Шанс

Ударный флот Заразы Ы никогда не был большим - пара средних крейсеров арктурианской постройки, без небольшого дюжина средних боевых звездолетов, и еще десятка два абордажных бортов. На то, чтобы дать по любому самоуверенному носу хватает, а больше ему не надо... Впрочем, сейчас, когда из дальнего прыжка вытягивается и разворачивается в боевой порядок в три раза превосходящий флот Четвертого, Зараза с интересом поднимает бровь: а система-то нейтральная, система серой станции, но Четвертый явно хочет подраться и клал на это с прибором. - Отправь ему – «WTF» и три вопросительных знака, - ворчит Ы, обращаясь к связисту, черному акреннианцу по имени Ффор. - Хотя и так понятно, что нас надумали бить. Совет значит, Четвертому, категорически не понравился... Абордажникам надеть полную броню и готовность. Старый Капитан не экономит на скафандрах и защите своих бойцов. Даже десяток котцев щеголяет полными защитными системами, хотя их нужно еще и каждый раз во все это великолепие загонять… - Строй Е, строй держать, без команды в атаку не вписываться, подходят - аккуратно сводимся на ближайший крупный борт. Начинается этап маневров в космосе, в котором кви никогда сильны не были, но в данном случае они явно хотят чего-то конкретного, прут и прут вперед одним их средних кораблей, явно навострившим гарпуны на захват. Ы это по-настоящему не нравится - на борту у них наверняка какая-то новая дрянь, раз так хотят обняться. - Торпедный залп. Второй торпедный залп. Плохо, что корабль крупный и арктурианской постройки - крепкая машина. Еще плохо то, что для нее работают щитом почти половина абордажных машин кви - получают по щитам, частью выдерживают, частью горят, а большие машины расходятся в стороны, наращивая поля - вот это совсем дрянное дело. И самое главное - непонятное. Ну допустим Авк посадил за штурвалы какой-то новый тип "мертвецов", но ему и техники не жаль? Первым к злосчастному кораблю цепляется "Удача", небольшой абордажник. Лачи опять вырвался вперед, "без связи с мозгом" и до приказа. Бортовой терминал показывает, как аркайд в своей полноценной тяжелой броне взрезает слои обшивки, проламывает их, вваливается внутрь, за ним - пятерка из группы котцев и еще пятерка других парней. Вот был бы на месте Ольд по прозвищу Кайа, и он бы тоже лез в едва остывший проем... Да, абордажная команда на борту - "мертвецы", и эфир заполняет клацающий восторг котцев - этих можно, этих можно как угодно, только бы с минимальными потерями у своих... А вот дальше Ы видит что-то еще, какую-то совсем нелепую, бледную фигурку, выходящую из коридора, и уже от ее вида в голове словно звякает сторожевой колокольчик - а это, мать его за ногу, что? "ЧТО" он осознает ровно три минуты, когда ЭТО, мать его за ногу, вступает в дело. Через примерно минуту, запирая вопль в собственной глотке, отрубив звук, ретранслируемый "Удачей" и перекрикивая ненавидящий вой подчиненных, Ы раздает приказы. Очень быстро. Максимально доходчивым матом, чтобы не спорил никто, даже Клатц. Чтобы выполнили все. Потому что Ы знает, на какой корабль сводится вся свора Четвертого и зачем она эта делает. Зараза Ы не может спасти бойцов "Удачи", но делает так, чтобы они полегли не зря. Максимально не зря. Новые жертвы на этот раз более умные. В скафандрах, рассчитанных на боевые столкновения в открытом космосе. Но они же не заварены в них? Их можно надеть, снять... А значит и доступ к органикам она получает относительно быстро, успев насладиться их едкой паникой. На запись нет времени и в открытый эфир уходят минутные пакеты трансляции, такие же - на "Арктур", связаться с Первым будет дольше, а контакт У до сих пор в быстром доступе. Заглушить крейсер не так-то просто. Абордажные рейдеры и варшипы сбиваются в плотный кулак - ими командует Клатц, и сейчас Ы готов погладить абсолютно отмороженного таракашку по броне и почесать ему усики. Он прост, как бревно, как нож, как дубина питекантропа, но нарушать приказы Клатц не умеет, а ему сказали любой ценой дать эвакуироваться "Городу", флагману... Нет, пока еще флагману Капитана Ы. "Гарнизон" принимает первые капсулы, огрызается из всех орудий, но к нему пока и пристыковаться не пытаются. И пусть не пытаются, а "Город" вместо того, чтобы защищать себя, бьет и бьет по эскорту долбаного кви. "Городу" уже не спастись, но спасти кого-то он еще может. Ы раздает приказы сложнейшей системе СУО. Включает открытый эфир и с кривой ухмылкой смотрит на синего кви на экране. - Что, решение Совета поперек глотки встало, жабква? - Скворо ты заговоришь иначе, - раздувает горлышко синий ублюдок. - Заходи в гости, - скалится Ы. - Или ты сам свою новую игрушку боишься? Она хоть ветконтроль прошла? Залп. Разворот вторым бортом и еще залп - под их прикрытием уходят последние капсулы. - Скворо ты вспомнишь своего второкво, и проклянешь его, - рокочет кви, и Зараза смеется. - Я - нет, а вот ты да... Он подает напряжение, до сих пор тратившееся на щиты и пушки на двигатель. До корабля с "сюрпризом" есть еще пара единиц, и сейчас он сам устроит сюрприз синей жабе. - Капитанц! Эвакуатция оконтчена. Разреши... - Молодец! - орет Ы, перекрывая предупреждающий вой системы, - прыжок на Тигрин флотом, повторяю, ПРЫЖОК НА ТИГРИН, ИСПОЛНЯТЬ!!! "Город" стартует с места с максимальным ускорением, и с этого разгона вписывается в нос чужому кораблю, увеча себя и его и полностью выводя из строя чужую рубку - просто чтобы перетаскивать куда-то еще эту долбаную тварь стало долго и затратно. Ы отбрасывает по полу, броня сколько-то компенсирует удар, но он заставляет себя встать и снимает в креплений тяжелый бластер. - Заходите, дорогие гости, будет невкусно, но весело. Он стреляет, пока держит броня и руки способны не уронить раскаленное оружие. Крайт в новое пространство вламываться не торопится. Зачем? Даже если цель изволит вышибить всем неразумным органикам вокруг мозги, а затем и себе, она в состоянии собрать его черепушку до должного состояния, чтобы перетащить его к уродцу. Ей не жалко. И под выстрелы слабеющего от ранений и ожогов арктурианца, она тоже не идет. Просто помещение вслед за абордажниками затапливает черной жижей, не имеющей стабильного агрегатного состояния. И до пытающегося отбиться от нее самца она добирается медленно и неотвратимо. В конце-концов ее нельзя обвинить в маленькой слабости напитаться его эмофоном. Вкусный разумный. Вырваться из ее объятий не выйдет, даже если бы тот приложил еще больше усилий, чем может. Просто потому что на месте разорванных соединений вмиг образуются два новых, по такому же принципу работают и мышцы у животных, только количество усиливающих единиц не ограничено ничем. Так что когда она неспешно поднимется в рубку, цель лежит полностью обездвиженная. Плохо - достаточно сильно плохо, - что этот неразумный нанес еще и максимальные повреждения оборудованию, и корабль становится опасно-нестабильным, с него надо бы срочно убираться, чтобы не болтаться потом неведомо сколько в космосе... - Вы прекрасно выглядите в таком положении, но боюсь, меня попросили вас доставить моему хозяину. - Крайт очаровательно улыбается, и изображает легкий поклон. Интересно, как поведут местные не-хозяева на ее манеры н-ной давности. - Да кто бы сомневался, - единственное, что Ы может сделать еще - это ухмыляться, потрескавшимися опаленными губами. Он-то считал, что эта хреновина - новая биоразработка, а она еще и трепаться умеет... Крайт наклоняет по-птичьи голову и показывает белоснежные зубки. - Красивая, красивая, только запачкалась, или ты так линяешь, что ли... - Благодарю, приятно это слышать. - Она разворачивается и шагает в сторону корабля, на котором была. Надо дотащить эту тушку до шаттла, прежде чем что-нибудь из этой допотопной посудины выйдет из строя настолько, чтобы навредить ее цели. Темная, нето жидкость, нето масса щупалец и нитей, а вернее будет сказать и то и другое одновременно, не меняя своего положения на арктурианце, снизу собирается в невысокую платформу, и водяным скользуном легко везет немаленького мужчину. Крайт идет чуть впереди. Настроение, отменное после обещания дать ей порезвиться на целом флагмане, подпорчено эвакуацией личного состава. Жрать электронику она не желает, нет там того, что нужно ей. Хотя за выполнение задачи можно будет стребовать с уродца дополнительный пакетик с кровью дракониды. Несмотря на раны и достаточно плотную фиксацию пленник всю дорогу всячески пытался усложнить ей жизнь. Правда позволять она ему это перестала после того, как он голосом приказал активировать систему пожаротушения, и пришлось в срочном порядке затыкать к чертям все разбрызгиватели и удирать сушиться, пока не намокла сильнее. Для стороннего наблюдателя это вероятно выглядело как вспышка гнева, взметнувшая во все стороны волну черных щупалец, а по факту это была доставка массы в нужные точки, затыкание отверстий. В отместку она повела себя как более благородная особь. И убрала с его ран запекшуюся корочку, омертвевшие ткани, начинающие нарастать новые клетки... Зачем они ему? В катере она просто приклеивает его к полу, и включает автопилот для возврата на нужный корабль. А сама опускается в кресло пилота, "стыдливо" отдёрнув рубашку. В принципе... В принципе тварь не делает с Заразой ничего совсем уж непереносимого. Боль он умеет терпеть, как любой абордажник, и как любой арктурианец. Вряд ли она про такое знает, но Танец Ы еще вполне способен сделать, а там, если зевнешь, еще очень не факт, где в тебе окажется лезвие партнера. Помнится, от этого странного развлечения ребят с Арктура в шоке все, кого можно назвать относительно-цивилизованными расами, и никак им, бедолагам, не пояснишь, что любое касание в Танце осмысленно, по дурному ран не наносят, тем более опасных, всегда - только излечимые. Так вот, ну... Да, было неприятно, когда эта пакость слизала с закрывающихся ран, что было можно, и опять сделала мелкие кровотечения, но вполне реально потерпеть. Правда, мокрая месть с потолка ей вовсе не понравилась, похоже, но над мгновенно раздувшимся черным грибом созданием он даже искренне посмеялся. Хуже было другое - оценили его высоко и ничего особенного вычудить не давали. Впрочем... Авк точно даст, не сможет не раздуться в дирижабу... Рыпаться ее пленнику бесполезно, впрочем, тот вроде и не пытается. Силы бережет. Она не против. Кровь и нарастающие клетки поглощаются в фоновом режиме, а что бы тот ну уж совсем не удумал ничего этакого... Тонкие шипы, сейчас не ощутимые, в отверстиях пор могут доставить неприятностей кому угодно. Даже самому выносливому наглецу. Зараза понимает, что твари нравится делать больно. Впрочем, как и всем подобным тварям разного масштаба и калибра. Ради проверки он напрягает мышцы, и кожа тут же отзывается болью, словно наждаком прошлись, или скорее металлической щеткой. Ну да... Пусть думают, что это его остановит. Хотя остановит-то не это, а вот то черное, которым растекается-разрастается стремная животинка... Ы искренне ненавидит ее, но ему также искренне интересно, в каких отношениях животинка с Авком. Четвертый наверняка считает ее своим оружием, но вот насколько? И самый паршивый вопрос - а сколько их, этих животинок, имеется у жирной жабы? Арктурианец не строит иллюзий на свой счет, он уже мертвец. Это Клатц, пока не увидит его трупа, будет как баран упираться, что "капитанц" еще жив. Но он все-таки котц, мозгов чайная ложка и те по большей части отвечают за рефлексы. Вопрос только в том, что мертвец, при должной технологии применения, может стать достаточно опасен, как безголосые абордажники кви, как оставленный в баке с водой труп. Ы устраивает роль опасного трупа, пока он еще что-то способен делать. Жаба торчит посреди трюма, можно сказать, почти торжественным караулом. - Вольно, - фыркает Зараза, хотя голос звучит хрипло, - можешь так не тянуться, и честь не отдавать. Авк раздраженно раздувает горлышко, и Ы собой практически доволен - жаб УЖЕ бесится. - Закрепи его там, - отдает он приказ своей тварьке, и указывает на металлическую рамку... Нет, не так, РАМУ. Для крепления контейнеров, сделанную из рельсов и собранную на толстенные винты. - Какой ты предусмотрительный. Думаешь, я это не сломаю? - Разумеется, это игра, конструкция не по силам даже Первому Капитану, но Ы всегда нравилось играть. Крайт сдерживает недовольство, и кланяется Авку. Закрепить - не значит зафиксировать. Так что не удивительно, что у парочки оков совершенно случайно не захлопываются неисправные замки... Сто Двадцать Шестой улыбается твари: едва заметно опускает веки - жест, в который кви никогда не вложат никакого избыточного смысла. А тварька-то нихрена "хозяина" не слушается, видать и ее это квакающее недоразумение достало. Это не значит, что с ней можно договориться, но это значит, что Авку можно доставить пару ярких впечатлений. - Квключайте. Ы видит отрабатывающий огонек сканера голограмм и ржет, как бешенный пони, как озабоченный склисс: - Шта? На камеру? Ой террорист недоделанный... А что требовать будешь? Крайт отходит в сторону, подальше от предполагаемой траектории движения пленника. Намечается что-то интересное. Ну, кроме того, что к ней по-прежнему не применяют никакого контроля, который мог бы ее существенно ограничить. Совсем! Ее новые хозяева явно не знают, насколько отличаются их меры предосторожности с тем контролем, который держали предшественники. А пленник... С пленником будет занятно проводить время… Ы прекрасно понимает, что выглядит в качестве голограммы хреново, даже при том, что в качестве фактически единственной одежды покрашен только собственной кровью, даже подброневой комбинезон разлезся по дороге на обгорелые лоскутки. С другой стороны, если сейчас на все это смотрит У... Главное, чтобы ему злость глаза не застила, а так даже к лучшему, что он пойдет на жабу с личной ненавистью. А в том, что У за него отомстит, Зараза полностью уверен. - Итак, Совет Квапитанов. С квами говорит Четвертый квапитан... Ы хохочет, ничего не может с собой сделать. Даже когда в спину влетает разряд, и приходится биться в судорогах, что пристегнутому, да еще не полностью и так, чтобы не спалиться, довольно неудобно. - Я долго наблюдал кваши действия и решения, и на последнем Совете были перейдены всяквие границы. С этокво момента я... - Самая большая жаба! - выкрикивает Ы, пока более-менее восстановил дыхание, и ждет следующий разряд, который тут же и прилетает, заставляя даже арктурианца зарычать от боли. - С этокво момента титул Первого Квапитана... - Выучи наконец!.. А-а!!! - Титул первого Квапитана... Нет, пока орать Ы больше не собирается, но просто тает внутри от умиления, когда Авк запинается и делает паузу после исковерканного слова. Крайт с искренним любопытством наблюдает за дёргающимся существом. Держится, вы посмотрите! И даже старается не выдавать ее маленькую шалость. Нет, надо будет определенно добиться того, чтобы эта игрушка досталось только ей. Хороший, выносливый... Такие разряды для ее потрёпанной оболочки были бы весьма неприятны. Не критичны, но восстановление сильно замедлилось, что подпортило настроение. От нее к лужице вкусной крови, стекающей вниз, устремляются по самому полу и теням несколько тоненьких ниточек, принимающихся преобразовывать в ее массу, не забывая просушиваться от ненужной влаги, пушась. При желании она может помочь этому разумному. Она сама не проводит электричество, так что если поймет, что ее новой забаве действительно угрожает смерть, она немного сбавит аппетиты уродца. Но пока что можно и понаблюдать. Помощь, разумеется, будет не бесплатной, но цены она озвучит позже. Когда шанса отказаться уже не будет. Авк наконец понимает, что пауза вышла совсем не к месту, и очень старается не раздуться. Зараза Ы в Совете один раз, но очень невовремя при всех обозвал кви "дирижабой", еще и пояснил, что это помесь дирижабля с жабой. Причем Круг после этого он выиграл, оставив на шкуре противника шрам. - Будет принадлежать мне, и моего одобрения будут на свои действия спрашивать любые младшие номера. Квоме того, Первый и Второй перестанут быть Квапитанами, я хвочу видеть только их головы. И почему вы должны на это согласиться... - Авк медленно, картинно поворачивается к Ы, больше глядя на его оскаленный в улыбке рот... Все-таки рот, ведь сородич-кви может выстрелить языком, покрытым очень клейкой, способной сорвать полосу кожи, слюной. А вот на руки Заразы он непредусмотрительно не смотрит. Ы рывком освобождает одну руку и одну ногу. Хотел бы просто сделать обидно придурку - отвесил бы ему пинка всей массой, но так слишком мало шансов всерьез навредить гибкой амфибии с хрящами вместо костей. Нет, надо действовать иначе... Поэтому он повисает на одной руке, совершенно не замечая, как зазубренный край вспарывает вену и связки, и кончиками пальцев второй руки дотягивается до плеча Авка, с наслаждением стискивая пальцы. Тот скользкий, пытается удрать, но слишком поздно он это делает, и Ы подтаскивает бьющееся, верещащее существо к себе. Да, в него стреляют, но ПОКА это еще разряды, это можно вытерпеть, не разжимая хватки. Верещащий кви оказывается совсем рядом, хотя и телом владеть становится почти критично сложно. От страха синий Авк стал почти бурым, - поэтому Ы неразборчиво выкрикивает "шоколадка!" и впивается зубами в соединение шеи и плеча. До артерии достать просто не успеет, но запомнят эту сцену надолго и все. Четвертый разряд делает Авку только хуже, зубы арктуриана смыкаются, но совсем сойтись не могут, мешает плоть, рот заполняется прохладной солоноватой жидкостью... - Убери его от меня! - верещит кви, дрыгая лапками. Крайт с неподдельным восторгом наблюдает за развернувшейся сценой. Какая красота! Особенно ей нравится, что из разодранной руки начинает течь еще больше крови. А от уродца во все стороны полыхает ужасом и болью. Вмешивается она только после панического вопля "хозяина". Мягко скользит вперед, и отправляет несколько жгутиков к плечу кви и челюстям арктурианца. Жгутики поглощают кровь, обвивают шею мужчины и закрывают дыхательные пути. Разжимать челюсти немного сложнее чем она ожидала, так что добавляет еще массы, и кви вереща и зажимая рану падает на пол. Здоровую руку и ногу пленника она перехватывает уже большим количеством массы, и возвращает к рамке, удерживая на месте. Ы пытается вдохнуть, но с этим есть проблемы, и запрокидывание головы не поможет, хотя он все равно пытается. Несколько мгновений он видит личико твари, и, понимая, что та его держит, фиксирует и все прочее в вязкую черную массу одними губами на последнем кислороде в дыхательных мешках проговаривает: - Спасибо. Авк сидит на полу, четырехрукий биотехник накладывает ему на плечо заплату регенератора. Четвертый судорожно раздувает горло, понимает, что трансляция все еще идет и поднимается. - Преквасно. Вероятно, ты считаешь это маленькой победой, Сто Двадцать Шестой. А теперь остальные посмотрят, почему им нужно кворошо подумать и принять новый порядок вещей. Раствори его квожу, - приказывает он существу. - Квоме головы. Крайт же нитями чувствует вибрацию на наморднике, и даже распознаёт благодарность. Ее жертва заслуживает небольшой поблажки. Будет жаль, если он умрет слишком быстро. В артерию в шее аккуратно входит щупальце, расходящееся на микроскопические веточки внутри, перенося необходимый минимум кислорода, чтобы тот оставался в сознании. Но два раза получить еду, учитывая, что таким самоубийственным занятием раньше хозяева не промышляли принципиально, ей предлагать не надо. Черная жидкость начинает медленно, пугающе медленно подниматься по телу, начиная со стоп, и постепенно покрывая все тело. Постепенно, на темном, подвижном полотне появляются дыры. Демонстрирующие исчезающую плоть, сеточку сосудов с синей жидкостью, подкожный жир... Зрелище мягко говоря отталкивающее, правда, насквозь демонстративное. Она определённо не хочет, чтобы ЕЕ игрушка изволила выйти из кондиции. Так что кожа исчезает ровно в тех местах, где открывается чёрная жижа. Правда эти пятна расползаются, но медленно, зато выглядит... Странно, но боли нет, только ощущение холода и онемения. Ы прекрасно понимает, кому он должен быть благодарен за это, и даже мысленно благодарит существо. Видать Авк со своими фокусами его достал просто преотменнейше. Зараза позволяет себе медленно наклонить вперед голову, красиво, вынужденным движением... Да, зрелище хотя бы на плите грудной клетки отменно мерзкое, но и это надо сейчас немного доработать и... Подать, что ли? Прежде, чем он прочувствует все, одним скачком, и все закончится. Он просто хочет еще раз пнуть Авка, и надеется, что тварь тоже будет не против этого специфичного процесса. Также медленно Зараза подается вперед, изображая предельный контроль мышц, как обычно хромают на последнем усилии, два-три шага. Больно, говорит весь его вид, но ТЕРПИМО, если действительно надо. Как в бою. Недостаточно, чтобы выть и пытаться забиться в угол. Это важно, это должно дойти до бойцов на той стороне. Заразе даже почти стыдно, что он сейчас ничего не чувствует. Он задерживает вдох и медленно, зубасто ухмыляется на камеру. Нет, она определённо заберет этого разумного себе! Крайт даже чуть вперед подается. Для уродцев и тех, кому перешлют видео, ее жертве сейчас больно. Но какая жалость, это не так. Просто нервные окончания частично заблокированы, и пленник мало что чувствует. Почувствует, но позже, когда она уберется от него. Зато как позирует! Вот хитрый ублюдок! Этой игрушки хватит надолго... Обычно, тех, кого держали рядом с ней кроме ужаса или, чаще злобы или ненависти не испытывали ничего, даже наказание такое было, но долго они не тянули, предпочитая уйти добровольно, чем находиться рядом с низменным и отвратительным любому адекватному разумному, существом. А этот – кажется ощущает что-то еще. Надо будет запомнить его расу. Авк смотрит на Ы с настоящей, неприкрытой ненавистью. Он не хуже Заразы понимает, что сейчас думают Капитаны и что теперь очень велик шанс, что следующий флот не побежит прочь, а помчится его расстреливать. Впрочем, у Авка есть еще одна крапленая карта... - Поглоти его полностью. - Мой господин, - Крайт делает робкий шажок и смотрит снизу вверх на Авка. - Я не смею вам возражать, но... Если вам безразлична судьба этой жертвы... Я могу забрать его себе? Он так же может быть еще полезен. И я уверена, с моей небольшой помощью, под вашим чутким руководством, вы добьетесь от него много... На теле арктурианца осталось достаточно мало кожи. Она не тронула только несколько крупных нервных узлов, повреждение которых с большой вероятностью помешает ее дальнейшим развлечениям. В остальном тот выглядит как туша животного, с которого неумелый подмастерье кожевника сдирал кожу. Есть нюанс, конечно, что везде, где дотягиваются ее ниточки, боли он не чувствует. Сейчас. Но со словами уродца, она послушно обволакивает его целиком. - Себе? - Авк несколько раз моргает, увеличивая глаза и растерянно глядя на тварь. Он ожидал чего угодно, но не этого. На какой-то момент внутри вспыхивает дикая ненависть к Заразе: этот ублюдок каким-то чудом сумел зачаровать даже смертоносное живое оружие, даже ему понравился. Авка буквально распирает от желания приказать растворять дальше, оставить только скелет и прямо сейчас. - Да, господин, я более чем уверена, что я способна позаботиться об этой игрушке на... Должном уровне. Чтобы вы в последствии могли получить все что пожелаете от этого разумного. Несмотря на заискивающую улыбку, во все стороны расходятся, будто протуберанцы звезды при вспышке, ее щупальца. Дотягиваются до всего что можно, в том числе едва не касаются вновь меняющего цвет уродца. Авк смотрит на тварь... И понимает, что в данный момент находится вместе с ней в одном отсеке. Не через решетку, а напрямую. Без оков, без брони, и стрелки от нее будут весьма слабой защитой. Он не хочет стать жертвой твари в прямом эфире на радость отморозкам с Арктура. И кроме того - вряд ли ЭТО способно играть дольше пары дней, потом все равно сожрет, как и остальных. - Пусть будет твак, - кивает он. - Не думаю, что кво-то еще согласиться радоквать тебя своей персо-оной. - Авк делает жест конца трансляции и только теперь раздувается от всей души, зевая от возмущения несколько раз подряд. - А теперь забери это и возвращайся на свое место. - Благодарю, хозяин, - кланяется ему Крайт. Отстегнуть оковы дело секунды, а вот дальше упавшему телу придется несладко. Пленник на полу едва не рычит от боли, но раньше чем тот успеет скоординироваться, она вновь обволакивает его и дает передышку. - Мой господин... Вы нас не проводите ? - она виновато улыбается четырехрукому помощнику уродца. Адъютант Авка стреляет глазами на свое начальство, склоняется, и дождавшись кивка, скачет впереди твари с ее добычей. Шагается легко, чего нельзя сказать о ее новой игрушке. Болевые импульсы во время движений, пусть и немного, но проходят, и ему сейчас несладко. Заживлять, даже на своей вещи такие повреждения за свой счет она не намерена. Да и в камеру возвращаться как-то не хочется. Она же теперь тут вроде как за очень многофункционального абордажника, верно? Значит и положение для остальных разумных должно быть соответствующее... Отказать ей не посмеют. - Простите... Скажите пожалуйста, у вас есть что-то , что может немного улучшить состояние пленника господина? Ы хватает сил изобразить неподвижность после падения. Он не хочет, чтобы Авк ни в плюс, ни в минус понимал его состояние. Впрочем, Авк наверняка забудет о нем через час, а вот тварюшка... Тварюшка не забудет. Никакое положение облегчения не принесет, Ы это хорошо понимает, и просто старается не напрягать мышц, лежать, как тряпка. Мир плывет и неспешно кружится вокруг, но пока сознание еще за что-то держится, даже жаль. - Два. Я принесу, квам и ему, - квакает четырехрукий, и Заразе хочется засмеяться, но больно. Вот же ушлая жаба. Даже интересно, не достанется ли ему от Авка? - Кваюта будет удобнее квамеры, - продолжает этот умник подлизываться. - Квак вам кважется? - О, это было бы чудесно! Очень вам признательна, мастер.- Крайт едва не скалится. Нет, ну какие всё-таки забавные эти социальные навыки разумных! Подмазываться к ней, чтобы потом не иметь проблем. Какой умница... "Кваюту" им выделяют небольшую, но тут жаловаться не на что, кви никогда не роскошничают, они способны и сидеть друг на друге без протестов и проблем. Койка, стол, правда, без терминала, кресло, похожее на цветок. На койке - легкое покрывало и подушка. Крайт довольна. Относительно неплохо. По крайней мере, это первая её камера, которая выглядит так. Игрушку она сгружает на пол, и идет осматривать фрешер, какое роскошество, даже имеющийся в наличии. Гадость. От того, чтоб перекрыть в ее убежище подачу воды ее останавливает только необходимость поддержания легенды о том, что ей, как и органикам, необходима жидкость. Она брезгливо морщась мочит одноразовые полотенца, и в мнимой заботе, приседает рядом с валяющимся мужчиной. Судя по ее данным, у него кошмарное обезвоживание. Именно поэтому стирает она брызги крови и пот только с лица, не залезая на территорию потрескавшихся губ. Ы не открывает глаз. Это тоже такая игра, "не верь, не бойся, не проси". Заставить добровольного тюремщика... Что-то. А что именно - он не знает и сам, но что-то с ним делать придется, вроде как по диалогу с кви - лечить, а там хрен его маму знает, то ли лечить, то ли добивать. Он прекрасно понимает, что вот так, в состоянии постоянной боли будет трудно, особенно думать особенно логично. Постепенно картинка мира все-таки поплывет, но не сразу, далеко не сразу. Пока ты жив - опасен. Даже если уже мертвец. Сейчас впервые за последнюю неделю он рад, что Ольд помчался за своей Лисой, и та его - о чудо, - не послала к такой-то бабушке. Крайт осторожно, подушечками пальцев касается жесткой бороды, поглаживает скулы, зарывается пальцами в слипшиеся волосы. Хочется разордрать его к чертям, заставляя выть и биться от боли, даря ей драгоценную энергию, но рано. Она еще все успеет. А сейчас надо выяснить побольше о сегодняшнем мире. - Как тебя зовут? - Зараза... - Ы слышит еле уловимый голосок и словно не в ушах, а где-то в затылке. Создание, оказывается, сродни катрукцам... - Это прозвище, титул или оскорбление? - Все вместе. - Даже неплохо, что оно начало разговор. Удобно... - Каков твой статус в обществе? - Мертвец, - он скалит зубы, а вокруг сползается вязкая темнота - крови утекло много. - Ответ неверный, попробуй еще раз. - Но оно так и есть, - пытается "на пальцах" пояснить Ы, именно как термин, - меня вроде как в прямом эфире убили, теперь для всех меня нет. - Интересное видение. Хочешь пить? - Объективная реальность... Пить хочу, а толку. Крайт доходит до раковины, набирает в явно кем-то забытый стаканчик на подзеркальнике воду из под крана, возвращается и приказывает: - Рот открой. Игра становится интересной. Ы не ожидал, что ему действительно дадут напиться. Может, ещё и регенерировать немного позволят? Он послушно открывает рот, но дыхание старается контролировать, мало ли. Крайт не особо церемонясь с небольшого расстояния льет воду в рот, пауз между глотками игрушки не делает, так что часть жидкости льется мимо. Ы в принципе всё равно, как именно в его глотку попадает вода, и сколько там разливается. Быть мокрым в данном случае куда лучше, чем валяться рыбой на берегу. - А раньше какой статус был? - Раньше Капитан... Боевой командир, - даже поясняет он. Жидкости, конечно мало для хоть какого-то скачка регенерации, но всё равно легче, чисто на рефлексе: теперь просто лежи и всё станет норм... - Сколько всего капитанов? Это военизированная структура? У вас есть главный? - Капитанов... Дохрена. Несколько тысяч. И структурой не назовешь. Сборище, анархия, которая мать порядка. Вот Авк, идиотина, захотел стать главным, и я прям чую, чем это кончится. - Капитаны объединены в одну категорию? У вас есть название? Кто представляет другую сторону? - Есть так называемый пиратский Альянс, и вот в нём Капитаны. Эта информация может быть добыта существом в разговоре с кем угодно, хоть с четвероруким, но и вопросы немного раскрывают задающего их. - Есть ещё Федерация, из крупного и рядом, но космос большой, есть много разных. - Каково взаимодействие сторон? Кто представляет стороны? Какая экономическая модель взаимодействия? - Война, - фыркает Ы. - Попытались было замириться, но куда там, аж тебя некоторые притащили... Финансово - считай у каждой расы свои валюты, чего только нет. - Ты не ответил на мой вопрос полностью. Кто представители сторон? Какой властью они обладают, чем могут распоряжаться? - Там Совет и там Совет, как внутри себя договорятся, выберут, тот и представитель. Бардак страшный. - Он выдыхает. - За каждым Капитаном его флот, иногда ещё что-то, планета, система, база там... И в принципе всё. Не всё решается флотом, не всё бойцами. Сама же понимаешь. - Кто представители сторон. Альянса и Федерации. Имена и их способы давления на нижестоящих. - Она убирает часть экранирующего покрова с плеч пленника. - Ты вроде Федерации, - улыбается Зараза Ы, - в нас не веришь, а мы есть. Ещё и по голове даём иногда. Да, больно, но в принципе он и не ожидал, что ничего подобного не будет. - Кто. Представители. Федерации и Альянса. Имена и способы давления на нижестоящих. – Оболочка, блокировавшая боль и поддерживавшая температуру тела пленника начинает медленно ползти ниже. - У Федерации - не иму знать, у них контакт есть, официальный, но не отвечает. У нас кого выбрали тот и представитель, лишь бы языком болтать умел... Вон, меня тоже в представители пихали... - А кого выбрали? - Откат оболочки останавливается. - Сорвался выбор, - устало говорит Ы. - Авк всё накрыл туманностью, уродец... - Ты говоришь неправду.-с ехидцей замечает Крайт. -Точнее недоговариваешь. Выбор состоялся, кто это был? - Она поднимается, лично, носителем доходит до ванной, и набирает еще стакан воды, возвращается и садится на прежнее место. - Первый, - получается также устало, - а толку? Говорить никто не станет. Наш квакающий идиот так и будет бросаться на флоты, пока не найдут на него управу... А потом опять воевать. А этот всё никак в циферки не наиграется... - Отлично. Еще воды? Ы закрывает глаза. Он устал. Он жалеет, что не убил Авка, но это было никак не успеть. - Не-а. Крайт кивает, и убирает покрытие с грудины, после чего заливает водой. Часть ее массы моментально намокает, но так ее достаточно, и можно спокойно просушить намокшее, нет нужды беспокоиться. Она с любопытством наблюдает, как себя поведёт этот разумный на такой формат взаимодействия. Боли-то пока что нет, нервные окончания она вновь перекрыла почти везде. Почти. -Ты хочешь что-то мне рассказать сам? Или спросить. Разумные находясь в подвешенном положении всегда задавали разные вопросы. Заразе Ы холодно. Странно, но холод он всегда переносил легче всего, даже сильный и долго. Наверное, его изувеченные ткани пытаются впитать воду, но это тоже почти не чувствуется. - Я спать хочу, - говорит искренне арктурианец, не поднимая век. - Давай потом, ладно? - Сейчас действительно есть шанс забыться, потом из сна может выдернуть боль. Сон даст хоть какой-то ущербный отдых и резерв. В его положении таким не разбрасываются - А я - нет. - Хихикает тварь. - Поговори со мной. - Сама как-нибудь. А то буду тебе стихи дурацкие читать, пока не засну. Это почти угроза, а ещё Ы наизусть запомнил пару совершенно дурацких текстов людей, которые не менее "зачем-то" читал Кайа. Что он там хотел понять и нафига, Ы не разобрался. - Скучно! Скучно! Мне скучно! Поговори со мной! Сейчас же! - Крайт сидит на том же месте, но многоголосый вой раздается со всех сторон. Действо не для слабонервных. Наверное, поэтому в дверь скребутся очень с опозданием. Ы представляет тапок, летящий в марсианского кота, того, который с шестью лапами и розового. Тапок тоже розовый, а саундбуфер какого-то бота может вот примерно так. Он не видит осторожно заглядывающее в дверь четверорукое земноводное, но слышит его шаги. - Квя невовремя? - Нет, все в порядке, господин проходите, - откликается тварь не прекращая воя, в котором не задействованы голосовые связки ее тела. Просто интересно, как на такое раздражение будет реагировать игрушка. Новая игрушка с непередаваемым выражением на лице все-таки открывает глаза. - Вот тебе самой это нравится? А мне нет. Зараза задумывается, о том, что в целом Авк... При всей внезапности нападения и опасности тварюшки Авк сделал тем, кого ненавидел, огромную поблажку, и сам этого не понимает. Во-первых, на внезапности и гоноре одного паренька... Он смог бы взять на абордаж "Арктур", да, ценой почти всего флота, но смог бы. И если бы тут вместо него валялся У... Было бы куда страшнее Альянсу и больше шансов, что мелкие и не очень смелые прогнутся. А теперь У поднимет волну, а Синт, стальной умница-робот, придаст этой волне правильную форму и направление. Иногда очень удобно задумать об отвлеченном, переключиться с текущего, не слишком приятного состояния, и Зараза Ы привычно выполняет это простое упражнение... Четырехрукий кви в это время косится на существо: - Он не причинит мне вреда? Не хочу, чтобы меня ели во время лечения или вместо. - Да не буду я тебя есть, - огрызается Ы. - и твой кэп был отвратительный на вкус, а ты так точно ядовитый... - Моя игрушка для вас не опасна, господин! – скромно улыбается Крайт. Четверорукий всё равно приближается осторожно, а регенератор из распылителя наносит быстро и не слишком-то толстым слоем. Потом становится вопрос, что арктурианца надо как-то перевернуть другой пострадавшей стороной. И со всех углов к лежащему человеку стекаются черные жгуты, и, образовав из себя сложную архитектурную конструкцию, аккуратно переворачивают немаленького мужчину, будто тот обычный матрас или доска. После чего удерживает на небольшой высоте, освободив от защитного покрова спину и остальное. Ы по настоящему странно не испытывать ничего - мозг пытается сам "пририсовать" боль. В том, что происходит дальше, не виноваты ни тварька, ни кви, в этом виноваты сам Ы и один из "мертвецов", которого он подпустил неосмотрительно-близко. Регенератор растворяет инородный предмет, перекрывавший по сути сосуд в глубине ранения, и Ы чувствует, как резко и в ноль отнимается рука. - Течёт, - отрешенно говорит он, пока мир начинает гаснуть и затягиваться пеленой. - Много. - Кваквика! - только и успевает высказаться биотехник, пока арктуриан уходит в полную бессознанку. Крайт видит что лечение уродца не пошло на пользу ее игрушке. Затихшие требования сменяются на многоголосый недовольный вой, когда она понимает, что тот намерился склеить ласты сейчас. Нет уж! Она еще даже не начала с ним играться! И разрешения уйти она тоже не давала. - Убью,- доверительно сообщает она уродцу, и обращает все внимание на рану. Ждать еще, пока этого органика дотащат до медблока, да и что с ним там сделают... Так что часть щупалец поглощают кровь, часть сводят края разрыва, часть избавляется от инородного предмета. Дальше дело за малым: отнять регенератор у посеревшей уродинки и распылить на нужный участок, принцип работы она запомнила. - Ему нужны заменители крови, переливание или плазма. А лучше все вместе. - Ква-квак скважете... Так быстро кви по имени Скуа не носился давно. Он отлично понял, кто сейчас на корабле является самым главным, и спорить с этим главным не собирался. Авк - пусть, а вот он не станет. Поэтому он крайне быстро принёс уже полноценный меднабор с системой. - Арктурикванцы, - осторожно просветил он тварь, разумеется после возвращения и постановки системы, - при большой квовопотере впадают в статис, неприятный, но не опасный для жизни... Вроде квомы. - Отвратно, мой драгоценный господин! - она панибратски треплет земноводное за щеку щупальцем и принимается потрошить принесенное. Пакетика с кровью дракониды не обнаружилось, а жаль. Зато нашёлся пакет для переливания, как сообщил уродец. Не особо церемонясь, тварь подсоединила сразу пару штук к крупным венам в организме жертвы. - Сколько он пробудет в такой коме? И как его оттуда выводить без потери когнитивных способностей? - Крайт с любопытством исследовала и пробовала "на зуб" содержимое аптечки, сравнивая уровень медицины. Уровень аптечки обычного бойца ее времени. Не фонтан, но жить, если не слишком роскошно, и не ей, то можно. - Ква... Сам выйдет. Если ввести заменитель, или просто напоить. Они кватегорически прочные квари. Несколько часов доскваточно. От несквольких часов до пары суток, - поправляется Скуа. - Замечательно,- урчит Крайт, и немного подумав перекладывает игрушку на кровать. - Спасибо вам большое, вы мне очень помогли. -Она мило улыбается ксеносу, того почему-то передёргивает, и вкусной энергии страха становится больше. Ну и правильно, ей же лучше. Выскочив за дверь, Скуа некоторое время прыгает по стене, чего он не позволял себе со времён очень несчастливого абордажа.