The Pearlescent Contract

      Встреча была назначена во дворце Зарра на окраине Нижнего города «после захода солнца» и без указания точного времени. Уведомление было доставлено мне слугой безукоризненной, но необычной наружности. Он был довольно бледным и очень худым, совсем непривлекательным, и бормотал себе под нос что-то вроде псалма или стихотворения между вздохами и дрожью. Какой эксцентричной, должно быть, была семья Зарров.       Я работал сборщиком налогов всего месяц, и компания предоставляла мне шанс познакомиться с великими дворянскими семьями столицы. Я родился простолюдином рядом с портовым районом, а теперь был самым могущественным чиновником во Вратах Балдура. Все знали Люциана Деспара как человека, которого любили и... уважали в равной степени.       Очертания дворца Зарра отбрасывали тень на кладбище рядом с ним. Вся территория была окружена ржавым забором, увитым густым красным плющом, и стояла абсолютная тишина. Место, без сомнения, было живописным.       Когда я явился ко входу, двое слуг поприветствовали меня и моего секретаря и сопроводили нас в комнату ожидания, где сообщили, что патриарх скоро прибудет. В помещении было чересчур темно (даже для сумерек), и затхлый запах пропитал воздух. Слуги были очень хорошо одеты, но вели себя странно, беспокойно, словно перед лицом невидимой угрозы, как будто что-то или кто-то постоянно преследовал их. Обстановка была архаичной, очень старомодной, но не было сомнений, что когда-то она была весьма элегантной.       Я попросил Галлена, моего секретаря, передать мне папку с документами и просмотрел историю Зарров. Они были торговцами на протяжении нескольких поколений, и по некоторым причинам за последние годы у них скопились кое-какие долги. Ничего экстремального, но моим долгом было собрать все неуплаченное, и, конечно же, получить свою заслуженную долю. Если мои расчеты окажутся верны, я могу получить хорошую долю. Все зависело от того, насколько… Мистер Зарр был гибким человеком.       Прошло, как мне показалось, около получаса, когда один из слуг вошел в приемную и поклонился.       − Пройдемте за мной, господин, − прошептал он дрожащим голосом.       Галлен собрал бумаги, а я поднялся с места. Разгладив руками камзол, я подошел к слуге, возле которого уже очутился мой секретарь.       − Нет, только вы, пожалуйста. Это желание мастера.       Мастера? Что за иерархия господствовала в этом доме? Я в замешательстве посмотрел на Галлена, который поправил очки и пожал плечами. Затем он отдал мне папку и кивнул, прекрасно зная, как я ненавижу решать деликатные бизнес-вопросы без сопровождения или свидетеля, особенно когда мое драгоценное время уже было потрачено впустую на бессмысленное ожидание. Я просто хотел выполнить свою работу, закончить день и расслабиться между бедер какого-нибудь юного эльфа, которого я мог бы трахнуть в Ласке Шаресс.       Слуга провел меня по лестнице, ведущей к длинному коридору с несколькими дверьми. Стояла неестественная, почти пугающая тишина, не свойственная богатым благородным домам, которые я посещал раньше. Наконец мы подошли к большой деревянной двери, и слуга, потея и подавая явные признаки беспокойства, постучал.       Тук, тук.       − Что? – Услышал я скрипучий голос изнутри. Резкий, но элегантный.       − М-мистер Деспар здесь, хозяин, − ответил слуга.       − Ах... конечно, впусти его.       Мальчик очень осторожно толкнул дверь, как будто не хотел, чтобы она заскрипела, и жестом пригласил меня войти, не открывая ее полностью.       Моя папка чуть не упала на пол от того, что я обнаружил внутри. Комната представляла собой не что иное, как обыкновенный офис в том же стиле, что и весь дом, с длинными старыми красными шторами с одной стороны и несколькими винными полками с другой. В глубине — элегантный и большой письменный стол, за которым мистер Зарр, вероятно, вел свои счета.       Но что лишило меня дара речи, так это представшая передо мной сцена: очень высокий и худой мужчина, темноволосый, одетый в простую, но элегантную одежду, грубо держал за лицо другого мужчину, стоящего на коленях у его ног, совершенно голого. У него были белые волосы и кожа почти того же оттенка, отмеченная несколькими царапинами и синяками, которые выделялись на фоне такой бледности. Они оба были эльфами судя по их заостренным ушам. Темноволосый мужчина перевел взгляд с бледного мальчика на меня, улыбнулся и грубо отпустил его.       − Прошу меня простить, милорд, − прокомментировал он, доставая носовой платок из кармана брюк и вытирая руку, которой держал мальчика, − У некоторых из моих... детей совершенно нет дисциплины.       Я молча стоял не отрывая глаз от обнаженного мужчины. Он показался мне странно знакомым, но я не мог сказать почему.       − Касадор Зарр, – представился темноволосый мужчина, подходя ко мне и протягивая руку, – Приятно наконец увидеть ваше лицо.       Только сейчас я смог выйти из ступора и заметить патриарха. Он явно был не местным. У него были очень тонкие черные волосы, зачесанные назад и смазанные каким-то сильно пахнущим маслом. Его раскосые глаза напомнили мне о родословных Фаэруна, давно канувших в лету, а его кожа была белой, почти землистого оттенка, что доказывало, что он был не из тех, кто проводит много времени на солнце. Было очевидно, что он нездешний, что Врата Балдура не были его домом. И все же он сколотил состояние, легко приспособившись к интересам Фаэруна.       − Люциан, – наконец отреагировал я, пожимая ему руку. – Люциан Деспар. Не думаю, что нуждаюсь в дальнейшем представлении. Мы можем перейти к сути и уладить наш вопрос?       − О, не стоит упоминать об этом, − мистер Зарр указал на одно из кресел рядом с винами. − Позвольте вас угостить. Все мои вина — импортные и высшего качества, и я всегда приберегаю несколько бутылок для таких случаев.       Я подошел к своему месту и, не удержавшись, оглянулся на обнаженного мальчика. Он все еще был тут, стоял на коленях, потирал запястья и делал вид, что наши разговоры его не касаются. Мистер Зарр взял бутылку, улыбнулся и налил красную жидкость в два роскошных серебряных бокала. Я сделал глоток и разложил свою папку на столе.       − Согласно отчетам Монетного двора за прошлый год, доходы вашей казны утроились по сравнению с предыдущим годом. Поэтому вам придется заплатить тройную сумму сборов, у которых, как я обнаружил, нет документации или счета, подтверждающих, что они были оплачены. Я уверен, что это простая оплошность, которую можно исправить простым штрафом, включающим в себя, конечно, проценты и сборы на общую сумму...       − Мистер Деспар, – перебил Касадор. – Я не хочу показаться грубым, но бумажная волокита нагоняет на меня такую неохоту, что в данный момент я не в состоянии с ней справиться. У меня был утомительный день. − он посмотрел на голого мальчика.       − Много работы с вашим сыном?       − Что-то в этом роде.       Его длинные пальцы перебирали бумаги.       − Мы с вами можем извлечь выгоду из этой ситуации, – предложил он. Его левая бровь приподнялась, а на губах появилась улыбка. − Давайте оставим эту скучную бюрократию и посвятим наше драгоценное время... более важным задачам.       − Мы начинаем говорить на одном языке, мистер Зарр, − ответил я. − Скажите мне, сколько вы готовы заплатить мне за… уклонение от этого штрафа, и я гарантирую, что, если вы доставите мне удовольствие, я больше не буду беспокоить вас своими визитами.       – О, – он рассмеялся. – Я надеюсь, что мое предложение удовлетворит вас на сто процентов.       Патриарх повернулся к мальчику и сделал ему знак подойти ближе. Мальчик стал медленно подниматься, но прежде чем он успел выпрямиться, мистер Зарр покачал головой.       − Ползи, − приказал он.       Услышав этот неожиданный приказ в момент, когда я делал глоток прекрасного вина, я поперхнулся, нарушив тишину чередой отрывистых кашлей. Я встал со своего места, чтобы перевести дыхание, и снова обратил внимание на мальчика. Самое удивительное, что он подчинился, не задавая вопросов, и приблизился к нам, передвигаясь на четвереньках. Он двигался бесшумно, изящными, почти кошачьими движениями, в то время как его ягодицы изгибались при каждом шаге. Я заметил на его спине странный знак с какими-то рунами и концентрическими кругами, и мог бы поклясться, что это были шрамы, а не татуировки.       Когда он подполз к нам, мистер Зарр взял посох, стоявший рядом с его столом, и встал у мальчика за спиной. Он заставил его сесть на пол передо мной и немного откинуться назад.        − Раздвинь ноги, – приказал он. – Наш гость должен… проверить товар.       И мальчик снова подчинился, хотя в его поведении чувствовалась некоторая неохота. Затем мистер Зарр воткнул посох в полю прямо перед его пахом, заставив его лечь, растянувшись в позе, демонстрирующей его наготу во всей красе. Его конечности стали дрожать, но я не мог сказать, от страха ли, трепета или просто от напряжения мышц, нуждающихся в передышке. Его красота была нечеловеческой, почти неземной. Тело было подтянутым, таз и талия — смехотворно узкими, а гениталии, безволосые, как у всех Высших эльфов, предстали передо мной во всем их великолепии. Соски были такого же розового цвета, что его член и яички. Эльф был вялым, но это только добавляло картине эротизма. Моя промежность начала пульсировать, выпирая под штанами.       Когда я посмотрел на его лицо, я узнал его. Я уже видел его раньше. И я вспомнил, что он сделал со мной. Кровь закипела во мне от смеси ярости и извращенного удовольствия.       − Вы... предлагаете мне своего сына в качестве оплаты? − Я запнулся, безумно взволнованный одной только мыслью об этом.       − Хa! − Касадор рассмеялся. − На самом деле он не мой сын как таковой, хотя мы все здесь семья. − Он немного наклонил посох, заставляя мальчика шире раздвинуть бедра. − Насколько я могу судить, вы испытываете ненасытное желание отведать молодого эльфийского мяса?       У меня екнуло сердце.       − Откуда вы знаете, что я...       − Ах, ах, ах, − перебил Касадор. – Хоть есть и более известные и уважаемые лорды, этот город мой, милорд. И нет секретов, которые ускользнули бы от меня. Но не волнуйтесь. Я держу их все при себе. Моя осмотрительность − один из моих величайших даров. Я очень хорошо умею хранить секреты.       Я снова посмотрел на мальчика, и в одно мгновение меня захлестнула волна гнева и похоти. Это был мой шанс не только бесплатно насладиться привлекательным молодым человеком, но и отомстить этому глупому, высокомерному эльфу, который посмел публично унизить меня. В этот момент его подчинение и развращение были фантазией в пределах досягаемости моей руки (или, скорее, моего члена), и я едва сдерживался, чтобы не наброситься на него.       Я снова посмотрел на его лицо. Выражение его не имело ничего общего с надменностью и саркастичностью, которые было у него тогда, около 20 лет назад. Теперь он был полностью сломлен, словно его уничтожили, и он так и не смог собраться обратно. Я хотел заставить его плакать, я хотел унизить его.       Я хотел изнасиловать его.       − Ну...?       Голос мистера Зарра вырвал меня из моих фантазий, и моя эрекция была более чем очевидным положительным ответом. Касадор убрал трость от паха мальчика, который немедленно сильно сжал ноги, издав легкий стон. Затем он посмотрел на меня. Глаза его были красными, совсем как у его названого отца, но я помнил их зелеными.       − Поприветствуй его должным образом, мальчик.       Молодой человек приблизился ко мне и, не говоря ни слова, расстегнул мой ремень и ослабил огромное давление штанов. Мой член подпрыгнул на его щеке, и он обхватил его одной рукой, чтобы помассировать. Стон сорвался с моих губ, ноги мои подкосились. Касадор бесстрастно созерцал эту сцену.       Вихрь тепла пробежал по моему телу, когда эльф взял мой член в рот. Он был очень влажным, истекающим слюной, но странно холодным. Или, может быть, мне просто было очень, ОЧЕНЬ жарко. Я почувствовал, как моя головка достигла его голосовой складки и прошла через горло. Его язык и внутренняя сторона щек обхватили всю мою длину, а его выдающийся нос уткнулся в мой лобок. Он несколько раз подавился. Я не знал, как ему удавалось дышать, но, по правде говоря, меня это мало заботило.       Я схватил эти белые кудри, крепко сжав их в руках, и еще сильнее прижал его носом к своему паху, наслаждаясь тем, как он ломается и пытается сопротивляться удушью на моей подергивающейся длине. Я пресекал его тщетные попытки освободиться, он был полностью под моим контролем, когда я снова и снова давил на него, наказывая его горло и этот некогда высокомерный рот, трахая его красивое лицо, пока он не закашлялся, даровав мне еще более восхитительное наслаждение, и только когда слезы навернулись ему на глаза, я остановился на мгновение, милосердно дав ему передышку. Этот красивый и самодовольный эльф пускал слюни и рыдал над моим членом с прилипшими к лицу лобковыми волосами, полностью подчиняясь моему контролю и прихотям. Именно в тот момент я понял, что пути назад нет. Что-то слишком темное и порочное пробудилось во мне, и единственным способом удовлетворить это глубоко укоренившееся желание было использование мальчика для удовлетворения этих первобытных потребностей, пока он не истощится и не будет навсегда разрушен.       Я обхватил ладонями его лицо и большими пальцами открыл ему рот. У него были острые клыки, но в тот момент я не обратил на них внимания, потому что был слишком опьянен желанием. Поэтому я просто грубо сунул свой член обратно в него. На этот раз он сопротивлялся меньше, хотя неприятие все так же проскальзывало во всем его облике. И это только подстегивало меня.       Было восхитительно видеть мою промежность с густым кустиком волос, контрастом соприкасающуюся с его белоснежной, чистой кожей. Я посмотрел ниже и увидел, что он тоже возбудился, несмотря на то, что сам был не в восторге. Казалось, ему это нравилось: когда с ним обращались как с куском мяса. Один только вид его розового, пульсирующего члена заставил меня бесконтрольно кончить. Моя жидкость хлынула ему в горло и потекла через нос и рот, вызвав у него кашель. Я внезапно отстранился и, все еще держа его за голову, притянул к себе и упал на стул рядом со столом, где меня все еще дожидались недопитое вино и бумаги.       Когда я немного отдышался и кровь прилила к голове, я увидел, что эльф стоял с открытым ртом, задыхаясь, и моя сперма пузырилась и стекала по его подбородку и шее. Когда жидкость достигла его вздымающейся от тяжелого дыхания груди, она окружила один из его розовых сосков, и я осознал, как сильно мне хотелось укусить и ущипнуть их.       Даже самая опытная шлюха в борделе не вызывала у меня таких чувств. А ведь многие отсасывали мне.       Когда я отпустил его голову, мальчик наклонился в сторону, и я увидел, что мистер Зарр был все еще тут и просто наблюдал за происходящим с улыбкой.       − Ну что, милорд, – наконец сказал он. – Договорились?