Меняя судьбы

Алисента была в ярости, когда отец рассказал ей о том, как Эймонд вёл себя с Деймоном. Хотя они и не говорили на валлирийском языке, Визерис рассказал Алисенте как их сын назвал Деймона во время совета. Ещё больше она расстроилась из-за того, что муж не сразу положил этому конец, ему следовало забрать мальчика и закончить это всё. Муж выглядел грустным, но все равно отказывался забирать детей у Рейниры. Алисента не понимала, как её муж осмелился их забрать, именно она должна была воспитывать своих детей, обучая тому, в чем заключалось их наследие. И вместо этого её детей воспитывали два безбожника, которым не следовало жениться, а тем более иметь собственных детей. Она добралась до тренировочного двора, счастливая, чтобы увидеть Эйгона в одиночестве. Она двигалась быстро, игнорируя то, что глаза Эйгона расширились, и он сделал пару шагов назад. — Эйгон. — Её сын напрягся, его руки задрожали, но он остался неподвижным, когда она подошла ближе. — Ты не пришёл ко мне. Сын посмотрел на ноги, его голос был тихим, но она все ещё могла его слышать. — Мне очень жаль, матушка. Я был занят уроками. — Слишком занят для своей матери? — Она постаралась сделать голос нежнее, не желая его пугать. — Что ты изучал? — Я занимался письмом, и до сих пор работаю над числами, мой учитель говорит, что у меня получается все лучше с каждым днем. — Он выглядел взволнованным, рассказывая ей обо всем, чему учился. — Я также учу все Дома и их девизы, он сказал, что как только я их узнаю, он начнёт учить меня истории и философии. Я также изучаю валирийский язык, у меня неплохо получается. — Валирийский? — Она не хотела, чтобы её дети говорили на этом диком языке. — Тебе не нужно его учить. Ты не должен использовать его, это язык дикарей, и у тебя нет необходимости его учить. Эйгон сглотнул. — Но мама говорит, что я должен знать о своём наследии и том, что я должен знать язык предков. — Как ты только что назвал эту женщину? — Она схватила его за руку и прижала к себе, заставив мальчика вскрикнуть, его глаза в страхе расширились. — Ты никогда не назовёшь её так, я твоя мать. Его нижняя губа задрожала, и Алисента могла сказать, что он пытается не заплакать. — Мне очень жаль. — Я твоя единственная мать, твой союзник, Эйгон. — Она усилила хватку, игнорируя его хныканье. — Ты будешь делать, как я скажу, и однажды станешь королём. — Я не хочу быть королём. — Голос у него дрожал. — Нира однажды станет королевой. — Этого никогда не произойдет! — Она ещё сильнее надавила на руку. — В тот момент, когда Рейнира взойдет на трон, она убьет тебя и твоих брата и сестру. — Это ложь. — Его голос стал сильнее, и он посмотрел на неё. — Нира любит нас, она заботится о нас и следит за тем, чтобы мы были счастливы. Алисента резка рассмеялась, дети были столь глупы. — Она лжет, она убьет тебя сразу же, как получит шанс. Она и тот ублюдок, за которого она выходит замуж. Эйгон сузил глаза и заговорил громче. — Это неправда. Ты просто лжешь! Ярость охватила её тело, и она отпустила его руку, прежде чем дать ему пощечину, из-за чего мальчик упал на землю. Сын в ужасе смотрел на неё, на его нижней губе появился порез, из которого текла кровь. Алисента сделала шаг вперёд, но ей преградила дорогу высокая фигура. Пальцы обернулись вокруг её запястья, а другая рука вокруг горла, удерживая её. — Какого черта, ты думаешь, что делаешь? — Голос Деймона был яростным, и она могла увидеть смерть в его глазах. — Как ты смеешь поднимать на него руку? — Я королева. — Вздохнув, когда Демойн усилил хватку на её горле. Она подавила панику и попыталась сделать вздох. — Я его мать. — Ты ничто, ты не можешь называть себя матерью, ни чьей-либо, а тем более его. Рейнира для них скорее мать, чем ты когда-либо станешь. — Рука на её запястье сжалась до того, что Алисента была уверена, что он раздавит ей кости. — Если ты когда-нибудь осмелишься прикоснуться к нему, Хелейне или Эймонду, я сломаю тебе руки. Она не могла дышать и была уверена, что он убьет её, когда наконец её отпустили и оттолкнули. Она чуть не упала, чтобы уйти от него, зная, что он сделает то, что обещал. Деймон ненавидел свою семью и просто ждал предлог, чтобы избавиться от неё. Ей нужно будет поговорить с Визерисом и убедить его вернуть детей.

***

Рейнира переоделась перед тем, как отправиться в город, чтобы проверить ход строительства своего приюта. У нее было всего несколько дней до его открытия, и она хотела убедиться, что последние штрихи будут доделаны. Как только все будет готово и организовано, она будет отправлять еду и поваров, чтобы помочь людям, которых она наняла для ухода за женщинами и детьми. Деймон помог ей нанять нескольких старых золотых плащей и солдат, которых он знал по своим путешествиям, чтобы защитить людей, которые будут укрываться в её убежище. Она приказала сделать для них новую форму и оружие. Она хотела, чтобы все знали, что люди, укрывающиеся там, находятся под её защитой. Она была рада узнать, что все работает хорошо. Мебель уже привезли и собрали. Она также прислала ещё несколько кроватей и других небольших безделушек, которые сделали бы жизнь более комфортной. Люди, которых она наняла для ухода за женщинами и детьми, были взволнованы тем, как все происходит. — Принцесса. — Она повернулась, чтобы посмотреть на женщину за которой послала, слегка улыбнувшись. — Мне сказали, что вы хотели меня видеть? — Да, пожалуйста, сядьте. — Она указала в сторону стула и ждала, пока женщина сядет. — Я очень довольна тем, как вы помогли моему брату, и хотела бы нанять вас на постоянной основе. Женщина кинула на нее вопросительный взгляд. — Что вы имеете в виду? — Я буду честна, я не доверяю Великому мейстеру или любому другому мейстеру, если быть точной. Я хотела бы, чтобы вы были моей личной целительницей , а также помогали присматривать за здоровьем братьев и сестры. — Женщина открыла рот, но Рейнира продолжила. — Конечно, я буду щедро платить. — Вы оказываете мне великую честь, принцесса. — Женщина облегченно выдохнула. — Если также быть честной, то довольно трудно найти работу, по крайней мере, работу, где я могу заработать на жизнь. — Идеально, я рада, что вы меня поняли. — теперь пришло время поговорить о второй части её просьбы. — Мне также было интересно, знаете ли вы о каких-либо женщинах или мужчинах, обладающих такими же знаниями, как и у вас, которые будут готовы работать на меня? Женщина выглядела немного растерянной. — Для чего? Если вы не против вопросов. — Нет, это просто… — Она перестала говорить и кинула на женщину извиняющийся взгляд. — Извините, я только что поняла, что никогда не спрашивала вашего имени. — Леранея Эсса, принцесса. — Леранея, я хочу построить лечебный дом, где можно было бы присматривать за простыми людьми. — Женщина выглядела шокированной, поэтому Рейнира продолжила. — И буду платить целителям за их работу, конечно. — Я… Я могла бы спросить нескольких человек. — Леранея откашлялась. — Если вы дадите мне несколько дней, я смогу поговорить с ними и посмотреть, готовы ли они делать то, что вы просите. — Это было бы здорово. Спасибо. Она не могла не испытывать облегчения и надеяться, что получит нужных ей целителей. Леранея ушла вскоре после этого. Едва она ушла, послышался голос дяди. Урок Деймона и Эйгона был отложен из-за заседания Малого Совета, но дядя всегда держал слово и тренировался с Эйгоном после встречи. Она посмотрела на дверь с улыбкой, которая сразу же пропала, когда увидела рассеченную губу Эйгона. — Эйгон! — Она подбежала и встала перед ним на колени, нежно взяв его лицо и повернув голову, чтобы лучше рассмотреть травму. — Что произошло? — Алисента. — По голосу Деймона можно было предположить, что он хотел убить женщину и сдерживал свой гнев. — Она устроила ему засаду на тренировочном дворе, пока я убирал мечи и разговаривал с одним из рыцарей. К тому моменту, как я добрался до них, она уже ударила его. Не волнуйся, любовь моя. — Она поцеловала его в макушку и позвала няню, которая немедленно появилась. — Пожалуйста, убедитесь, что принц принял ванну, и позовите целительницу, чтобы она осмотрела его губу. Как только все будет сделано, вернитесь сюда, я хочу убедиться, что он поест. Женщина кивнула и забрала Эйгона, закрыв дверь за секунду то того, Рейнира повернулась к дяде. — Расскажи мне, что произошло. — Я не уверен. — Деймон был в ярости. — Подошёл только в самом конце. Алисента сказала что-то о том, что ты убьешь Эйгона, и он назвал её лгуньей, а затем она дала ему пощечину. Я позаботился о том, чтобы она знала, что произойдёт, если она когда-нибудь снова прикоснется к нему. Рейнира глубоко вздохнула. — Пожалуйста, оставайся здесь на случай возвращения Эйгона. Я должна поговорить с отцом. Она не дождалась его ответа, едва не побежав к отцовским покоям. Она хлопнула дверьми и взглянула на рыцаря, когда он попытался войти, заставив мужчину отступить, и захлопнула двери. Она повернулась к отцу, который бросил на неё шокированный взгляд, у неё не было времени на его удивление. — Если та пизда, которая называет себя королевой, когда-нибудь снова осмелится прикоснуться к кому-либо из моих братьев, я убью её! — О чем ты говоришь? — Отец выглядел совершенно потрясенный её гневом. — Что произошло? — Что произошло? — Она рассмеялась, нисколько не позабавленная. — Алисента устроила засаду на Эйгона во дворе и сказала, что я убью его, как только получу шанс, когда он назвал её лгуньей, она дала ему пощечину. — Она никогда бы. — Рейнира сузила глаза, и отец умоляюще посмотрел на неё. — Может быть, он не так её услышал. — Как ты можешь быть таким слепым? — Она бросила какую-то чашку через всю комнату. — У твоего сына, мальчика, которого ты так желал, что убил мою мать, порезана губа, потому что твоя жена не знает, как вести себя со своими детьми! — Она прокричала последние слова, игнорируя шокированные взгляды отца, когда упоминала свою мать. — Держи её подальше от детей и от меня, иначе я убью её. Это обещание. В последний раз взглянув на отца, она вышла из комнаты, бедный рыцарь чуть не упал, пытаясь уйти от неё. Алисента поймет, что она играть не будет.