Скелеты в шкафу

      Зоя Михайловна Чернышева, счастливая жена прокурора и мать пятерых детей, могла бы рассказать супругу все. Или почти все — некоторые моменты прошлого просто хотелось оставить в прошлом, не вынося в настоящее. Что-то просто хранилось в воспоминаниях, а некоторые вещи просто лежали в одном из шкафов ее прежнего дома, где они жили с Владимиром.       — А ты, Зойка, готова за взгляды страдать? Готова за них отвечать? Не предашь ли? — спросил Владимир.       — Нет, Володечка, не предам. Никогда не предам, — ответила Зоя.       — Смотри, — Владимир взял лист бумаги и начал на нем писать чернилами. — «Царь должен быть убит, только тогда народ сможет вздохнуть счастливо».       Вместо подписи, будто не желая делать улику для жандармерии, Владимир чуть корябнул подушечку пальца и оставил на бумаге кровавый отпечаток.       — Напишешь такое же? — спросил Владимир.       — Нет, — ответила Зоя. — Людей убивать грешно.       — А другое? — продолжил Владимир. — Как ты там любишь? «Царя нужно осудить к каторге и отправить на Сахалин».       — Нет, это нарушение правил конспирации, — сказала Зоя. — Если подписаться. А кровью, как известно, другие договоры, Володечка, подписывают. Очень нехорошие… Я так делать не буду.       — Наивное дитя переслушало рассказов про чертей, — Владимир по-доброму рассмеялся.       — Наивному дитю лень портить пальцы, — ответила Зоя.