Розовые очки.

Алла спала, как убитая, и Фил первые полчаса молча наблюдал за ней, устроившись удобно рядом. Затем немного осмелел и, обняв женщину, которая во сне прижалась к нему, тоже провалился в сон. Рано утром Алла, уже не изменяя новой привычке, проснулась и первым делом, осторожно, чтобы не разбудить Фила, встала и прошла к бассейну. В сплошной всепоглощающей тишине был слышен плеск воды и, распластавшись спиной на водной глади, Алла, прикрыв глаза, наслаждалась покоем… Покой, который она искала всю жизнь - это было то самое понятие, когда-то неверно ею истрактованное, а потому она сама не знала, что же это на самом деле. Ей когда-то казалось, размеренная жизнь с Максом, без лишних эмоций, а значит, без нервов и вреда для здоровья и есть то самое. Но нет. Покой, которого она жаждала глубоко в душе, умело сочетался с представлением о счастье, одно дополняло другое и, как ни странно, вернувшись к самой себе, Алла смогла разобраться в своих чувствах. То, что она испытывала рядом с Филиппом - и была та самая квинтэссенция любви, надежности, стабильности, которое вкупе и обеспечивало этот самый… покой. Накануне вечером Киркоров подобрал очень правильные слова - те, что не только разрушали комплексы, но и вселяли уверенность. Улыбнувшись вчерашнему комплименту, что вспомнила, Алла перевернулась на живот и, сделав глубокий вдох, нырнула немного вглубь, а затем проплыла до противоположного бортика бассейна. Вдоволь наплававшись, женщина собиралась выходить, но, увы - она забыла захватить с собой полотенце и, как быть теперь просто не знала… Поискала взглядом халат, в котором пришла и который небрежно валялся возле шезлонга. - Аллунь… - негромко окликнул ее Киркоров, но Алла испугалась и сразу же спрятала грудь, прикрыв ее руками. Он подошел очень кстати - проснувшись отчего-то рано, не найдя Аллу рядом с собой, взял чистое полотенце и как раз в момент, когда женщина размышляла, как ей быть, подошел, протягивая свежее, сложенное вчетверо, махровое полотенце, - держи. - Фил развернул ткань, создав ширму, чтобы она его не стеснялась и демонстративно отвернул голову, давая понять, что он не смотрит. - Ох, как ты кстати! Спасибо! - обрадовалась Алла. Она обернулась полотенцем, выйдя из бассейна и, отжав слегка намоченные кончики волос, обняла бывшего мужа, - Доброе утро, - приветливо улыбнулась ему, и Филипп улыбнулся ей в ответ: - Доброе утро, Аллчонок, - осмотревшись по сторонам, заметил халат и, подняв его с мраморной плитки, встряхнул и надел на Аллу, чтобы она не замерзла, - доброе, - повторил Филипп, затягивая любимую женщину в долгий поцелуй. Они стояли, прижавшись друг к другу, целуясь и совершенно не волновались о том, что их мог кто-то увидеть… После плавания Алла обычно ложилась немного отдохнуть и сейчас последовала новой традиции. Пройдя в спальню, которая стала их с Филом общей, Пугачева разлеглась на кровати, пока Фил, поискав в шкафу чистую футболку, надел свежее белье. О чем-то подумав, Алла кратко улыбнулась и тоже подошла к шкафчику: на одной из полок лежала старая, все еще имеющая значение, вещь - рубашка Филиппа. Переодеваясь прямо при нем, Пугачева незаметно наблюдала его реакцию - смотрит ли, не противно ли. И ее женское самолюбие ликовало, когда она уловила в его глазах трудно скрываемый интерес. - Филь, - удобно устроившись на кровати в его сорочке, Пугачева закинула ногу на ногу и хитро улыбнулась, - рубашечку узнаешь? - По вышитым на рукавах инициалах, - ухмыльнулся Киркоров, присев рядом на постель, - Сохранила… - провел он пальцами по слегка помятому воротнику, - мне приятно. - Более - я в ней спала! - воскликнула Пугачева, закуривая сигарету, - И ты мне снился. - Бывает, - пожал плечами Фил, - ты так… - задумался он на миг, смотря на любимую женщину, - хороша… - почти полушепотом озвучил он признание. Положил ее обнаженные ноги на свои колени и стал их поглаживать, подбираясь то выше к ягодице, то ниже к пальцам и стопе. Алла прикрыла глаза - от получаемого от его недвусмысленной ласки удовольствия - и не заметила, как пепел слетел с кончика сигареты, упав на ткань белоснежной рубашки. Пугачева сразу же потушила бычок в пепельнице, что стояла на прикроватной тумбе и, устроившись поудобнее, вытянула ноги, позволяя бывшему мужу легким непринужденным массажем ласкать себя. Киркоров наклонился и поцеловал ее ногу чуть ниже колена, а затем, проверив реакцию - что позволяет - опустился дорожкой поцелуев к щиколотке. Алла расслабилась и вскоре заметила, что легкие, краткие, чрезмерно нежные поцелуи заставляют ее дышать чуть чаще, тело одолевает давно забытая волна чего-то будоражаще приятного. - Филь… - сделав глубокий вдох, Алла остановила его ласку, - пожалуйста… свари мне кофе… - эта вынужденная пауза была необходима ей, чтобы не перейти какую-то грань. Кофе совсем не хотелось, наоборот - тело, откликнувшееся на ласку, требовало продолжения, но Алла стеснялась. Себя. Возраста. Боялась, что Фил мог о ней не так подумать, когда увидел бы ее в неглиже. Словно почувствовав ее смущение, которое, в общем, и скрыть было трудно, Филипп встал с постели и, вернув ее ноги в исходное положение, наклонился над Аллой: - Обязательно. Но чуть позже… - в тот момент, когда Алла уже успела разочароваться его послушной ответной реакции, Фил проявил небольшую настойчивость и, впившись в ее губы сочным поцелуем, поместил правую руку на плечо, прикрытое его же рубашкой. Пальцы аккуратно расстегивали пуговицы, а сам Фил, на миг оторвавшись от ее сладких, чуть вспухших губ, устроился над ней на кровати. Он посмотрел в глаза и увидел в них тень смущения, которую сразу же развеял новым поцелуем. Влажной неторопливой дорожкой переместил свою нежность на ее шею, затем ключицу, и Алла, чувствуя возрастающую, трудно скрываемую, волну возбуждения, невольно, но тихо простонала, пока мужская ладонь сжимала ее грудь, освободив от ткани: - Ам-м-м… - Пугачева прикрыла глаза, отдаваясь собственным ощущениям и уже не сдерживала легких полутональных стонов, которые Филипп немного приглушил, беззастенчиво ворвавшись в ее рот языком, - Ах… А… - Алла, все еще будучи довольно темпераментной женщиной, чрезмерно быстро завелась и теперь каждое действие бывшего мужа воспринимала остро, словно оголенный нерв. Теплые женские ладони пробрались под его футболку, а ноготочки безболезненно впились в нежную, чуть загоревшую, кожу. Филипп задаривал ее лицо поцелуями и, окончательно раскрыв сорочку, на миг замер. Возбуждение было столь сильным, что сдерживать свое основное желание довольно мучительно, но он, желая подарить любимой женщине заслуженное счастье, сконцентрировался. Не сдержавшись, чуть сжал от излишнего вожделения открывшийся ему бюст, который от женского нарастающего желания буквально налился, а после губами обхватил сосок, провел по нему языком, - М-м-м… - не сдержавшись, прима чуть выгнулась в его объятиях, от умелых движений едва ли не дрожа. Киркоров оттянул губами сосок, затем снова поцеловал его, в то время, как левая рука ласкала другую грудь. Ощущение чего-то жгучего разгоралось внизу женского живота, и Алла приглушенно стонала, изредка прикусывая губы, чтобы не издать слишком громкий звук. Все комплексы просто растворились, страхи остались позади, и она, возбужденная до предела, слегка взмокла, пальцами нащупала резинку его трусов. Фил опустился поцелуями ниже к подреберью и, прислонив ладонь к ее промежности, довольно улыбнулся - на пальцах осталась вязкая смазка, Алла буквально текла под мужскими ласками и глубоко часто дышала, возбужденная до предела. Заметив, что он прервался, не мешкая, стянула с него боксеры и, увидев красноречивую реакцию на нее, которая буквально выпрыгнула из трусов, завелась не на шутку. Рука сама скользнула к его члену, чуть вспотевшая от легкого волнения ладонь обхватила мужской орган, заставив Фила глухо простонать. Алла ослабила хватку, провела большим пальцем по розовой набухшей головке, размазывая выделенный предэякулят по стволу и, жадно облизнув пересохшие губы, притянула Филиппа к себе: - Я тебя очень люблю, - шепотом произнес ей Фил на ухо, низко наклонившись. Посмотрев на нее, поцеловал чуть прикрытые веки, из которых от долгожданного женского счастья потекли слезки, - В тебе моя душа, - целовал он ее в губы, посасывая каждую по очереди, - мое сердце… - слизал кончиком языка соленые капельки и, прервавшись на миг, подарил глубокий французский поцелуй. - М-м… - на выдохе простонала Алла, внезапно почувствовав, как в нее проникает нечто твердое и… большое, и это чувство - наполненности - буквально захлестывает женщину, вынуждая выгнуть спину, - А-а-ах… - не сдержала она протяжный стон, чувствуя, что Фил вошел в нее до самого основания. - Аллусенька… - прошептал ее имя Филипп в перерыве между краткими поцелуями, - все хорошо? Не больно? - он намеренно сделал длительную паузу, не совершая никаких толчков, и внимательно наблюдал реакцию. Алла обхватила бедра ногами, расставив их как можно шире, погладила его спину: - Скажи еще раз… - попросила она, и Фил, улыбнувшись, сразу понял, о чем идет речь: - Я люблю тебя… - первый осторожный толчок, и он видит, как Алла закатывает глаза, а затем впивается в его губы, - Очень люблю… - поцелуи переносятся на женскую шею, Фил, не сдержав эмоции, прикусил слегка мочку уха, а язык запустил в ее глубину, легкой щекоткой заставляя любимую женщину задышать чаще, - Моя девочка… Моя добрая красивая девочка… - толчки стали частыми, Филипп чувствовал, как Алла сжимает внутренние мышцы, помогая им обоим приблизить сладостный момент. Пугачева не сдерживает глухих стонов, и лишь мысль, что их могут услышать, заставляет замолкать, до крови прикусывая губы. Быстрые фрикции вынудили женщину царапать его плечи, шею, нетронутую татуировкой. Чувствуя приближающуюся волну удовольствия, Алла сама пыталась насадиться на его орган, ощущая внутри нарастающую лавину удовольствия. Ощущая скорую разрядку, Филипп ускорил темп, и комнату в один миг заполнили два громких звука, соединившиеся в унисон. Женское худенькое тело задрожало под ним, Алла, чуть привстав, впилась в его губы долгим, немного грубым поцелуем, пытаясь заглушить в нем свой крик, а затем, чувствуя, как внутрь изливается горячая жидкость, как пенис, выстреливая ее, буквально пульсирует в ней, замерла на миг в надежных мужских объятиях: - А-а-а… - простонала женщина, слегка обмякнув в его объятиях, - ам-м… - Филипп, достигнув пика и доведя до него бывшую жену, прижал ее к себе, а после аккуратно положил на спину и, успокаивая тело женщины краткими поцелуями, пытался восстановить сбитое тяжелое дыхание. Любовники так вспотели в своей страсти, что постель под ними мокрая, и ощущение легкой прохлады разбавляло их пыл. Фил, опустившись поцелуями к ее стройному животу, слизал тонкий ручеек выделенной испарины, а затем слегка прикусил кожу, на что Алла, запутав пальцы в его белоснежной кудрявой шевелюре, довольно улыбнулась, все еще пытаясь прийти в себя от испытанной эйфории, - Иди ко мне, - притянула она его к себе и, снова привстав, подарила глубокий поцелуй, в выражении своей любви слегка прикусывая его нижнюю губу, - Я люблю тебя… искренне, Филь… - это признание было так важно для Киркорова, что он не смог сдержать счастливой улыбки, глаза засияли счастьем, - И буду с тобой до… самого конца… - продолжала она сыпать обещаниями, в которые Фил на этот раз верил и более - знал, что она их действительно не нарушит. Два любящих друг друга человека продолжительно целовались, прижавшись друг к другу и не заметили, как дверь в их спальню приоткрылась: - Мам, - шепотом окликнула Кристина свою мать, думая, что та спит, - ты завтракать будешь?.. - не дождавшись ответа на вопрос, который адресат просто не слышал, Кристина заглянула в комнату и увидела, как ее мать с Филиппом страстно целуются, сидя голые на постели… Одновременно и радуясь, и смущаясь, Орбакайте тихонько прикрыла дверь, стараясь не выдать своего кратковременного присутствия.