Доппельгангер

Из сна меня вывел навязчивый звонок в дверь. Я с усилием разлепила глаза и заставила себя встать, пошла открывать тому, кто решил меня проведать, уже надеясь увидеть Диего с адресом бывшего. Повернув замок, я открыла дверь. На пороге был Крыса собственной персоной, как всегда со своим каменным, невозмутимым лицом. — Ты настолько глухая, что не слышишь, как я звоню в дверь двадцать минут? — сухо спросил он, резко входя в квартиру. — А тебя кто просил врываться к людям без предупреждения? Я понимаю, что ты можешь кого угодно вычислить, но это уже перебор, — раздражённо парировала я. — Я звонил тебе три часа назад, несколько раз. Твои проблемы, что ты не подняла трубку, — так же спокойно и непоколебимо ответил хакер. — Я легла под утро, уж извини, что не откликаюсь по первому твоему зову, — выпалила я. — Своих проблем хватает. Цель визита какая? — Уж явно не поздравлять с новосельем. Есть розетка, где можно разместиться? — холодно ухмыльнувшись, спросил напарник. — Проходи в комнату, — ответила я и повела нежданного гостя в спальню. — Миленько у тебя, — хмыкнул он с ледяной иронией, осматриваясь. — Так зачем пришёл? — пыталась я докопаться до сути. — Телефон свой давай сюда, и паспорт тоже, — резко потребовал он, доставая из сумки ноутбук. — Ты совсем что ли охуел? Тебе мало информации, что на меня нарыл? — возмутилась я. — У нас тут крот в группировке, мне нужно проверить всех, на всякий случай, — проговорил хакер, подключая компьютер. Я закатила глаза и отдала ему то, что он просил. Он кивнул и стал что-то печатать на своём ноутбуке, подключив к нему мой телефон. Я была раздражена недосыпом и его выходками, но понимала: нужно снять с себя подозрения. Он и так знает, кто я, так что ничего нового про меня не найдёт. Пока он монотонно стучал по клавиатуре, мне пришла мысль: если не Диего поможет с Виктором, то, может, Крыса его найдёт — с его-то навыками. — Слушай, — подала голос я. Он не отреагировал, увлёкшись работой. Я хотела повторить, но он отозвался: — Что хотела? — спросил Крыса, не отрываясь от монитора. — Ты же по ФИО можешь вычислить, где сейчас человек живёт? — осторожно начала я. — Могу. И что? — Мне нужно найти одного человека. Это важно. Ты сможешь мне помочь? — выложила я. — А ты мне что за это? — с ледяной усмешкой спросил он. Я уже было хотела съязвить, но он тут же равнодушно добавил: — Вычислю. Только не сейчас. Нам ещё в штаб ехать. — Какие-то есть зацепки, кто может быть? — поинтересовалась я. — Зацепок нет, как и тот Александр ничего не знает. Нужно шерстить и проверять каждого. Они там не такие глупые, чтобы так легко вскрыться, — произнес он без каких либо эмоций — Ты кого-то уже успел проверить? Господин Пётр в курсе? — закидала я вопросами. — Да, верхушка в курсе. Даже кураторов проверил через господина Петра. Я созвал отряд, с которым мы работали, в том числе того парня, что отсутствовал на операции, — он в первую очередь под подозрением, — доложил Крыса. — Что ж, уже неплохо. Главное — не нагонять лишний раз суету, иначе наш подкидной киллер сообразит и улизнёт, — констатировала я. Он отдал мой телефон и паспорт, закрыл ноутбук и стал собираться. — Собирайся, поедем в штаб. Жду в машине, — бросил он на ходу, выходя из квартиры. Я быстро собралась, и мы направились в штаб, где уже все ждали. Когда мы зашли в тренировочный зал, разговоры между киллерами затихли. Один из них подал голос: — Я заложника схватил, если что. И благодарности никакой не будет, хотите сказать? — спросил он недоуменно. — Имя? — скучающе отозвался Крыса. — Фёдор, — представился коллега. — Значит так, Фёдор. То, что ты его поймал, похвально, но ты нарушил правило, которое я каждый раз озвучиваю: не опрашивать заложников самолично. Этим занимаюсь я и только я, — холодно, словно хлыстом, отчитал хакер. — Возомнил себе… — прошептал киллер и умолк. — Ещё вопросы ко мне будут? — скучающе обратился ко всем Крыса. — Зачем нас вообще созвали? — поинтересовалась Настя. — Проверить ваши данные. Все взяли паспорта и телефоны? — сухо спросил хакер. — Ты ещё в телефонах у нас копаться будешь, не жирно? Мы-то даже не знаем, как тебя зовут, патлатый, — высказался один из киллеров в толпе. Формой он явно не мог похвастаться — слишком полный для киллера. На нём было чёрное худи с каким-то подростковым принтом, и, судя по фразе, умом он тоже не отличался. — А ты у нас кто? Не припоминаю, — спросил напарник. Ему явно уже всё это надоело. — Павел меня зовут, а для тебя — по имени-отчеству, — начал агрессивничать он. — Значит так, повторяю один раз для лиц с умственной отсталостью и крайней формой ожирения мозга. Приказ сверху от господина Петра. Если хотите лишиться работы и пресмыкаться перед теми, кто будет выше вас, можете выходить из здания прямо сейчас. А кто желает остаться и работать дальше — выполняйте требования, — холодный, но твердый голос Крысы разнёсся по помещению. Отряд замолчал. Больше никто не высказывал недовольства. — Павел, это ты должен был нас курировать на операции? — спросила я логичный вопрос. — Я должен был, но ногу сломал, — указал он на костыль в углу. — Проходи и неси то, о чём я просил. Каждый по одному, — сказал Крыса, открывая ноутбук. Толстяк, явно недовольный, протянул паспорт с телефоном одному из киллеров, тот передал напарнику. Хакер стал проводить те же манипуляции, что и с моими данными. Я была готова поклясться, что это он, но его документы оказались чисты. Проверка явно затянется надолго. Каждый по одному нёс ему свои вещи. Хакер тщательно всё проверял, рылся в жизнях людей, беспощадно просматривая всё, что возможно. Шли минуты, прошёл целый час. Осталась только Настя, которая всё это время нервно теребила телефон. Напарник уже был явно вымотан. Закурив трубку, он подозвал её жестом. — Серьёзно? Переписки мои ещё читать будешь? Знаешь, у меня там много личного, интимные фото, видео. Ты на это всё будешь смотреть? — выпалила в ярости напарница. — Думаешь, меня это сейчас интересует? — ровным голосом произнёс Крыса. — Тогда ты будешь это делать в присутствии моего куратора, тебе понятно? — стала ставить условия девушка. — Твой куратор, как и все остальные, уже предоставил всё, что я просил. Только ты одна упрямишься. Почему? — затягиваясь дымом, спросил Крыса. В её взгляде мелькнула паника. Этого было достаточно. Я, стоявшая чуть сбоку, поняла это раньше, чем осознала сама. Тело двинулось само — резкий рывок, подсечка. Она с глухим стоном рухнула на бетонный пол, телефон с грохотом отлетел в сторону. Через секунду мои колени прижали её лопатки к полу, а наручники, те самые, что я взяла у Диего, щёлкнули на её тонких запястьях. — Не надо! Я ничего! — её крик был полон животного ужаса. — Всё, что нужно, мы найдём сами, — процедил Крыса, поднимая телефон. Его пальцы заскользили по экрану. Он не стал взламывать пароль — просто извлёк карту памяти и вставил в портативный считыватель. Через несколько минут на его лице расплылась ледяная, торжествующая ухмылка. — А вот и наши милые беседы с позывным «Пересмешник». Привет, Эдик. — Ты просто урод! Гадкая, вонючая крыса. Не зря же ты себе такую кличку выбрал! — продолжала шипеть она в моих тисках. — Хорошо же ты притворялась, браво! — медленно и иронично протянул он, затянулся дымом и выдохнул его ей прямо в лицо. — Вот только ты и твой герой Эдик не учли одного — вы сейчас на моём поле боя. Тащи её в лабораторию, — холодно закончил он, закрывая ноутбук. Я резко дёрнула девушку, заставив встать с колен. — Не прикасайся ко мне! — истерично кричала она. — Лучше заткнись и иди сама, если не хочешь, чтобы тебя потащили другие! — сквозь зубы произнесла я. Она нехотя послушалась. Оказавшись в лаборатории, Крыса дал указание: — Закинь её в камеру неподалёку от того олуха. Я догоню. Я повела её к боксам. Идя по длинному коридору, Настя вдруг заговорила: — И тебе нравится убивать людей и следовать их указаниям? Они не дорожат твоей жизнью, одумайся! — пыталась она вразумить меня. Я пропустила её слова мимо ушей, открыла дверь камеры, втолкнула её внутрь, подвела к стулу, идентичному тому, что у Александра, и закрепила ремнями. — Меня нет смысла пытать, я вам не новичок! — кричала она в ярости. — Я вообще удивлена, как тебя с такой дурью взяли в ваше ведомство. Или ты там личной проституткой была у… Геннадьевича, если не ошибаюсь? — едко высказалась я в отместку за её шутки во время операции. — Смейся, пока можешь. Может, скоро этот псих-хакер и тебя усадит в клетку! Наш разговор прервал писк замка. Крыса зашёл в камеру с небольшим кейсом в руках. — Что ж, опыта у тебя, видимо, достаточно, потому тратить на тебя время я не очень-то хочу. Лучше доложи обо всём сразу — тебе меньше мучений, мне меньше забот, — сухим тоном произнёс напарник. — Как же, размечтался, — гневно выпалила она. — Как знаешь. Я найду твою семью, родителей, детей, если они есть. Всех вырою из-под земли и посажу вон там, — указал он на камеру напротив, — чтобы тебе было лучше видно, как они превращаются в животных, поедая друг друга от недостатка еды и воды, — ровно, абсолютно бесстрастно сказал хакер. — Ты никого из моих не найдёшь, даже из головы у меня ничего не вытащишь. Ведомство об этом позаботилось, — скрипя зубами от ярости, произнесла пленная. — Прошивка? Она тебе не поможет. Я заставлю тебя вспомнить, и ты поплатишься за работу на ведомство, — отчеканил он каждое слово ледяным тоном. — А что в кейсе? — поинтересовалась я. — Все штаммы «крысиного яда», в том числе тот, что был на операции. Нам с Настей будет очень весело «поработать», — едко ухмыльнулся он. — Извращенец поганый, — прошипела девушка. Напарник никак не отреагировал на её попытку задеть его и направился к выходу. Я пошла за ним. — И что теперь планируешь? — спросила я о дальнейших планах. — Дальше буду давить. И давить до тех пор, пока она не треснет и не расскажет всё, — сказал Крыса и спросил: — Ты хотела кого-то найти? — Да, хотела. Сейчас поможешь? — мой голос чуть дрогнул. — Давай пройдём в мой кабинет, оттуда всё сделаю, — проговорил хакер, и мы двинулись дальше по лаборатории. В самом углу находилась массивная железная дверь с таким же считывателем, как на боксах с заложниками. Я уже поняла, что это его кабинет. Проведя картой и введя код, он открыл дверь, и я вошла следом. В помещении был приглушённый свет, окна завешаны тёмными жалюзи. Вдоль стен стояли огромные серверы с паутиной проводов. Посреди кабинета — стол с двумя большими мониторами. Атмосфера была отчуждённой, воздух пропитан запахом трубки, будто стены впитали его в себя. Сев за стол, он указал мне на стоящую рядом банкетку. Я присела. — Называй ФИО, кто нужен, — сказал Крыса. — Стукачёв Виктор Вячеславович, — выпалила я. Он хмыкнул, и его пальцы затанцевали по клавиатуре. Он лез в базы, к которым у нас не должно было быть доступа: камеры наблюдения, регистрации сотовых вышек, даже полицейские протоколы. Минуты тянулись, как смола. — Любитель скрываться… Но каждый оставляет цифровую пыль. Вот… Последняя активная локация недельной давности. Глиноград. Промзона, старые гаражи, — указал он на карту на мониторе. Я достала телефон и сфотографировала. — Предупреждаю: вряд ли найдёшь его. Мог использовать VPN, данные не точные, — предупредил хакер. — Дальше — мои проблемы. Благодарю, — сдержанно кивнула я и вышла из кабинета. Глиноград. Это рядом. У него же там брат жил — и, похоже, до сих пор живёт. Только как теперь его найти? В голове снова послышался голос Саймона: «Впусти меня. Этот урод поплатится!» Голова гудела, как тогда. Он действовал агрессивно, сводя меня с ума. Я вышла из лаборатории, пытаясь заглушить нарастающий гул в ушах. Это был тот самый гул — предвестник бури. Я отчаянно пыталась бороться, упираясь ладонями в холодные стены коридора. Но туннель зрения уже сужался. Голоса вокруг стали приглушёнными, будто из-под воды. Следующее, что я осознала, — это рёв двигателя и мелькающие за окном такси огни. Я не помнила, как вызвала машину, что сказала водителю. В голове была одна чёткая, чужая мысль, пульсирующая, как открытая рана: «Диего. Он виноват. Он помешал. Он должен ответить». Я пыталась себя остановить, но моим телом управляло моё альтер-эго; я была лишь наблюдателем. Лифт. Дверь. Квартира начальника. Я с трудом пришла в себя на пороге его двери. Мужчина, удивлённый, открыл мне. — С тобой всё нормально? — серьёзно спросил он. — Я не в себе. Вызови мне такси, я на улице подожду, мне нельзя здесь находиться, не сейчас… — во рту пересохло, но я пыталась удержать контроль над телом, которое уже было не совсем подвластно мне. — Ерунду не неси, я тебя довезу, завтра объяснишь, что с тобой, — выдохнул он и пошёл в комнату, по-видимому, за ключами от машины. Тело опять онемело; мной вновь двигали чужие мысли. Единственное, что осталось от меня в этот момент, — слёзы, текущие по щекам. Рывок со спины, несколько ударов ножом. Диего сопротивлялся, но мои руки били точно в цель, попав в артерию. Кровь забрызгала почти весь интерьер дорогой квартиры. Мужчина упал на пол и быстро потерял сознание, продолжая истекать кровью. Увидев это, я окончательно пришла в себя. Хотелось кричать, но теперь я не могла владеть своим телом — не из-за Саймона, а из-за коктейля гормонов стресса, бившего в голову, как и самые разные мысли. От сожаления до банального страха за свою жизнь, за работу, на которую меня и привёл этот человек. Он увидел во мне что-то, протолкнул сюда, как-то заботился, но сам же пострадал от своих действий. Нет, он не должен был умирать. Я всего этого не хотела. Послышались шаги за дверью и щелчок открывающегося замка. Если это кто-то из других кураторов, то мне явно крышка — и поделом. Пусть тогда сразу убьют, а не будут пытать в лаборатории вместе с теми агентами. Дверь открылась. За ней оказался Крыса. Ну всё, теперь он точно доложит остальным и сам лично будет меня пытать своим вирусом. Хакер равнодушно осмотрел «место преступления» и улыбнулся. Нет, это была не та ухмылка, а самая настоящая, воодушевлённая улыбка. Но тут же эта эмоция быстро исчезла с его лица. — Всё-таки сделала это, — ухмыльнулся он, констатируя факт. Я не знала, что на это ответить, не знала, что он сейчас думает, и не могла даже догадываться. — В принципе, он сам виноват. Такой буйвол, но внутри — униженный мальчишка, — звонко посмеялся хакер и добавил, обращаясь уже ко мне: — Ты чего застыла? Не бойся, только я обо всём знаю. — Но как ты здесь оказался? — спросила я логичный вопрос. — Трекер засёк. Я думал, ты поехала к тому человеку, что я пробовал найти. Не ожидал тебя выследить у куратора, — объяснил он мне с ухмылкой. — Сдашь меня? — настороженно спросила я, стараясь не выдавать панику. — С чего бы это? — спросил он, подойдя ко мне и аккуратно заведя прядь волос мне за ухо. Я невольно вздрогнула. Он подошёл ещё ближе, его дыхание обожгло шею, и он шепнул: — Я доволен. Затем резко его губы оказались на моих. Это был требовательный, рваный поцелуй, почти такой же, как тогда в лаборатории. Не отпуская меня и не отрываясь от моих губ, хакер толкнул меня на кровать и навалился сверху. Его лицо вновь потянулось к моим губам, но через секунду он резко сорвался и прильнул к шее, оставляя поцелуи и чуть покусывая. Его плащ оказался на полу, затем пиджак, рубашка с галстуком. Он был не таким громадным, как Диего, но его подтянутой, жилистой форме позавидовали бы многие. Я громко выдохнула, выдав себя. Крыса ухмыльнулся и стал освобождать от одежды уже меня. Его холодные руки контрастировали с моим разгорячённым телом, но он вновь вернул своё тепло, прильнув и оставив такой же грубый поцелуй, и резко вошёл, начав движения, поглаживая меня и не отпуская ни на секунду. Его длинные волосы падали на моё тело каждый раз, когда он приближался за очередным поцелуем. Было приятно ощущать их запах, от которого я была уже без ума. Достигнув пика, мы оба остались лежать на кровати какое-то время, затем молча начали одеваться. Мысли лезли в голову, а слова — нет. Когда напарник взял плащ, из него выпал паспорт, раскрывшийся как раз на странице с данными. Он быстро поднял документ, но я успела прочитать в графе «Имя» — «Эрик». Отведя взгляд, я сделала вид, что ничего не заметила. — Увидела же, не притворяйся, — хищно ухмыльнулся он. — Так, значит… Эрик? — переспросила я. — Он самый. Для тебя — теперь, — ответил он, продолжая ухмыляться. — Должна сказать, я не хотела его убивать. То — не совсем я, — рассказала я ему. — Я замечал, что с тобой что-то не так, но не знал конкретно, что именно. Но ты меня приятно удивила, — не меняясь в лице, произнес он, глядя мне в глаза. — Но что теперь будем делать с ним? — спросила я, вспомнив о проблемах. Он сел на кровать и закурил, указывая подбородком на тело. — Пётр примет смерть Диего близко к сердцу. Но несчастный случай… Пьяная драка, поножовщина, неудачное падение… У него были недоброжелатели. Мы можем это провернуть. «Мы». Он уже строил планы. И я, стирая с лица следы его поцелуев и глядя на бездыханное лицо Диего, понимала, что у меня нет выбора. Ужас перед гневом Петра, перед потерей всего, что у меня оставалось — работы, крыши, призрачной безопасности — был сильнее мук совести, которые ещё только подползали, грозя накрыть с головой. — Кры… Эрик, ты поможешь мне? — спросила я тихо, и голос мой был чужим. — Ещё бы, — холодно ухмыльнулся он, выпуская дым. — Я же сказал — я приятно удивлён. Начинай придумывать историю. Я займусь уликами. Он встал и направился к телу, деловито осматривая его, как инженер осматривает механизм для починки. А я осталась стоять на месте, чуть тяжело дыша, в квартире, пахнущей дорогим парфюмом, кровью и табаком, понимая, что прошлая жизнь закончилась здесь, в эту минуту. И что следующая будет ещё страшнее.