Глава 47. Одним храмы, другим гробницы
24 ноября 2025 г., 10:29
Не одна только возня с бескаром вклинилась в мою повседневную храмовую рутину. Тренировки, медитации, очередной осмотр в медицинском корпусе, общение с другими джедаями и короткие моменты отдыха — всё это стало привычной чередой дней, которые не стоит пересказывать снова и снова. Вместо этого в мои планы внедрилось кое-что другое, куда более сложное и рискованное — изучение древнего ситхского языка.
По понятным причинам, этот язык никогда не входил в официальную программу обучения юнлингов. Даже во времена падаванства мой мастер ни словом не обмолвился о нём, как будто такого вообще не существовало. Но я знал лучше: знание прошлого открывает двери к истинной силе. А что может быть старше и опаснее, чем наследие Ситхов?
К сожалению, мои знания о голокронах были крайне ограниченными. Нас знакомили с их устройством — как они работают, для чего предназначены, какие голокроны принадлежат джедаям, и где они хранятся в храме. Но реальное применение? Это уже дело личного интереса. К тому же принцип создания этих артефактов был утерян ещё в давние эпохи, среди бесконечных войн между светлыми и тёмными. Все имеющиеся голокроны принадлежали древним джедаям, жившим за тысячи лет до нас. Современные мастера не спешат включать эти знания в учебные курсы — слишком много противоречий с догмами Ордена.
Получить доступ к джедайскому голокрону, конечно, несложно — если ты уже падаван или тем более рыцарь. Мастер легко даёт разрешение, особенно если объяснить желание учиться. Но в этом-то и загвоздка: настоящий интерес вызывали не голокроны джедаев, а те, что связаны с Ситхами. Если такие вообще имелись в стенах храма, то доступ к ним точно не предоставлялся каждому встречному.
Я решил не начинать с голокрона. Во-первых, для этого придётся покинуть храм хотя бы на пару часов — а это требует подготовки, времени и подходящего повода. Использовать артефакт Ситхов на открытых улицах Корусанта — самоубийственно. Да и глупо было бы надеяться на успех, если даже не понимаешь языка, на котором говорит древнее сознание внутри. Попробуй заговорить с ситхским духом на современном общегалактическом — он просто посмеётся… или разозлится.
Да, формально основной язык Галактики не сильно изменился за тысячелетия, особенно в письменной форме. Но в устной речи разница ощущается явно — слова менялись, обороты теряли смысл, произношение исказилось. Для полноценного диалога с древним Ситхом нужно было понимать его язык так, как он сам его воспринимает. Без этого попытка общения будет бесполезной.
Моя цель была проста: получить хоть какую-то пользу от голокрона. Даже маленькую. Ведь в нём содержится не просто информация — там хранится копия сознания, пусть и не живого, но всё же. И если это сознание решит, что я ему неинтересен, оно просто откажет в обучении. Так что без базового знания языка соваться к нему было бессмысленно.
И вот, получив разрешение мастера после завершения работы с бескаром, я начал ежедневно посещать библиотеку храма. В первый день мне повезло — Джокаста Ню как раз не была занята своими обязанностями главы архива. Она согласилась помочь, когда я осторожно спросил, где можно найти материалы по изменениям общегалактического языка и другим забытым системам письма и речи.
Разумеется, я не стал говорить ей прямо, что моей конечной целью является именно ситхский язык. Вряд ли в каком-нибудь файле значилось: «Этот язык использовали древние Ситхи». Значит, предстояло сравнивать символы, найденные на голокронах, с известными алфавитами. А пока можно было прикинуться просто любознательным джедаем, желающим расширить свои знания о древних языках и проследить, как развивался наш общий галактический язык на протяжении веков.
Пусть думают, что меня интересует лишь академический интерес.
Я до сих пор не мог чётко определиться, чего именно хочу добиться от ситхского голокрона. Или, точнее, что я смогу извлечь из него по итогу. В самом начале, когда только возникла идея получить доступ к такому артефакту, мысль была простой — окунуть пальчик в Тёмную сторону Силы, так сказать, ради эксперимента. Не всерьёз, конечно, просто чтобы понять, как это работает. Но теперь, после всех изменений в моём теле, роста мидихлориан и осознания реального положения вещей в Республике, я начал рассматривать возможность изучения техник Тёмной стороны уже серьёзно — разумеется, без фанатизма и тем более без перехода на ту сторону или глупого присоединения к Ситхам.
Ведь Дуку же сумел освоить Молнию Силы — одну из самых знаменитых техник Тёмной стороны. А назвать его настоящим Ситхом можно лишь формально, да и то с натяжкой. Он оставался собой, сохранял собственные цели, не подчиняясь полностью учению Дарта Сидиуса. За последнее, кстати, его могли слить Скайуокеру. Так почему бы и мне не пройти подобным путём? Не напрашиваться к Сидиусу, это херовая мысль, а уговорить древнего ситха поделиться знаниями.
Саанш чему-то научили. «Хорошая» контрабандистка и всё, ничего уникального. Если ситх согласился чему-то научить одаренную Силой контрабандистку, то с чего бы отказывать падавану, решившему поглядеть на другую сторону Силы.
Если судить исключительно по фильмам о Звёздных Войнах, легко прийти к ошибочному мнению, будто Сила делится на две чёткие части: Светлую и Тёмную, и соответственно, каждая сторона имеет свои уникальные техники. Но чем глубже я погружался в канон, тем яснее становилось: различие не в технике, а в подходе — с исключениями, куда без них. Техники Тёмной стороны действительно требуют эмоций — гнева, страха, боли. Но не менее важен контроль. Без него ты просто сгоришь изнутри, потеряв себя раньше, чем успеешь что-либо достичь.
Современные джедаи склонны к подавлению эмоций, к спокойствию, к полному самообладанию. На первый взгляд, такой уровень контроля должен помочь в освоении техник Тёмной стороны — ведь если ты можешь управлять собой, значит, способен держаться в узде. Но это не так. Контроль бывает разным.
Истинный Ситх не боится своих эмоций. Он разжигает ярость, когда она нужна для силы удара, для ускорения реакции, для преодоления предела. И точно так же он умеет гасить её, как факел, когда становится ясно — злость начинает мешать. Это не хаос, не слепое следование импульсам. Это искусство использования энергии, которую большинство джедаев считают опасной, почти ядовитой.
Саанш, например, не была полноценным Ситхом — всего лишь аколитом, но даже в ней я чувствовал этот внутренний механизм. Она могла подавлять злость, когда нужно было бежать, а не драться. Её разум был обучен направлять эмоции, а не подавлять их. Именно этому я и хотел научиться. Джедаи научили меня подавлять эмоции. Ситхи могут научить направлять их.
— Наконец-то нашёл… — прошептал я, сравнивая символы на датападе со снимком, сделанным с поверхности голокрона.
На всякий случай я осторожно оглядел видимую часть библиотеки, проверяя, нет ли рядом других джедаев. Убедившись, что никто не обращает внимания, я быстро переправил копию древнего словаря — «языка мёртвых» — с общей ячейки памяти стеллажа прямо на свой датапад.
Символы совпадали идеально. Ни единой ошибки, ни одного расхожего знака. Неудивительно, что язык хранился в библиотеке Ордена джедаев. Ведь мало ли когда пригодится? Они просто убрали упоминание о том, кому именно он принадлежал, и сочли это достаточной мерой предосторожности.
Ну что ж… пригодился. Благодарю.
Теперь, вооружённый ключом к забытому языку, я был готов сделать следующий шаг. Шаг, который, возможно, откроет мне знания, о которых Совет даже не догадывается. Знания, которые нельзя найти на уроках или редких лекциях мастеров.
Осталось дополнить пробелы в знаниях старого общегалактического, перевести ситхские символы и активировать голокрон — и посмотреть по итоге, кто спрятан внутри голокрона.
***
Подтянуть знания об общегалактическом языке прошлых тысячелетий оказалось несложно — изменения в целом оказались минимальными за столь долгие годы его доминирования как основного средства общения в Галактике. Это неудивительно: язык, на котором говорят триллионы по всей Галактике, не меняется быстро. Изменения в язык вносят исключительно на Корусанте. С ситхским языком дело обстояло иначе. Он был по-настоящему древним, почти забытым, но от этого ещё более притягательным. Хотя почему «почти забытым»? Он реально забыт всеми, ну может десять человек во всей Галактике найдется, кто умеет на нём говорит. Благодаря своим прежним увлечениям лором я знал не только происхождение самого слова «ситхи», но и историю их языка. Истинные ситхи родом с Коррибана. Они имели красную кожу, наросты на голове и золотистые глаза с рождения. Они обладали исключительной связью с Тёмной стороной Силы. Именно там, среди песков, опасных джунглей и скрытых гробниц — чем сейчас должна быть планета, — зародился язык, который позже стали использовать последователи Тёмной стороны, даже если не имели к истокам никакого отношения. Изначально он назывался иначе — имя, которое со временем было утеряно или намеренно скрыто. На его основе возник современный ситхский язык: сложный, запутанный, наполненный острыми, крючковатыми символами, где каждая черта могла изменить значение целого слова. Здесь важно было не только начертание, но и ударение, порядок суффиксов, окончаний. Всё это делало язык куда более живым и динамичным, чем сухой и простоватый общегалактический. Я медленно провёл пальцем вдоль строки, выведенной на экране датапада. Ниже шли пометки — мой любительский перевод с пояснениями каждого слова, выделенные варианты ударений, ведь в некоторых словах их могло быть несколько, и каждое влияло на смысл. Лёжа один в комнате, я тихо прочитал вслух: — Zekkar’thun Darsharran. Zikkarat en Varkhul-Dar. «Zekkar» означало «слава» или «величие». Суффикс -thun придавал временной оттенок, превращая слово в «вечная слава» или «бессмертное величие». А вот Darsharran было особенно интересным — два слова, которые вместе изменяют отдельные значение двух в конкретную фразу. Dar — «тьма», «сила Ситхов», Sharran — «владение», «господство», «империя». Вместе же они давали понятие «Империя Ситхов». Вторая фраза указывала на самую важную точку для всех Ситхов — Коррибан. Нигде больше в Галактике не найти планеты, так глубоко связанной с Тёмной стороной. Датомир? Там, конечно, жили ведьмы, практиковавшие древние обряды, но это были скорее культурные особенности, чем сама природа планеты. Я скорее поверю в то, что тысячелетия использования Тёмной стороны датомирскими ведьмами исказили планету, и без того склонную к Тёмной стороне Силы. А Коррибан… он был местом рождения Ситхов. Я перевёл фразы на общегалактический: — Славится вечно Империя Ситхов. В колыбели Империи спрятан зиккурат. Фразы были высечены на противоположных сторонах голокрона. Первая объясняла, кому принадлежал голокорон — или, точнее, какой идеологии служил первоначальный владелец. Вторая же была подтверждением первой и подсказкой к месту, где можно найти гробницу того, кто создал этот голокрон. Ситхи всегда любили строить гробницы. Не просто как напоминание о себе будущим последователям Тёмной стороны, а как сосредоточие энергии, как портал между мирами — живых и мёртвых. Они умели ставить якорь для души, если правильно привязать его к определённому месту. А лучшего места для этого, когда дело касается ситхом, чем Коррибан, в Галактике не найти. От изучения древнего языка меня отвлёк неожиданный гость. Сквозь дверь я почувствовал лёгкое волнение — едва уловимую тревогу, проникающую через стены и дверь благодаря ощущениям Силы. Кто бы это ни был, он или она пришёл с какой-то важной вестью. Я аккуратно положил датапад на тумбочку, дав себе секунду, чтобы выйти из сосредоточенного состояния, и направился к двери. Открыв её, я увидел маленькую фигуру падавана — Бент, молодую мон-каламари, одну из тех, кого я мог назвать другом. — Привет, Валар, не помешала? — спросила она, слегка смущённо переминаясь с ноги на ногу. — Бент, — я поднял руку в знак приветствия, — нет, я как раз освободился. Проходи. Она зашла внутрь, оглядывая комнату с любопытством, которое всегда сопровождало её появление... или так казалось из-за странной формы лица? Как только дверь закрылась, я задал вопрос: — Что-то случилось? — Да… Я пришла рассказать... — начала она, запинаясь. Её большие глаза забеспокоились и часто заморгали, будто она искала нужные слова. — В общем, совсем недавно бывший ученик Квай-Гона Джина попытался украсть из хранилища храма ценные минералы, включая кайбер-кристаллы. — Подожди… серьёзно? — я невольно сделал шаг назад, поражённый. — Как он вообще проник в храм? Бент пожала плечами. Откуда ей было знать? Это произошло совсем недавно, и информация ещё не дошла до всех уголков храма. — Его допрашивают прямо сейчас. Дело серьёзное — он не просто вошёл, а сумел добраться до хранилища и действительно что-то унёс. Потом столкнулся с нами — с группой падаванов… Я мысленно простонал. Если даже падший джедай смог пробраться внутрь и добраться до хранилища, то, возможно, наша система безопасности требует срочной перепроверки. Или, что хуже, кто-то внутри мог ему помочь. — Ксанатос, — сказал я, скорее про себя, чем вслух. — Ты его знаешь? — Не лично, но знаю, кто он такой. Ксанатос не глупый человек. Падший джедай, да — но не без таланта. Он действовал скрытно, добрался до хранилища, вынес кайбер-кристаллы. — Он почти ушёл, — продолжила Бент, — но на обратном пути случайно наткнулся на нас — группу падаванов, которые просто гуляли. Мы быстро заметили что-то не так, но ничего не успели сделать: он сразу же взял меня в заложники и направился к одному из скрытых проходов рядом с Залом Тысячи Фонтанов. Я замер. Скрытый проход — это логично. — Скрытые проходы? В районе фонтанов? — переспросил я. — Ничего удивительного, что такие существуют. Удивительно другое — как он вообще узнал об этом месте? Зал Тысячи Фонтанов находился в самом основании храма. Там часто гуляли и медитировали джедаи, там росли экзотические растения, текли искуственные водопады, шуршали камни под ногами учеников. Но сколько бы я ни ходил там, ни разу не встречал никаких скрытых ходов, а ведь пару раз специально выискивал. — Получается, он знал больше, чем должен был, — заключила Бент. Сразу после того, как Ксанатос попытался бежать с заложником, на помощь прибежал Квай-Гон. Повезло ему встретить группу падаванов всего через минуту после побега. А самое странное — в тот самый момент Оби-Ван Кеноби как раз медитировал в Зале Тысячи Фонтанов. Ох, Сила, и ты хочешь сказать, что ты не влияешь на нас? Бывший ученик проникает в храм, а учитель и новый ученик оказываются рядом в одно и то же время? Здесь явно не обошлось без тебя... В результате боя Квай-Гон и Оби-Ван справились с падшим джедаем. Но победа далась нелегко — во время схватки Ксанатос использовал Толчок Силы, чтобы отбросить Оби-Вана с обрыва на мосту. Тот не успел сгруппироваться, ударился спиной о стену и упал вниз. Переломы, ушибы — ничего смертельного, но на лечение потребуется время. — Я пришла, чтобы сообщить тебе о его состоянии, — сказала Бент, опустив взгляд. — Да уж… и такое случается даже в стенах храма. Его поймали, так что скоро услышу подробности от мастера. Пока что давай сходим в Залы Исцеления. — Оби-Вану предстоит провести в лечении не меньше недели. — Зато тебя он спас. — Я мягко улыбнулся, пытаясь хоть немного разрядить напряжение. Бент согласно кивнула и последовала за мной, оставляя за собой след тревоги и воспоминаний о том, как один падший джедай чуть не разрушил иллюзию безопасности, которую давал храм.
