Розовые очки.

Пугачева понятия не имела о том, что на сей раз задумал любимый бывший муж, но решила, облокотившись о перила террасы, спокойно ждать, выкуривая сигарету. Благо, ждать долго не пришлось - буквально минут через пятнадцать Филипп подошел к жене: - Аллунь, я что-то не уточнил, может, ты хочешь чай или кофе? - вежливо поинтересовался мужчина, обняв ее за талию. Алла смяла в руках пустую пачку, куда сложила окурки и, повернувшись к Филу лицом, ответила: - Не, не хочется. Вино замечательно пошло! Может, чуть позже с тарт-татеном чай попьем? - Хорошо, - кивнул Киркоров. - Что там с сюрпризом? - с нетерпением любопытствовала прима, - уже готов? - Да. Только у меня будет маленькая просьба, - Филипп достал из кармана брюк шелковый шарф алого цвета и, встав сзади женщины, прислонил нежную ткань к вискам, - Тебе можно завязать глаза?.. - Звучит интригующе. Завязывай, - одобрила Пугачева, засунув в карман его брюк помятую пачку и, чувствуя, как аккуратно и бережно он пытается все сделать, закрепить-таки шарфик, который то и дело соскальзывал слегка вниз, немного улыбнулась. Наконец, глаза завязаны, и Фил, взяв бывшую жену за руку, неторопливо повел ее куда-то, придерживая за талию, чтобы не упала, - Филька, - окликнула его прима, чувствуя, что они идут явно дальше, чем в комнату, где находились прежде, - надеюсь, ты меня крокодилам не скормишь? - пошутила она, нервно хихикнув, - А то фиг тебя знает. - Ни в коем случае, - также в шутку ответил Киркоров, подойдя к двери, - Мы уже пришли. Можешь снимать повязку. - Алла стянула с глаз шелковый шарф и, на миг зажмурив глаза, огляделась. Они находились в просторной ванной комнате, посреди которой стояло вместительное джакузи. Дорожка красных лепестков вела от входа прямо в ванную, набранную теплой водой до самых бортиков, а в ней - пышная белоснежная пена, на которой также лепестками было выложено красное сердце... Пугачева смущенно улыбнулась, слегка умиляясь увиденной картине и, кратко взглянув на бывшего супруга, скинув тапочки, босиком прошла по устланной лепестками дорожке чуть вперед, - Мне очень хотелось, чтобы ты расслабилась, - объяснил Филипп, выключив главное освещение. Алла заметила, что по периметру комнаты на специальных подставках стояли классические свечи, ровно как и вблизи самого джакузи, создавая приятную романтическую обстановку. - Филя... - подойдя к ванной, Алла окунула несколько пальцев и, зачерпнув немного пены, подула на нее, что та чуть разлетелась на ближайшие несколько сантиметров, - ты неисправимый романтик, - довольно заметила женщина. - В последнее время ты столько пережила, столько разных эмоций... Тебе нужно расслабиться, получить новые приятные впечатления. - продолжал объяснять Фил, почему-то в глубине души побаиваясь, что сюрприз Алле мог не понравиться. Но он ошибался - Алла была более, чем довольна. Она подошла к Филиппу и, заметив его взгляд, произнесла: - Ты прав. За последние пару недель моя жизнь снова... всколыхнулась. Цветы, прогулка, - перечисляла она, слегка улыбаясь, - все это действительно приятно и отвлекает. Но знаешь, что самое приятное и лучшее во всем этом? - уточнила она, коснувшись чуть влажной ладонью его груди сквозь рубашку, - Ты. - заметив, что Фил улыбнулся, повторила, - Ты, любовь моя... - притянув к себе женщину, которая слегка приподнялась на цыпочки, Филипп дарил ей один поцелуй за другим, на которые Алла отвечала, углубляя их, превратив эту нежность в самое настоящее проявление великого чувства. Прервав излишне интимные, французские поцелуи, Алла положила его руку на свою талию, - Помоги мне... - прошептала она, - раздеться. Думаю, ты так застегнул лиф, что только сам и сможешь его... расстегнуть. - Киркоров ухмыльнулся и, пробравшись руками под ее блузу, нащупал пальцами застежку, которую сразу же умело расстегнул. Стянул лямки с плеч, ладонью провел по теплой, удивительно нежной женской коже, которая откликнулась на ненарочную мужскую ласку легкими мурашками, - Так, спасибо. - внезапно прервала его Алла, - а теперь, будь добр, отвернись. - она немного кокетничала с ним, игралась, и Фил почувствовал это, - Я разденусь и лягу в ванную, а потом ты повернешься. - Хорошо, - пожав плечами, согласился мужчина. Он принял правила ее игры, понимая, что ей хочется чего-то особенного - того, что украсит этот сюрприз еще больше. Как она просила, отвернулся и ждал, пока Алла разрешит повернуться обратно. Услышал шум плеска воды и, догадавшись, что она уже, вероятно, устроилась в ванной, попытался повернуть голову, но в миг передумал - это не по правилам. - Все, можно поворачиваться, - великодушно разрешила Алла, и Филипп сразу же повернулся к ней лицом. Она устроилась так, положив руки на бортики, что пена едва скрывала ее бюст, а оголенное колено вылезло из вспененной воды. Киркоров поставил низенький табурет рядом и, закатав рукава по локоть, коснулся ее ноги, провел рукой: - Хочу помочь тебе расслабиться, - произнес он и неторопливыми движениями, выдавив на ладонь из тюбика какую-то жижу, стал массировать ступни. Наблюдая за ним, Алла вдруг рассмеялась: - Я надеюсь, это не "Финалгон"? - хохоча, уточнила женщина. Филипп, посмотрев на нее, тоже улыбнулся ее неверной догадке: - Нет, котенок. Всего лишь кокосовое масло. - Ну слава Богу, - все еще смеялась Алла, - а то негативный опыт с этим гелем у меня есть. Ничем не смывается, зараза, а жжет так, что тебя как будто жарят. - Фил не ответил. Он увлеченно массировал ее ступню, но вскоре Пугачевой такой релакс немного наскучил. Вино, бурлившее в крови, подсказало идею, которую Алла поспешила реализовать. Она присела и, прикрыв обнаженную грудь пеной, кокетливо взяла бывшего мужа за руку, - Молодой человек... - загадочно произнесла женщина, хитро смотря на него. Глаза так и искрились, и Фил почувствовал, что она что-то задумала, - а Вы когда-нибудь... играли в "нырки"?.. - "Нырки"? - переспросил Киркоров, немного удивившись, и Алла улыбнулась, а затем привстала еще больше, что из воды показалась ее талия и, вцепившись в ворот его льняной сорочки, произнесла, - "нырки" - это "нырки"! - а затем так резко притянула к себе Фила, что он, не удержавшись, немного завалился в ванную, - Иди ко мне! - настойчиво произнесла Алла, стягивая с бывшего мужа рубашку, которую все-таки немного порвала. Филипп подчинился и, наскоро скинув брюки, залез к ней в джакузи, а затем, возвращая мужское первенство, притянул ее к себе и стал жадно, немного торопливо целовать, периодически опускаясь поцелуями на шею, отчего Алла изредка задерживала дыхание. Еще чуть-чуть - и она потеряет остатки контроля. Еще чуть-чуть - и она сделает то, что так хочет, что так просит ее сердце, душа, разгоряченное тело. Но тогда ведь будет не так интересно, а ей хотелось поиграться. В определенный момент, когда рассудок не успел затуманиться возбуждением окончательно, она остановила Фила, - Тихо-тихо... Подожди... - Филипп все еще покрывал ее нежную кожу поцелуями, возбужденный до такой степени, что на его солидный бугор ниже пояса, спрятанный в белье, прима случайно наткнулась ладонью, - Филь... Ты же меня расслабить хотел, - она игралась с ним, кокетничала, довела до пика возбуждения, когда всякое промедление становилось мучительным и... резко затормозила. Фил подчинился, чувствуя небольшое, пока игривое сопротивление и, тяжело дыша, уткнулся носом в ее шею, переводя сбитое дыхание, - Прости, мой мальчик, - поглаживала она его голову мокрыми руками, - я немного не рассчитала. Давай просто вместе полежим. Расслабимся, - Филу хотелось завыть от слишком сладкой мучительной пытки, но он переборол себя и, заключив Аллу в объятия, еще раз поцеловал ее в губы. - Хорошо. Как скажешь, - кивнул он, поглаживая ее лицо, - Расслабиться... Не помешает... - они молча лежали, и прима устроилась на его груди, расстегивая намокшую рубашку окончательно, а Фил, на несколько секунд задержал дыхание, испугавшись вдруг, что его возбуждение станет излишне явным. - У меня к тебе необычная просьба, - вдруг нарушила тишину Алла. Она посмотрела на него - его реакцию - но Филипп лишь внимательно слушал все, что она говорила. Заметив его интерес в глазах, прима продолжила, - расскажи мне... как ты жил... Эти пять лет... Я кое-что слышала, кое-что видела в Инстаграме. Но... этого ведь так мало... - Я не жил, Алл, - на выдохе произнес Киркоров, - я создавал видимость. Придумывал себе повод жить. Искал причину. Но... были такие моменты, когда мне хотелось заснуть и больше никогда не просыпаться. - У тебя было столько проектов. Мне, кстати, понравилась твоя коллаборация с Марув, - призналась Алла, - "Комильфо". Мне кажется, она чему-то посвящена. - Тебе. - честно ответил Фил, - И мне... В этом клипе описываются мои грехи и... то, что заперто, никак не может выйти наружу. Говорят, если ты хочешь достучаться до человека, покажи ему, что с ним происходит на своем примере. - Да, но грехи ведь твои. - Одно другому не мешает, - ухмыльнулся Фил. За недолгим разговором сексуальное возбуждение отошло на задний план и уже не беспокоило так, как первые несколько минут, - Помнишь финал? Псевдо-Киркоров уходит с Марув, оставляя настоящего Филиппа запертым плакать и глядеть им вслед... - Я поняла тебя, Филь. Но тогда предлагаю снять продолжение, - заметила Алла, - ситуация ведь поменялась. Со мной, в первую очередь, - коснувшись его забитой татуировками груди, женщина провела по ней мокрой ладонью, пальцами вырисовывая какие-то фигуры, обводя нарисованные по контуру. - Расскажи мне теперь... как ты жила эти пять лет? - попросил Фил, - Мне все интересно о тебе знать. - Ты итак знаешь... - прошептала Пугачева, - все ты знаешь, мой преданный мальчик, - она чмокнула любимого в щеку и, повернув к себе его лицо, произнесла, - как и у тебя - мнимость покоя. Мнимость жизни. Мнимость радости этой жизни. Одна отрада - дети. Но ты лучше меня знаешь, что и это - лишь временное лекарство. - она провела по его брови пальцем, опустилась к щеке. Филипп перехватил ее руку и, нежно поцеловав, вернул свой взгляд на нее. А затем - на губы, в которые впился горячим возбуждающим поцелуем, языком пробираясь в чужой рот, перехватывая у нее дыхание, что Алла невольно, но тихо, простонала, не сдержавшись. Чувствуя, что возбуждение снова накрывает его, Фил остановился: - Я очень люблю тебя... - сказал так, что сердце в женской груди забилось так часто, что его стук ощущался под горлом, и Пугачева, прижавшись к нему, ответила: - И я... С тобой я живу, Филь... Несмотря на то, что Филипп вполне оправданно надеялся на более интимное продолжение, видя, что Алла как будто бы не настроена, не стал настаивать. Молча они наслаждались совместным купанием, лежа в объятиях друг друга, и их ласки не переступали черту чего-то интимного, если не считать факта, что лежали они почти голые: Алла - в чем мать родила, а Фил в боксерах и расстегнутой рубашке. Когда вода совсем остыла, а на пальцах кожа сморщилась, Филипп первым вылез из джакузи и, обернув бедра полотенцем, снял боксеры, а затем и рубашку. Вытащил чистое полотенце и, подав Алле руку, прикрыв ее, взял на руки, вытащил из ванной. - Филь... - Алла тихонько окликнула бывшего мужа, чувствуя, как его сильные руки придерживают ее чуть ниже ягодиц. Киркоров на миг отвлекся, посмотрел ей в глаза: снова хитрый огонек разгорелся в ее взгляде, и она, впившись в его губы сочным поцелуем, целовала его так, что мужская реакция мгновенно проявилась тем, на что Алла случайно наткнулась обнаженной ножкой, но даже тогда не остановила поцелуй, а напротив - углубила, чуть прикусила нижнюю губу, добавляя пикантных ноток в их прелюдию. Киркоров, еще раз подхватив ее, прервал ласку и, сменив взгляд на какой-то уверенный, чуть хищный, понес женщину в другую комнату, словно только что пойманную добычу, стараясь при это обращаться бережно. Осторожно положил ее на огромную двухметровую в ширину кровать и, нависнув над влажным женским распаренным телом, возобновил поцелуй, своей лаской возбудив Аллу до такого состояния, что она, чувствуя приливы жара внизу живота, едва ли не дрожала под ним от внезапно пробудившегося и с каждой секундой разгоравшегося желания. Фил раскрыл на ней полотенце и, прильнув к шее, елозил правой рукой по ее телу, сжимая иногда взбухшую грудь, перемещаясь к бедрам и чуть ниже, к ягодицам. Он, словно теряя контроль от вскипевшей страсти, от длительного мучительного ожидания, слегка прикусил мочку уха, а по нежней коже ключицы провел языком до самой груди, пока, не взяв возбужденный сосок в рот, Алла сипло простонала, прикусывая нижнюю губу. Филипп вернул правую руку на ее грудь, которая, возбудившись, налилась и почти просила, чтобы ее сжали, пусть немного грубо, а мужской рот накрыл левую грудь, вырисовывая языком на ореоле такие фигуры, что Пугачева не смогла сдержать глухой звук нарастающего удовольствия. Прервавшись на мгновение, Фил навис над Аллой - ее взгляд слегка затуманился от желания, и она рефлекторно чуть раздвинула колени, позволяя ему сделать все, что он захочет. - Я очень люблю тебя, - сипло прошептал Филипп, наклонившись, и Алла почувствовала, как в этот момент в груди словно обдало жаром - душа откликнулась на его искренность, а низ живота приятной легкой судорогой чуть-чуть свело. Киркоров, почувствовав взаимность без всяких слов, чуть опустившись, поцеловал ее почти плоский живот, а затем слегка прикусил кожу, прежде чем продолжил ласку. Он целовал ее низ живота, опустился к внутренней части бедра, отчего Алла, чувствуя максимальное возбуждение, елозила ногтями по постели, то цепляясь за сбитое одеяло, то отпуская его, разжимая хватку. Филипп провел языком по ее лобку и, скользнув чуть ниже, почувстовал, как женщина буквально дернулась в его руках, не сдержав эмоцию: - А-а! - чуть протяжно произнесла Алла, ощущая его теплый, чуть шершавый язычок на своей промежности, - А-а-а! - громко повторила она, когда мужские руки, сжав груди, словно слегка защемили возбужденные соски между пальцев, подарив такую волну наслаждения, что рассудок затуманился окончательно. Она полностью поддалась его власти и, не сдерживая громких, порой внезапных криков от удовольствия, раздвинула ноги еще шире, позволяя Филу ласкать себя во всех удобных ракурсах. Филипп, играясь языком с ее промежностью, раздразнив женщину до такой степени, что она едва ли не рычала, оттягивая корни его волос на голове, сделал секундную паузу и сосредоточил свое внимание на уплотненном, максимально чувствительном к ласкам, бугорке, - А-а-а! А-а-а! - закричала Алла, не сдерживая децибелы громкости, когда он сперва подул, а затем накрыл ртом слегка пульсирующий от возбуждения клитор. Он перемещал язык с него чуть ниже, иногда заходя в ее глубину, изнутри дразня такой щекоткой, что, подаваясь ему тазом навстречу, прима быстро взмокла, дыхание стало таким частым, словно за ней кто-то гнался, но нет - это она гналась за тем удовольствием, что Фил дарил своей беззастенчивой любовью. Это она пыталась, словив волну наслаждения, продержаться на ней как можно дольше, пока в следующий миг волна снова не ушла, а нужда в ласке стала столь частой, что Пугачева, едва не проскулив, зажмурила глаза, а затем, накрыв ладонью мужскую руку, которая сжимала ее грудь, заставила сделать себе немного больно излишне сильной хваткой. Фил делал все умело, правильно чередовал последовательность ласк и, иногда продлевая подступающую, бурную волну предстоящего оргазма, на секунду буквально прерывался. Видя, что женщина на грани, что ей уже трудно себя сдерживать в криках, и ноги, приготовившись к пику наслаждения, вздрагивают, завершил дело, подарив Алле цунами ощущений, которые громким протяжным криком выплеснулись из ее уст, и она не смогла совладать с собой, все также сжимая мужскую руку, которая теперь ее держала, - А-а-а-а! А-а-а-а-а! - она так кричала, что у Фила немного в ушах зазвенело, а ее ноги, закинутые на его плечи, дрожали в рваных конвульсиях, пока звуки не стали сперва тише, а затем, перебитые громким женским дыханием, и вовсе не затихли, - м-м-м, - пытаясь сдерживать себя, приглушенно стонала Алла, поглаживая бывшего мужа по голове, - м-м-м, - рука коснулась своей левой груди и слегка сжала ее, пока Филипп, успокаивая женское тело ненастойчивой, едва ощутимой лаской, легкими поцелуями поднимался к ее бюсту, а затем губам, - м-м... - кратко простонала прима ему в уста, и Фил, прервав поцелуй, посмотрел на нее. Дыхание после пережитого яркого оргазма уже почти выровнялось, взгляд стал более сосредоточенным, а в зрачках он видел свое взлохмаченное отражение, - Филипп... - прошептала Алла, обвивая его шею руками, - мальчик мой... - она притянула его к себе за шею и поцеловала в губы, - я тебя очень люблю... - Фил улыбнулся в ответ, но почувствовал то, в чем Алле было стыдно признаться - ей вдруг сильно захотелось спать... Организм, потратив столько сил, будто бы она километр пробежала, настойчиво требовал восстановления, и Филипп снова загасил в себе сумасшедшее желание, заставляющее его необласканный орган буквально дернуться: - Отдыхай, котенок... - шепотом ответил он, - Отдыхай, я рядом. - Прости, - еле слышно произнесла женщина, - я хочу спать... - прошептала она, постепенно закрывая веки под тяжестью сна, - хочу спать... - укрыв ее одеялом, Киркоров лег рядом. Он мог, конечно, завершить процесс самостоятельно, помочь себе, но не хотел. Да, в паху буквально ныло от недостатка ласки и чрезмерного возбуждения, член вспух и, не получив разрядки, так и стоял колом, приподнимая немного одеяло. Но Филиппу было важнее Аллино здоровье - чтобы она получила удовольствие, в первую очередь. Пятнадцать минут Фил пролежал на спине, прежде, чем почувствовал хотя бы тень желания поспать. А вот его "товарищ снизу" все еще бдел, живя какой-то своей жизнью. Сделав глубокий вдох, Фил расслабился, но в ту же секунду почувствовал шевеление сбоку: - Опачки, - смущенно произнес женский голос. Фил открыл глаза и, заметив, что Алла проснулась, кратко улыбнулся ей. Она, подремав немного, смогла восстановить необходимый запас сил, а получив удовольствие, пробудилась в весьма хорошем настроении, - Кто-то у нас не спит? - Извини, - произнес Фил, пуще прежнего пряча свою эрекцию под одеяло, - скоро пройдет. - Алла остановила его, взяв за руку и, усевшись перед ним на кровати на корточки, в шутку сказала: - Я тебя в телефоне переименую на "Бугор". Как тебе? - хихикала она. - Неплохо, - тяжело вздохнул Фил, буквально не зная, куда деться от свой большой проблемы. Но в этот момент Алла сжала ту часть одеяла, которая прятала эрекцию, а вместе с ней - и его член случайно: - Филь... - наклонилась над ним и, взяв его руку, прислонила к своей груди, - закрой глаза... Я хочу подарить тебе... любовь... - она говорила таким дразнящим тихим шепотом, что Филу вдруг захотелось проскулить - возбуждение било в виски, и он действительно мучился. Алла устроилась на мужчине и, стараясь не задеть его травмированные ребра, наклонилась, чтобы поцеловать. Целовала его, пока ее шаловливая рука снова не переместилась на то, что вызывало искреннее женское восхищение. Скинула одеяло и, убедившись, что Фил по ее просьбе закрыл глаза, пересела чуть ниже, к самому паху, - У нас же вечер на французский манер, - хитро улыбнувшись, заметила она, - так что... - рука обхватила твердый, как камень, но горячий пенис, и головка сразу увлажнилась капелькой смазки, которая стекала по всей длине, - Открой глаза, - также тихо попросила Алла и, не дожидаясь его реакции, обхватила губами розовую, набухшую до предела, головку: - Ах-х-х... - сипло простонал Филипп, увидев, что она с ним вытворяет, - ам-м... - стонал он, чуть приподнявшись на локти, получая порцию долгожданной ласки, - Аллочка... - женщина ублажала его, играясь рукой с его длиной, то обнажая, то пряча чувствительную головку под крайней плотью, а затем, устроившись поудобнее, попыталась полностью, задержав дыхание, взять пенис в рот, дойдя губами до самого основания, но немного не получилось: она прервалась где-то на половине, почувствовав странное давление в горле и потому решила действовать иначе - посасывала член, проводя языком до самой мошонки, которую, кратко чмокнув, облизала, а затем снова вернулась к верхушке, не забывая доводить до полуобморока бывшего мужа своими слаженными действиями. Он зачем-то стиснул зубы и чуть прошипел, заставляя самого себя не кончить слишком рано от таких интимных пикантных ласк бывшей супруги, - Алл... - закинув голову назад, зажмурил глаза до боли, получая такое удовольствие, что еще чуть-чуть - и он не сдержится. Пугачева, ублажая его пенис, ускорила темп и, оттянув губами кожицу мошонки, облизнула яички, и в эту секунду Филипп не сдержался - рухнул на спину, выстреливая горячими струями обильную белую сперму, которая заливала паховую область и которую Алла, чуточку слизнув, проглотила, пробуя на вкус, - М-м-м... М-м-м! - глухо рычал мужчина, когда женщина довела его до такого удовольствия, что едва пах не свело, а член, выстрелив всю жижу, еще несколько минут после дергался в ее руке и все никак не мог обмякнуть, успокоившись: - Филь... - Пугачева склонилась над ним и игриво прикусила подбородок, а затем поцеловала в губы, - Как ты, мой сладкий? Все хорошо? - она целовала его, чувствуя, как сильно колотится его сердце в груди, и вмиг почувствовала, как сильные, но нежные мужские руки поглаживают ее спину, убирают прядь волос со лба, а затем, сжав пышную женскую грудь, Фил вторгся в ее рот долгим чувственным поцелуем, словно благодаря за долгожданное удовольствие, что она ему подарила. - Аллочка, - произнес Филипп, когда приятные частые сокращения внизу живота, наконец, перестали беспокоить, - Любовь моя... - Есть маленькая проблемка, - заметила Алла. Нахмурившись, Фил не сразу понял, о чем она говорит, но женщина взяла его руку и прислонила к своей заново сочившейся промежности, - ты меня очень сильно возбудил. Я безумно тебя хочу. Хочу, чтобы ты... - она наклонилась над ним и прошептала прямо в ухо свои фантазии, - драл меня, как Сидорову козу, намотав мои волосы на свой кулак... - от этого Филипп густо покраснел, смущенно улыбнувшись - о, да, это была его Алла с ее неуемными бурными желаниями, которые только Филипп и мог реализовать на самом высоком уровне, - Я понимаю, что ты устал... - продолжила Пугачева уже нормальным голосом, - поэтому потерплю. Но если вдруг у тебя... проявится какая-то... реакция... - Киркоров хищно улыбнулся и, перевернув женщину на спину, лег на нее, что она почувствовала его тяжелое дыхание. - У меня на тебя всегда... - зарылся носом в ее волосы, а затем, запустив пятерню, сжал их, чуть оттягивая от корней, - реакция... - Филипп в этот раз сменил нежность на доминантного самца, который хотел и более - мог исполнить все желания своей сексуальной добычи. Алла невольно ахнула, когда почувствовала, как резким движением что-то горячее заполнило ее сочившееся лоно до самой матки, а затем Фил остановился, поцелуем опустившись до твердого сосочка и слегка прикусив его зубами: - Ради Бога, - почувствовав в нем то, что так хотелось - дикое, неуемное мужское начало - Алла буквально взмолилась, - не останавливайся. Мне так тебя не хватало! Мне так не хватало твоей любви! Твоих мук по мне! Я хочу знать, что ты меня любишь! И любить тебя также! Хочу быть наказана твоей любовью! И наказывать тебя желанием по мне! Филипп! - на одном дыхании, повысив голос, попросила прима, глубоко и часто дыша, - Я хочу, чтобы только ты владел мной! - а затем, заметно сбавив тон на тихий, коснувшись пальцами его губ, прошептала, - Мой мальчик... Филипп затянул ее в глубокий долгий поцелуй, прикусывая женские губы до такой степени, что вкус крови вскоре почувствовался в их, пропитанной любовью, ласке. Они так истосковались друг по другу за те долгие, мучительные пять лет, что Филипп прекрасно понимал, о чем просит любимая женщина, а потому движения стали чуть грубыми, резкими, два дыхания, слившись в одно, стало частым и громким. Он выполнил ее фантазию и, снова перевернув на живот, приподнял на четвереньки, вошел сзади, а затем чуть наклонил женщину. Поерзал по макушке, собирая волосы, но, вместо того, чтобы намотать их на кулак, как она просила, придавил чуть шею, заставив ее захрипеть, в то время, пока его член все глубже и чаще проникал во влагалище, раздразнивая рецепторы на стенках до такой степени, что она вот-вот должна была кончить. Когда почувствовал, что Алла приблизится к пику наслаждения, отпустил шею и, наминая обеими руками грудь, сделал небольшую паузу, приподнял женщину и прислонил к своей вспотевшей заросшей груди. - Филя... - умоляюще прошептала Алла, жадно глотая губами воздух, в которые Фил впился сочным поцелуем. Правая рука, опустившись с груди, дотронулась до промежности, нащупала то, что от чрезмерного возбуждения налилось и от того выступало - клитор - и круговыми массирующими движениями Филипп, возобновив пока еще нечастые фрикции, продолжил ее ублажать. Чувствуя, как с двух мест сразу подступает волна блаженства, Алла глухо простонала, а затем, сняв его левую руку со своей колышущейся в толчках груди, засунула мужские пальцы в свой рот, посасывая по одному. Киркоров сразу вспомнил то, что она недавно делала с его членом - как игралась, как заглатывала, как сосала - чтобы он кончил, и от этого возбуждение стало острее, усилилось так, что и он вскоре готов был испытать новый пик удовольствия. Он стал трахать ее чуть грубее, чаще, до основания, так, что его большие яйца хлюпали по ее промежности, а Пугачева едва ли не орала вскоре, - Да! Да! Блять, да! - Филипп снова переместил свою руку, убрав из ее рта, на грудь, сжал бюст, который до боли его привлекал, а, пальцами правой конечности до безумия ускорив темп, делал так, что Алла просто орала, - Господи! Да! Да-а! - казалось, она готова зарыдать, если он остановится, но... в один момент это безумие прекратилось. В один момент они оба, чувствуя максимальное наслаждение, прижались друг к другу, как приклеенные, дрожа в легких конвульсиях в объятиях друг друга. Сумасшедший оргазм, туманящий их рассудок, дарил единение, в котором хотелось раствориться, вознестись куда-то, в котором разум не подвластен телу, а тело - разуму. Пока Филипп выплескивал внутрь любимой женщины, в самую ее глубину, приятно обволакивающую ствол члена, горячую, почти обжигающую, сперму, Алла улыбалась в каком-то неземном, почти безумном, блаженстве и, затаив дыхание на несколько долгих секунд, обмякла в его руках от нахлынувшего бессилия. Сердце, отвыкшее от подобных физнагрузок, работает почти наизнос, но получаемые гормоны удовольствия, радости и счастья мгновенно компенсируют эту нагрузку в награду, и моторчик, оздоравливаясь, снова готов на последующие марафоны. Алла чувствует, как из промежности по ее стенкам вытекает обильная полупрозрачная жижа, смешанная с ее влагой, как клитор так дергает от удовольствия, что волны блаженства все еще разносятся по телу приятной негой. Филипп целует Аллу в шею, рукой поглаживает грудь и, осторожно, стараясь излишне не потревожить, укладывает бывшую жену на кровать. Хочет выйти, но Алла взмолилась, остановив его, - Нет!.. - и Фил поддается, играя по ее правилам, и ложится, прижатый своим пахом к ее промежности, на бок. Кое-как укрывает их обоих одеялом и, лаской успокаивая женское тело, целует в плечи, спину... - Я люблю тебя... - шепчет Пугачева, прежде, чем провалиться в глубокий сон, - Филипп...