То, что Он сделал

Сулейман услышал, как хлопнули двери в покоях. Фирузе ушла к сыну, оставив его одного. Султан знал, что Хатидже, Шах и Хюррем готовили против него заговор. Его любимая Хасеки всё рассказала ему. «Я не могу позволить Мустафе или Мехмеду. Только Абдула достоин трона», — размышлял мужчина. Он молча наблюдал, как карета отъезжает от дворца в сторону города. Султан схватился за перила до побеления костяшек. — Стража! — рявкнул он. Ага, стоящий в коридоре, тут же появился на террасе. — Позови Михримах Султан. — Как прикажете, Повелитель, — покорно ответил раб.

***

Когда Михримах вошла в покои, Сулейман стоял к ней спиной. Девушка поклонилась. В нос ударил запах благовоний, которые использовались ночью или вечером. — Повелитель, зачем вы хотели меня видеть? — Поговорить, Михримах, — мягко ответил султан. Михримах насторожила эта доброта в голосе. — Я всё знаю, поэтому предлагаю сделку. — Какую? — спросила султанша. Ей стало страшно. Она не знала, что мог придумать этот человек, которого она когда-то называла папой. Михримах скрыла все чувства за маской безразличия. — Ты отговариваешь всех от исполнения заговора, а я не казню всех, кем ты дорожишь. Раньше Михримах ужаснулась от того, с каким спокойствием Султан говорил о казне. Годы шли. «Казнь» перестала пугать Госпожу. — Я согласна, Повелитель. — Хорошо, — произнёс Сулейман и повернулся к ней лицом. Он потёр бороду и как-то недобро улыбнулся. — А теперь подойди ближе, — Михримах прикусила язык, скрывая страх, и подошла к мужчине. — В первую очередь я твой Повелитель, Михримах, только потом отец, — он говорил особенно мягко и нежно. Его сильная мозолистая рука легла на её талию. Михримах замерла, когда он спустился ниже. Ей было противно от действий Падишаха. — Встань на колени и сделай мне приятно своим ртом. — Нет, Повелитель, — уверенно ответила девушка. Она вскрикнула, когда Сулейман резко притянул её к себе и сжал ягодицы через платье. Однако стража за дверью никак не отреагировала. Михримах молилась Всевышнему, чтобы собрание Дивана закончилось быстрее. — Ты сделаешь, как я прикажу, иначе твой муж и любимые братья умрут! — зарычал мужчина ей на ухо. Он укусил мочку и услышал всхлип султанши. — Будь хорошей девочкой, Михримах. Он положил руку на её плечо и надавил вниз. Михримах опустилась на колени и принялась раздевать Султана. Её руки дрожали. Девушка подавила судорожный всхлип, когда Сулейман схватил её за платок и притянул к своему члену. — Бери глубже, — приказал он. Султан зарычал от медленного темпа Михримах и взял дело в свои руки. Он рывками начал водить головой дочери вперёд и назад. Его не волновали приглушённые всхлипы девушки. Приближаясь к оргазму, он вжал девичье лицо в свой пах. — Проглоти всё, Михримах, порадуй своего Повелителя. Отстранившись от дочери, он сел на диван и наблюдал. Михримах сидела на полу и тяжело дышала. Он слышал её приглушённые всхлипы и наслаждался видом униженной султанши. — Раздевайся и забирайся на кровать лицом ко мне, — отдал новый приказ Сулейман. Михримах встала на дрожащие ноги. Сулейман с довольным видом наблюдал, как пурпурное платье и платок медленно падают на пол. — Теперь раздвинь ноги, чтобы я видел, и начинай удовлетворять себя, — Султан вновь говорил угрожающе мягко. Михримах колебалась, но всё же потянула руку ко влагалищу. — Смелее, Михримах. Султанша начала массировать влагалище, задевая пальцами клитор. Она тихо всхлипывала. — Повелитель, отпустите меня, молю. — Отпущу, моя девочка, не переживай, — проворковал Сулейман. Раздевшись, он подошёл к кровати. — Убери руку и оближи пальцы, Михримах. Михримах подчинилась. Женское тело пронзила внезапная боль. Михримах заплакала, когда почувствовала член в задней дырочке. Султан двигался быстро. Он схватил край покрывала и запихнул его в рот дочери. — Заткнись, нас могут услышать, — прорычал он. Сулейман погладил её по щеке. Она так изгибалась под ним. Её слёзы вперемешку со стонами грели его сердце и уши. — Ласкай свою грудь, Михримах. Сулейман довольно улыбнулся, когда Михримах сразу выполнила его приказ. Приближаясь к оргазму, Султан положил свои руки поверх тонких рук Михримах. Вязкая сперма вытекла на простынь. Султан лёг на кровать. Михримах плакала, глотая слёзы. Она дёрнулась, когда пальцы Падишаха прошлись по её соскам. — Ты возбуждена, дорогая, — сказал Сулейман. — Оседлаешь меня, и я отпущу, Михримах. — Пожалуйста, Повелитель, не надо! — взмолилась девушка. — Надо, Михримах, надо. Давай, девочка, оседлай меня. Сулейман помог ей сесть влагалищем на член. Он ободряюще провёл руками по её телу.

***

Вернувшись в свои покои, Михримах упала на подушки и зарыдала. Ей было от самой себя. Её осквернил собственный отец. «Как я теперь Рустему в глаза посмотрю?» — от мыслей о муже стало ещё больнее. Михримах не заметила, как вечернее солнце проникло в её покои. — Нюлифер, Гизем, собирайте детей и прикажите готовить карету! Служанки поклонились своей Госпоже и удалились.

***

— Нюлифер, слева от нас лес. Карету прижали прямо к краю дороги. Бери Нур, и уходите. Быстро!