Игра на двоих

      — Не смей.       Вместо ответа брат шутливо поднял обе руки вверх, ладонями наружу. Мало кто в мире мог застать Фейд-Рауту в такой позе, даже не смотря на то, что лицо его сохранило знакомое многим выражение. Хищный оскал въелся в черты и теперь сопровождал наследника Харконнен всюду.       Лилит чуть нервно разгладила руками складки черного платья, не отрывая взгляда от большого зеркала. Результатом она была довольна, хоть тревожность и не давала в полной мере насладиться результатом. Получилось ровно как она и хотела — Джессика упадет в обморок от ужаса увидев ее.       — ты загрызла наших лошадей или та вещь для губ крестьянок?       Девушка открыла рот чтобы ответить колкостью, но когда обернулась лицом к брату, то передумала. Лицо его было задумчивым, даже оценивающим. Мысль, что сегодня она товар для Атрейдесов не давала покоя и заставляла видеть во всём подвох.       — Как думаешь, они сбегут на каладан как увидят мою обувь?       Сделав непринужденный вид Лилит чуть выставила ногу вперед, заставляя длинный разрез на платье оголить часть ноги. Черные лакированные туфли чуть блеснули, привлекая внимание. Иногда она сама не понимала, как ей удается на них ходить.       Фейд прошелся по наряду сестры отстраненным взглядом. Когда он заговорил, в голосе его сквозило будничное предвкушение крови, какое он чувствовал перед очередным боем. Ощущение, что для него это затея не больше, чем игра, вовсе не помогала успокоиться.       — Когда этот каблук приземлится на шею Пола, бежать ему будет уже поздно.       Самоуверенность и любовь брата к кровожадным исходам почти не пугала Лилит. Сейчас нервничать ее заставляла его железная уверенность в том, что у нее все получится. Когда в нее не верили, все было проще. Превосходить несуществующие ожидания было в разы приятнее. Тогда тебе не отрубят пару конечностей если не получится. С недавних пор все иначе. Лилит сама не заметила как из второстепенного персонажа стала главным.       Дверь тихо отворилась, пуская в комнату служанку. Она не подняла глаз, но собралась и произнесла дрожащим голосом то, чего так ждали услышать Харконнены.       — Милорд, миледи, прошу вас пройти в корабль.

***

      Платье мешало ходьбе и развевалось по ветру, неприлично оголяя ноги. Впрочем, вопрос приличий оставался открытым при слиянии Харконнен и Атрейдес. Что для одних было дикостью, для других являлось привычным укладом жизни. Волосы растрепались, а помада чуть смазалась. Прекрасный вид радовал глаз, но не мог перекрыть минусов от неудобного наряда. В следующий раз Лилит пообещала себе предусматривать одежду на приемы с учетом незапланированных побегов.       Официальная встреча, со всеми ее приличными формальностями вызывала отвращение. Девушка не могла заставить себя лебезить перед семейкой благородных и правильных Атрейдесов. Она ожидала наказание за вольность, но понимала, что сейчас они на чужой земле, да и в скором времени ей предстоит перейти к другой семье. Значит у нее как минимум есть время к нему подготовиться.       Лилит знала, что ей прощается больше, чем брату и вполне была довольна положением вещей. Чем выше статус, тем туже кандалы на твоем теле. Так что пусть на-барон и отдувается за обоих, а она пока в очередной раз ругнется, освобождая каблук из земли.       Мысль снять обувь проскакивала в ее голове, но дальше слов не шла. Лилит не могла себе представить хождение по улице босиком, даже когда ей пришлось пробираться сквозь горные породы. Обогнув два больших валуна, она наконец приметила себе каменную плиту, на которой смогла бы прийти в себя. Через усилие забравшись на его верхушку, девушка легла на спину и глубоко вздохнула. Натренированное тело капризно напомнило о холоде и усталости. Привычное чувство боли вернуло Лилит к реальности и даже сняло тревожность.       Она хотела приподняться и оценить открывающийся отсюда вид, но треск сухих веток неподалеку заставил насторожиться. Тело само приняло удобную для нападения позицию. Девушка притихла и напряглась, словно кошка перед прыжком. Вскоре звук стал совсем близким, и прежде, чем противник смог сориентироваться, Лилит напала и села сверху, прижимая незнакомца к холодной поверхности камня.       Не давая ему отдышаться, надавила на ребра, выбивая из легких воздух.       — Приветик. — Только что лежащая без сил девушка в миг обернулась довольной кошкой, игриво дразнящей свою добычу.       Вместо испуганного выражения она увидела перед собой изучающие зеленые глаза. С раздражением отметив, что они смогли забрать ее внимание, Лилит насильно перевела взгляд ниже, оценивая одежду. Парень был одет в обычное черное пальто из плотной ткани. И как она должна определить его статус?       Из секундной заминки ее вывела чужая усмешка. Он заметил ее недоумение и по доброму улыбался. Непривычное для Лилит выражение лица тут же было расценено ею как высшее проявление глупости.       — Ты местный дурачок? — Вопрос был задан беззлобно, и пропитан был чистым любопытством. Кто еще из местных станет улыбаться во время нападения? Да еще и так неприятно, словно весь мир это полная добра открытая книга.       В этот раз девушка услышала смех.       Неожиданная эмоция окончательно сбила с толку. Спрашивать было не нужно, что он больной на голову понятно и без озвучивания. Только вот что теперь с ним делать? Можно убить, только тогда ей точно попадет от Фейда, если в первый день их приезда начнутся нахождения трупов в неожиданных местах.       — Дать пальто? У тебя нос красный.       — Не утруждайся. Я сама стяну его с твоего трупа, если понадобится.       Лилит понимала, что незнакомец слишком спокоен для обычного слуги, но и отнести к элите парня она не могла. Что высокопоставленному лицу делать среди груды камней? Она здесь впервые, ее интерес понятен. Но неужели люди, видящие этот вид каждый день на протяжении всей жизни все еще им наслаждаются? Девушка не могла сказать, что Гьеди Прайм ее завораживала. Все вещи вокруг быстро приедались и скоро становились неинтересными. Обнаружить, что кто-то видел ценности по другому, было неожиданно.       От раздумий пришлось отвлечься, потому что зеленые глаза с непривычным спокойствием изучали ее. Никто до этого не смел поднимать на сестру на-барона глаз, тем более так прямо. В ответ парень получил такой же пристальный взор, только вместо честного любопытства в нем сквозила скрытая угроза. Лилит не понадобилось много времени, чтобы узнать в юноше замашки Бене гессерит. В спокойствии его тела быстро угадывались многолетние тренировки, какие были частью подготовки в ордене. Дядя терпеть не мог все, что связано с сестрами. У него точно были свои причины для этого, но и Лилит относилась к ним настороженно.       Девушка чуть надавила бедрами, оказывая давление на ребра юноши. Она ненадолго задержала на нем взгляд, желая изучить реакцию. Задыхаться, словно рыба на суше парень не начал. Это подтвердило догадку о его связи с орденом и она быстро потеряла к нему интерес. Куда больше ей нравилось видеть свою власть. Гессеритская сдержанность делала игру не интересной. Хотя кто знает, может однажды ей хватит терпения на то, чтобы дойти до конца?       Она легко поднялась и спрыгнула с камня, ни разу не оглянувшись. Лилит не хотела знать, провожает ли ее пара зеленых глаз и правда ли ее нос краснеет от холода.