными. Хотя их лица были мрачными, они сдерживались и не высказывали упрёков. Цун Ся виновато опустил глаза. Когда они решили скрыть правду, они ожидали, что в день её раскрытия им придётся столкнуться с обвинениями. Но когда это произошло, они почувствовали вину и боль. Особенно тяжело было видеть недоверие и гнев в глазах бывших товарищей. Чэн Тяньби и Шэнь Чанцзэ, которые знали правду, тоже молчали. Их положение было ещё сложнее, чем у Цун Чжэньчжуна и Цун Ся. Сейчас любые их слова только усилили бы гнев остальных. — Да, хватит хитрить! Говорите прямо, что вы от нас хотите! Но если это опасно, я не буду участвовать! Я не могу вам доверять! — гневно сказал Чжоу Фэнлань. Чжуан Юй тихо кашлянул. Чжоу Фэнлань посмотрел на него, и его пыл немного поутих, но лицо всё ещё выражало гнев. — Вам всем уже за двадцать, за тридцать. Хватит быть такими наивными, — сказал Чжуан Юй, оглядев всех присутствующих. У Юй посмотрел на него искоса, и в его взгляде читался лёд. — Подумайте о ситуации, которая тогда сложилась. Да, если бы вы знали правду, многие из вас не сдались бы. Но можете ли вы гарантировать, что так думали бы все? Хотели бы вы, сражаясь с таким врагом, как гигантский кальмар, остаться без кого-то из своих товарищей? И можете ли вы гарантировать, что сами не разболтали бы этот секрет? Что другие не разболтали бы? Как мутанты с природной силой, вы обладаете самыми мощными способностями среди всех мутантов. За вами стоят сотни и тысячи мутантов, Академия наук обеспечивает вас всем необходимым. Что бы ни случилось, вы проживете дольше всех. Поэтому вы так уверены в себе, что, даже зная жестокую правду, не сдадитесь. Но что, если эта правда дойдёт до других мутантов? Что они подумают? Сколько из них потеряет боевой дух? Стабильность, которую мы так долго поддерживали, может рухнуть в одночасье из-за этих слухов. Те мутанты, которые беспрекословно выполняют ваши приказы, могут дезертировать в самый ответственный момент. Кто-то из вас хочет этого? — спросил Чжуан Юй. — Софистика, — холодно сказал Жун Лань. — Мы занимаемся софистикой? А вы не перекладываете вину? — спросил Чжуан Яо с холодным выражением лица. — Я знаю, что этот дамоклов меч не даёт никому покоя. Но причина не в нас, а в нашем общем враге — кукольном нефрите. Каждый наш шаг, каким бы гневным он вам ни казался, был направлен на то, чтобы все выжили. Разве это не заслуживает доверия? Все молчали с мрачными лицами. — Мы обманули не только вас, но и Дьявольскую сосну. Мы настроили против себя самых могущественных мутантов в мире. Если бы был другой способ, мы бы им воспользовались. Но у нас не было выбора. Даже если бы нам пришлось столкнуться с вашими обвинениями, мы не могли рисковать утечкой информации, рассказывая вам правду. Да, нам нужна была ваша помощь в битве с гигантским кальмаром в Южно-Китайском море, потому что это был последний шанс для человечества, последний шанс для всех нас. Этот шанс мы получили вместе. Неважно, как всё было устроено, результат — это то, чего все хотели. Достаточно ли этого, чтобы вы снова нам доверились? — спросил Чжуан Яо. Все присутствующие посмотрели на Чжуан Юя и Чжуан Яо, чьи лица становились всё более похожими, и почувствовали себя беспомощными. Кто мог превзойти мутантов мозга в споре? Чжоу Фэнлань и остальные сердито смотрели на них, но не могли ничего сказать. — Для нас, знавших правду, вы никогда не были пушечным мясом. Вы наши самые важные воины, наша самая мощная сила. Академия наук всегда рассматривала вас как равных партнёров. Решение скрыть правду было вынужденным. Я приношу вам свои извинения. И ещё раз повторю: когда всё закончится, вы можете сделать со мной всё, что захотите. Я лишь прошу вас в последний раз довериться нам, как и раньше. Мы не уверены в успехе, но пока есть хоть малейшая надежда, человечество никогда не сдаётся. Пожалуйста, сражайтесь вместе с нами ещё раз, чтобы спасти человечество и спасти себя, — сказал Цун Чжэньчжун, вставая, чтобы сгладить ситуацию. Все молчали. Наконец, самый авторитетный среди мутантов с природной силой, Ли Даоай, вышел вперёд и сказал: — Друзья, давайте сначала выслушаем их план. Не нужно говорить, что вы не будете участвовать, если это опасно. На самом деле, каким бы опасным это ни было, мы должны участвовать. Мы так долго сражались, так много потеряли, не для того, чтобы сдаться в последний момент. Вы согласны? — Цун Ся, расскажи, что нам нужно сделать, чтобы запечатать кукольный нефрит, — вздохнул Яо Цяньцзян. Цун Ся облегчённо вздохнул, прочистил горло и сказал: — На самом деле, это не представляет для вас особой опасности. Единственное, что может произойти, — это потеря ваших способностей. Но, по словам Чжуан Яо, это маловероятно. — Верно, — кивнул Чжуан Яо. — Эволюция генов необратима. С вероятностью в девяносто процентов вы не сможете превратиться из мутантов обратно в обычных людей. Даже если вы потеряете свои способности, главное — остаться в живых. — Продолжай, — сказал Чу Синчжоу. — Текст на древнекитайском, который я получил из пятицветного камня, описывает метод «слияния человека с камнем». Если говорить проще, то с помощью пятицветного камня моё тело временно превратится в нефритовый талисман для накопления энергии. Когда я сольюсь с пятицветным камнем, моё тело сможет поглощать вашу энергию. Не ту, что хранится в ваших энергетических ядрах, а более глубокую, первоначальную энергию, которая пробудила ваши божественные гены. Ту энергию, которую кукольный нефрит непосредственно передал вам десятерым. Только пятицветный камень может её поглотить. Это та часть, которой не хватает кукольному нефриту, — сказал Цун Ся. Все удивлённо посмотрели на него. — Вы знаете, что я могу поглощать энергию только мёртвых существ. Но я могу поглощать и энергию живых существ, просто способ, которым это делается, для меня сложен, — продолжил Цун Ся. — И какой это способ? — спросил Яо Цяньцзян. — Атака. Энергия, которую вы направите на меня при атаке, будет полностью поглощена моим телом, — сказал Цун Ся, глубоко вздохнув. Он украдкой посмотрел на Чэн Тяньби. Как и ожидалось, Чэн Тяньби резко встал и сердито посмотрел на Цун Ся. Цун Ся сглотнул и продолжил: — Я не могу этого сделать, потому что не выдержу вашей атаки. Раньше я об этом не думал, но этот текст напомнил мне. Это парадокс. Чтобы поглотить энергию живого существа, я должен выдержать энергетическую атаку. Если атака будет слишком сильной, я могу умереть. Поэтому я и говорил, что не могу поглощать энергию живых существ. Но если я сольюсь с пятицветным камнем, у меня появится шанс выжить. Вот наш план. — Это только твой план! — резко сказал Чэн Тяньби. Лицо Цун Чжэньчжуна позеленело. Он не ожидал, что текст, который изучал Цун Ся, описывает такой рискованный метод. Его губы дрожали, он молчал. Чжуан Яо поджал губы и тоже промолчал. — Тяньби, послушай… — Цун Ся неуверенно посмотрел на Чэн Тяньби. — Мне нечего слушать. Я не согласен, — холодно сказал Чэн Тяньби, указывая на него пальцем. Он пнул дверь и вышел, не оборачиваясь. В комнате повисла неловкая тишина. — Ну вот, теперь не мы отказываемся сотрудничать. Что вы будете делать? Свяжете Чэн Тяньби? — спросил Чжоу Фэнлань с холодной улыбкой. — Я уговорю его, — сказал Цун Ся, закрыв глаза. — Как ты его уговоришь? Цун Ся, я тоже не могу принять этот план. Ты один выдержишь атаки десятерых? Ты с ума сошёл? Ты будешь поглощать нашу энергию ценой своего здоровья? Ты думаешь, ты выживешь? Мне всё равно, что тебе сказал пятицветный камень. Это слишком рискованно, слишком безумно. Я не верю, что это сработает, — сказал Яо Цяньцзян с холодным выражением лица. — Владыка округа, энергию будет поглощать не моё тело, а пятицветный камень. Но пятицветный камень нуждается во мне как проводнике, чтобы я мог передать энергию кукольному нефриту. Раз уж в этом тексте предлагается такой смелый план, значит, есть гарантия, что я выживу. Пятицветный камень спасал меня не раз, я верю, что он защитит меня, — попытался объяснить Цун Ся. — Цун Ся, я не понимаю, как это работает, это слишком сложно. Я знаю лишь то, что любой из нас может уничтожить всё живое в радиусе пяти километров, не успею я закончить эту фразу. Ты выдержишь наши атаки? Чем ты будешь защищаться? Как только энергия проникнет в твоё тело, ты уже не сможешь передумать. Если пятицветный камень не сможет защитить тебя, ты мгновенно рассыплешься на куски. Я не вижу в этом большого шанса на успех. Ты нам нужен, ты наш друг, я не хочу, чтобы ты бессмысленно жертвовал собой, — сказал Ли Даоай. — Владыка округа, офицер Ли, спасибо вам. С тех пор, как четыре года назад я получил пятицветный камень, все мои способности — от него. Без него у меня не было бы такой силы. Без него я и многие другие люди вокруг меня давно бы погибли. Это действительно божественный артефакт, результат всей жизни мастера Чжана. Я верю в него. Я верю, что он изо всех сил помогает человечеству и не станет шутить с моей жизнью. Это наш единственный шанс, и я должен его использовать, — сказал Цун Ся с лёгкой улыбкой. — Сначала уговори Чэн Тяньби. Если хоть один человек не согласится, всё будет напрасно, — вздохнул Яо Цяньцзян. Цун Ся посмотрел на заснеженный пейзаж за дверью. Высокая фигура в снежной дымке уже исчезла. Он сжал кулаки. — Я… уговорю его.