Чаша моего терпения с треском лопнула

Открыв глаза и усердно проморгавшись, капитан Леви пришёл к выводу, что задремал на рабочем месте. Вот же… Конечно, с таким кругом обязанностей, как у него, ещё попробуй выспись. Вскоре до него дошло кое-что ещё: он не мог пошевелиться. В смысле, мог, но едва-едва. Что-то физически мешало ему это сделать… Несколько раз приложив усилие, а затем обратив взгляд вниз, Леви понял, что привязан к своему стулу с помощью троса УПМ. — Какого титана?.. — у него в голове не укладывалось, что и по какой причине происходит. — Прошу прощения, капитан, — из-за его спины вышла Петра. Ну да, та самая Петра. — Петра, что здесь творится? Кто это сделал?! Узнаю — такое сделаю… — Успокойтесь, капитан, — попросила девушка, облокотившись задницей о стол (стул с сидящим на нём Леви был отодвинут). — Прежде всего, у меня к вам есть один вопрос… — Не время для вопросов! — рявкнул Леви. — Ты что, не видишь, командира замотали! Это диверсия какая-то, что ли? Я ничего не знал, в Разведкорпус проникли враги! — Ну не надо так, пожалуйста! Вовсе никакие не враги. Вы мне лучше ответьте честно на один вопрос, от этого зависит многое. Капитан Леви, вы педик? — Ч… Ч-ЧО-О-О??? — он только и вылупился на рыжую подчинённую. — Ну, любите пиструнчиком в шоколадную норку лазить? — Что ты, чёрт побери, такое несёшь?! — Так ты что же, не знала? Ваш капитан с командором Смитом… того-этого, — хихикнула майор Зоэ, с типичным своим буйнопомешанным видом поправляя отблёскивающие очки. — Думаешь, чего они так часто уединяются, стоит им только встретиться? Дымоходы друг другу прочищают, знамо дело… — Н-нет, этого не может быть… — отчаянно мотала головой из стороны в сторону рыжеволосая разведчица, которой от подобной информации было совсем не по себе. — Да чего ты так распереживалась? — ехидно спросила глава исследовательского отряда. Хоть и знала прекрасно, в чём дело. — Ну подумаешь, педики наши прославленные командиры… уж от этого конец света вряд ли наступит. Кто как хочет, так и дрочит, как говорится… Мне, вообще, даже любопытно было бы увидеть их в деле… Из научного интереса, так сказать… — Ну ты нашла, кого слушать! — несказанно возмутился Леви, услышав пересказ того разговора. — Ну Ханджи, ну смотри у меня… вот выберусь отсюда, так тебе дымоход прочищу, что год сидеть не сможешь… — Так это неправда? — полным надежды голосом уточнила Рал. — Да конечно, ёптвою мать, это неправда! Извини, я не твою мать имел ввиду… Лицо девушки воссияло подобно солнцу на безоблачном небе. — Вы даже представить себе не можете, как же я счастлива! Как титан с плеч. — Тебе-то какая разница, в конце концов… Ты меня развяжи лучше, да? А потом я уж найду нашего паука недоделанного, который командира элитного отряда к стулу… самого его замотаю так, что кости треснут… — Звучит волнительно и несколько… возбуждающе, — приложила пальчик к губам Рал. — Но вы отсюда не уйдёте, капитан, пока мы кое-с-чем не разберёмся… Раздвинув ноги, Петра бесцеремонно устроилась на коленях у своего командира, мягко положив ладони ему на плечи. — П-петра, это что это такое ты творишь… постой… — его кольнула догадка. — Неужели это ты… но ты… ты… ты не могла!.. Ты ведь такая порядочная и невинная… — Вы сами виноваты, капитан, — обиженно надулась разведчица. — Уж сколько я старалась привлечь ваше внимание, а вам до меня не было никакого дела… — Какое ещё, к титанам, внимание?! Уделял я тебе внимание! — Но не так, как я хотела! Я думала, вы поймёте, почему я так часто кручусь возле вас и смотрю на вас таким томным взглядом… — Томным?.. — Но недавно я наконец поняла, — горестно вздохнула девушка, — что вы совершенно не видите моих чувств. И не видите во мне… женщину… — Женщину? Какую ещё, титанью мать-перемать, женщину?! — Вот об этом я и говорю… Я для вас просто солдат, просто боец Петра Рал… Очередной подчинённый, которого вы взяли в отряд за статистику убитых титанов, и к которому относитесь точно так же, как ко всем остальным членам отряда… Но моё отличие от прочих членов в том, что я, капитан, девушка! Девушка я! — Спасибо, в курсе. Что с того? — Леви был сбит с толку окончательно. — Знаете, если бы не все эти титаны… Я была бы совсем не против жить обычной, спокойной жизнью… Завести детей… Уверена, у нас были бы очень красивые дети… сильные и здоровые, прямо как вы, капитан… — Какие дети, Петра? Ну какие дети? Ты что, во время тренировок головой обо что-то ударилась? — Я за вами так долго наблюдала, — игнорируя его возмущения, девушка наклонилась к самому лицу Леви. — У нас, у женщин, есть такая мечта — найти себе идеального мужчину… Который был бы сильным, смелым, способным, надёжным, но вместе с тем — чутким, понимающим, внимательным… В силе и смелости вам не откажешь, и вы куда ранимее, чем сами готовы признать… Всегда готовы поддержать, когда видите, что у ваших бойцов трудности, или нас что-то гнетёт… Это вправду так трогательно — особенно видя, как старательно вы пытаетесь сохранять своё безразличное выражение лица… Но кое-в-чём вы, капитан, просто неисправимый болван… Кончики их носов соприкоснулись, а Рал не прерывала зрительного контакта с командиром. — Как и многие мужчины, в любви вы, увы, столь же бестолковы и слепы, пока вам прямо всё не объяснишь… Ну ничего, сейчас мы всё поправим… и наверстаем… Разведчица чуть повернула голову, а затем губы двух людей соприкоснулись. И замерли. Отсутствие опыта минимум у одного из них сказывалось. — Так, ну всё… — Леви отстранился и, судя по его лицу, начинал нагреваться. Не в возбуждающем смысле слова. — Не знаю, что тебе дало в голову, Рал, но ты перешла все мыслимые границы! Приказываю тебе немедленно меня освободить, а потом будем решать твою судьбу… — Вот ведь… — разочарованно закусила губу девушка. — Ну ничего, ничего… Она отстранилась, взяла со стола заранее подготовленный лоскут, срезанный с её собственного гражданского платья (жалко, но не какую-то ведь тряпку любимому командиру в рот совать), обмакнула её в чашку остывшего уже чая, чтобы было приятнее на вкус, и обвязала вокруг головы капитана, заткнув ему рот. — Вот так… — М-м-м! — выпучив глаза, Леви наградил её убийственным взглядом. — Ничего, можно и без поцелуев обойтись… — Петра неловко мялась, но затем решилась стянуть с себя куртку. — Думаю, вы скоро осознаете, что были неправы, игнорируя мою к вам любовь… Возможно, сперва следовало доразоблачиться самой, но Петре настолько не терпелось увидеть то самое, что она подскочила к обездвиженному командиру и принялась нервными движениями расстёгивать пояс его брюк. — М-м-м! — Простите, но я так долго этого ждала, что не могу удержаться… — сосредоточенно высунув язык, девушка уже разобралась с ремнём… — Капитан, тут вам… о! Петра замерла, склонившись над промежностью своего командира. Хоть она и не была связана, что-то не давало ей пошевелиться. Ну как она могла не подумать про дверь!.. Тем временем, Эрд наклонил голову, изучая представшее перед ним зрелище, потом прошёл в левую часть комнаты, посмотрел оттуда, переместился в правую, посмотрел оттуда. И, наконец, выдал: — С какой стороны ни посмотрю, никак понять не могу — это капитан насилует Петру, или Петра капитана… — Эрд, выйди! — попросила, наконец, обретшая дар речи Рал. — Не видишь, мы тут занимаемся… — Да видеть-то вижу, только что это капитан связан? — М-м-м! — яростно промычал Леви, дрыгаясь в меру своих скудных возможностей. — А-а-а, понял, это у вас… вкусы такие… — М-м-м! — Да не, не, вы что, я не осуждаю, — примирительно понял руки Джин. — Командирам ведь тоже нужно расслабляться… — М-м-м! — Всё-всё, ухожу… Потом, как освободитесь, посмотрите… — он кинул на стол стопку бумаг и поспешил удалиться. — Так, на чём мы остановились?.. — вновь всецело обратив своё внимание к капитану, игриво спросила Петра. — М-м-м! — взгляд Леви обещал все возможные кары, на какие у него только хватит фантазии. — Ах, ну да! — она взялась за край командирских брюк и потянула… — Леви, есть разг… ох ты ж! Извращенцы! Эрвин Смит, распахнув дверь и стоя в проходе, быстро (экспрессом) оценил и обработал то, что предстало перед его глазами. — Командор… Командор… — чуть не в спину ему врезался Джин. — Это что тут за блядство и разврат? Где наркотики? — Эрвин обшарил взглядом стол, но наркотиков не обнаружил. — М-м-м! — яростно замычал Леви, раскачиваясь на стуле так, что тот заскрипел. — Ладно-ладно, каждый расслабляется, как может… но развидеть это будет всё-таки трудно… Не затягивайте тут сильно: через десять минут жду внизу… Джин, не предложишь командору чаю?.. Едва прикрыв дверь, Смит тут же снова её открыл. — Ах, и ещё! Не вздумайте мне тут залететь. Обоих касается! У меня и так людей не хватает. Вот победим титанов — залетайте, сколько хотите… И, наконец, удалился. — Да что ж нас никак в покое не оставят… — закусила губу девушка. — Проходной двор какой-то… Слышали, нас просят поторопиться! Так что уже не до прелюдий… Одним резким движением она стянула с капитана штаны вместе с нижним бельём, открывая взгляд на заветное… — Леви, вот башка моя дырявая, я тебе ещё хотела… ох-ох-ох! — Ханджи замерла в проходе с листком бумаги, который держала за уголок. — Ханджи, я же тебе говорил! — за её спиной показался Эрвин. Зная майора Зоэ, та вряд ли что-то слушала — пронеслась ураганом от входа в замок до самой комнаты, наверняка ещё и в грязных сапогах… — Майор, командор, вы совсем не уважаете личное пространство нашего капитана! — возник рядом и Джин, сам недавно ворвавшийся в кабинет без стука и разрешения. — Титанушки мои… — запричитала майор, поправляя съехавшие от удивления очки. — Леви-Леви, лучше б ты и вправду командора нашего драл… — на потрясённый взгляд, которым наградил её Эрвин, Ханджи не обратила никакого внимания. — Но заставлять эту милую, невинную девочку делать такое — ни стыда, ни совести! У неё же наверняка останется моральная травма! Капитан Леви, планка моего мнения о вас понизилась соразмерно уровню вашей социальной ответственности! Вот, когда закончите мучить бедную девочку, ознакомьтесь… Она кинула свой листок в стопку бумаг, ранее положенных Эрдом, и удалилась гордой, решительной походкой. И когда её шаги уже, казалось бы, стихли, откуда-то с лестницы раздалось громогласное: — У-А-ГА-ГА-ГА! Что и следовало ожидать от Ханджи. — Можно, мы побудем наедине? — почти прошипела Петра (на самого Эрвина Смита, так-то). — М-М-М-М! — задрыгался Леви, уже не зная, какие знаки подать присутствующим, чтобы они осознали его истинное положение. — Ну ладно, раз уж Леви ТАК гневается — пожалуй, дам вам аж минут пятнадцать… — смилостивился командующий. — И всё равно — жду! Могли бы уж и экспресс-методом, зря мы его осваивали, что ли? Когда за посторонними в очередной раз закрылась дверь, Петра сделала, наконец, то, что надо было сделать изначально — подошла и заперла её. — Вот теперь нам уж точно никто не помешает… В идеале было бы окно зашторить — ещё додумается кто на УПМ подглядывать, — но такого дорогого удовольствия, как занавески, у них в замке, увы, не водилось. — Ну что, капитан, готовы? — игриво прищурилась Рал. — М-М-М-М-М!!! — Будем считать, что да…

***

— Ну почему он, а не я?! — Оруо так скрипел зубами, что они, казалось, готовы раскрошиться. — Давай подумаем... — протянул Эрд, элегантно придерживая ручку чашки. — Он капитан… — Не ведёт себя, как идиот, — добавил Гюнтер. — И подходит по росту, — добавил Эрвин Смит. — Да, Оруо, ей наверняка кажется, что ты смотришь на неё свысока, — ехидно заметил Джин. — Ну не могу же я смотреть на неё снизу! — возмутился Бозард, однако его лицо тут же приняло мечтательное выражение. — Хотя, вид наверняка ничего… — И это — ещё одна причина, по которой не ты, — заключил Эрвин. Оруо обречённо уронил лицо на стол. И набил шишку.

***

— Леви! Леви! — девушка вихрем ворвалась без стука и разрешения, почти выбив дверь. — Что такое опять, любимая? — вскинул бровь капитан. — Я не могу заниматься с тобой этим сутки напролёт — мне работать надо! — А этим мы теперь ещё долго не позанимаемся! — Почему это? На что-то обиделась? — Если бы, Леви! Я беременна! — Это врем… так, погоди, ты мне как-то раз уже это говорила! И соврала… — А теперь-то какой смысл врать? Леви, всё, титан побери, серьёзно! Я правда беременна! Мне Ханджи сказала! — Тьфу ты… Никак ты, блядь, не научишься… — Она меня осмотрела! — Ты титан, чтоб она тебя осматривала? — Она же из семьи врача! Она знает толк! — В пиздеже — да! Не валяй дурочку, Петра. А с очкастой я ещё поговорю… — А я тебе говорю — точно беременна! Вот увидишь! — Так, всё! Пойди лучше чай завари. Только без снотворного! — Хи-хи, ещё помнишь… — Забудешь тут. — Заварю, заварю… Тебе помочь? — Не откажусь. Понемногу Петра успокоилась, поверив, что майор Зоэ в очередной раз решила пошутить. Так что к вечеру, благодаря помощи девушки закончив разбирать бумаги, их приятная беседа за ещё одной порцией чая перетекла в страстную близость со связыванием, тягу к которому капитан неожиданно для самого себя обнаружил после того самого случая. Правда, потом оказалось, что в этот раз Ханджи не шутила, и рыжая разведчица всамделишно носила ребёнка. Реакция на это была разной. Сама Петра, как и её возлюбленный капитан, были в замешательстве. Оруо заперся у себя и рыдал в подушку. Эрвин пришёл в ужас, ведь случилось то, чего он больше всего боялся. Ханджи погыгыкала и предварительно предложила быть акушеркой, но получила предварительный отказ. Даже экспресс-отказ. Элитный отряд Разведкорпуса лишился одного из лучших своих бойцов, место которого теперь надолго занял мальчишка Йегер. Леви, пораскинув мозгами, вздохнул с облегчением, ведь его девушке больше не придётся рисковать на вылазках. Эрвин Смит, матерясь всеми матерными выражениями, какие знал, во всех их сочетаниях, всё-таки благословил и обручил своего лучшего капитана с его некогда лучшим бойцом. Потом все, кто гулял на свадьбе сильнейшего воина человечества, погибли смертью разной степени болезненности, а неспособный ходить инвалид Леви со своими женой и ребёнком остались жить-поживать на Парадизе, вспоминая погибших товарищей и случай, положивший начало их отношениям.

Happy End