Вот только громче стала гроза

– Как это в Москву уезжаете?! Жизнь вошла в привычное русло и, не успел Андрей моргнуть, наступил конец марта. Их маленькое семейство окончательно наладило рутину, в которой, несомненно, очень много места занимал Марат. Когда он уезжал по работе, то писал и звонил из других стран и городов. А когда приезжал, то подвозил и часто просто оставался в гостях вместе с Вовой. Иногда они собирались чисто мужской, взрослой компанией: пили пиво и смотрели боевики. Это стало негласной традицией. Марат привозил диски с каждой своей поездки. Андрей и Амина все-таки сходили в гости к старшим Суворовым. Несмотря на жуткую тревожность, прошло все очень хорошо. Большую часть вечера говорили дети, ведь у них кипела и бурлила социальная жизнь, которой им не терпелось поделиться. После ужина, придя домой, Андрей заперся в комнате под предлогом головной боли и долго восстанавливал свое душевное равновесие – плакал и спал. Они также побывали в гостях у Бори. Знакомство с его семьей получилось даже веселее, потому что Боря тему тюрьмы обходить вообще не собирался. Особенно когда дети уходили играть в другую комнату. Меньше притворства – меньше тревоги. Договорились встречаться хотя бы раз в пару месяцев. И расписали летнее посещение дачи. В этот плотный график втискивался бассейн и встречи с Сеней, с которым они очень сильно сблизились. Андрей понял, что привязался. Вернулись те самые бабочки в животе, которые казались лишь воспоминанием из юношества. Им хотелось видеться чаще, но оба были заняты. Единственный раз, когда он смог остаться у Сени с ночевкой, это когда Амина праздновала день рождения подруги на ночевке. Все шло своим чередом: почти всегда тихо и спокойно. Почти. – Поездом, – ответил Андрей, глядя как лицо Марата медленно меняется от удивления к возмущению. – Почему я не в курсе!? Андрей выдохнул медленно, аккуратно, как делал в последнее время слишком часто. – Я понятия не имею, почему ты не в курсе. Я тебе говорил. – Когда?! – Еще недели три назад. – Не помню я такого! – Марат подскочил на ноги и начал расхаживать по комнате. – Мы смотрели «Уоллеса и Громита». – Кто о таком во время просмотра фильма сообщает?! Я все буквально поминутно расписал! Блин, Зарина теперь с меня три шкуры спустит! Она в Египет хотела. – Ты мне вообще ничего о своих планах не говорил, – сказал Андрей уже тише. Не оправдываясь. Констатируя. – Как это не говорил? – Марат остановился напротив него, уперев руки в бока. - А дача? А рыбалка, моторная лодка? Я о шашлыках тебе целую лекцию прочитал! – Я не экстрасенс. Откуда мне было знать, что ты именно о весенних говорил? Есть же еще майские. И выходные. – Ну теперь выходные и остаются! – Хватит дуться. – Все ты, Васильев, знал. И специально о поездке умолчал. – Ничего подобного! И вообще, можете тоже в Москву… – Андрей запнулся и почти физически почувствовал, как сам себе усложняет жизнь. – Чего? – Ну, поехать, – Андрей потер переносицу. – Или полететь. Там тоже дача. Не такая крутая, как у вас, но вполне сносная. Спальных мест хватает, электричество есть, обогреватели тоже. И печь можно растопить. Много всяких закруток. Лодку у тестя возьмем, будет тебе рыбалка. Не уверен, захочет ли ехать Зарина, но… Чего ты на меня так смотришь? – Ничего не «так». – Ты сейчас от переизбытка сдерживаемых эмоций взорвешься. – Андрюх!

***

На кухне у Суворовых пахло свежеиспеченным печеньем и чаем с бергамотом. Зарина, изящная и всегда собранная, двигалась возле стола бесшумно, расставляя фарфоровые кружки. Из комнаты Вовы раздавались взрывы смеха и голоса самого Вовы, Амины и Марата. Играли в какую-то новую игру. – Ты не злишься? – осторожно начал Андрей, обжигая губы горячим чаем. – Почему я должна на тебя злиться? – Зарина села напротив, обхватив чашку длинными пальцами. На ее лице появилась легкая, понимающая улыбка, слегка тронувшая уголки ее глаз. – Марат говорил, что ты в Египет хотела. – Хотела. Но это не ты виноват, что Марат одним местом слушает. И вообще. Считай ты мне обеспечил недельный шопинг, а еще я наконец увижусь с подругой детства. А то все собрались, собирались и никак. – Я рад. – выдохнул Андрей. Камень с души. – И кстати, я краду Амину. – подмигнула ему Зарина и отпила свой чай, прищурившись от удовольствия. – Зачем? – У нас будет девичник. Хотите прозябать на своей лодке и попы морозить, пожалуйста. А у нас другие развлечения. Андрей невольно рассмеялся. – Я, честно, и сам бы лучше по магазинам прошелся. Не понимаю, с чего Марат взял, что я рыбалку люблю. – Поздно, голубчик, ты спохватился. Теперь не отвертишься. – Знаю. И смиренно принимаю свою судьбу. – С Маратом почти всегда так.

***

Московский вокзал встретил их гомоном, гулом объявлений и воздухом, слегка пропитанным дизелем. Амина широко смотрела по сторонам, пока Андрей проверял все ли они вынесли вещи. – Бабушка! Дедушка! – Амина, заприметив родных, сорвалась с места и помчалась к ним. – Ой, моя красавица! Выросла то как! – Тамара Олеговна в ярком пуховом платке расцеловывала внучку. – Отцовские гены. – с легкой усмешкой сказал Арсений Петрович, и крепко обнял внучку. - Привет, малышня. – Андрюш, дорогой мой! Хоть щеки появились, румяные! – Спасибо, Тамара Олеговна. Очень рад вас видеть. – А мы-то как рады! – Так, давайте-ка продолжим в машине, а то скоро весь город встанет. Машина тронулась мягко. Тамара Олеговна сразу же устроилась поудобнее на переднем сиденье, расправила сумку на коленях и обернулась через плечо. – Ну что, как дорога? Не укачало? – спросила она, внимательно глядя на Амину. – Нет, бабушка, все хорошо, – она потянулась к окну, оставляя на стекле едва заметные следы пальцев. – А у вас тут все по-прежнему. – Еще бы. – хмыкнул Арсений Петрович, выруливая со стоянки. – Я хотел спросить, – внезапно вспомнил Андрей. – А мы можем завтра в аэропорт утром съездить? У меня друзья прилетают. – Да, дедушка! – просияла Амина. – Это какие такие друзья? – Тамара Олеговна приподняла брови в зеркале заднего вида. – Дядя Марат, тетя Зарина и Вова! – Ну съездим, коль надо. – А почему мы об этом ни сном, ни духом? – продолжился расспрос. – Это спонтанно получилось, – Андрей чуть подался вперед, словно хотел быть услышанным сразу всеми. – Не переживайте, они в отеле будут жить. – Дядя Марат очень хочет на рыбалку! – Да. И на шашлыки. – У вас в Казани рыбачить негде? – фыркнула Тамара Петровна. – Там немного запутанно получилось… – Папа не сказал дяде Марату, что мы уезжаем, он очень сильно обиделся, ведь он планировал рыбалку у них на даче, и папа позвал его к нам сюда. – Я ему говорил! – тут же возмутился Андрей. – Он просто мимо ушей все пропустил! – А ему без тебя не рыбачится, значит? – Тамарка, ну какое удовольствие там одному прозябать? – отозвался тесть. – С другом веселее. – Это как вы с Санычем «рыбачите»? Ты вот об этом веселье говоришь? – с подчеркнутым скепсисом уточнила она. – Ну а как без этого-то? – Действительно. – Мы не будем… Ладно, это вообще не важно. – продолжил Андрей. – Просто Марат думал, что мы на каникулах у него на даче будем, все распланировал, как оказалось. Мне стало как-то неловко. Я и позвал их сюда. Вот. Мы большую часть времени все равно с вами проведем. – Конечно проведете! – деловито ответила Тамара Олеговна. – Мы, вообще-то, Андрей, не только по внучке соскучились.

***

Смска пришла, когда Андрей раскладывал по полкам свои немногочисленные вещи. «Доехал?» Марат. Конечно же Марат. «Да. Все хорошо. Завтра встретим». «Супер! В предвкушении». Андрей вздохнул. – Мда, кажется нормально отдохнуть получится только летом, – пробормотал он в тишину комнаты.