Жажда любви

7.       — Вызывали, Мори-сан? — Сэра удобнее располагается в мягком красном кресле и выжидающе смотрит на Мори. Рядом с ней в кресло бесшумно опускается Кафу, поправляя очки в тонкой оправе. Кондо задаёт вопрос от них двоих.       — Да. Спасибо, что пришли, Сэра-чан, Нагаи-сан. Сэра-чан, у меня был серьёзный разговор с Озаки-сан. Мы долго разговаривали и пришли к выводу, что было бы неправильно не давать тебе возможность заниматься тем, к чему лежит душа. Тебе нравится медицина. И об этом я слышу не от первого человека. Нагаи-сан, я хотел бы, чтобы теперь Вы занялись обучением Сэры-чан — Озаки-сан выполнила свою работу. Что скажете, Нагаи-сан?       Сэра поворачивает голову, смотря на доктора. Кафу тут же зарабатывает баллы: ни один мускул на его лице не дёргается, когда он переваривает речь босса. Наверное, думает Сэра, он что-то принимает — невозможно оставаться настолько невозмутимым. Но мужчина остаётся.       — У меня до этого не было учеников, Мори-сан. Я бы не хотел навредить Сэре.       — Не волнуйтесь, Нагаи-сан, — Мори едва улыбается. — Вы сможете. Вы и Сэра-чан амбициозны и упрямы. Если вбили себе цель в голову, то обязательно её осуществите. Я прав?       Сэра недолго находится в мафии, но одну вещь уясняет точно — ответа «нет» Огай Мори не принимает. Поэтому она и Кафу кивают.       На пути к кабинету Кафу, где они хотят продолжить разговор, им попадается Осаму. Он улыбается им, приветливо машет рукой, но Нагаи и бровью на всё это не ведёт. Не ведётся и Сэра, в очередной раз сжимая ладонь в кулак и радуясь, что сегодня на ней кофта с очень длинными рукавами. Дазай мог быть приветливым, обаятельным парнем (и Кафу, и Сэра знают, что это у него одна из масок), а ещё мог быть безжалостной машиной для убийств, которая ни перед чем не остановится, чтобы получить желаемый результат.        Чаще всего имели дело со вторым.       — Маленький гадёныш, — позволяет себе нелестно высказаться о члене исполкома Кафу так, что его слышит только Сэра, когда Дазая они минуют. — Уже бы отправился на тот свет и не подкидывал нам работу. И тебя не цеплял.       — Он меня и не цепляет. С чего Вы взяли?       — Давай на «ты», я не такой уж старый и уважаемый, чтобы мне «выкали», — Нагаи открывает дверь и пропускает Сэру в свой кабинет. — Не цепляет? Ты ещё скажи, что парень влюблён и так выражает свою симпатию. А за волосы уже таскал?       — Перестань.       — И сделал же его бог членом Исполнительного комитета, — Кафу приподнимает жалюзи, и Сэра прикрывает ладонью глаза, по которым резанул солнечный свет. Если Мори любил полумрак, то Нагаи всегда выбирал свет. — Скажи мне, если продолжит в том же духе. Тебя и в бордель отправляет, — доктор огибает стол и садится в кресло. — Ты явно создана для большего, чем прислуживание мужчинам.       Сэра думает, что Кафу сегодня необычайно разговорчив. Прорвало после встречи с Дазаем в коридоре (просто встреча, Осаму даже ничего сказать не успел) — видимо, демонический вундеркинд допёк и его.       — Может, Дазай прав — женщины слабы и годятся только на это? — Сэра вновь садится в кресло. — Женщина может быть с пистолетом или кинжалом в руке, но с мужчиной бой неравный — он заведомо сильнее физически.       — Ты ещё юна, поэтому позволяешь ему сеять сомнение в своих мыслях. Посмотри на меня, Сэра, — Кафу заставляет её обратить свой взгляд на него. Он убирает суффиксы, и ей нравится это — возвращается во Францию, где она была мадемуазелью Сэрой Кондо. — Урок первый: врач, оставляет все эмоции за дверью. Урок второй: нужно оставаться хладнокровным. Нужно сохранять контроль над разумом и не позволять себе сомневаться в собственных силах. Даже если кажется, что ситуация безнадёжна. Урок третий: выход есть всегда. Даже если кажется, что это не так. Вопросы?       — Мы будем заниматься медициной? — она скрещивает руки на груди, откидываясь на спинку кресла и чуть разваливаясь — совсем не так, как должна сидеть майко, но её обучение официально закончено. Врач… Будущий врач может сидеть так, как захочет.       — Сначала проработаем первый урок, а там и медициной займёмся.       — Спасибо, Кафу. Я рада, что мой наставник — ты, — искренне произносит Сэра.       — Потом поблагодаришь, — бурчит Нагаи, но Сэра видит, что ему приятны её слова. 8.       Когда Ханако получает бордовый конверт, она замирает. В ушах раздаётся противный писк, но она быстро берёт себя в руки. Приглашение от босса Портовой мафии — такое нельзя проигнорировать. К такому надо быть готовым, но Ханако позволяет себе несколько минут посидеть в кресле, прежде чем встать и направиться в гардеробную.       Выбор падает на чёрное закрытое платье в пол с небольшим разрезом. Ханако распускает волосы и капает несколько капель духов на запястья и проводит ими за ушами. Лёгкий макияж, дёргает себя за щёки, чтобы появился румянец. Конверт со стола перекочевывает в сумочку, щёлкает выключатель.       — Добрый вечер, Мори-сан, — она приветственно склоняет голову.       — Добрый вечер, Кондо-сан. Кажется, Вы любите белое сухое.       — Что предложите — я не привередлива. Разрешите?..       — Конечно.       — Спасибо, — Сэра занимает место за столом, смотря на заставленную тарелками поверхность. Ками, сколько еды… Она бы всё это одна ела целый месяц. — Это выглядит… Великолепно.       — Передам повару Вашу похвалу, — Мори разливает вино по бокалам и один из них ставит по левую руку от Ханако. — Как у Вас дела? Справляетесь с руководством кабаре?       — Мы уже держали кабаре с Ако во Франции. Это вполне реализуемо и выполнимо. Только бы у мужчин была тяга к прекрасному и вежливость, — рассказывает Хана, и на последнем слове Огай улыбается. Как мало Ханако Кондо нужно для счастья.       — Расскажите мне о Вашей жизни во Франции.       — Вы бывали там?       — Нет, к сожалению.        — Вы как-то упоминали, что были за границей.       — Давно. Тогда, когда окончил Имперский университет в Токио. По традиции лучших из выпускников Япония отправляла в Европу на стажировку. В связи с этим я продолжил образование в Германии. Вернулся и занимался врачебной практикой в японской армии. А Вы?..       — Я получила филологическое образование. Я была младшей в семье, — уголки губ Ханако приподнимаются в улыбке. — Мне позволялось больше, чем Ако. Это она занималась бизнесом.       — Какая у Вас специализация?       — Литература и французский язык.       Они замолкают. Ханако копается в тарелке с лососем, пока Огай пьёт вино, смотря на вид за окном. Он ставит бокал на стол и смотрит на Кондо.       — Вы были счастливы во Франции?       — Да, — она прижимает салфетку к губам, на которой остаётся нежно-розовый след. — Все мы. Я, Сэра, Юкио, Ако… Ако была очень счастлива.       Она замолкает, вспоминая свою сестру: высокую, очень красивую и волевую женщину. Ако всегда находила решение для проблем и знала, как выгодно разложить карты, чтобы остаться в выигрыше для себя и бизнеса. Ханако завидовала тому, как сестра со всеми находила общий язык. Даже с самыми жестокими и опасными мафиози.       — Надеюсь, Вы не возражаете, что у Сэры сменился вектор обучения, — меняет тему Огай, видя, что у Ханако опускаются уголки губ. — У неё есть потенциал, и грешно было бы его не развивать. Думаю, Сэра принесет больше пользы Портовой мафии будучи врачом, а не гейшей.       — Но о спокойной жизни ей придётся забыть?       — Почему?       — Ей придётся оказаться на поле битвы, разве нет?       — Необязательно. Это уже как захочет она сама, но обычно врач работает в подпольной больнице. Если миссия сложная или срочно нужна помощь, то ей придётся принять участие. Сэра — умная и продуманная девушка, она взвесит все риски и примет правильное решение.       Ханако поднимает на него глаза.       — Надеюсь. Я… Я не хочу потерять ещё и племянницу.       — Этого не случится.       Ханако не отвечает и молчание прикрывает глотком вина. Огай Мори уже обещал ей, что защитит Сэру. Так защитил, что предлагает ей стать врачом мафии. Какая тут спокойная жизнь? Ханако имела дело с плохими людьми: во Франции их с Ако заведение предназначалось не для самых простых людей. Если здесь Огай уже отклоняется от своих слов, то может ли она доверять ему дальше?       Может.       Потому что нет другого варианта.       Они под его защитой, ступит за пределы мафии — убийца Ако может попытаться добраться до неё и Сэры. Может, этого и не случится, но Ханако боится, что он захочет довести начатое до конца.       — Да, — отзывается она, ставя бокал на стол, — я Вам верю, Мори-сан.       И верит в то, что говорит.