Меняя судьбы

Деймон шел по коридору, держа Хелейну на руках, пока она играла с пуговицами на его алой тунике. Он пообещал ей, что после заседания Малого Совета и тренировки с Эйгоном он сходит с ней в сады и поможет найти жучков. Хоть он и не понимал ее увлечения этими существами, девочка их любила, и он не возражал против того, чтобы помочь ей искать их или слушать, как она рассказывает о них. Он узнал о маленьких созданиях больше, чем планировал когда-либо. Они добрались до садов, и он отпустил Хелейну на землю, смотря как девочка подбежала к одному из деревьев, и последовал за ней. — Вот он. — Он не понимал, на что она смотрит, пока не увидел маленький золотистый кокон. — Он будет потрясающим. Деймон все еще не понимал, о чем она говорит. — Кто это будет? — Она родится еще раз. — Хелейна нежно коснулась маленького кокона, прежде чем развернуться и посмотреть на него. — Когда она родится, ее крылья будут черно-синими. Ему понадобилось мгновение, чтобы понять. — Это бабочка. — Да. — Хелейна, казалось была этому рада. — Я подарю ее мунье, думаю, ей понравится. Деймон опустился на колени рядом с Хелейной и улыбнулся. — Я уверен, что ей понравится. Хелейна неуверенно кивнула, и наклонилась, чтобы поднять что-то у него из-под ног. Она поднялась и показала ему гусеницу. — Ты чуть не раздавил ее. — Прости — на самом деле ему было все равно на жука, но он беспокоился о чувствах Хелейны, — Я его даже не заметил. — Если бы ты раздавил его, он бы не смог выполнить свое предназначение. — Она погладила существо. — Однажды она станет бабочкой. — Да, я знаю. — Он сел на землю, рядом с ней. — У меня сложилось впечатление, что все гусеницы превращаются в бабочек. — Нет, некоторые из них становятся мотыльками. — Хелейна продолжила гладить маленькое существо, и ее глаза слегка остекленели. — среди нас есть мотылек, который хочет, чтобы мы поверили, что он бабочка. Деймон нахмурился, немного сбитый столку. — Что это значит? Хелейна не отвечала, и он не давил на нее, иногда она замолкала и ничего не говорила в течение нескольких минут. Он знал, что лучше не пытаться подталкивать ее к разговору, большая часть того, что она скажет, не будет иметь для него смысла. Хелейна моргнула, и во взгляде появилась ясность вперемешку со страхом. — Скажи Мунье, чтобы она избавилась от мотылька, пока он не причинил ей вред. — Подойди, милая. — Он усадил ее перед собой и начал заплетать ей волосы, сорвав пару цветов лаванды, которые росли рядом, и вплел их в волосы. Его движения были спокойными и уверенными, он видел, как напряжение покидает ее маленькое тело. — Тебе не нужно беспокоиться, я смогу защитить твою мунью и вас. Хелейна кивнула и замерла, пока он продолжал заплетать ей волосы. Через несколько минут она заговорила. — Ты считаешь меня странной? Он не стал останавливаться. — Мы Таргариены, большинство людей считают нас немного странными. Они не понимают ни нас, ни нашу связь с драконами. Хелейна кивнула. — Алисента сказала мне, что я глупая. Деймон изо всех сил старался не напрягаться и сохранять мягкость движений, продолжая заплетать косы. Он хотел обезглавить Алисенту Хайтауэр, но знал, что говорить такое трехлетнему ребенку — не лучшая идея. — Она не знает о чем говорит. — Он закончил заплетать косу и повернул девочку к себе. — Она не Таргариен, поэтому не понимает нас. Ты не глупая, ты очень умная девочка. Хелейна посмотрела на него несколько мгновений, а потом обняла и уткнулась лицом ему в шею. — Я рада, что ты мой папа, а Рейнира мама. Мне нравится то, что я вижу сейчас. — Мы тоже очень счастливы. — Он поцеловал ее в висок. — Мы гордимся тем, что ты и твои братья выбрали нас. Хотя любовь к ней и двум мальчикам была не тем, чего он от себя ожидал, он был рад, что у него появился шанс узнать их. Теперь он не мог представить свою жизнь без них и Рейниры.

***

Заседание Малого Совета продолжалось и продолжалось, обсуждалась каждая мелочь ее предстоящей свадьбы, пока Рейнира почти не заснула от скуки. Она была взволнована своей свадьбой и не могла дождаться, когда выйдет замуж за дядю, но ее больше волновало то, что произойдет после церемонии, чем сама свадьба. С тех пор как она решила, что не хочет турнира, отец переусердствовал с каждой деталью застолья до такой степени, что ей уже перестало казаться ей свадьбой. Отец наконец устал от разговоров и выдохнул. — Что-то еще? — Да, Ваша Светлость. — Отто бросил на нее косой взгляд, и Рейнира поняла, что он собирается сказать что-то связанное с ней. — До моего сведенья дошло, что принцесса Рейнира вчера приказала выпороть на улице мужчину, прежде чем отправить его в черные камеры. Это было сделано на глазах у всех, посреди площади. — Рейнира. — Она сделала глоток и просто посмотрела на отца, которой вопросительно смотрел на нее. — Это правда? — Да, это так. — Она не собиралась отрицать это или извиняться. Повернувшись, она посмотрела на Отто. — Он все еще в черных камерах? — Нет, он мертв. — Отто посмотрел на нее так, словно она должна была извиниться за это, но Рейнира просто приподняла бровь. — Его сильно избили, и холод в камерах не улучшил его состояние, он скончался рано утром. — Хорошо. — Она оглядела комнату. — Он это заслужил. — Он это заслужил? — Отто посмотрел на нее, словно она совершила величайшее предательство. — Убить человека за то, что он пытался вернуть свое? — Человек не может быть чьей-то собственностью. Возможно, вы не знаете, сир Отто, но рабство в Вестеросе уже много лет как запрещено. — Она услышала, как Деймон хмыкнул у нее за спиной, а лицо Отто покраснело. — Она не была его собственностью, и если вы не знали, то этот человек, которого вы защищаете, годами насиловал ее, избивал и унижал, а так же избивал их дочь. — Насколько я понимаю, мать этой женщины продала себя, а сама женщина продала себя отцу этого мужчины, — Отто ухмыльнулся и покачал головой. — Можно ли назвать это изнасилованием, учитывая её дурную славу? Рейнира напряглась всем телом и на мгновение подумала о том, чтобы разбить чашку о его голову и посмотреть, как его кровь растекается по полу. — Вы хотите сказать, что из-за того, что её мать делала, чтобы они обе были живы, мужчины имели право насиловать и оскорблять её? — Отто сглотнул от тона её голоса и открыл рот, но она заговорила прежде, чем он успел что-то сказать. — Пожалуйста, повторите ещё раз, чтобы я могла заставить вас проглотить свои слова. — Рейнира! — Отец бросил на нее раздраженный взгляд. — Разговаривать так с лордами-советниками нельзя Она сердито посмотрела в ответ. — Тогда, вашим лордам не стоит высказывать такие глупые мысли. — Принцесса, — Голос Мейстера был таким же снисходительным, как и всегда. — Леди никогда не должны вести себя агрессивно. Они должны быть милыми, послушными, тихими и знать свое место. — Мейстер, когда кто-то захочет узнать ваше мнение, он спросит. А пока я предлагаю вам держать язык за зубами, если не хотите, чтобы я его отрезал. — Голос Деймона заставил всех замолчать, когда он взял ее за руку и поцеловал, улыбаясь присутствующим лордам. — Моя племянница — само воплощение идеальной леди и принцессы. Она прекрасна, она грациозна и она даст вам в лицо. Рейнире пришлось прикусить губу, чтобы не рассмеяться. Отец застонал и сердито посмотрел на Деймона. — Не поощряй ее. Лицо дяди стало маской ярости. — Тогда не позволяй своим прихвостням говорить с ней в таком неуважительном тоне! Как насчет того, чтобы хоть раз в жизни вступиться за свою дочь и перестать позволять всем вытирать о себя ноги! Глаза отца расшились, а рот открылся, когда Деймон закончил говорить. Дядя посмотрел на всех присутствующих. — Если кто-нибудь из вас еще хоть раз так с ней заговорит, вы познакомитесь с моим мечом. — Деймон, — Отец бросил на брата предупреждающий взгляд, — Ты не должен угрожать моему совету. Дядя выглядел ни капли не расстроенным. — Тогда скажи своему совету, чтобы они держались подальше. — Я не позволю, чтобы над нашими людьми издевались. — Рейнира обвела взглядом стол, чтобы все понимали насколько серьезно она относиться к этому вопросу. — Любая женщина или ребенок, которые придут в мой приют в поисках защиты, найдут ее, и мне все равно, от кого им нужна защита. Я не позволю, чтобы над ними издевались, даже если обидчик — их собственный муж, и если мне придется бить их всех, пока они не поймут, то я так и сделаю. Мейстер выглядел возмущенным. — У нас будет мятеж. — Тогда они должны научиться лучше относиться к тем, кто находится под их опекой. — Она не отступила и еще раз посмотрела на отца. — Я не позволю издеваться над людьми, даже если обидчик — член их семьи. Она вышла, прежде чем отец успел что-то ответить, а Отто — сказать что-то, из-за чего она захотела бы убить его. Она направилась в свои покои, разъяренная тем, что Отто попытался использовать бедственное положение женщины и ребенка в своих интересах. Больше всего ее разозлило то, что отец позволил мужчинам так с ней говорить. — Не обращай внимание на то, что они говорят. — Деймон вошел в покои и закрыл двери. — Они глупцы, простой народ поддерживает тебя. Рейнира повернулась к дяде и набросилась на него прежде, чем он успел понять, что происходит. Поцелуй застал его врасплох, но лишь на секунду, прежде чем он взял её лицо в ладони и поцеловал в ответ. Она развернула его и повела назад, пока его ноги не уперлись в стул, и толкнула его так, что он упал на него. Она задрала юбки и села к нему на колени, снова прильнув губами к его губам, а руками потянулась к шнуровке на его брюках. — Люблю… — Его слова закончились стоном, когда ее рука сжала его член. — Что вызвало это? — Я хочу тебя, — Она погладила его член и прикусила его нижнюю губу. — Думаю, ты заслуживаешь награду за то, как ты меня защищал. — Я всегда буду защищать тебя. — Сказал он между поцелуями, двигая бёдрами. — Но я не откажу тебе, если ты прикоснёшься ко мне. Она снова поцеловала его. — Научи меня, что делать. Его рука накрыла ее руку, двигая вверх-вниз. Через несколько мгновений он отпустил ее руку и снова поцеловал. Его язык проник в ее рот, исследуя, пока она продолжала делать то, что он ей показывал. Ей нравилось держать его в своих руках, нравилось, что он находится под ее чарами. Ей нравилось выражение его лица, полное благоговения и удовольствия. Звуки, которые он издавал, придали ей смелости, и она стала двигать рукой быстрее, чувствуя, как его член твердеет еще сильнее. Он впился губами в ее губы, и она проглотила его крик, когда он кончил. Они просто смотрели друг на друга, не в силах отвести взгляд от фиолетовых глаз. Что бы ни случилось, они будут в порядке, пока есть друг у друга.