Ненавижу поезда.

       — Ди, а фто ефли лёд, это профто буханка воды? — Задумчиво спросила Эм, с полным ртом шоколада. Ди поднял голову от телефона.        — Что?        — Ну, представь, — Повернулась она к Ди, проглотив кусок шоколада. — Вода, вода, в стандартном состоянии она жидкая, как и хлеб. Ведь до того как стать буханкой, он был тестом. Как вода. А лёд, он фактически буханка. Как думаешь, в моей теории есть смысл, или это просто идиотский вопрос чтобы заговорить с тобой? Ди с секунду смотрел на Машу нахмурившись, а потом прыснул со смеху.        — Это... Фт.. Слишком гениально... Для меня..       — Ну да, — С видом философа вздохнула девушка, отворачиваясь к окну. — Бедняжка. Тяжело жить таким дебилом.       — Доброта, позитив... Поезд снова ехал. Кошку они выпустили на прошлой станции с магазином, вместе с кошкой впрочем едва не оставив Хэви. Маша проглотила очередную дольку шоколада и протянула раскрытую упаковку Ди. Тот отвлёкся от телефона в котором печатал в заметках, и посмотрел на шоколад. Он хотел отказаться, но увидел выражение лица Эм. Оно было странно снисходительным, одна бровь приподнята, глаза полуприкрыты, на губах лёгкая улыбка. Ди фыркнул, и отломил три дольки.       — Маладес.       — Как в тебя влезает столько шоколада? Ты постоянно столько съедаешь?       — Ну, не постоянно... Часто. Я люблю шоколад. И в принципе сладкое. Особенно эту милку. Спасибо что именно её взял, она пездец вкусни.       — Как у тебя ещё не слиплось... Пробормотал блондин, продолжая печатать.       — Метаболизм. Всё в топку. Плюсом тут настоящая качалка, вверх-вниз по полке. — Отозвалась Маша, вытирая рот влажной салфеткой, и делая глоток из немного мятой бутылки. Именно с этой бутылкой они с Хэви вчера и играли в bottle flip. Девушка посмотрела в небольшое зеркальце на прикрепленном к стене поезда столике, и подтёрла немного посыпавшуюся тушь под глазом. Её взгляд упал на Ди и его бегающие пальцы.       — А чо ты печатаешь? Эм с интересом встала из-за стола, перевешиваясь через стол, и пытаясь заглянуть ему в заметки. Ди машинально прижал экран к груди, и поднял лицо к любопытной девушке. Лёгкая улыбка дернула уголок его губ. Их лица были очень близко и носы почти соприкасались.       — Что надо. Маша закатила глаза, и дунула ему в лицо, шевельнув вечно свисающую ему на лицо прядку.       — Душнила. — Наигранно презрительно сказала Маша, повысив голос на две октавы.       — Кто бы говорил, человек "мемы-из-2020". Фыркнул Ди, утыкаясь в телефон. Смешная. Глупо шутит, но смешно. Им оставалось ехать ещё два дня. Всего два дня... За всё это время он много узнал о Маше. То что она любит кошек, то что у неё было много животных, которые к слову сожрали друг друга. Крыса съела черепашат, а рыбы вообще оказались каким-то миниатюрными пираньями, и сожрали друг друга, сома, одну новую, подаренную Маше старшим братом рыбку, и в конце концов осталась только одна рыба. Маша сказала, что у рыбок не было имён, потому что она их не различала, но последнего она назвала Аид, он прожил у неё где-то год, а потом тоже загнулся. Он узнал о том что она пишет фанфики, что ей нравится Гарри Поттер, а точнее Северус Снейп. Ди закатил глаза на это заявление. Очередная влюблённая девчонка, которая любит постарше... Но потом она объяснила что ей нравится именно его характер, история, и что она не слепо оправдывает этого персонажа потому что он красивый, а потому что... Короче долгая и путаная история. Дружно сделаем вид, что это как-то круто и по-взрослому. Они дебатировали по этому поводу, пока Хэви не заявил что он не вампир, чтобы днём дрыхнуть, и не начал спихивать Ди с полки пинками. В свою очередь он рассказал ей что увлекается металлом, что он чуть-ли не лучший ученик в школе, что у него тоже была крыса, только чёрная, и что Хэви на самом деле крысёнок мутант... Они даже обменялись плейлистами. Ди слушал его полночи, пока не разрядил наушники. Маша вышла на короткой остановке вместе с Хэви, а Ди остался в поезде. Ди задумчиво глядел в окно, рассматривая людей сновавших под окном у стоящего поезда. Тёплый день подходил к концу, но до вечера ещё пара часов. Блондин со вздохом потёр переносицу и поправил шипастый браслет на руке. Напульсник. Чёрная кожа прилипла к запястью, и Ди немного пошевелил браслет чтобы пропустить между ним и рукой воздух. Парень много думал. Он в принципе постоянно этим занимался, Хэви бы такое увлечение не помешало. Его мысли блуждали по закоулкам сознания озвучиваясь его обычным немного занудным голосом. Его мысли были разные. Как обойти защиту, поставленную отцом на один интересный сайт, можно ли будет купить на какой-нибудь остановке тени, или ему придётся экономить и добивать оставшиеся. Краситься каждый день в семь утра, и смывать в девять вечера в вечно трясущемся поезде было проблематично, но красота требует жертв. И без косметики блондин чувствовал себя голым. Он и так вышел из зоны комфорта, ему и так хреново. Не может же Ди выглядеть как чучело. Особенно рядом с Хэви, который из-за перебоев с интернетом взял привычку лазить по своей галерее, и то и дело фоткать всё попало. Под это "всё попало" и подпадал Ди. Да и Маша сказала ему что Ди выглядит очень красиво с этим макияжем. Девушка вообще наговорила ему кучу комплиментов о внешности и уме. Он слышал такое каждый день от тех, кто пускал по нему слюни, и фактический каждое слово должно отлетать от брони как орехи. Блондин сам не понял почему, но сказал короткое и безэмоциональное "Спасибо.", вскарабкался на свою полку, спрятался за пледовым балдахином, и уткнулся лицом в подушку, стискивая простыню.. Потом он ещё и ударился головой об багажную полку. Он давно понял что она ему слегка нравится.       —《Она вполне ничего. Симпатичная. Вообще она довольно не глупая. Только то что она фанатеет от Гарри Поттера... Пф, мда, лучше бы Толкина почитала. Там хоть капля логики есть. А Гарри Поттер... Кринж. Но в принципе дружить с ней можно.》 Вот примерно после подобных слов Ди был избит подушкой до потери телефона.

***

      — Снова эщкере, толкинист. Ди аж подпрыгнул, и с грохотом уронил телефон на столик, так что стеклянные поездные стаканы и ложки в них подпрыгнули, как обладатель "Ипхона". Ди настолько глубоко ушел в себя, что Маша смогла подкрасться, сесть рядом подтянув ноги, и заправив себе волосы за ухо напугать Ди, который дёрнулся уже на слове "эщкере". Подпрыгнул, и стукнулся о крючок для вешания вещей. Он в раздражении зашипел, и схватившись за затылок согнулся пополам, положив лоб на скрещенные ноги. Прошлые шишки ещё не прошли, а он схватил ещё одну. Если не стукнулся тем же местом. Охренительно.        — Фс-с... Да что ж я ебашусь тут обо всё...       — Да, прямо как Гарри Поттер на фикбуке. — Слабо пошутила девушка. — Дилко-дебилко... — Пробормотала Маша, сочувственно погладила его по плечу в чёрной футболке с изображением какой-то рок-группы. Ди устало разогнулся, и отвёл взгляд, морща нос.        — Ненавижу поезда. — Пробурчал он проводя по волосам. Его голубые полуприкрытые глаза рассматривали соседнюю нижнюю полку и всякую ерунду в сеточке. Он незримо напрягся, когда Маша погладила его по голове. Прикосновение было тёплым, и успокаивающим. Ди повернул голову, и скосил глаза к руке у неё на голове. Потом посмотрел на Эм. Та сдерживала смех, и продолжала гладить его по голове. Парень вздохнул. Бесит.       — Ну харэ, — Отмахнулся он от руки, отводя глаза. — Чё я тебе, Хэви-, в смысле кошка?       — Картошка. Скажи, панк-толкинист, разве поезд виноват, что ты хуяришься башкой о все углы? Так у всех в первые дни, но ты уже наверное побил все рекорды. — Маша улыбнулась, придвигаясь ближе, и тыкая Ди пальцем в веснушчатую щеку. Тот закатил глаза.        — Тц, без тебя знаю. И хватит называть меня "толкинистом". То что я один раз посоветовал почитать тебе "Властелин Колец" вместо твоего "Мальчика-который-выжрал"... Его занундый тон был прерван смехом прыснувшей девушки напротив. Маша тихонько тряслась от смеха, уткнувшись лицом ему в бедро. Её золотисто-русые волосы вспыхнули в свете солнца и блестели. Ди захотелось их потрогать. Блондин закатил глаза, и невзначай положил руку ей на макушку. Типо, это не я, я не специально.       — Тц, ну че ты постоянно ржёшь? От тебя только и слышно: кхавлябляблябля. — Маша засмеялась громче, слабо ударяя Ди кулаком по бедру в джинсах.        — "Кхабляблябля"... Как ты это воспроизвёл вообще... — Она села, откинув волосы со слегка порозовевшего даже сквозь слой консилера лица. Ее губы всё ещё были растянуты в улыбке. Маша с секунду подумала, и вытянула руки, явно предлагая объятья.       — Давай. Иди сюда. Мы с тобой вместе сделали столько хуйни и ни разу не обнялись. Ди скрестил руки на груди, скептично глядя на её руки подняв бровь. Маша невозмутимо моргнула, а на её лице было выражение как будто она предлагала ему не обняться, а оформить контракт. Ди с секунду посверлил ее глазами, а потом закатил глаза, и со вздохом раскрыл руки. Маша тут же подалась вперёд, обхвативая его за талию, и прижимаясь к нему. Они были примерно одного роста, может он чу-чуть пониже. Девушка положила подбородок ему на плечо, вздохом шевеля светлые волосы собранные в хвост. Блондин снова малость приахуел, но обнял в ответ. И тоже положил подбородок ей ка плечо. Машины волосы были собраны и небрежно сцеплены крабом за затылке и чудом не лезли ему в нос, как в ту ночь когда они едва не отстали от поезда. Спереди свисали две разные прядки, а волосы по бокам закрывали уши гладкой волной. От Маши не пахло духами. От неё пахло... Неплохо. Довольно приятно. Блондин почувствовал её разгоряченные от чего-то руки, скользящие у него по спине вниз-вверх.       — Ну ты Ди, ну чего ты обо всё бьешься... Маша начала нежно гладить его по спине, бормоча что-то ему на ухо. Ди сначала сидел в ступоре, а потом потихоньку расслабился и даже прикрыл глаза. Ему было приятно, объятья были тёплыми. Вот бы так поспать... Парень открыл глаза, и отстранился, проводя рукой по волосам. Его глаза были где угодно но не на особи противоположного пола перед ним.       — Кхм... Э-э... А э-это что за чехол? Блондин скучающе посмотрел на багажную полку над полкой Эм, держа руку на затылке. Девушка проследила за его взглядом.       — Это? Это гитара.       — Гитара?.. Ты не говорила что умеешь играть на гитаре...       — А ты не спрашивал. А ты умеешь? Ди поджал губы. Этот вопрос напомнил ему о не особо приятном моменте его жизни.       — Нет.       — Пипидастора ответ. Из семьи музыкантов, и не умеешь играть? Не пизди мне.       — Я пытался, но у меня нет таланта. Я бездарность. И гитару мне в руки лучше не давать. Я же не хочу опозориться. Устало пробормотал Ди, отворачиваясь к окну. Поезд уже начал движение. Хэви не пришёл к ним в купе, скорее всего попёрся к родителям в вагон. Хотя Ди надеялся что он остался на станции. Шутка. Шутка, что шутка.       — Ди. Маша положила руку ему на бедро. Ди повернулся к ней, посмотрел на руку, а потом на Эм, подняв бровь.       — Что? Ты можешь хоть на пару часов перестать меня лапать? В этом поезде и так личного пространства нихуя...       — Да ебаный кирпич, заткнись уже. Ничтожество ты моё. В смысле... Насчёт гитары. Ты сам считаешь что ты пИзДаРнОсТь, или это тебе кто-то сказал? Ди нахмурился, его пальцы сцепились в слегка защитном жесте.       — Какая разница?       — Большая. Ответь на вопрос.       — Ну, сказали, и что?.. — Устало проговорил Ди сквозь зубы. К чему этот вопрос? Разве это что-то изменит?       — А кто именно?       — Отец.       — Всё ясно. Девушка махнула рукой, и встав на ноги, взялась за поручни. Поезд начало качать сильнее, стук колес усилился.       — Что тебе ясно? — Поднял бровь Ди, выглядывая из-под полки. Он увидел что девушка достаёт с полки пресловутую гитару в чехле. Маша перехватила гитару за гриф, и светила вниз.       — Держи. Ди со вздохом поднялся, и осторожно взял инструмент. Гитара была достаточно тяжёлая, и ему пришлось поднапрячься чтобы не уронить её. Блондин положил её на соседнюю полку, и снова посмотрел наверх, на Эм, которая стояла оперевшись ногами в их верхние полки и держащейся одной рукой за багажную полку. Маша быстро спустилась вниз, и плюхнувшись рядом с Ди, протянула руки к гитаре.       — Что тебе ясно-то?.. Консиллерная не ответила, расстегивая чехол.       — Алё-е...       — На. Маша кинула чёрный, потрёпанный изнутри чехол на соседнюю полку, и протянула Ди гитару. Акустика, лакированная, железные струны, тёмно изумрудная покраска, серебряные колки, и белый скорпион на грифе между ними. Узоры по краям выреза тоже белые. Только наклейки...       — Руки от наклеек прочь. Твоё дело струны. — Сказала Маша, словно услышав его мысли, (или заметив презрительный взгляд на наклейки), и сунув ему в руки гитару. Девушка встала, и села на соседнюю полку, оттеснив чехол к стене. Ди посмотрел на гитару, и погладил немного прохладный от кондиционеров корпус. Блондин поднял полуприкрытые, голубые, словно кусочки льда, глаза на девушку.       — Но я не умею играть на гитаре.       — Посмотрим. Ты же пытался? Давай, покажи что напытал.       — Да не хочу я. Нахуй мне сдалась эта гитара? Чё ты приебалась? Прозвучало скорее как если бы он капризничал. Но Ди действительно не хотел. Он и так уже подзаебался. Это, то, пятое, десятое, и теперь заниматься этой хренью, вновь пытая себя и свои пальцы. Маша выпучила глаза, открыв рот.       — Дрищёнок, ты что, сдаешься? Я ту тебе самое сокровенное в этом обосратом поезде достаю, можно сказать трусы сняла, а ты выебываться? Ты уверен, что готов отказать человеку, у которого в руках гитара, размером с твою голову?