Ненавижу поезда.

Ди чуть не обосрался. Неосознанно сжимая гитару в руках крепче, он вздохнул, медленно поворачивая голову к высокому Глэму, стоявшему в проходе и держащемуся за Машину полку. На его лице была обычная улыбка. Как раз в этот момент, поезд встал, и пассажиры поезда, решившие выйти из вагона, может покурить, начали покидать купе, и чтобы не мешать людям, Глэм шагнул в купе Ди, Маши и Хэви, опустившись на полку последнего, сидя прямо напротив Ди. Блондин почему-то занервничал под взглядом отца. — Это твоя гитара, Маша? По интонации не особо было понятно, вопрос это, или утверждение, но девушка кивнула. — Да, дядя Глэм. — Ох, сколько раз говорить, зови меня просто Глэм, а то я чувствую себя старым. Взмахнул рукой Глэм, лучезарно улыбаясь. Ди тем временем вздохнул. — А ты зачем зашёл, пап? Осторожно спросил Ди, стараясь чтобы его голос звучал как обычно. — У нас в вагоне сломался аппарат для нагрева воды, и я решил что раз уж мне всё равно необходимо идти в другой вагон, я дойду до вас, чтобы проверить, всё ли у вас в порядке. — Дак... У нас всё норм, дядь Глэм, ой, в смысле Глэм. Слегка озадаченно проговорила Маша, взъерошив волосы. Она слегка придвинулась ближе к Ди, словно заметив его напряжение. Её бок прижался к боку блондина. Ди слегка полегчало. Вообще, тема гитары была для Ди... Триггерной. А уж рядом с отцом... Ди грешен - злопамятный, и к его несчастью воспринял то роковое занятие с отцом очень близко к сердцу сильно расстроившись. — Я вижу. А ещё, я слышал как Ди играл на гитаре. Ди, ты нашёл себе учителя где-то вне дома и совершенствовал свои навыки игры? Склонил голову на бок Глэм, явно не замечая потрескивающего вокруг напряжения. Ди моргнул, и откинул прядь волос с лица, медленно проведя лбу бледной ладонью. — Да... — И не нашёл ничего лучше, чем попросить у первой попавшейся девочки гитару, чтобы... — Не-не, Глэм, извините, это я его научила, Ди не выпендривался, это было по моему настоянию! Поспешно заговорила Маша, неосознанно наклоняясь вперёд. Её каре-зелёные глаза глядели прямо в голубые Глэма. Вот тут воздух начал густеть. — Ты?.. — Ну да, там же бой простецкий, четвёрка и несколько аккордов. Повисло молчание. Глэм моргнул. Ди моргнул. Маша посмотрела в окно. Ди не видел пейзажа, его взгляд был устремлен на отца. Длинные пальцы погладили лакированный корпус гитары. — Покажи. — Что показать? Поднял бровь Ди, со своим обычным тоном наполовину прикрывая глаза. — То, чему ты научился, Ди. Ровно проговорил Глэм, складывая пальцы домиком. Ди. Ди показалось, что отец едва сдержался, чтобы не сказать "бездарность". В проходе пробежал ребёнок. Маленький светлый мальчик, явно не понимающий какой моральный замес здесь происходит. Длинные, со слегка покоцанным чёрным лаком от предыдущих неудачных попыток игры на железных струнах пальцы левой блондина зажали аккорд "E". Ди хотел провести пальцами по нейлону, как рядом послышался знакомый перестук... Ту-ту-ту-ту, ту-ту-ку-ту-тум ту-ту-ту-ту-ту, ту-тутутум, турурурум... Маша перевернула два крышечки от термосов, и выстукивала ритм песни двумя железными ложками. — "Ебать барабанщица... Ой, бля, "E"..." Играть и петь одновременно Ди не мог, но его пальцы хоть и не уверенно, но зажимали аккорды, а бой он играл уже на автомате. И тут Маша начала подпевать.. — "We're not gonna take it... No, wewn't gonna take it..." Половина была невнятной, произношение вышло в окно, но едрить твою в дышло... Глэм хлопал. Сидел вытянувшись, широко улыбаясь и быстро-быстро хлопая. — Ди, можно тебя на минутку. Ди молча отдал Маше гитару, встал, и заложив руки в карманы последовал за отцом. Он чувствовал странное равнодушие, и даже готовность к тому, что отец снова назовет его бездарностью. Ди было похуй. Его похую было похуй. Наверное. Спустившись по железным ступеням вагона и спрыгнув на асфальт, блондин остановился у столба. Поезд стоял, отражая стеклами закатное солнце. Станция была в каком-то посёлке городского типа, если его можно так назвать. Но Ди интересовало не название остановки, города, области, планеты блять, а глаза отца, устремленные на него. — Ты что-то хотел сказать? — Да. Ди, я беру свои слова обратно. Ты вовсе не бездарность. Прости меня. Мимо промчался состав, с грохотом обдувая две худощавые фигуры.

***

— Чо, прям так и сказал? А ты чо? — Хуй через плечо. Ухмыльнулся Ди, довольно перебирая пальцами нейлоновые струны. Маша закатила глаза, тыкая его в плечо. — Ну и иди на этот хуй. Не хочешь рассказывать, не надо. И отдай мою крошку. Фыркнула Мэй, поднимая бровь и вытаскивая у Ди из рук гитару, прижимая её к себе. Блондин фыркнул, вставая с полки, и шагая вперёд, чтобы залезть к себе, но... — А ты ничего не забыл, блондиночка моя?