Мир на грани войны

Нёвиллет проснулся в тихом омуте, жмурясь и прикрывая глаза руками, но опуская одну из них, чувствуя в ней некую слабость. Он сразу же почувствовал пульсирующию боль в плече, но больше свежей крови не было. Возле него послышался голос. — Вроде живой. Ты меня слышишь? Перед его глазами помахали рукой. Он, еще даже не определив голоса, кивнул и пробормотал. — Слышу... — Вот и хорошо.— Послышались шаги, потом голос уже издалека.— А теперь рассказывай. Что планирует Шермис сейчас? Я задаю этот вопрос уже в третий раз, а ты мне еще не дал удовлетворительного ответа. Нёвиллет нахмурил брови, но как услышал новый голос сразу же полностью проснулся, опасаясь поворачивать голову. — Я не уверен, но похоже, они направились на мое войско и движутся к вашему с северной части. Я же вам говорил, я подробностей не знаю! — Тогда ты бы постарался, этого пока недостаточно, чтобы оплатить нашу "услугу". — Я как только пришел сказал, что знаю немного. Послышался вздох. Ху Тао, с нахмуренными бровями и суровым взглядом, прошлась по комнате, громко цокая каблуками. Нёвиллет наконец смог рассмотреть помещение. То было похоже на клетку, в которой его держало серое войско, но здесь было значительно больше места и пол не был таким холодным. В углу виднелось отодвинутое кресло с прикрепленными ремнями по всем сторонам и проводами шедшими из деревянной спинки. Оно было далеко, но отшельник смог разглядеть на нем засохшие темно красные пятна. Вокруг кресла виднелись множество деревянных приспособлений, на которые Нёвиллет решил не заглядываться. Ху Тао наконец остановилась, поворачиваясь к беловолосому, которого только что заметила проснувшимся. Нёвиллет смог подробнее разглядеть ее выражение лица; хмурое, враждебное, но в то же время обеспокоенное, видимо, за благо своего войска. Оно было немного бледным, глаза бегали, но дыхание держалось ровно, словно она пыталась не отдаться панике, за что Нёвиллет ею восхищался. Она подошла к нему, цоканье каблуков все ближе и ближе. — Кто это?— Сразу резко спросила она, показывая направо. Отшельник повернулся. Там сидел Ризли, тоже обернувшись на него. У него был маленький след от крови на шее и окровавленый лоб отраны на голове, но он сидел спокойно, как будто так и должно было быть. — Это Ризли, главный помощник из Серого войска, которого послали следить за мной так как думали, что я шпион.— Начал он, спокойно поворачиваясь обратно к Ху Тао.— Он не опасен, у него нет цели следить за вами, а у меня тем более. Ху Тао коротко кивнула, переводя взгляд на Ризли. —... Ты не врал. Молодец. Хвалит, как маленького ребенка. Интересная девушка... Серый воин облегченно улыбнулся, пожимая плечами. — Мне незачем было вам врать. Ваше войско знаменито именно тем, что врать ему — не самый лучший выбор, если хочешь жить. — Это уж точно.— Ху Тао на секунду отвернулась от двух мужчин. Нёвиллет заметил, как она хрустнула двумя пальцами. В клетку вошел красный воин, поклонился своей командирше и затараторил. — Госпожа Ху Тао, мы обезопасили стены и удвоили количество стрелков на страже. Будут дальнейшие указания? Командир Прибалтики задумалась, наконец отвечая. — Пока нет. Ты свободен, Сяо. Объяви о собрании.— Она бросила быстрый взгляд на пленных, снова возвращяя его к воину.— Видно, грядет битва. И она будет не из простых. Сяо поклонился, отшагивая и давая своей командирше пройти, потом выходя вместе с ней и закрывая за собой дверь. — Ты в порядке?— Сразу спросил Ризли, немного хмурясь приподнимаясь с пола и придвигаясь к Нёвиллету. Тот сидел неподвижно, уставившись спокойным взглядом вперед. — Нёвиллет, у меня не было выбора... — Нас сейчас убьют. Мы им больше не нужны, и по всей видимости у тебя не было достаточно информации, чтобы они нас отпустили. А одного убьют первым, и я очень надеюсь, что это буду я, так как не хочу смотреть, как умираешь ты. Ризли тяжело вздохнул перед темными предсказаниями Нёвиллета, поднимая руки к его перевязанной ране, осматривая, как ее обработал врач Прибалтики. — Заражение уходит. Выглядит хорошо, я думаю даже... — Ризли, не важно, в каком я буду сейчас состоянии.— Так же спокойно выговорил отшельник, переводя наконец взгляд на него. Ризли ожидал увидеть там все, обиду и злость, грусть и жалобу, и даже приготовился, но вместо этого, он увидел... Разочарование. И это было хуже, чем любая пытка красного войска.— Это конец. Все, кто пробывали когда либо в этой комнате, не выходили из нее живыми. И мы не будем первыми. Ризли грустно посмотрел в глаза Нёвиллета, такие красивые и глубокие в тот момент перед смертью. Но надо же, верно? Они всё равно сейчас умрут, надо хотя бы попытаться... Беловолосый вдруг приподнялся, уселся поудобнее и взял серого воина за голову, поворачивая ее на сторону, чтобы получше разглядеть его рану на голове. Тот сглотнул, благодаря Господа, что редко краснел, хотя сейчас повод явно был. — Ножом?— Спросил Нёвиллет, большим пальцем поглаживая зону вокруг раны. — Не знаю, не увидел...— Коротко усмехнулся Ризли, краем глаза смотря, как отшельник убирает волосы с раны.— Ты же думаешь, что мы сейчас умрем, зачем ты так?... — Чтобы тебе хотя бы было приятно умирать.— Без какой либо иронии произнес Нёвиллет, срывая с себя часть рукава со здоровой руки и нежно прикладывая к ране. Ризли поморщился. — Не надо, я в порядке... — Заткнись и сиди тихо. Ризли замолкнул, лишь переводя взгляд на лицо Нёвиллета, такое худое и до сих пор немного бледное, но сосредоточенное и сохраняющее свое вечное спокойствие. Как ему удается так нейтрально относиться ко всему, даже к грядущей опасности со всех сторон, которыя их сейчас настигала? Нёвиллет отложил кусок ткани, снова осматривая рану. Он за много лет натренировал не показывать ничего людям вокруг, но тот человек перед ним давал странное желание открыться... Хотя он его не слушался. Но его рана всё равно беспокоила его. — Больно? Ризли покачал головой, легко улыбаясь. — Спрашивает тот, которому проткнули плечо насквозь и не делает ни звука. — Потому что оно мне тоже не мешает. Хочешь, чтобы я валялся по полу и стучал кулаками об стены задыхаясь от ревения? Серый воин усмехнулся, как представил эту сцену. — Ты бы не смог. — Почему это? — Потому что ты никогда не выражаешь ровным счетом ничего. Сидишь, не двигаешь бровями, не двигаешь лицом. Если бы я не увидел, как тебя ранили, я бы наверное даже не догадался бы, настолько хорошо ты всё прячешь.— Ризли обернулся снова на него, с любопытством спрашивая.— Ты всегда был таким, или что-то произошло? Нёвиллет на секунду будто задумался. Нет, не сейчас. Не надо ему ничего рассказывать, ему будет также похрен, как всем психологам, к которым его водил отец когда то давно. —... Не думаю.— Лишь ответил он, но отвел взгляд. Ризли стало интересно, но допрашивать его он не стал. Дверь громко отворилась. Ризли обернулся, усаживаясь на полу возле своего беловолосого друга. Оба смотрели на только что вошедшею командиршу Прибалтики, на ее хмурое выражение лица и сдвинутые брови. — Оба, идите со мной. Живо. Нёвиллет сразу встал, но зашатался; слабость от свежего ранения еще присутствовала в его организме. Ризли сразу же оказал поддержку, проводя руку беловолосого через свое плечо и помог ему подняться по лестнице до обьемной деревянной комнаты. На удивление отшельника, который уже думал, что их будут сжигать на главной площади посёлка, в комнате сидели люди. Все в красных рубашках, некоторые с особыми украшениями, видно, воины высокого ранга. По середине длинного стола было высокое, шелковое кресло, обитое... Костями? Они даже не выглядели жутко. Скорее, креативно. Мастер, который делал кресло, видимо, имел интересный взгляд на жизнь. Двое стульев оставались пустыми. Получив одобрительный взгляд от Ху Тао, Ризли усадил на одно Нёвиллета, потом сел на другое сам. За столом начались перешептывания, хотя, как сразу узнали бывшие пленники, они были не о них. —... Просто вычурность, они же знают, куда идут... —... Разводят, разводят, не надо проявляться... —... Доказать, кто тут самые заеб... Ху Тао села. Все замолчали, поворачиваясь к ней, ожидая речи. Та вздохнула, начиная рассказывать. — За пределами наших ограждений, со стороны посевов клубники, были обнаружены желтые восклицательные знаки нарисованные на воротах. Несколько воинов сразу нахмурились. Другие остались с тем же выражением лица, обозначая что, либо они уже об этом знали, либо более серьезных эмоций они выразить уже не могли. — Мы не знаем о размерах их войска, ни о их мощи. Ризли...— Она повернулась к нему, чтобы обозначить остальным, о ком она говорила.—... Рассказал, что знаки восклицания — их особый метод о предупреждении о нападении. — Почему мы об этом еще разговариваем?— Вдруг воскликнул юноша по правую сторону командирши, выразительно вскидывая руками.— Все знают о нашей мощи, мы знамениты среди всех войск в округе. Почему не отразить нападение и показать им, с кем они имеют дело? Командирша вздохнула, однако было видно, что она задумалась о предложении, по всей видимости, ее главного помощника. — Ты прав, но то, что они пробрались к нашим воротам без нашего ведомства меня беспокоит. Мы же удвоили количество наблюдателей, откуда появились эти знаки? Другой мужчина, напротив главного помощника, заговорил мудрым голосом. — Хорошо обученные разведчики и не такое сделают незамеченными. Надеть зеленую форму и проползти с желтой краской в руке не сложно, может, они еще и прокопали тоннель... — Не исключено.— Ху Тао отвела взгляд на окно, вдруг вставая и ударяя руками об стол. Красные воины не отреагировали видимо, она делала так нередко.— Все за стены, сейчас же, найти мне этот воображаемый тоннель, или что либо, что бы показало, как наши наблюдатели не увидели этих засранцев, а то всем глаза выжгу собственноручно. Все сразу же встали и побрели вон. Снаружи послышались крики и указания и быстрые шаги отдаляющиеся прочь. Нёвиллет встал, придерживаясь за спинку своего стула, чтобы не упасть и окликнул командиршу до того, как она тоже ушла. Та обернулась, ждя его вопроса. — Госпожа, почему мы еще в живых? Почему вы разрешили нам присутствовать на вашем собрании? Вы уже не боитесь... Нас на вашей территории? Ризли тоже подошел, скрестив руки на груди подле беловолосого. Командирша лишь пожала плечами, спокойно отвечая. — Тебе я доверяю, тебе не зачем шпионить за нами, ты знаешь, что тебе будет. А он... Даже если он узнает все наши секреты, ему будет некому их рассказать. Ризли нахмурился. — О чем вы? Ху Тао легко улыбнулась, спокойно произнося. — Твое войско умерло, Ризли. Его захватило войско Шермис.