Хуа Чен может все

Они на свидании. Наконец-то. Примерно такими были мысли Хуа Чена, который, как девушка солдата, дождался своего мужа с небес. Се Лянь работал последние несколько недель, как проклятый, чтобы разобраться с очередной кучей случаев появления нечистой силы по всей территории Поднебесной. Люди обращали к богам свои голоса, наполненные мольбами, боги не справлялись с нагрузкой, а новый владыка не мог отказать в помощи даже тем, кто начал его признавать за что-то большее, чем пустое место и неудачника, всего ничего. Так вот. Хуа Чен дождался. Он места себе не находил, пока Се Лянь не закончил с делами и не вернулся в Дом Блаженства. Вдруг за это время муж разлюбил его? Вдруг осознал, что не предназначен для отношений с таким ничтожеством, как какой-то начальник города, в котором живет вся самая гнусная нечисть? Бог войны чувствовал беспокойство супруга на подсознательном уровне, поэтому бесконечно улыбался, касался Сань Лана и сам предложил прогуляться по новой популярной улице Призрачного города. Свидание проходило прекрасно. Они краснели сами и заставляли друг друга краснеть, мягко передавая свою любовь к партнеру прикосновениями, нежными взглядами, искренним смехом и просто уютным молчанием, идя рука об руку. Вдруг Хуа Чен сделал резкое движение, и Се Лянь оказался прижат к стене в переулке между одним из популярнейших борделей и рестораном для местных богачей. - Сань Лан! – в глазах Се Ляня вспыхнул приступ паники. Вокруг сновали призраки, демоны, а руки супруга уже начала сновать под одеждами бога войны. Однако после «Смотри только на меня» Сань Лана паника превратилась в бесконечное удивление, переросшее в азарт благодаря глубокому, жаркому поцелую. Вне переулка жизнь остановилась, сконцентрировавшись только на них двоих.   Хуа Чен сам не ожидал от себя такой смелости по отношению к мужу, с которым всегда был предельно нежен и мил, которого никогда бы не подумал поставить в неловкое положение, однако после долгого воздержания не мог терпеть возвращения в их спальню. Тонкие длинные пальцы Хуа Чена оттянули розовый сосок Се Ляня, резко втянувшего через нос воздух, пока губы отказывались отрываться от нежной кожи на шее. Вторая рука прошлась по сильной спине, не забывая после оценить формы приятно изогнувшейся поясницы. Издавая тихие стоны и жмурясь, Се Лянь обхватывал голову супруга, прижимал губы к его широкому лбу, к щекам, к носу, к губам. После этих незамысловатых ласк руки бога перенеслись на крепкие ягодицы Хуа Чена и сжали их. В это время пальцы демона уже обхватили член мужа, кружа по головке и собирая предэякулят, медленно ведя от головки к основанию и снова к головке. В голову Се Ляня опять вонзилась мысль о том, что они не одни, что позорно заниматься чем-то подобным на улице, что репутация Хуа Чена может быть запятнана из-за него, но внезапно перешедший от нежных к более требовательным прикосновениям супруг прогнал ненужный страх, ведь никто из жителей Призрачного города, если бы Сань Лан не остановил и так уже не бегущую кровь в их жилах на время, даже взглянуть не посмеет на то, как их градоначальник доставляет удовольствие своей ненаглядной женушке. Сладкие стоны Се Ляня прерывались тягучими поцелуями и тяжелым дыханием Хуа Чена, которому доставляло наслаждение аккуратное трение о неописуемой силы бедра бога. Сгорая от стыда из-за того, что получает больше удовольствия, Се Лянь резко запустил одну руку под красиво повязанный на рельефном торсе Сань Лана ремень и сжал его яйца, от чего из гортани супруга вырвался короткий стон. Оглаживая нежную кожу интимного места демона, бог хитро улыбнулся надломившимся бровям мужа. Се Лянь быстро учился искусству ублажения, искусно даря касания то в одной, то в другой точке, доводя Хуа Чена до исступления. Тот, находясь на грани, не обделял вниманием чувствительные места принца: кадык, лопатки, нижнюю часть живота. Воздушное общение тел друг друга в объятиях вечерней прохлады распаляло все больше, оба чувствовали, что находятся на грани. Ощутив прилив в паху, бог и демон достигли разрядки. Се Лянь опомнился первым и суматошно начал поправлять одежду, оглядываться, пока Хуа Чен глядел на него с ленивой улыбкой на лице. Демон прижался в легком поцелуе к уголку губ мужа, который взглянул на своего супруга и не сдержался, начав тихо смеяться. Его мягкий смех был подхвачен чуть более громким смехом Сань Лана.